Между планетами

Долго по отделам торгового центра бегать не пришлось. Катя уже заранее знала, что должна приобрести, чтобы выглядеть сногсшибательно. Девушка попросила Малиновского подождать, а сама скрылась в примерочной.       — Кать, ну ты долго там? — с нетерпением спросил Рома, и зашел в примерочную. Взглянув на Катю, он обомлел. Оказывается, за образом мышки скрывалась вполне, черт возьми, симпатичная кошечка!       — Я уже договорился с Павлом Олеговичем и они вместе с Маргаритой Рудольфовной ждут нас дома. Малиновский был доволен выбором Пушкаревой. Этот белый костюм сидел на ней идеально, а главное, он подчеркивал всю красоту ее стройной фигуры. Взгляд его задержался на ее груди чуть дольше нужного, откровенно говоря, он просто рассматривал ее, что, в общем-то, было неприлично.       — Рома, хватит пялиться на мои сиськи! Думаешь, я не замечаю? — недовольно прошипела она полушепотом, возмущенно посмотрев на него через зеркало. Кате это не понравилось. До чего же парень без тормозов, вот так бессовестно и откровенно! Это ее смущало, она чувствовала себя неловко. Тем более, находясь в приличном торговом центре. Рома тут же отвел взгляд и тихо рассмеялся.       — Да я это... — он сначала стушевался, но потом распрямился и нахально заявил: — Вообще-то, сама виновата! Столько времени скрывать... такое, а потом удивляться!       — Малиновский! — процедила Катя.       — Все-все, ухожу, — он невинно улыбнулся и вышел за шторку. — Кстати, нас уже ждут. Поторопись.       — Да, я сейчас — она вынырнула из-за шторки и снова скрылась за ней. Немного еще покрутилась у зеркала, и, довольная своим внешним видом, вышла к Малиновскому.        — Я уже оплатил бежевое зимнее пальто, на которое ты так долго смотрела. — тут же обрадовал он Катю, держа его в руках.       — Как? — удивилась она — Рома, но оно же такое дорогое! Девушка прикрыла руками рот, смотря на него счастливыми глазами, чтобы не вскрикнуть на весь магазин от радости. — Спасибо тебе, — уже спокойнее сказала она, поцеловала в благодарность Малиновского в щечку. Рома даже смутился немного.       — Да ладно, это тебе подарок от меня, — скромно ответил он, расплывшись в довольной улыбке, — так сказать, первый взнос на счет "искупление". поехали, Кать, нас ждут.       — Подождут, я сейчас. — Она быстро схватила пальто из его рук и на радостях забежала в примерочную. Сидело оно потрясающе. Довольная, покрутившись у зеркала, девушка вышла, и подхватив Рому под руку, повела его к выходу. _________________ В элитном доме Ждановых было уютно и светло. Дорогая мебель на заказ, привлекала внимание и радовала глаз. Но несмотря на это, Катю всю трясло от страха. Рома это заметил и позволил себе обнять девушку за плечи. Давая таким образом понять, что она не одна, что он рядом. — Ну, что, молодые люди, попрошу ко мне в кабинет. — спокойно пригласил Павел Олегович, указав куда нужно пройти, Они, переглянувшись между собой, зашли туда первыми, оглядев помещение по сторонам. Кабинет был достаточно просторным, там было все для удобства, для работы. Несмотря на то, что Роман бывал у Ждановых часто, но в кабинете Павла Олеговича он оказался в первые. Жданов зашел следом за ними и присел в рабочее кресло. Катя и Рома присели на небольшой кожаный диванчик. Пушкарева тяжело выдохнула, настроившись на разговор. . Роман понимал, что это не легко, но назад дороги нет. Сделав этот шаг, они не имеют право отступать. Минуту спустя, к ним присоединилась Маргарита Рудольфовна, она принесла всем чай. Женщина устроилась в кресле, которое стояло рядом с рабочим столом ее мужа, молча, ожидая того, что расскажут Катя и Рома. Набравшись смелости, Катя начала по порядку все рассказывать Павлу Олеговичу, шаг за шагом, объясняя мужчине, что и как они пытались сделать, чтобы спасти компанию. Рома помог Кате в этом признании. Жданов — старший, молча и внимательно слушал, вникая в каждое слово. Рассказав все как есть, они ожидали приговора, чувствуя