Часть 9.
6 июля 2020 г., 23:57
Я шла по коридору штаба, стараясь не попадаться никому на глаза и постоянно оглядываясь по сторонам. Быстро завернув в сторону библиотеки, я зашла внутрь и пошла вглубь помещения к самым дальним и незаметным углам, пытаясь спрятаться как можно незаметнее. Хотите знать, к чему все эти махинации? Все очень просто, я прячусь от своего личного дьявола, а по совместительству капрала Леви, встреча с которым не сулит мне ничего хорошего. Возможно, это выглядит глупо и по детски с моей стороны, но мне было не до шуток.
Несколькими днями ранее
После своего возвращения капрал приказал явиться к нему. И вот, я уже стою напротив его кабинета, не решаясь войти. Что-то мне подсказывало, что все, что там произойдет, мне не понравится. Набрав побольше воздуха, я постучала и приоткрыла дверь. Капрал как обычно сидел за бумажками, и, как только я вошла посмотрел на меня и сказал: — Неужели наконец научилась стучаться? Похоже, сильно тебя головой приложило. — И вам доброго утра, капрал. Зачем звали? Что надо убрать? — Сегодня — ничего, — сказал он, а у меня округлились от удивления глаза. Неужели, этот изверг, в силу моего состояния, смилуется? Не верю! Я тут же начала искать в чем-то подвох, и он незамедлительно появился. — Сегодня и ближайшие несколько дней ты будешь помогать мне в кабинете с отчетами. «Пф… какие-то бумажки… Ну, всяко лучше, чем со шваброй ходить,» — думала я. Как оказалось, я глубоко ошибалась, уж лучше швабра. Через несколько часов работы я готова была выть от отчаяния. Как с этим вообще можно разбираться! Ладно там, парочку бумажек заполнить и отнести, но нет, все оказалось гораздо сложнее и муторнее! Огромные кипы бумаг, которые надо было рассортировать. Отчеты, в которых нужно было разбираться, какие нужные, а какие уже устарели. Головная боль, так неожиданно решившая посетить меня. И, бонусом ко всему, капрал. Который постоянно отпускал колкие комментарии и раздраженно ворчал обо всем что я делала. За эти несколько часов я наслушалась столько нелестных эпитетов о своей никчемности, дебилизме, криворукости, тупоголовости и неряшливости… Да, я, конечно, знала, что далеко не идеальна, но чтоб настолько… Либо я и правда такая никуда не годная, либо это у капрала слишком завышенные стандарты ко всему. Я склонялась ко второму варианту. Ему даже мой чай не понравился! Сам отправил меня за ним, а когда я его принесла, он отпил, сморщился, и заявил, что хуже только помои в трущобах! Хотя, тут я с ним соглашусь, сама чуть желудок не очистила после того, как решила попробовать свое творение. Вечером в свою комнату я возвращалась морально изнасилованной. Но, даже так устав, уснуть я не смогла. Не знаю, сколько времени я пролежала, тупо пялясь в потолок, пока ко мне не пришла интересная идея, как отвязаться от совместной работы с капралом. Уж лучше швабра и ведро! Они хотя бы мозги не выносят! Вся суть моих действий заключалась в том, чтобы довести до ручки капрала своей никчемностью, неряшливостью и всем тем, чем он обо мне сегодня выражался. Если до этого я старалась хоть что-то нормально сделать, то тут буду делать то, что у меня лучше всего получается. А именно, портить и мешать всему вокруг. Тогда я капралу сама быстро надоем, и он от меня отстанет. Определившись с планом действий и мысленно пожелав капралу отвратительных снов, я наконец задремала. Со следующего утра я активно начала воплощать свою идею, и у меня это неплохо получалось. За несколько дней, капрал, кажется возненавидел меня даже сильнее, чем я его. На все его недовольства я пожимала плечами, мол, сами заставили меня этим заниматься, я вообще тут ни при чем! Даже начала побаиваться, вдруг я его окончательно задолбаю, и он меня где-нибудь придушит. Недавно встретила Ханджи на пути в столовую, мы с ней разговорились, и она упомянула, что в последние несколько дней Леви ходит какой-то слишком мрачный, а я наоборот, в прямом смысле этого слова, свечусь, того гляди солнце переплюну. На вопрос, что случилось, я неопределенно пожала плечами, и мы продолжили общаться, но уже на другие темы. А тем временем приближался день очередной вылазки за стену Роза. Оставалось уже около двух недель, и все активно к этому готовились. Многие понимали, что уже возможно не вернуться. Мои будни проходили как обычно, в основном я продолжала помогать — точнее мешать — капралу. Иногда виделась с Ником, Эмилией, и Джоном. Я с ними неплохо сдружилась за это время, только с Ником мы продолжали собачиться, но уже чисто по-дружески. О том случае ни он, ни я больше и не вспоминали. И вот в один прекрасный жаркий солнечный день, когда я, развалившись в кресле у капрала отдыхала и обмахивалась листочком, словно веером, мне в голову прилетела одна неприятная неожиданность. А точнее капрал заявился в кабинет собрал какие-то бумажки и на выходе сказал мне чтобы я после полудня была на тренировочном полигоне. Он будет сам со мной заниматься, так