У костра

- Я, кажется, все. Голос выдернул Динара из состояния зыбкого полусна. Штурмовик сел рывком, передернул плечами от пронзительного холода, и попытался проснуться. Рен, свернувшийся по ту сторону угасающего костерка дрожащим комком смотрел куда-то мимо и было отчетливо слышно, как у него стучат зубы. - Эй... Ты чего? - Не знаю, - часто дыша и вряд ли до конца понимая, где находится, выговорил тот и попытался свернуться еще плотнее. - Просто в следующий раз я не проснусь. Совсем. Стра-ашно... Последнее слово прозвучало неожиданно жалобно и с обидой. Помочь ему Динар Нейд не мог никак, только подбросить остатки плавника в угасающий огонь. Доставшийся им в качестве "счастливой" карты берег был длинным, узким куском каменисто-песчаной земли вдоль высоченного обрыва над морем. Днем нестерпимо жгло солнце, ночью от холода и сырости можно было запросто подхватить пневмонию или что-нибудь похуже. Ни растений кроме относительной сухости веток, выброшенных морем, ни нормальной воды не было. Если Дин еще терпел, так как был поцелее, то Рену было хуже. Намного хуже. - Вот и все... Динар вздохнул, заставил себя подняться, подойти и сесть на расстоянии какого-нибудь метра. - Потерпи. Мы придумаем, как выбраться... Паренек засмеялся, тихо, с отчетливой ноткой истерики в голосе. - Конечно... Наверное, он был прав. Дин уже прикидывал, как забраться наверх, и вынужден был признать, что вряд ли залезет даже один. С грузом на спине - не сумеет точно, да и не удержится Рен на его плечах. Не с черными от кровоподтеков переломанными пальцами. Когда он умрет - а это действительно случится скоро, - Динар попробует, но точно не сейчас... Нейд покосился на спутника и тут же отвел взгляд. Без Рена он не выбрался бы из цепких лап Сопротивления. Не проплыл бы и пятидесяти метров, не говоря уже о том, чтобы выбраться в шторм на сушу. Без Рена у них не было бы костра, а с ним - какой-никакой, но съедобной пищи вроде местного варианта крабов. Только Рену от всего этого легче тоже не было. Он выглядел намного младше Динара, лет на пятнадцать а то и еще меньше - небольшого роста, сухой, угловатый подросток с необычно длинными и ярко-золотыми волосами. И вел себя иногда как озлобленный мальчишка, а иногда - как трехсотлетний старик с богатейшим жизненным опытом. Он так и не назвал Дину своего имени. - Холодно. Эпическая Сила, да иди же ты сюда! - Почти вскрикнул Рен, продолжая трястись и клубковаться. - Будто ты сам не замерз! А еще что-то изображаешь! Динар смутился. Он не очень понимал, чего добивается паренек. Не могло же ему прийти в голову, что... - Сюда иди! - Истерика словно отступила, голос стал ровным, уверенным и жестким. - Иди сюда, ложись вдоль меня и спим до утра. - Но... - начал было краснеющий Динар. В Третьем флоте неуставные отношения, а тем более физический контакт не приветствовался, кроме специально предназначенных для этого дроидов, репликантов и девиц. - Мне приказать Силой?! - почти прошипел Рен. - Придурок!!! Он был горячим, как печка, намного теплее окружающих скал, только дрожал очень сильно. Из одежды на обоих были только трофейные штаны - даже куртку Динар утопил. Дину было бы куда удобнее морально повернуться спиной и прижиматься спина к спине, но Рен был все-таки прав - единым клубком намного теплее. - Скольких мы завалили? - хрипло прошептал тот, не поднимая головы. - Человек десять, да? - Думаю, больше. - Ну, может быть... Жаль, что мало. Надоели, хуже моли в шкафу. А как ты трусил, когда в камеру в начале впихнули... Динар почувствовал, что уши теплеют сами по себе. - И ничего я не трусил... - Трусил. Я слышал. Штурмовик Третьего Флота, один из