А вы точно мой Ангел?

       — Что ты делаешь? — вопит мужчина.       Но Антон не остановится — жмет две кнопки сразу. Он никогда не был так уверен, как сейчас.       Антон знает что будет, если уничтожить два мира. Антон знает, что хочет сказать... в конце.

***

      «Привет. Ты никогда не задумывался что будет в конце времен? Что будет когда перегорят все галактики, все звезды потухнут, оставляя после себя космический мусор, все планеты сгорят в бесконечной войне, огонь победит технологии, пламя сожрет последние строки? Какие будут последние слова последнего человека? О чем он будет сожалеть, на что злится, про кого думать и за кем рыдать? И самое главное — с кем он будет прощаться?       Меня зовут Антон Шастун и я — последний человек в конце времен. И я знаю, что хочу сказать, Арсений. Я хочу говорить тебе. Бесконечно долго, не останавливаясь, смотреть в твои синие омуты и забыть обстоятельства. Забыть, что тебя возле меня нет.       Я люблю тебя. Нет. Это не просто три примитивные слова, которые я бы хотел написать. Эти слова слишком громкие, но по сути они пустые. Я бы хотел поговорить о твоей любви. Какая она? Сейчас расскажу.       Твоя любовь — это как касаться солнца, вкушать запретный плод, прыгать со скалы в глубины океана, расскачиваться на качелях до помутнений и искор в глазах. Твоя любовь — эйфория, и это то, чего я хочу. Твоя любовь — это так красиво [только в тот момент, когда я лечу].       «Лишь ты можешь смягчить моё падение, но не сделаешь этого».       Твоя любовь — это мерцающая звезда в глуби далеких галактик — к ней так далеко. Так больно падать.       Знаешь, твоя любовь — это как охотиться на призраков. Я охотился слишком долго, но ничего не получил в конце.       Твоя любовь — это мишень на мне. Как жаль — ты целишься в самое сердце. И попадаешь.       Любить тебя — это как пить горькие таблетки от простуды — это какая-то безвыходность.       Любить тебя — все равно что любить звезды. Разве кто-то ждет, что закат солнца ответит взаимностью?       Любить тебя — это любить прекрасную симфонию твои причуд.       Любить тебя — это райское наслаждение, слиток золота в кармане, палящие лучи в руке и невесомость в объятиях.       Любить тебя — это будто бегать за разгадкой к хитрому черному лису в цветущий лес, срывать для него незабудки и петь песнь сверчков под окнами пряничного домика.       Любить тебя — это держать твой образ в сердце. Всегда.       Любить тебя — это понимать твои жесты: улыбку, мимолетные касания, взмах руки или нахмуренные брови.       Любить тебя — это фотографировать закатные лучи на твоих запьястьях, и, вопреки твоим словам, называть это искусством.       Любить тебя — это всегда проверять сообщение на ошибки, перед тем, как отправить.       Любить тебя — это просыпаться ночью и поправлять твое одеяло.       Любить тебя — это всегда чувствовать себя защищенным.       Любить тебя — это знать сколько ложек сахара класть в чай.       Любить тебя — это считать розовые лучи на твоих острых скулах рано утром, пока ты спишь. И знаешь, если я не могу, то пускай солнце целует твои щеки.       Любить тебя — это собирать сломанные осколки калейдоскопа в надежде собрать свою душу.       Любить тебя — это любить бесконечность, пропускать сквозь пальцы вечность, утопать в Утопии.       Любить тебя — это считать созвездия-родинки на передплечьях, проводить одними пальцами по сгибам шеи, соединять звезды на груди.       Любить тебя — это всегда помнить твои обещания.       Любить тебя — это всегда помнить нашу историю.       Любить тебя — это словно любить далеких перелетных птиц в рассветном небе. [Не дотянуться].       Любить тебя — это словно открывать новогодние подарки — ты для меня всегда был загадкой.       Любить тебя — это словно читать книгу на ночь. Ты даешь волю фантазии.       