Попутный разговор

      — Пи, Пи`Синг. Ну давай же скорее, а то мы опоздаем, — вопил на всю станцию Крист и тянул Сингто за руку в направлении роскошного красавца-поезда.       — Кит-Кит, хочу тебя просветить на предмет того, что мы никуда опоздать не можем, поскольку этот поезд ждёт всех своих пассажиров. Это раз. А второе — неужели ты думаешь, что после первого сезона «Сотус», который принёс нам такую популярность, кто-то куда-то вообще уедет без нас? Фанаты пробрались даже на эту экскурсию, где количество мест ограничено. Дождутся они нас, безусловно. А потому тут нас ждёт всего лишь относительный покой. И нам лучше заранее к этому подготовиться, — завершил свою речь Сингто.       — Ооой, Пи, не драматизируй ты так, — начал Перават свою любимую игру: «Убеди Пи`Сингто в том, что не всё так мрачно, как он себе нарисовал». — Ну да, фанаты тут тоже есть, да, нам придётся быть осторожнее и полностью расслабиться не выйдет. Но ведь какое-то время мы сможем побыть в тишине и только вдвоём. Ну же, Сингтуан, давай радоваться этой маленькой передышке посреди жаркого лета. И давай получим от этой поездки максимум удовольствия. Пожалуйста, Пи`Синг.       — Оох, Кит… Ты, как всегда, работаешь батарейкой. И как только у тебя получается вывернуть всё так, что вот в эту самую секунду я действительно верю: мы сможем выкроить немного времени для себя и насладиться путешествием.       — Просто ты любишь меня, Пи, — тут же ответил Перават. А потом исправился: — Ну, то есть, любишь проводить со мною время, разве не так?       — Так, Кит-Кит, конечно, так, — улыбнувшись, ответил старший. Оговорка младшего привлекла внимание Сингто. Если бы только его Нонг знал, что уже некоторое время Прачая не только любит проводить время вместе, а просто любит…своё личное солнце. Когда это произошло? На этот вопрос никто не мог дать ответа, даже сам Сингто. Просто в какой-то момент парень осознал: хочет быть рядом. Перават притягивал к себе, как магнит. Его непосредственность и обожание настолько обезоруживали, что Прачая, не встречавший до этого подобных людей, пал жертвой обаяния своего младшего. И ничуть об этом, кстати, не жалел.       Краем уха слушая трескотню младшего о захватывающих видах Кюсю, Сингто обдумывал их отношения. На каком они сейчас уровне? Начиналось всё действительно с «Пи-Нонг». Встреча в университете, столкновение двух сильных характеров, неизбежный конфликт, а затем — попытка разглядеть в другом что-то большее, чем непрошибаемое упрямство одного и вечная правильность второго. Попытка оказалась удачной. И вот младший уже просит совета у Сингто. Он хочет быть наставником, так же, как и Прачая. И старший откликается. Он помогает Кристу разобраться в тонкостях такой сложной, но в то же время такой важной должности. Помогает прочувствовать ценность миссии, что возлагается на плечи каждого наставника. И просто поддерживает, помогая раскрыть потенциал младшего ещё больше.       А после восхищается, наслаждаясь ощущением правильности, которое возникает, когда он видит своего Нонга за барабанной установкой — такого сосредоточенного и погруженного в свой собственный мир. И это завораживает. Потому что во всё, что делает Кит, он вкладывает частичку себя. И видя, как младший отдаётся любимому делу, Прачая тонет в океане чувственного удовольствия, которое вызывает один только факт того, что и он тоже где-то причастен к такой всепоглощающей феерии, что рождается в руках Криста.       Этим хотелось наслаждаться вечно. И совершенно естественным стало то, что когда на кастинге «Сотус» глава наставников встретил своего младшего, у него внутри разлилось тепло от осознания того, что Нонг нашел для себя ещё одну область, в которой может добиться успехов.       