себя школьниками в кабинете директора. Павел Олегович на удивление довольно спокойно отнесся к признаю Кати и Ромы, но по лицу было видно его сожаление, что услышал его от них, а не от родного сына. В кабинете повисла тишина, которая напрягала всех присутствующих до предела. Павел Олегович долго молчал, переваривая информацию. Катя незаметно, осторожно взяла Рому за руку и сама не заметила, как сильно сжала ее. Девушка сидела чуть дыша. Рома понимал, что она очень сильно переживает, а потому не придал этому жесту значения, лишь только тоже сжал ее руку в ответ. — Я понял, Катя, Рома, я помогу вам — наконец ответил Павел Олегович неожиданно для них. Они оба выдохнули с облегчением, переглянувшись между собой, улыбнулись друг другу. — договорюсь с нужными людьми. Ах, да, Катя, — он поднял указательный палец вверх, — думаю, что пока не стоит тратить те деньги, что дали в банке. У меня там давние связи и думаю, что мне не откажут. Надеюсь, что все решится в самое ближайшее время. Но мы должны немедленно собрать совет акционеров. Пора рассказать всем, какие у «Зималетто» проблемы. — Спасибо вам, Павел Олегович, за понимание, извините нас, если что, мы соберем совет. — скромно сказала Катя, виновато глядя на него из-под ресниц. — Ничего, вы все правильно сделали. А с Андреем я поговорю сам. Надеюсь, что мой сын сможет объяснить все, что успел натворить. — Да, конечно. Мы, пожалуй, пойдем, — чувствуя неловкость, сказала Катя, взглянув на Малиновского. Тот сразу понял ее намек. — До свидания, Павел Олегович, Маргарита Рудольфовна. — они учтиво попрощались и направилась к выходу. Рома, сгорающий от стыда, посмотрел на Павла и Маргариту. Мужчина понимал, что виноват не в меньшей степени перед родителями Андрея, которых он знал с детства. Так он себя еще не чувствовал никогда. Кажется у мужчины в первые проснулась совесть и он понял как это тяжело, признаваться в содеянном. Павел Олегович понял по взгляду Малиновского, что тот чувствует, но благодаря их с Катей признанию, он простил обоих. Это его сыну придется теперь объяснить свой поступок. — Да, мы, пожалуй, пойдем. — Рома встал с дивана, хотел было пойти, но…   — Рома, задержись на секунду — остановил его Павел Олегович. Тот испугался не на шутку, думая, что Жданов-старший сейчас три шкуры с него сдерет. Сердце за секунду убежало в пятки. Напряжение стало еще сильнее, чем было. Катя, оглянувшись у выхода, поняла, что мужчинам надо поговорить наедине. Она вышла на улицу подождать его у машины, то и дело беспокойно поглядывая на входную дверь. — Павел Олегович, простите меня я, я не знаю, что на меня нашло — с волнением в душе начал искать оправдание Малиновский, смотря ему в глаза. Но Жданов-старший лишь улыбнулся, подойдя к Роману, коснувшись рукой спины его. — Рома, успокойся. Я ни в чем не виню, ни тебя, ни Катю — тихо и спокойно сказал он. — Ты бы присмотрелся к ней. Неплохая вроде девчонка — неожиданно вдруг намекнул Павел Олегович. Рома облегченно выдохнул и улыбнулся Жданову. Сердце, находившееся сейчас в пятках, вернулось обратно. Малиновский понял, что переживать ему теперь незачем, что все в порядке. — Я понял, Пал Олегыч, понял. Я подумаю над этим. — спокойно ответил Рома, не ожидая, что он скажет, намекая на серьезные отношения с Катей. Да и с чего бы вдруг ему беспокоиться о нем? Ведь за такие поступки не прощают. А отец Андрея простил. Роме стало ясно насколько сейчас благородно и по-человечиски поступил Павел Олегович. — Я серьезно, Ром, я тебя с детства знаю и вроде как не чужой мне человек. Поэтому прошу подумай на счет Кати, ну пора бы уже прекратить все эти похождения по девицам, которым ничего не интересно кроме кхмм, ты меня понял. — тихо с намеком сказал Павел Олегович. — Хорошо я все понял. Я пойду, там Катя ждет. До свидания. — До свидания. Малиновский попрощался и вышел из дома. Маргарита Рудольфовна все это время сидела в кресле и молчала. Женщина была шокирована услышанным. В ее голове не