Любить тебя — это никогда ни о чем не жалеть.       Знаешь, любить тебя — это как верить в жизнь после смерти. Я не верю.       Любить тебя — это как танцевать танго. У меня не получается, извини.       Любить тебя — это как будто ожидать поезд. Я всегда опаздываю.       Любить тебя — это как сочинять стихи. Мои строки потеряли смысл.       Любить тебя — это как читать мифы. Кажется, это было так давно.       Любить тебя — это как смешивать элементы на уроке химии. Всегда страшно.       Любить тебя — это как включать новости на телевизоре. Я всегда надеюсь, что будет лучше.       Любить тебя — это как решать сложные уравнения и находить векторы. Я не разбираюсь.       Любить тебя — это любить тебя такого живого реального, когда ты не можешь завязать шнурки или вынуть курицу с духовки; когда я целую твои ключицы, я еще больше убежден — ты картина, написана руками мастера. [Твоя красота вовсе не заложена в картине, она вся в тебе].       Любить тебя — это, открывая книгу, мимолетно сравнивать героев с тобой, а нашу любовь - немного трагичную и чуток романтичную не находить ни в одной прочитаной истории.       Любить тебя — это делать то, что хочет мое сердце.       Любить тебя — это всегда риск.       Любить тебя — это навсегда.       Утопия такая красивая. И мне хочется верить, что так будет всегда. Хочется бегать по улицам и кричать её имя. Хочется писать о ней серенады и сочинять стихи путем несложившихся рифм. А еще безмятежно хочется шептать твое имя, ведь Утопия не была бы такой красивой без тебя. Ты в каждом сантиметре этого места. Ты себя в него впитал, а я тебя.       Я никогда прежде не думал о любви. Я не знал что это и меня совершенно не интересовала вся эта книжная романтика, которую крутят по телику каждую субботу. Я думаю, что никогда бы не сумел описать, что такое любовь, но теперь, если кто-то задаст мне этот вопрос, я скажу, что любовь — это ты».       Антон дописывает последние строки, перечитывает текст на устройстве и нажимает кнопку отправить.       Место: Утопия. Дата: 12.08.5057 год. Четверг, 16:30.       Верстат трещит под сильными руками, превращаясь в крупицы и уламки, отлетает на несколько метров, издавая протяжный звук. Горячие слезы разъедают кожу, скафандр давит, становится всё жарче и жарче. Парень последний раз смотрит на часы — 3 минуты.       Красная звезда в небе так близко, Антон это чувствует даже через костюм. Солнце, будто коконом, укрывает атмосферу Земли, съедая последние клочки живого, не давая право на жизнь ни одной сущности. Будто огонь языками пламени облизывает каждое бревнышко в костре, каждую веточку, каждую соломинку, превращая в пепел. Бесконечная война, в которой ты проиграл.       Антон протягивает руку.

***

      Вот Арсений учит Антона играть в гольф, обнимая со спины, а тот, наверное специально, опять промазывает, чтобы повторить это еще раз. Вот Антон опять неуклюже падает, поранив коленку, а мужчина потрепав пшеничные волосы, бежит за аптечкой. Вот Антон игриво шлепает по заднице Ангела, с хохотом убегая в спальню, а тот рычит в ответ, пытаясь не спалить утюгом свой костюм и всю квартиру целиком. Вот Арсений стоит перед зеркалом, опять недоволен прической, причесывает пряди рукой, хмурясь, немного высунув язык, а Антон лишь умиляется, щекоча дыханием затылок. Вот Антон приносит чашку горячего кофе прямо в постель и целует Ангела в ямочку. Вот Арсений запекает курицу, шикая на только что появившиеся ожоги на пальцах, а Антон с серьезным лицом нарезает помидоры, пытаясь не разбрызгать красные капли по всему столу (миру). Вот Антон настраивает дроида на нужную частоту и тот поет песни женским голосом, что-то о лыжах и лавинах. Оба смеются.       — Ты не настоящий, — шепчет Арсений.       Горячие слезы оппаляют щеки.