А потом они оба прошли на главные роли. И Сингто понял, что уже ничего не будет, как прежде. Нет, парни и до этого хорошо общались, но сейчас речь уже шла не просто об общении. Теперь от них требовалось максимально полное погружение в образы Нонг`Конгфоба и Пи`Артита. Парням необходимо было сыграть историю любви. Довольно банально, правда? Хотя тема BL была ещё довольно нова, поскольку в Таиланде только начали разворачивать обсуждения и в целом поднимать вопрос серьёзности однополых отношений и законного их оформления. И неизвестно, сколько ещё это должно было продлиться. Но для того, чтобы лакорн выстрелил и стал легендой хотя бы на тайском телевидении, от Прачаи и Перавата требовалось не просто сыграть любовь, а влюбиться в то, что они делают. Влюбиться, как впервые: нежно, трепетно, оберегая и защищая, желая быть рядом и заботиться. Вот чего в итоге добивалась съёмочная команда и автор новеллы «Сотус», которую и собирались экранизировать.       И парни честно старались: посещали разные тренинги, ивенты и собирались на вечеринки для сплочения коллектива. Причем как с кастом сериала, так и вдвоём. Кристу и Сингто приходилось проводить вместе очень много времени. И раскрывая друг в друге всё новые и новые стороны, открывая всё новые качества и воплощая на экране всё новые чувства, они всё-таки сделали, казалось бы, невозможное. Сериал побил все рекорды просмотров в Таиланде, а парни стали известны в Азии, а после в Европе и Америке. Перавата и Прачаю стали приглашать в разные передачи, они стали первой BL-парой, которая забрала награду «Couple of the year» от «Kazz Magazine» и «Favourite couple» на «Maya Awards»в 2017 году. Можно, конечно, было всё списать на годы знакомства, на хорошее общение, на то, что Сингто было комфортно работать с Кристом. Но по окончании съёмок лакорна Прачая уже не пытался обманывать себя. Младший был нужен ему. Нужен, как вторая сторона медали, как «ян» для «инь», как эмоциональный противовес для его рефлексии. И наконец, как глоток свежего воздуха, который становится спасением среди душного общества.       «И это значит, что я люблю…» В мысли старшего ворвался голос того, кто занимал его мысли большую часть времени вот уже года два.       — Пи`Синг. Ну ты что, вовсе меня не слушаешь? Мы увидим океан. Представляешь, Тихий океан! Он будет совсем близко. Нет, я, конечно, видел воду, много воды, но никогда из окна поезда. Будда, как же здорово, что у нас есть такие фанаты. Я так счастлив, — не затыкался Крист. А Сингто погрузился в воспоминания:

Flashback

Офис GMMTV, кабинет Пи`Та

      — Добрый день, Пи`Та, — парни, стоя на пороге, сложили руки в вай и склонили головы. — Вызывали?       — О, доброго дня и вам, Крист, Сингто. Да, вызывал. У меня есть приятная новость для вас и ваших менеджеров. А вот, кстати, и они.       — Вызывали, Пи`Та? — точно так же, как ранее парни, сделали вай Джейн и Юи.       — Так, все в сборе, — произнес руководитель. — Отлично, значит так, вы все хорошо потрудились, особенно вы, парни, — кивок в сторону Криста и Сингто, — и заслужили отдых. И чисто случайно так же подумали ваши японские фанаты и подарили вам билеты на круизный ретро-поезд «Нанацубоси». Путешествие продлится три ночи и четыре дня. В программу входит посещение храма Кирисима, горы Сакурадзима, озера Кинрин и ночевка в рёкане — традиционной гостинице в японском стиле. Единственное условие — минимальный отчет о поездке и, конечно же, общение с пассажирами, так как это ваши фанаты. Джейн, Юи — это под вашу ответственность, — обратился Пи`Та к менеджерам. Те кивнули, показывая, что услышали и приняли к сведению. — На этом всё, вот вам билеты, можете идти собираться. Желаю хорошего отдыха.       — Спасибо, Пи`Та, — отозвались все присутствующие и поспешили покинуть кабинет генерального директора.

End of flashback

      И вот теперь, сойдя с поезда «Токио-Кюсю», Прачая слушал младшего и послушно шел за ним, позволяя Киту привести его к составу. Путь парней лежал к «Mojikō Station», откуда экскурсионный поезд и начинал свой путь. Придя к месту назначения с Пи`Джейном и Пи`Юи, которые во время всего пути держались чуть поодаль, парни поучаствовали в приветственной церемонии для всех пассажиров «Нанацубоси» и наконец-то заняли места в своём купе. Правда, долго им там просидеть не удалось. Едва поезд начал своё движение, как на пороге появились менеджеры, напоминая о мини-встрече с фанатами. Кит тут же подскочил, всем видом выражая желание поскорее покончить с «официальной» частью, — как выразился сам младший. А Сингто, медленно поднявшись, тяжко вздохнул и поплелся следом.