укладывалось, что ее родной сын так поступит с компанией, который ее муж создавал почти с нуля. Не один, конечно, но тем не менее. Она сидела в кресле, смотрела куда-то в стену, обдумывая поступок любимого сына. _________________ — Ну, что, Ромчик, ты как, живой? — улыбаясь, спросила Катя, увидев Малиновского, идущего по направлению к ней. Она обратила внимание, что тот весьма доволен собой, а значит разговор прошел удачно отдельно от нее. Надо сказать, что она сама была рада тому, как все прошло. — Все в порядке, я живой. — ответил он, радостно смотря на Катю, — Думал, что он начнет разборки, но нет. Павел Олегович только сказал мне кое-что, но тебе об этом знать пока не положено. — Рома продолжал светиться о того, что все завершилось очень даже удачно — но я должен признать — он мягко ухватил девушку за талию и притянул к себе — что ты молодец ! — посмотрел он на нее так очарованно, что у Кати что-то екнуло в груди. Она растерялась и поспешила отстраниться, чтобы не дай бог Рома не заметил ее отношение к нему. По всему телу пробежались мурашки. — Да, полно, тебе, — потеряно, ответила Катя , отведя взгляд в сторону и смутившись, — Поехали, отвезешь меня домой. Холодно уже. И не расслабляйся. Я тебя так, как Павел Олегович, не помилую. Не мечтай. — голос ее предательски дрогнул и Рома это заметил, улыбнувшись. — Согласен. Я же сказал, что сделаю все, чтобы искупить свою вину. — ласково протянул он, все еще находясь под впечатлением от разговора. Открыв дверь машины, Рома помог Катерине сесть. Сев за руль, он завел мотор, и они выехали до Катиного дома. Когда машина остановилась во дворе ее дома, Катя вдруг поняла, что ее тянет к Малиновскому, и она искала повод поговорить с ним. Рома и сам желал еще немного пообщаться с Пушкаревой. Какая-то неведомая сила притягивала его к ней. Возможно, это влияние изменений во внешнем облике Кати. Ведь сейчас она выглядела намного лучше, а в глазах Романа, просто очень привлекательно. Мужчина восхищался ею. — Ты уже решила какое наказание меня ждет? Ммммм? — игриво потянул он, улыбаясь, медленно наклонился к ней, что их лица оказались очень близко друг от друга. Катя немного напряглась, навалилась на спинку сиденья, аромат его парфюма вскружил голову. Малиновский несомненно нравился девушке, но в ее планы пока не входила так называемая «лябов». — Оооо — ласково потянула она — вряд-ли тебе понравится, — лукаво прищурившись и улыбнувшись, игриво ответила она. — Я думаю, я достойно пройду это испытание — нависая над ней, полушепотом сказал он, и уже было коснулся губами ее губ, но вдруг почувствовал резкий толчок в грудь. Катя оттолкнула его. Это возмутило Малиновского, но он решил, что не зациклится на этом. — Даже не думай! — резко сказала она, и открыв дверь машины, вышла, направившись к подъезду. — Кать, подожди — выбежал он следом за ней, ухватил за рукав пальто, остановил ее — прости, прости — запричитал он, извиняясь — я все понял — он выставил ладони вперед — все, обещаю вести себя прилично, соблюдая дистанцию — он сделал пол шага назад — вот смотри, я отошел. — Ладно, Малиновский, я прощаю на этот раз, а сейчас извини, но я наверное пойду домой. Чую, что меня ждут. — недовольно нахмурив брови, она взглянула на окна своей спальни, увидев там фигуру, явно напоминающую Зорькина. Рома проследил за тем, куда смотрит Катя, тоже обратил внимание, что в ее доме находится кто-то кроме родителей. — Я так полагаю это мсье Зорькин? — смотря на окна, спросил Роман. — Он самый! — с досадой ответила Катя, отведя взгляд от окна. — Кать, только не злись, ладно — он снова сделал осторожно шаг к ней, играючи притянул ее к себе, — оп — быстро чмокнул девушку в щечку. И тут же отстранился, уже догадавшись, что может получить по лицу, — вот теперь пока — чувствуя себя победителем, он довольный направился к своей машине. Катя и опомниться не успела, насколько быстро это произошло. Сев в машину, он подмигнул на прощанье девушке фарами и уехал домой.