Мародёры читают Гарри Поттера

      Рыжеволосая открывает следующую главу и прочищает горло, после озвучивая главу:       - Глава 7. Распределяющая шляпа.       - Ееее!       - Цыц!       - Дверь распахнулась. За ней стояла высокая черноволосая волшебница в изумрудно-зеленых одеждах. Лицо ее было очень строгим, и Гарри сразу подумал, что с такой лучше не спорить и вообще от нее лучше держаться подальше.       - Джеймс и Сириус до сих пор этого не поняли, - фыркнул оборотень.       - Эй!       - — Профессор МакГонагалл, вот первокурсники, — сообщил ей Хагрид.       — Спасибо, Хагрид, — кивнула ему волшебница. — Я их забираю.       Она повернулась и пошла вперед, приказав первокурсникам следовать за ней. Они оказались в огромном зале — таком огромном, что там легко поместился бы дом Дурслей. На каменных стенах — точно так же, как в «Гринготтс», — горели факелы, потолок терялся где-то вверху, а красивая мраморная лестница вела на верхние этажи.       Они шли вслед за профессором МакГонагалл по вымощенному булыжником полу. Проходя мимо закрытой двери справа, Гарри услышал шум сотен голосов — должно быть, там уже собралась вся школа. Но профессор МакГонагалл вела их совсем не туда, а в маленький пустой зальчик Толпе первокурсников тут было тесно, и они сгрудились, дыша друг другу в затылок и беспокойно оглядываясь.       — Добро пожаловать в Хогвартс, — наконец поприветствовала их профессор МакГонагалл. — Скоро начнется банкет по случаю начала учебного года, но прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты. Отбор — очень серьезная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьей. Вы будете вместе учиться, спать в одной спальне и проводить свободное время в комнате, специально отведенной для вашего факультета. Факультетов в школе четыре — Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. У каждого из них есть своя древняя история, и из каждого выходили выдающиеся волшебники и волшебницы. Пока вы будете учиться в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, а за каждое нарушение распорядка очки будут вычитаться. В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами - это огромная честь. Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своей семьи. Церемония отбора начнется через несколько минут в присутствии всей школы. А пока у вас есть немного времени, я советую вам собраться с мыслями.       Ее глаза задержались на мантии Невилла, которая сбилась так, что застежка оказалась под левым ухом, а потом на грязном носу Рона. Гарри дрожащей рукой попытался пригладить свои непослушные волосы.       - Не поможет, Сохатик, - усмехнулся Бродяга. - Это семейное проклятие Поттеров.       Джеймс запустил в лучшего друга подушку, а после попытался пригладить свои волосы, тем самым вызвав смех друзей.       - — Я вернусь сюда, когда все будут готовы к встрече с вами, — сообщила профессор МакГонагалл и пошла к двери. Перед тем как выйти, она обернулась. — Пожалуйста, ведите себя тихо.       Гарри с шумом втянул воздух.       — А как будет проходить этот отбор? — спросил он Рона.       — Наверное, нам придется пройти через какие-то испытания, — ответил тот. — Фред сказал, что это очень больно, но я думаю, что он, как всегда, шутил.       - Я Рега так же пугал... - еле слышно прошептал себе под нос Сириус, но Марлин всё равно его услышала и взяла парня за руку. Бродяга улыбнулся на это.       - ...— А я вам говорю, что надо забыть о его прегрешениях и простить его, — произнес один из них, похожий на маленького толстого монаха. — Я считаю, что мы просто обязаны дать ему еще один шанс...       - Неужели они опять спорят из-за Пивза?       - Не опять, а снова.       - В Хогвартсе ничего не меняется. Бедный Пивз.       - Бедный?! Блэк, ты головой ударился? - воскликнули девушки.       - Цветочек, лучше продолжай читать.       Девушка смерила аристократа свирепым взглядом, после продолжая чтение.       - ...Профессор МакГонагалл шагнула вперед, в руках она держала длинный свиток пергамента.       — Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла она. — Начнем. Аббот, Ханна!       