***

      Несмотря на опасения Прачаи, встреча получилась довольно камерной. Всё же в поезде было лишь тридцать пассажирских мест, четыре из которых были заняты парнями и их менеджерами. Отвечая на вопросы касательно продолжения «Сотус» и дальнейших планов на жизнь и творчество, Кит с удовольствием делился своими эмоциями по поводу будущего проекта, — ведь Пи`Та разрешил обнародовать информацию по поводу «Сотус С» — и с удовольствием слушал версии расшифровки той самой загадочной «С», ехидно улыбаясь и отмалчиваясь на все просьбы расшифровать её самому. В принципе, Сингто ничего и делать не приходилось: весь мини-фанмит взял на себя младший, делая то, что ему больше всего нравилось — общаясь с людьми. За всё время встречи старший ответил вопросов на пять. И то потому, что четыре из них были адресованы конкретно ему. Проговорив где-то с час, Крист поднялся и, поблагодарив фанатов за внимание, пообещал, что он и его Пи ещё увидятся и пообщаются с ними, когда поезд прибудет на место первой экскурсии. Затем Перават кивнул Прачае, чтобы тот тоже сказал пару слов. Сингто последовал примеру Кита и произнес:       — Спасибо, что уделили нам внимание. И спасибо за возможность познакомиться с культурой такой чудесной страны, как Япония. Увидимся через несколько часов. До скорой встречи, — после чего проследовал за младшим к выходу из гостиной — своеобразного зала для встреч.

Купе «Нанацубоси»

      — Ну вот, Пи, видишь, а ты бурчал. Только зря нервы тратил. Всё ведь хорошо прошло. И быстро, — проговорил младший, затаскивая Сингто за руку в купе, на ходу кивая менеджерам, чтобы их не тревожили до прибытия, и закрывая двери на замок.       — Ага, и в этот раз ты тоже оказался прав, Кит-Кит, — легко улыбнулся Прачая, в глубине души радуясь тому, что Нонг вновь всё верно угадал. Ведь это значило, что теперь он наконец-то может посвятить время себе.       — А то, Пи`Сингто. Я ведь знаю, как быстро дать фанатам то, чего они хотят, и красиво уйти в закат, — разливался соловьем Перават. И это было чревато. Когда Кит начинал давать Сингто мастер-класс на тему: «Как стать общительнее и очаровать всех по методу Криста Перавата», нужно было срочно менять тему. Иначе ликбез мог затянуться на долгое время. Чем и занялся Прачая, перебив младшего на полуслове неожиданным восклицанием:       — Кит, посмотри, океан. Ты ведь так хотел увидеть его из окна поезда. Теперь у тебя есть подобная возможность. Так не упускай же её.       И это сработало. Младший тут же закрыл рот, прилип к окну и с минуту от вечной болтушки Перавата Сангпотирата ничего не было слышно, кроме междометий и отрывочных восклицаний:       — Вау… Ух ты… О, Будда… Как же красиво… Прелесть… Никогда не видел… Просто рай.       Прачая наблюдал за этой картиной и…ощущал себя дома. Мерный стук колёс, солнце, которое золотило волосы Кита, голубая мирная гладь океана, раскинувшаяся в окне, сколько хватало глаза — всё это согревало так, как никогда в жизни. Таким младшим хотелось не только любоваться, а подойти, присесть рядом, обнять, зарыться носом в волосы и вдохнуть такой полюбившийся запах ментолового шампуня, которым так любил пользоваться Крист. Ну и немножко запах кожи самого Перавата. Одернув самого себя, Сингто с трудом отвёл взгляд и предложил:       — Знаешь что, Кит, а давай выпьем чаю. Я знаю, что ты не слишком его жалуешь. Но может быть хотя бы легкого, ягодного? Как тебе предложение?       И в любой другой день активный Крист, скорее всего, согласился бы попить что-либо со старшим, но отдал бы предпочтение чашке «американо» или же холодному кофе. Но, видимо, расслабляющая атмосфера этого дня способствовала тому, чтобы попробовать что-то новое. А потому Перават, на секунду отвернувшись от окна, произнес:       — Согласен, Пи. Я буду клубничный чай, * хотя, думаю, ты сейчас не удивился. Принесешь?       — Да, Кит, схожу, конечно. Не вопрос, — ответил Сингто, поднялся и вышел из купе.       Старшего не было минут пять, но вот в двери купе раздался стук. Крист поспешил открыть и, увидев Прачаю с маленьким подносом, на котором стояли два чайничка и сахарница, поспешил забрать у своего Пи ношу и поставить на стол, тем самым давая Сингто вновь закрыть дверь на замок и расположиться за столиком, который находился прямо возле панорамного окна. Конечно же, купе им досталось в седьмом вагоне: благодарные японские фанаты позаботились о том, чтобы парни сполна насладились видами их прекрасного Кюсю в целом и притягательного океана в частности.       Крист уже сидел на своём месте, втягивая носом пар, который шел из чашечки. Неугомонный Нонг за те мгновения, пока Сингто закрывал дверь и шел к столику, уже успел налить и себе, и своему Пи ароматного чаю и теперь, ожидая, пока напиток остынет, наслаждался его ароматом. Прачая последовал примеру Перавата и втянул пар, идущий от его чашки. Бармен не обманул: запах чая старшему действительно понравился**. Сингто надеялся, что и вкус его не разочарует. Пока Прачая наслаждался ароматом, Крист начал говорить:       — Пи`Синг, я тебя просто обожаю. Ты всегда угадываешь мои желания. Великолепный запах. Спасибо большое. Жду-не дождусь, когда же можно будет попробовать этот божественный напиток.       — Не за что, Кит-Кит. Мне мой чай тоже нравится, — отозвался Сингто. — Я доверился вкусу бармена, и он меня не подвёл.       Прачая ещё не успел закончить фразу, а младший уже стоял возле него, положив голову на плечо, и вдыхал аромат, исходивший от чашки старшего. И, видимо, результат его удовлетворил, потому что, вернувшись на место, он многозначительно изрёк:       — И правда, Пи`Сингто. Ты похож на вишню. В тебе тоже есть эта легкая кислинка. Ты далеко не для каждого человека. Такая твердая кожица и такая нежная мякоть внутри. Но ведь до сердцевины надо ещё добраться, правда, Сингтуан? А это удастся не каждому. Только избранные поймут, как добраться до сладости, что скрывается внутри.       Прачая, что начинал слушать Нонга с той снисходительностью, с которой взрослые иногда слушают маленьких детей, замер, а мысленно его челюсть давно встретилась с полом. Это Перават сейчас всё ещё о вишне или…?       — Кит, ты о чём говоришь? — после нескольких секунд метаний всё же решил уточнить Прачая.       — Как о чём, Пи? О том, что вишня тебе идёт. Так же, как и красный цвет. Вот только ты даже не пробуешь его носить. Как и любой другой яркий оттенок. Оой, какой же ты скучный, — простонал Крист. Но потом перевел разговор на другую тему: — Хотя ладно, лучше расскажи мне, как тебе открывающийся вид, — с этими словами младший махнул рукой в сторону панорамного окна, что раскинулось во всю ширину вагона и почти во всю его длину. — И давай, что ли, чаю выпьем, а то, остыв, он определенно будет невкусный.       — Да, конечно, — отмер Сингто, который, уставившись туда, куда показывал Кит, был погружен в собственные мысли. Теперь уже на предмет того, какова вероятность, что Перават сейчас флиртовал с ним? — Что ты там спрашивал, Нонг?       — Оох, опять ты меня прослушал. Пи, если ты ещё раз заставишь меня что-либо тебе повторять, я больше не буду с тобою разговаривать, — известил старшего Крист, но потом всё же повторил: — Как тебе виды Кюсю, Пи`Синг?       Сингто взял свой чай, отпил половину, покатал на языке, наслаждаясь сладостью вишни и терпкостью самого напитка, а затем ответил, восхищенно выдохнув:       — Потрясающе, Кит. Жаль, что я не могу запечатлеть это. Поезд ведь движется. Фото будет смазанным.       — Пф, — фыркнул младший. — И это всё, что тебя останавливает? Сингтуан, ты едешь на круизном поезде по Японии. За окном — между прочим, панорамным — красивые виды океана. И знаешь, я, конечно, могу ошибаться, но думаю, что в ближайшее время ты сюда не вернёшься. И отдыха после этого путешествия тебе толком не видать. Ну, на недельку ещё поедешь к отцу, повидаешься и пообщаешься с ним. А потом второй сезон. Который, как ты видишь, мы ещё даже снимать не начали, а ажиотаж вокруг него уже превысил все допустимые нормы хайпа. Не будет у нас времени на себя. Да и времени в целом не будет. И после всего этого ты ещё думаешь: снимать тебе или нет эти великолепные виды? Бери фотик и не раздумывай мне тут! — завершил Крист свою речь, вставая и подавая Сингто его рюкзак.       Старший тут же достал фотоаппарат, выставил необходимые настройки и защелкал. И через снимков тридцать понял следующее: да, Кюсю завораживал, да, океан был великолепен, даже фото убегающей железной дороги притягивало своей невзрачной красотой. Но главная модель Прачаи сейчас преспокойно сидела рядом за столиком и, прикрыв глаза от наслаждения, пила чай. И этот момент хотелось запечатлевать и запечатлевать. Но едва Сингто сделал пару снимков Перавата, как младший открыл глаза и, увидев, чем занят Прачая, произнес:       — Сингтуан, ну ты серьёзно? Меня ты можешь в любое время поснимать. Я никогда не против, пока это ты. Ведь на твоих фото я такой красавчик, — Крист рассмеялся, подмигнув старшему. — Но ты ведь сейчас упускаешь важный момент, Туан. Что, если он тебе больше не представится?       — Почему ты думаешь, что не представится? — зацепился Сингто за слова младшего. Почему-то его уже час не покидало ощущение, что Крист говорит вовсе не о фотографиях. Но Перават, не обращая внимания на мысли Прачаи, о которых, конечно же, и знать не мог, принялся аргументировать позицию:       — Потому что каждая локация, которую мы проезжаем, по-своему прекрасна. И каждая минута этого путешествия — бесценна. Разве ты не чувствуешь этого, Пи`Синг? Отдайся моменту, насладись этим. Тебе ведь так нравится фотографировать. Так отпусти себя, Туан. Здесь только ты, я и океан. До станции нас никто не потревожит. Мы можем расслабиться, Пи`Сингто, поверь мне, — последние слова Перават буквально прошептал, вновь утыкаясь в чашку с божественным напитком.       Но Прачая слова Нонга растолковал по-своему. Отложив фотоаппарат и присев за столик, Сингто налил себе ещё чая и решил кое-что прояснить:       — Кит-Кит, почему ты так упорно убеждаешь меня расслабиться? Почему вообще думаешь, что я сейчас не отдыхаю и не наслаждаюсь?       Ответом на его вопрос стало хмыканье Перавата и совершенно неожиданное:       — Твои плечи, Пи. Они совершенно не расслаблены. Ты по-прежнему натянут, как струна. Просто ты не видишь себя со стороны. Такое ощущение, что ты сейчас под прицелом камер даёшь интервью на каком-то очередном награждении. Выдохни, Сингтуан. Здесь нет камер. Нет журналистов. Нет фанатов. Нет никого, даже наши менеджеры едут в соседнем купе. Мы тут одни, Пи`Сингто. Неужели ты не хочешь попробовать что-то новое? Ты ведь на отдыхе? Бери пример с меня: я пью великолепнейший зеленый чай, хотя в остальное время терпеть его не могу. Но этот напиток — просто божественный. И я знаю, что повторяюсь, однако это так, Пи. Я готов поблагодарить тебя миллион раз за то, что ты принес его мне. Потому что я им, и правда, наслаждаюсь. А ты наслаждаешься, Туан?       