Между планетами

Мужчины прошли в конференц-зал. Андрей прошлепал вальяжной походкой к середине и уселся прямо по центру. Роман плюхнулся на соседнее место и подпер подбородок кулаком.       — Ну, Малина, вещай.       — Да, что тут рассказывать, Палыч, ничего особенно. Я поднялся с Катериной в ее квартиру, там познакомился с ее родителями. Хорошие кстати люди, и более того, — он поднял указательный палец в верх. — Представляешь, оказывается, Валерий Сергеевич лучший друг моего отца.       — Да иди ты?! — оживился Андрей и вскинул брови в изумлении.       — Мда, Палыч, вот живешь ты себе, бумажки с места на место перекладываешь. А мечта — то вот она, рядом все это время была. Я узнал все о своем отце. — Рома расплылся в мечтательной улыбке. — Кстати, к Пушкаревым я непременно зайду как-нибудь еще. Они меня каким-то волшебным вином напоили. Представляешь, пьется, как сок, а через три бокала уже лыка не вяжешь. А самое главное, утром просыпаешься свеж, как горный ручей.       — Сказки рассказываешь, Малиновский, — недоверчиво буркнул Андрей. — Не бывает такого после двадцати.       — Какие сказки, Жданов! — хохотнул Роман, — Говорю как есть. Вино домашнее, какое-то особенное. Я у Елен Санны выпытывал рецепт, она не раскрыла. Может хоть бутылочку даст, так и быть, угощу.       — Так, ладно, давай к делу. Мне вот что любопытно, — Андрей почесал затылок, — у вас… В общем, какого черта Катя обращает на тебя внимание? Сдается мне, что все-таки не показалось мне. На кой ляд ты втирал мне, что она любит меня? А? — тихо спросил Жданов, скрывая недовольство, но напряженное лицо его выдавало.       — Да угомонись ты! Я-то откуда знаю? — таким же тоном ответил Роман. В воздухе повисла неловкая тишина. Пространство между ними медленно наэлекризовывалось, но оба понимали, что предъявлять друг другу претензии еще рано. Катя никому ничего не обещала, пока не обещала.       — Сам-то как думаешь? Ты же видишь, что с ней черт-те что творится последнее время.       — Ладно, разберемся. Пошли работать. — успокоился Андрей.       — И то верно, Палыч, — облегчённо выдохнул Малиновский. Допрос начальника наконец закончен. Они прошли обратно в кабинет.       — Кстати, Жданчик, а как там Катя? Мне продолжать слежку? Жданов развернулся к нему лицом, немного задумался, посмотрел на дверь каморки.       — Я думаю, что все-таки надо еще проследить, — заговорщицки тихо сказал он — Ах да, совсем вылетело из головы. Она должна была сходить в банк, поговорить на счет кредита на " Ника-Моду».       — Ну спроси у нее тогда. В чем проблема? Жданчик, не бойся. Я прослежу, чтобы она тебя не укусила — усмехнулся он.        — Иди к черту, Малиновский! — раздраженно сказал Андрей, — Катя! — он незамедлительно позвал девушку, в своем обычном приказном тоне.       — Чё? — нервно рявкнула она, высунув голову из каморки. Работа все еще давалась ей с большим трудом, потому девушка из-за этого очень нервничала. — Я работаю, чё еще надо-то?       — Катя, может вы это все прекратите, уже наконец! — не выдержав, прикрикнул на нее Андрей.       — Жданов, не ори! — вмешался Малиновский, и подойдя к каморке, сладко улыбнулся Кате. — Катенька, мсье начальник хочет сказать, чтобы вы сбавили тон и немного повежливее разговаривали с ним, насколько это возможно. — он говорил томно, мягко, растянув губы в приторный оскал, но не тут-то было. Пушкаревой, по всей видимости, было до зеленой лампочки. Ее отвлекли. А ей не нравится, когда ее отвлекают.       — Да насрать мне, я работаю, чё надо?       — Ах, милая Катенька, будьте так любезны рассказать мне, а именно вашему шефу, который платит вам зарплату, — наигранно кривляясь, саркастично отчеканил Жданов, — как вы сходили в банк на встречу?       — Ох тыж, Господи, Боже ты мой, — театрально охнула Катя, — я совсем забыла, что перед вами, Андрей Палыч, надо срочно отчитаться. Прошу меня простить. — она картинно вскинула ручку ко лбу, скривив виноватое лицо. — Ждите, я сейчас. — и присела в реверансе, ухватившись за юбку.       — Уж будьте так добры, — продолжал кривляться Жданов и поклонился перед ней, а так хотелось наорать, показать этой взбалмошной девице, кто тут главный. «Зае…л, честное слово!» — пронеслось у нее в голове. Она ушла в каморку чтобы захватить документы из банка. Наблюдая весь этот цирк, Рома еле сдерживал смех.       — Вот, — сунула Катя листки Андрею в руки, — кредит нам дали.       — Ну, я, пожалуй, пойду поработаю. — Учтиво откланялся Роман и ушел к себе в кабинет, пока здесь не запахло жареным. Андрей пробежался глазами по документам, однако радости ему это не принесло. В кредит дали только половину запрошенной суммы.       — Но тут только половина суммы! — возмутился Жданов. — Катя, что же нам делать?       — Снять штаны и бегать! С котелком в руках. Причем на пару с Малиновским, может хоть так вторая половина суммы насобирается. Надо было слушать меня раньше! А теперь, когда компанию почти прое…ли, товарищ шеф, придется выкручиваться с тем, что есть. — Взглянув в растерянные глаза Андрея, она все же сжалилась и смягчилась, — Ладно, так уж и быть, если получится, то завтра я что-нибудь придумаю. А сейчас мне надо работать.       — Ладно, идите, — обреченно пробормотал он. Не зная, как ему быть, Андрей решил, что в конце рабочего дня он придумает сам как им выкрутиться из той ситуации, в которую, надо признать, он загнал себя сам. Надеяться на помощь Кати он уже не мог. Пушкарева сильно изменилась, а главное, он не понимал, что является причиной таких резких изменений. ____________________ Долгожданная среда наступила. И Катя уже считала секунды, нервничая, она прохаживалась по каморке, ожидая звонка. Взглянув на часы, девушка подбежала к телефону. Минуты с секундами сошлись и долгожданный звонок прозвенел.       — Алло, Катя, здравствуй.       — Да, да, да, привет, Катя. — с волнительной радостью воскликнула девушка.       — Меня хорошо слышно?       — Да, в этот раз просто отлично. Удивительно, но почему? Катюха, ты там где? Как ты там? Ой, прости. Я знаю, что времени в обрез, но все же мне жутко любопытно, а почему? Почему ты не хочешь вернуться?       — Не переживай. Я отвечу на твои вопросы. Понимаешь, я сейчас нахожусь в том месте, где очень хорошо, где море, солнце, а главное никто, никто не пытается оскорбить меня, упрекнуть в чем-то. Не буду пока вдаваться в подробности, но я нужна здесь. Меня сюда забрала одна женщина, ее зовут Юлианна. Ой, она такая хорошая, мы с ней дружим, и она меня кое-чему научила. Она мне рассказала, как можно вести наблюдение за моим миром, где я жила раньше. И знаешь, Катя, мне нравится тут все. Я знаю, что мне пришлось пожертвовать тем, что нет общения с родителями, но я знаю, что с тобой они счастливы, я вижу это через особые зеркала, которые находятся в одном потрясающе красивом зале.       — Катюха, я обещаю, что твои родители ни в чем не будут нуждаться. — дрожащим голосом ответила Катя, сдерживая выступившие слезы. Девушка всю жизнь жила без родителей и впервые поняла, что такое родительская любовь. Путешествуя по измерениям, она общалась с жестокими людьми. Разумеется, тогда Малиновскому ей пришлось сказать, что боевым приемам ее научил отец, учитывая то, что Валерий Сергеевич бывший военный. О родителях она всегда мечтала, а потому в одном из миров, один мужчина позволил ей называть себя отцом. Это он научил ее тем самым приемам.       — Я знаю, я все о тебе узнала. Мне Юлианна показала всю твою жизнь. А теперь позволь, я расскажу тебе, что сказать Андрею и как выйти из той ситуации. Я знаю, что кредит дали только половину и скажу, что ты молодец, — похвалила девушку настоящая Катя — ты просто умничка, его не должны были дать, но ты же — это я, только смелее. Поэтому можно сказать, ты сделала невозможное. Ах, да, спасибо за Киру. Я давно мечтала дать ей отпор, но все как-то считала это неудобным.       — Да, ты чё, Катюха, эта овца давно заслужила ответного удара.       — Это точно. Но сейчас не об этом. Слушай, что нужно сделать.