охранников гранда Талленка, Динар Нейт тихо и долго выдохнул в золотые волосы. - Ладно, трусил. Знаешь, про вас рассказывают такое, что кто угодно трусить будет. А тут... меня впервые под пыточного дроида отдали, до тех пор вручную пытались. А как пытались... ну по морде, ну по печени, пару ногтей сорвали... больно, конечно, но сам понимаешь. Я не рассказывал ничего. Они в принципе понимали, что не выходит, и вряд ли выйдет, а дроид еще подтвердил. Знаешь, нудным голосом, что психо-физические показатели объекта не предполагают... и все такое прочее. И вот тогда прислали твилечку. Она вроде детектора лжи, форсер. - А-а, мелкую, - Рен засмеялся. - Хреновый она форсер. Со мной в гляделки играла, пыталась что-нибудь из моей головы прочитать. А я взял и повспоминал всякое отвратительное, специально. Как меня убивали много лет назад, и как я потом убивал. Запищала, заплакала и убежала. - Вот она и придумала, чтобы меня засунуть к тебе. Почуяла, что это для меня страшно. Вот такое - страшно. Наверное, сама пытать вашей Силой не решилась или не умеет... - Пачкаться боится. - Может быть... Рен был завораживающе-теплым. Особенно сейчас, с температурой тела под сорок, что для него самого было очень плохо, а для смертельно промерзшего Динара - очень уютно. - А потом? - с интересом спросил паренек. - А потом притащили к твоей камере. Сказали, что или рассказываю все, что можно, или туда, поправлять твое самочувствие, потому что Рены пьют жизненную энергию из живых. А рассказывать я отказался... Динару не хотелось говорить, что когда его втолкнули в подобие карцера - небольшую полутемную комнату, ему в самом деле было очень страшно, до озноба, до панической ругани, рвущейся из глотки. Один раз он уже видел толпу Ренов в действии и чудом пережил ее, провалявшись в бакте больше месяца. Он не хотел второго раза, тем более без оружия в руках. Не хотелось вспоминать первый шаг по ржавому полу и первый взгляд на лежащего на полу подростка и ощущение дикого разрыва шаблона, какой-то безумной нереальности происходящего. В первый момент он просто пытался как-то увязать картину с известными фактами и слухами, потом и вовсе решил, что повстанцы солгали ему и просто пугают - искалеченный мальчишка не выглядел Реном до того момента, как медленно, со страшным усилием не поднял головы: тогда Дин увидел пылающие желтым глаза. - Ты не поверил, что я форсер, - опять засмеялся Рен. - Ага, я тоже помню. А как подскочил, когда услышал голос в голове! - Высоко, - буркнул Динар. Ему не было смешно, особенно двое суток ранее. - "Я в самом деле форсер и Рен, но поглощать тебя не собираюсь. Я предлагаю поглотить тех, кто нас тут запер, вдвоем." - А ты сказал, что поглощать их - еще отравиться можно, лучше просто прикончить. Молодец, что не вслух сказал. - Боялся, что там будут микрофоны. Вспоминать о том, как он осторожно подходил к пленнику и едва-едва удерживался от болезненной гримасы, Дину не хотелось, особенно сейчас. Рена держали в плену явно дольше, содержали хуже, а искалечили страшно, опасаясь, что целым он натворит дел. Динар со старта заметил изуродованные руки, жуткие кровоподтеки на боках и неестественно вывернутый голеностоп - ни встать, ни удержать оружия. - А ты сказал, что притворишься мертвым так, что никто не отличит. Мне только надо сперва на камеру проверить пульс и разбудить тебя, как только войдут и тебя коснутся. Хорошая идея. - Сработала же... - Рен опять задрожал, прижимаясь спиной с бусинами позвонков к груди Динара. - Как они потом по камере летали, даже вспомнить приятно. Идиоты... - И как мы потом в их тряпках к спидерам шли. У самых-самых машин попались. - Но