Сингто честно пытался осознать, в какой момент Крист вновь оказался рядом с ним и почему последние слова младшего зазвучали прямо у него над ухом. Но потерпел в этом нелегком деле поражение, поскольку внезапно его затопили эмоции Перавата. Нонг излучал безграничную нежность, и Прачая даже ощущал её буквально. Причина была банальна: встав позади старшего, Крист опустил руки на плечи Сингто и принялся аккуратно разминать их, забирая всё напряжение и скованность, что не покидали парня с самого утра. Пальцы младшего сжимались и разжимались, даря облегчение мышцам, которые слишком долго находились в состоянии боевой готовности. Затем они скользнули на шею, разминая позвонки и заставляя старшего тихонько простонать от удовольствия. Это не укрылось от Перавата, который немедленно спросил:       — Так приятно, Пи`Синг?       — Даа, — со стоном ответил Прачая, мысли которого немножко спутались от той лавины ощущений, что обрушил на него Крист.       — Я рад, что могу помочь тебе расслабиться, Туан. Это очень важно для меня.       И вновь Перават говорил какими-то загадками. И, конечно же, Сингто не мог не спросить:       — Почему это так важно для тебя, Кит-Кит?       И опять выпал из реальности, услышав ответ своего Нонга:       — Я хочу, чтобы тебе было хорошо. Хочу позаботиться о тебе, Пи. Ты мне дорог, Туан. Неужели ты так до сих пор ничего и не понял?       Голос младшего изменился. В нём прозвучали какие-то неизвестные Сингто нотки. Желая прояснить ситуацию, Прачая повернулся к Перавату и…утонул во взгляде младшего. Картина сложилась. Теперь всё было на местах. Крист смотрел прямо на него. И во взгляде Нонга читалось всё: уважение, обожание, забота, нежность и…любовь. То, что казалось для Сингто прежде невозможным, вдруг сбылось. От эмоций, что нахлынули потоком, голос старшего сел, и Прачая смог только прошептать:       — Кит, ты…я правильно понял? Ты хочешь заботиться и я тебе дорог, потому что…?       Вместо ответа Перават наклонился к своему Пи и так же тихо прошептал, обдавая губы Сингто своим дыханием:       — Давай проверим это, Туан, — а затем легко коснулся своим носом носа Прачаи. И это невесомое касание мгновенно дало ответы на все интересующие Сингто вопросы. И уже не сомневаясь ни в чем, старший тихо, но уверенно заявил:       — Ты любишь меня, Кит. Я только что ощутил это.       — А ты любишь меня, Пи`Синг, — улыбнулся младший. — Я ведь прав?       — От… Откуда ты…знаешь? — удивился Прачая. И снова улыбнувшись, Крист ответил:       — Я ведь люблю тебя. Когда любишь, то сразу чувствуешь такое.       — И давно? — никак не мог прийти в себя Сингто. Ведь только что человек, который стал для него самым важным после отца, ответил ему взаимностью.       — Ммм… — задумчиво протянул младший. — Пожалуй, я влюбился после поцелуя на крыше.       — Кит, ты серьёзно, что ли?       — Ну, а что, Пи? — вполне серьёзно отозвался тот, но в глазах плясали чертики. — Должен же я был проверить, как ты целуешься. Вдруг ты не дотягиваешь до уровня моего идеала?       — Чтоооо? — вскинулся Прачая. — Это я-то не дотягиваю? А может, это ты не дотягиваешь, Нонг?       — А чего гадать, Пи`Синг? — подмигнул Перават. — Мы сейчас это проверим.       И не дав старшему опомниться, он рывком поднял Прачаю со стула и прильнул к его губам поцелуем, соблазнительно облизывая их и требуя открыть рот. А после туда скользнул юркий игривый язычок младшего, отвоевывая территорию и вступая в борьбу за лидерство с языком Сингто. А через какое-то время в дело вновь вступили губы. Обнимая своего Пи всё крепче, Крист нежно ласкал его рот. А старший тонул в водовороте крышесносных ощущений, отвечая с не меньшей нежностью. Скользя руками по спине своего Нонга и прижимая его всё ближе, Сингто где-то на краю сознания понял, что здесь и сейчас он бесконечно счастлив.       