как за эти несколько дней мои и так не особо хорошие навыки упали еще ниже, и такими темпами на ближайшей вылазке меня сразу сожрут. Про себя я отметила, что меня так и так сожрут, но спорить на эту тему с капралом не стала, как и идти на эту самую тренировку. И вот сейчас я сижу в самом дальнем углу библиотеки, притаившись словно мышь, чтобы меня не заметили. Потому что уж, увольте, но на этом избиении младенцев, где избивать будут меня, я участвовать не собираюсь! Лучше тут отсижусь! Авось и не найдут! Искренне и всей душой надеюсь… И только я повернулась, чтобы устроиться поудобнее, как за моей спиной прозвучал недовольный голос: — Позволь спросить, какого хрена ты тут делаешь, когда уже давно должна стоять на полигоне?! Медленно повернулась лицом к источнику звука, все еще надеясь, что это всего лишь галлюцинация. Но все мои надежды рассыпались прахом, стоило мне увидеть капрала, стоящего сзади меня. Скрестив руки на груди, он прожигал меня взглядом. — Я повторюсь. Какого. Хрена. Ты. Тут. Делаешь. Судорожно начала соображать, что же делать, чтобы выбраться из этой ситуации без лишних переломов. Я не придумала ничего лучше, чем схватить первую попавшуюся книгу и невинно хлопая глазами показать ее капралу, со словами: — Вот, читала и увлеклась. Оглядев книгу и меня скептическим взглядом, он сказал: — Не дума, л что ты подобным увлекаешься. И тут я решила глянуть на книжонку. Это был какой-то бульварный роман в ядовито-розовом переплете. Такое обычно читают пожилые бабки-сплетницы, да юные наивные девушки. Не знаю, что подобное чудо забыло в библиотеке штаба Разведкорпуса, но название гласило: «Страсть дьявола». И вот, теперь я стою и тычу этой самой книженцией в капрала, все еще продолжая невинно улыбаться. Отступать-то уже поздно… Мысленно надавала себе лещей за такую тупость. — Ну, подумаешь! У каждого свои фетиши! — ответила я. Ничего мне не сказав, капрал выхватил у меня из рук книжку, засунул ее на ближайшую полку. А потом, схватив меня за шкирку, поволок на выход. Грушей для битья быть у меня настроения не было, но на все мои попытки отцепиться или хотя бы встать он не реагировал и тащил меня вперед. Дойдя до лестниц, он, все еще держа ворот куртки, приподнял мою сопротивляющуюся тушку и потащил дальше, вниз. Придя к полигону, он наконец соизволил меня отпустить. И, пока я приходила в себя, заявил: — Сорок кругов вокруг площадки и пятьдесят отжиманий. Вперед. — Чего?! — от шока выпалила я — Пятьдесят кругов вокруг площадки и шестьдесят отжиманий. Не став дальше спорить, я принялась выполнять приказ. С трудом закончив со всем этим часа этак за полтора, я свалилась на землю дохлым трупиком. — Двадцать минут перерыв, потом продолжим, — прозвучал голос капрала над моей головой. Он все это время стоял и наблюдал за моими мучениями. Тяжело вздохнув, я кое-как доползла до ближайшего столба, оперлась на него и принялась отдыхать. Уже вечерело. Ровно через двадцать минут капрал подошел обратно, и, сняв с себя куртку встал в стойку. Отчаянно вздохнув я поняла что уже не отверчусь и на моем теле сегодня появятся синяки, ссадины, и возможно даже вывихи. Это уж как капрал решит. В том, что он решил мне таким способом за все отплатить, я не сомневалась. Устало поднявшись, я потопала к нему и тоже встала в стойку. Мыслей о том, чтобы победить его у меня не было, это чисто физически не получится, так как он чертовски силен, не зря же его называют лучшим воином человечества. Быстро замахнувшись, я нацелилась в солнечное сплетение, попутно левой ногой делая подсечку. «Авось, не заметит и упадет». Но он блокировал удар рукой и удержался на ногах. Так я нанесла ему несколько атак, от которых он либо уворачивался, либо блокировал. Потом настала его очередь бить. Он начал наносить мне удары в разные места: живот, грудь, ключицы, ребра. Часть из них я отражала, и старалась, насколько это возможно, уворачиваться, но нередко не успевала это сделать и отхватывала. Неожиданно, он решил использовать на мне мой же прием. Ударил одной рукой, а ногой сделал подсечку. Не успев вовремя среагировать, я начала падать, и, решив воспользоваться всей своей ловкостью и скоростью, на какую была способна, быстро схватила одной рукой его за локоть, другой за плечо и постаралась наклонить его, чтобы потом прижать к земле. Но у меня не получилось. Капрал быстро сориентировался и устоял на ногах, при этом схватив меня за руки, перекинув через себя, прижал к земле. Поняв, что я больше не могу продолжать, он отпустил меня. Я, перевернувшись на спину, наблюдала уже за ночным небом. Сам капрал отряхнулся от пыли, надел куртку, и сказал, обращаясь ко мне: — Тебе нужно больше тренироваться. А особенное внимание уделить своей выносливости. На что я лишь мрачно хмыкнула. Сил подниматься уже не было, и я продолжала валяться, пока не почувствовала, как начинаю засыпать. И мне было плевать, где я сейчас нахожусь. Подумаешь, жестко. Переживу…