взлетели же, - огрызнулся Рен. - Ну да... - Дин снова немного растерялся: иногда парень начинал огрызаться на совершенно пустом месте. - Взлетели. И улетали. И даже погони не было. - Потому что спидер отслеживали по маячку. - Да понятно... И пришлось прыгать. - А что делать было?! - Опять ощетинился Рен. - Куда бы мы ушли в таком состоянии?! Помнится, уходить один ты наотрез отказался! - Отказался, - согласился Динар. - А что, надо было тебя бросить? - А чем не заслон? Какой-никакой, а форсер. - Я не мофф, чтобы в заслоны ставить, - на этот раз огрызнулся Дин. Таленк из многих пунктов больше всего ему нравился тем, что никогда сам не трусил принимать бой. Рен то ли хмыкнул, то ли всхлипнул, но его лица видно не было. - А теперь подыхаешь вместе со мной, - едва слышно выговорил он. - Я из моря бы сам не выполз, - почти также тихо выговорил Динар. - Я плавать совсем не умею, никогда не приходилось, а на факультатив не ходил, думал - не пригодится... Штурмовик невольно вздрогнул сам. Море, в которое им пришлось прыгать, внизу катило и с грохотом разбивало о невидимый берег огромные волны. Спидер мгновенно скрылся в черноте ночи, и ни взрыва, ни чего-то еще они не услышали, бултыхаясь в холодной воде. И хотя ботинки и остальное тяжелое снаряжение улетело вместе с машиной, плыть оказалось очень тяжело, особенно в первый раз. Как справлялся Рен со своими травмами, Динар понимал с трудом, но сам начал захлебываться минуты через три, не больше. Именно Рен выволок его на поверхность, именно Рен проорал "вдохни и задержи воздух, легче станет!" и от совета вправду стало легче держаться наплаву. Тот же Рен двадцать минут спустя, едва перекрывая рев бесящейся воды, объяснял, как на гребне волны относительно безопасно преодолеть самые страшные валуны... Потом они просто лежали, не способные подняться, осыпаемые брызгами, измученные до последней крайности, и в полубеспамятстве ожидали рассвета. Рассвета, со всей безжалостной точностью осветившего их незавидное положение. Динару было искренне стыдно, но тогда он крыл берег и идею отпускать спидер в свободный полет страшными проклятиями, а Рен, не двигаясь с места, молча заставлял слетаться к ним окрестный плавник - обломки веток и что-то, похожее на жесткий папоротник. Еще более стыдно было за собственный злой крик "Ну, и чем ты собрался это зажигать? Или твой лазерный меч спрятан в заднице?!" Парень не ответил. Он только протянул руку в сторону воды, и оттуда взлетел водяной шар. Шар выполнил функцию линзы, и спустя пять минут огонь весело потрескивал, а красный от стыда Динар ловил "крабов"... - Не хочу, - еще тише прошептал Рен кому-то, и вряд ли Динару. - Не хочу вот так, с непонятно кем, непонятно где, как побитый пес в подворотне... - Прорвемся, - проговорил штурмовик, зная, как это глупо звучит для парнишки, но тот, кажется, просто не услышал. - Не хочу один, опять один, как раньше. Почему нельзя по-другому?.. Небо из черного с дырками звезд медленно становилось темно-синим. Скоро рассвет, а рассвет сделает Рену еще хуже и больнее - его кожу и один солнечный день покрыл мелкими сочащимися влагой волдырями. Движение, даже не звук, и огромный светло-серый силуэт на фоне синевы Дин заметил очень поздно. Сел, сжимаясь в комок - защищаться было нечем, а врукопашную шансов против такой громадины не было почти никаких. Два с половиной метра роста, широченное тело, мощные ноги и руки... Таллз? Но откуда тут взялся таллз - их все-таки догнали и нашли враги? - Живым я не сдамся, - прохрипел Динар, поднимаясь на ноги и сжимая кулаки. -- Я не причиню тебе вреда. Голос звучал в висках, также, как голос Рена. В нем