На секунду разорвав поцелуй, Крист потянул Прачаю к дивану и, опустившись на него, вновь притянул в объятия и стал покрывать поцелуями шею Сингто. Сидя на диване, упираясь головою в спинку дивана и млея от ласк Перавата, старший осознавал всё лишь моментами. Вот Крист сидит рядом, а вот он уже влез к Прачае на колени. Вот он целует шею, попутно покрывая её легкими укусами. А вот уже опять берёт в плен зацелованные губы, прихватывая нижнюю и скользя по ней языком. А потом отпускает и пленяет верхнюю, нежно лаская и её. Потихоньку в обоих начали пробуждаться вполне определенные желания. И взгляды, которые парни бросили друг на друга, в очередной раз разорвав поцелуй, красноречиво говорили о желании. Ласкать…обладать…дарить удовольствие…любить.       — Пи, я хочу… — начал Крист, смотря на Сингто затуманенным от желания взором.       — Я тоже хочу, Кит, — вторил ему Прачая.       И только парни хотели принять более удобное положение, как вдруг громкоговоритель, что находился в каждом купе, голосом машиниста известил, что круизный поезд «Нанацубоси» прибыл к первому месту их экскурсионного тура «Храм Кирисима». Крист и Сингто тут же встрепенулись, понимая, что их романтик только что обломался. Перават спешно привёл себя и Прачаю в порядок, застегивая пуговицы рубашек и приглаживая волосы, чтобы хотя бы прилично выглядеть. После того, как более-менее удовлетворенный результатом младший пошел в ванную комнату, в дверь постучали. Открыв, Сингто обнаружил на пороге Пи`Джейна и Пи`Юи, которые сказали то, что Прачая и так понимал:       — Парни, у вас пять минут. Собирайтесь и выходите. Фанаты уже ждут, экскурсовод тоже.       — Окей, Пи`Юи, Пи`Джейн. Мы уже идём, — ответил парень, закрыл дверь и тут же был взят в плен подкравшимся сзади Кристом. Прижимая Сингто к двери и недвусмысленно об него потираясь, младший задал вопрос:       — Сингтуан, я тут почитал на досуге наш маршрут. У нас там ночёвка в рёкане. Ты же ведь не пойдёшь на попятную, правда, Туан? — говоря это, Перават прижался к старшему ещё теснее, буквально дыша ему в шею. Прачая, немного переждав табун мурашек, что промаршировал по нему от действий Криста, заверил Нонга самым соблазнительным тоном, на который сейчас был способен:       — И не надейся, Кит. Я не отступлю. А вот что насчёт тебя? — решил поддразнить младшего Сингто. И Перават повёлся. Нонг отступил от своего Пи, начиная возмущаться:       — Вообще-то я тут все намеки исчерпал, пока до тебя дошло, Пи`Синг. Так что, если кто и отступит, то определенно не я, потому что…уммм…       И на этом моменте Прачая решил, что ответ младшего достаточно полный. А потому запечатал рот Криста страстным поцелуем, сплетаясь с языком Перавата в древнем, как мир, танце. А оторвавшись, подытожил этот попутный разговор обещанием:       — Как только мы будем свободны на сегодня, я обещаю тебе, что до утра мы свой номер не покинем. И сегодня мы там будем не чай пить или медитировать. Или что ещё делают японцы в рёкане?       — Оой, Пи, — хихикнул младший. — Чего они только там не делают… Аниме, что ли, не смотрел? И за что я тебя такого не креативного и не просвещенного полюбил? — посетовал Перават и, закинув походный рюкзак со всем необходимым на плечи, направился к выходу.       — Не за что, а вопреки, — крикнул ему вслед Прачая. И взяв точно такой же рюкзак, тоже пошел к выходу из купе. Но на пороге задержался, бросая взгляд в панорамное окно, и подумал: «Как же всё-таки хорошо, что я не упустил свой момент».       — Пи`Синг, ну ты идёшь? — раздалось где-то в коридоре, и Сингто, крикнув «Уже иду!», направился навстречу своему счастью. * Зеленый чай, сафлор, кусочки клубники, листья клубники, натуральные ароматические добавки. Отменный купаж наиболее популярного из японских чаев Sencha с клубникой и сафлором. В результате заваривания получается необычайно нежный ароматный нектар. ** Японская вишня — это редкий зеленый арома-чай. Во вкусе этого чая — пьянящая сладость вишни, она смягчает терпкость чайных листьев и придает напитку неповторимый аромат, оставляющий долгое и приятное, чуть вяжущее послевкусие.