Девочка с белыми косичками и порозовевшим то ли от смущения, то ли от испуга лицом, спотыкаясь, вышла из шеренги, подошла к табурету, взяла Шляпу и села. Шляпа, судя по всему, была большого размера, потому что, оказавшись на голове Ханны, закрыла не только лоб, но даже ее глаза. А через мгновение...       — ПУФФЕНДУЙ! — громко крикнула Шляпа.       ...— Гермиона Грэйнджер!       Судя по всему Гермиона, в отличие от Гарри, с нетерпением ждала своей очереди и не сомневалась в успехе. Услышав свое имя, она чуть ли не бегом рванулась к табурету и в мгновение ока надела на голову Шляпу.       — ГРИФФИНДОР! — выкрикнула Шляпа.       Рон застонал — видимо, несмотря на все свои сомнения, он верил, что попадет туда же, где были его братья, а учиться вместе с настырной и всезнающей Гермионой ему явно не хотелось.       - Мне кажется, что они трое подружатся, - сказала Алиса.       - Вряд ли.       - Спорим, Блэк?       - Спорим, - усмехнулся Бродяга.       Следующие пары минут Сириус и Алиса обсуждали условия, после чего пожали друг другу руки, которые разбил Лунатик пробурчав что-то на подобии "Как дети малые, ей Богу!".       - ...Когда вызвали Невилла Долгопупса...       - Долгопупс? - переспросил с усмешкой Джеймс. - Интересно, кто же мама?       Поттер покосился на Алису, которая чуть покраснела, но сделала вид, что ей абсолютно всё равно на мать мальчика. Мало ли на ком в итоге женится Фрэнк.       - Джеймс, думаю, это очевидно. Она сидит прямо перед тобой, - сказал Фрэнк.       - ...того самого мальчика, который все время терял свою жабу, тот умудрился споткнуться и упасть, даже не дойдя до табурета.       - Ой, а кто же у нас также споткнулся в своё время, а, Лис? - МакКиннон посмотрела на подругу. - Кажется, малыш Невилл пошёл в мамочку.       "Интересно, почему Невилла провожала на поезд бабушка? Неужели?.." - рассуждал Люпин, надеясь, что его подозрения не подтвердятся.       - Шляпа серьезно задумалась, прежде чем выкрикнуть «ГРИФФИНДОР». Невилл, услышав свой вердикт, вскочил со стула и бросился к столу, за которым сидели ученики факультета, забыв снять Шляпу. Весь зал оглушительно захохотал, а спохватившийся Невилл развернулся и побежал обратно, чтобы вручить Шляпу Мораг МакДугал.       Когда вызвали Малфоя, он вышел из шеренги с ужасно важным видом, и его мечта осуществилась в мгновение ока — шляпа, едва коснувшись его головы, тут же заорала:       — СЛИЗЕРИН!       - Никто не сомневался, - фыркнул будущий двоюродный дядя.       - ...— Поттер, Гарри!       - Ну наконец-то! - воскликнул очкарик. - Я тут чуть не состарился.       - Да в Гриффиндор он попадёт. Даже гадать не надо.       - Ненавижу предсказания.       - Гарри сделал шаг вперед, и по всему залу вспыхнули огоньки удивления, сопровождаемые громким шепотом.       — Она сказала Поттер?       — Тот самый Гарри Поттер?       Последнее, что увидел Гарри, прежде чем Шляпа. Упала ему на глаза, был огромный зал, заполненный людьми, каждый из которых подался вперед, чтобы получше разглядеть его. А затем перед глазами встала черная стена.       — Гм-м-м, — задумчиво произнес прямо ему в ухо тихий голос. — Непростой вопрос. Очень непростой. Много смелости, это я вижу. И ум весьма неплох. И таланта хватает — о да, мой бог, это так, — и имеется весьма похвальное желание проявить себя, это тоже любопытно... Так куда мне тебя определить?       - Подходит для всех факультетов?!       - Да ладно?!       - Крутяк!       - Гарри крепко вцепился обеими руками в сиденье табурета.       «Только не в Слизерин, — подумал он. — Только не в Слизерин».       — Ага, значит, не в Слизерин? — переспросил тихий голос. — Ты уверен? Знаешь ли, ты можешь стать великим, у тебя есть все задатки, я это вижу, а Слизерин поможет тебе достичь величия, это несомненно... Так что — не хочешь? Ну ладно, если ты так в этом уверен... Что ж, тогда... ГРИФФИНДОР!       - УРА! - воскликнули Джеймс и Сириус. - Мы и не сомневались!       - Как мы связались с этими идиотами? - тихо спросила у Лили Марлин.       - Не знаю. Гарри показалось, что Шляпа выкрикнула этот вердикт куда громче, чем предыдущие. Он снял Шляпу и, ощущая дрожь в ногах, медленно пошел к своему столу. Он испытывал такое сильное облегчение по поводу того, что его все-таки выбрали и что он попал не в Слизерин, что даже не замечал, что ему аплодируют более бурно и продолжительно, чем другим. Рыжий староста Перси вскочил со своего стула, схватил руку Гарри и начал ее трясти, а близнецы Фред и Джордж в это время вопили во весь голос:       — С нами Поттер! С нами Поттер! ... Альбус Дамблдор поднялся со своего трона и широко развел руки. На его лице играла лучезарная улыбка. У него был такой вид, словно ничто в мире не может порадовать его больше, чем сидящие перед ним ученики его школы.       —Добро пожаловать! — произнес он. — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнем наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Все, всем спасибо!       - Он ненормальный?       - — Он... он немного ненормальный? — неуверенно спросил Гарри, обращаясь к сидевшему слева от него Перси.       - Сохатый, ты говоришь как Гарри!       - Так отец же, - усмехнулся Луни.       - ...Пока Гарри наполнял свою тарелку разнообразными десертами, за столом заговорили о семьях.       — Лично я — половина на половину, — признался Симус. — Мой папа — магл, а мама — волшебница. Мама ничего ему не говорила до тех пор, пока они не поженились. Я так понял, что он совсем не обрадовался, когда узнал правду.       Все рассмеялись.       — А ты, Невилл? — спросит Рон.       Римус напрягся. Фрэнк заметил это и тоже начал нервничать.       - - Я... Ну, меня вырастила бабушка, она волшебница, — начал Невилл.       - Бабушка?       - Да не может быть, чтобы мы все умерли! Лили, Джеймс, я, братья Пруэтты, Лиса и Фрэнк... Я знаю, что не может быть войны без потерь, но их слишком много!       - Мы ещё не знаем о том, что со мной и Бродягой, - вздохнул Люпин. - Но думаю, что это в принципе очевидно. Ведь будь мы с ним живы, то забрали бы Гарри. Сириус уж точно.       - В первой главе упоминалось, что Сириус отдал свой мопед Хагриду, чтобы тот смог отвезти Гарри этим Дурслям. Значит, на момент нашей с Лили смерти Сириус точно жив и был там. Но почему тогда не забрал Гарри? Я бы сто процентов сделал бы крёстным тебя, - начал размышлять Поттер.       - Уверен, что у меня была на то причина.       - — Но вся моя семья была уверена, что я самый настоящий магл. Мой двоюродный дядя Элджи все время пытался застать меня врасплох, чтобы я сотворил какое-нибудь чудо. Он очень хотел, чтобы я оказался волшебником. Так, однажды он подкрался ко мне, когда я стоял на пирсе, и столкнул меня в воду. А я чуть не утонул. В общем, я был самым обычным — до восьми лет. Когда мне было восемь, Элджи зашел к нам на чай, поймал меня и высунул за окно. Я висел там вниз головой, а он держал меня за лодыжки. И тут моя двоюродная тетя Энид предложила ему пирожное, и он случайно разжал руки. Я полетел со второго этажа, но не разбился, — я словно превратился в мячик, отскочил от земли и попрыгал вниз по дорожке. Они все были в восторге, а бабушка даже расплакалась от счастья. Вы бы видели их лица, когда я получил письмо из Хогвартса, — они боялись, что мне его не пришлют, что я не совсем волшебник Мой двоюродный дядя Элджи на Радостях подарил мне жабу.       - Обязательно поговорю с матерью, - серьёзно сказал Фрэнк. - Так ведь и разбиться можно. Да даже если бы Невилл родился сквибом, то он всё равно оставался бы её внуком!       - ...Гарри согрелся, размяк и ощутил, что у него начинают слипаться глаза. Чтобы не заснуть, он вытаращил их и начал глазеть по сторонам, наконец уткнувшись взглядом в учительский стол. Хагрид что-то пил из большого кубка, профессор МакГонагалл беседовала с профессором Дамблдором, а профессор Квиррелл, так и не снявший свой дурацкий тюрбан, разговаривал с незнакомым Гарри преподавателем с сальными черными волосами, крючковатым носом и желтоватой, болезненного цвета кожей.       - Нюниус?! - крикнул Джеймс. - Что он там делает?!       - Разве не очевидно? - устало вздохнул Римус. - Преподаёт. Не удивлюсь, если зелья.       - Джеймс, прекрати! - Эванс серьёзно посмотрела на своего молодого человека. Пусть она уже не дружился с Северусом, ей до сих пор было неприятно, когда её друга бывшего друга так называли. - Все произошло совершенно внезапно. Крючконосый вдруг посмотрел прямо на Гарри — и голову Гарри пронзила острая боль. Ему показалось, что его похожий на молнию шрам на мгновение раскалился добела.       - ЧТО?! - не выдержал Поттер. - Что он сделал моему сыну?!       - Во-первых, у тебя ещё нет сына, Сохатый. Во-вторых, Снегг ещё ничего не делал. В-третьих, заткнись и слушай дальше, - вновь устало вздохнул Рем, а Лили послала ему благодарный взгляд.       - Но...       - Лили, лучше продолжи, а то он не заткнется.       - — Ой! — Гарри хлопнул себя ладонью по лбу.       — Что случилось? — поинтересовался Перси.       — Н-н-ничего, — с трудом выдавил из себя Гарри.       Боль прошла так же быстро, как и появилась. Но вот ощущение, которое возникло у Гарри, когда он поймал взгляд крючконосого, — ощущение, что этому преподавателю очень не нравится Гарри Поттер, осталось.       — А кто это там разговаривает с профессором Квирреллом? — спросил он у Перси.       — А, ты уже знаешь Квиррелла? Не удивляюсь, почему он такой нервный — занервничаешь тут, когда рядом сидит профессор Снегг. Он учит тому, как надо смешивать волшебные зелья, но говорят, что это ему совсем не по душе. Все знают, что он хочет занять место профессора Квиррелла. Он большой специалист по Темным искусствам, этот Снегг.       - Темные искусства, как же.       - Я же говорил, что он зелья преподаёт. Он всегда в них хорош был.       - Лунатик, ты что, хвалишь нашего врага?! - Блэк удивлённо посмотрел на друга.       - Я просто констатирую факт, Сириус, - чуть раздражённо ответил.       - Откуда у вас такие прозвища? - спросила Стоун.       - Эээ...       - ...Перед ними в воздухе плавали костыли. Как только Перси сделал шаг вперед, костыли угрожающе развернулись в его сторону и начали атаковать. Но они не ударяли, а останавливались в нескольких сантиметрах, как бы говоря, что он должен уйти.       — Это Пивз, наш полтергейст, — шепнул Перси, обернувшись к первокурсникам. А потом повысил голос: — Пивз, покажись!       Ответом ему послужил протяжный и довольно неприличный звук — в лучшем случае похожий на звук воздуха, выходящего из воздушного шара.       — Ты хочешь, чтобы я пошел к Кровавому Барону и рассказал ему, что здесь происходит?       Послышался хлопок, и в воздухе появился маленький человечек с неприятными черными глазками и большим ртом. Он висел, скрестив ноги, между полом и потолком, и делал вид, что опирается на костыли, которые ему явно не были нужны.       — О-о-о-о! — протянул он, злорадно хихикнув. — Маленькие первокурснички! Сейчас мы повеселимся.       Висевший в воздухе человечек вдруг спикировал на них, и все дружно пригнули головы.       — Иди отсюда, Пивз, иначе Барон об этом узнает, я не шучу! — резким тоном произнес Перси.       Пивз высунул язык и исчез, уронив свои костыли на голову Невиллу.       - Почему на Невилла?!       - О, материнский инстинкт проснулся.       - ...Здесь стояли пять больших кроватей с пологами на четырех столбиках, закрытые темно-красными бархатными шторами. Постели уже были постелены. Все оказались слишком утомлены, чтобы еще о чем-то разговаривать, поэтому молча натянули свои пижамы и забрались на кровати.       — Классно поели, правда? — донеслось до Гарри бормотание Рона, скрытого от него тяжелыми шторами. — Уйди отсюда, Короста! Представляешь, Гарри, она жует мои простыни!       Гарри хотел спросить Рона, что из сладкого ему больше всего понравилось, но не успел — он заснул, едва голова коснулась подушки.       Наверное, странный сон, приснившийся Гарри, объяснялся тем, что он слишком много съел. Во сне он расхаживал в тюрбане профессора Квиррелла, а тюрбан беседовал с ним, убеждая его, что он должен перейти на факультет Слизерин, поскольку так ему предначертано судьбой.       Гарри категорично заявил тюрбану, что он ни за что не перейдет в Слизерин. Тюрбан становился все тяжелее и тяжелее, и Гарри пытался его снять, а тот сжимался, больно сдавливая голову. Рядом стоял Малфой и смеялся над тщетностью предпринимаемых Гарри попыток. А затем Малфой превратился в крючконосого преподавателя по фамилии Снегг, который хохотал громким леденящим смехом. Потом ярко вспыхнул зеленый свет, и Гарри проснулся, обливаясь потом и содрогаясь.       Гарри перевернулся на другой бок и снова заснул. А когда проснулся следующим утром, он даже не мог вспомнить, что ему приснилось.       - Конец! - объявила Лили, оставляя закладку и закрывая книгу. - А теперь спать.       - Слушаемся, мамочка! - засмеялся Джеймс.