была громадная сила, и в то же время странное, удивительно умиротворяющее ощущение безопасности в присутствии гиганта. - Ты кто такой? Рен? Это кто? Рен не ответил. Он лежал, все также скорчившись и дрожа, едва слышно постанывая. -- Легерт - мой друг, - вместо Рена ответил таллз, подступая ближе и нависая над мальчишкой с золотыми волосами. Легерт дернулся всем телом, каким-то нечеловеческим, жутким движением поднял голову, уставился на существо бездонными провалами глазниц, в которых не различить глаз. - Пушистый? Пушистый, ты за мной пришел? Вправду? -- Конечно, - согласился таллз и сел. Потянулся вперед, и повинуясь этому странному жесту тело Рена плавно, как спидер, поднялось над камнем и спланировало на колени громадины. Одна лапа скользнула под затылок, вторая зависла над неестественно округлившимся животом - раньше этого на свернувшемся парне видно не было, а сейчас Дин понимал, что жить Легерту Рену (вероятно так) оставалось действительно считанные часы. - Слишком хорошо для правды, - выговорил паренек. - Не примчатся друзья... -- Ты ошибаешься, - очень мягко ответил таллз. - Примчатся. Уже примчались, так быстро, как только сумели. Легерт дернулся, несколько раз моргнул, попробовал тряхнуть головой. Губы вдруг жалко дрогнули, лицо исказилось в судороге, а по щекам блестя оранжевыми бликами, покатились слезинки. - Пушистый... Ему не хватало дыхания говорить, и сил что-то сделать, даже поднять руку, только смотреть широко распахнутыми глазами на белый силуэт и беззвучно плакать. Динар быстро отвернулся, и от таллза, и от костра, и от Рена, как раз вовремя, чтобы увидеть еще два силуэта, возникающие из чернильной темноты. Один из двоих, горбоносый молодой человек в черном, с очень узнаваемым цилиндром рукояти на ремне молча прошел мимо, легко коснувшись ладонью чужого плеча, и остановился рядом с таллзом. Второй, однорукий огнеметчик, о котором ходило очень много жутких легенд, оказался совсем рядом с Динаром. Сбросил с плеча рюкзак, одним движением стряхнул с него шар спального мешка. Его действия были привычными, скупыми и отлаженными, словно у хорошего дроида. - Лезь. Грейся. Это ты помог Младшему выбраться. - Уж скорее он мне, - ответил Дин, хотя огнеметчик не столько спрашивал, сколько утверждал. - Взаимно, - не оборачиваясь, подвел итог горбоносый. - Тоже считается. Динар ждал продолжения. - Мы тебе должны, - закончил однорукий. - Рассчитаемся. Принимаются идеи на это дело. - Мне не надо, - слишком удивленный, чтобы в самом деле что-то придумывать, ответил Дин. Честно говоря, он ожидал совсем другого, вроде удара клинком, и хорошо, если сразу насмерть. Допустим, младший, который Легерт, мог еще стараться сберечь спутника, рассчитывая на его ответную помощь, но эти двое... или трое, учитывая "пушистого"... Пушистому младший Рен, шепотом, сбивчиво и путано что-то говорил, хотя что можно было понять из его полубреда-полуистерики оставалось открытым вопросом. - Ответ не принят. Рано или поздно мы придумаем сами, - опять не оборачиваясь, сообщил горбоносый Рен. - Кроме того, что тебя надо вернуть очень недовольному пропажей гранду, любимые спецы которого сейчас чистят здешнюю обитель Сопротивления во всех местах. Для справки - Рыцари Рен тоже разумные живые существа и свои, которых не так много, нам ценны и дороги. - Особенно младший, - ухмыльнулся огнеметчик. - Особенно наш младшенький... - Я все слышал. Не смей звать меня младшеньким, - откликнулся слабый голос со стороны костра. - Сто раз тебя просил, Кардо. Синее небо плавно голубело над обрывом. Однорукий Кардо ухмыльнулся шире, чуть покачивая головой, и взглядом указал Динару на спальник.