Урони ее

Его рука тотчас напряглась в страхе, что Кагоме отодвинется. В голове закружился водоворот самых разных мыслей и их обрывков, делу ничуть не помогший. Ну и наплевать. И не надо ему помогать. Он будет продолжать делать то, что делал, - и все тут. Инуяша снова провез губами вверх, вдоль пульсирующей жилки на шее, дотянулся до подбородка, боднул носом раз, другой, пока Кагоме не поняла и не подняла голову так, чтобы можно было добраться до нежной кожи на горле... или коснуться уголка ее губ - мягко, осторожно - и тут же отодвинуться. Он смотрел только на ее рот, не смея перевести взгляд к глазам, не в состоянии спрятать тепло, огонь, который грел его изнутри. Что она скажет, если заметит?.. Ее дыхание касалось его губ. Инуяша взял Кагоме за руку, положил ладонь себе на грудь, чтобы она почувствовала, как бьется сердце, и отпустил, оставляя за ней решение, касаться его или нет. Погладил по щеке костяшками пальцев, подхватил под затылок. Они были настолько близко друг к другу, что не потребовалось никаких усилий, чтобы прижать Кагоме к себе всем телом. Инуяша знал, что не должен так поступать. Знал, но остановиться не смог. Его трясло. Он поднял взгляд к ее лицу, сквозь подернувшую мир пелену ища малейший намек на неприятие. И обомлел, увидев, что Кагоме смотрит на него точно так же - жарко, мутно. Он переключился на ее пухлые губы, притягивающие его, как магнит - быстро прикоснулся, попытался снова поднять взгляд, но не смог - веки налились свинцом и подниматься отказались. Попытка произнести ее имя успехом не увенчалась - голос сел. Кагоме не собиралась вырываться, не собиралась возражать, впрочем, Инуяша сейчас все равно не услышал бы никаких возражений, слишком гулко бултыхалось сердце в ушах. Вздох, стон - он потянулся к ее рту, а когда тот приоткрылся навстречу, его язык, недавно трудившийся над ссадинами, нырнул внутрь. Осторожность и бережность были забыты. Теперь Кагоме целовал мужчина, отчаянно цеплявшийся за грезу, которая могла рассеяться в любое мгновение. *** Его руки, его рот - у Кагоме не осталось путей к отступлению даже при желании. Она опьянела от его нежности и грубой силы, от его языка - ничего подобного и представить было невозможно... Инуяшин вкус, запах его тела и дыхания - Кагоме казалось, что она сейчас взорвется и со свистом взмоет в небо. Чтобы этого не случилось, она схватилась за его хаори, но потом руки постепенно разжались, и она обняла Инуяшу за шею - крепче, ближе. Чтобы ближе к нему, чтобы он ближе к ней... *** Я не сплю, - понял Инуяша, когда руки Кагоме легли ему на плечи. Он удвоил свои усилия и возликовал, оказавшись вознагражденным легким прикосновением к зубам и небу. Он оторвался на мгновение, чтобы тут же заняться ее нижней губой - пухлой и мягкой, такой сладкой, что ее одной ему сразу оказалось мало... Полудемон начал шарить руками по спине Кагоме, но из-за собственного хаори не сумел найти, где там у нее что. Складки, складки - ну, наконец-то! Нашел! Со второй попытки Инуяше удалось задрать на Кагоме блузку. Кончики пальцев покалывало, когда он, памятуя об острых когтях, коснулся ее тела. Кагоме вздрогнула. Он выдохнул - жаркой, дрожащей, тяжелой волной. Но не он один мог дразнить и вести, поняла Кагоме, впервые перехватив инициативу: когда она отстранилась, то услышала что-то, подозрительно напоминающее поскуливание. - Нет... - с мольбой в хриплом голосе пробормотал он, - погоди... Его руки осмелели - перебрались со спины на бока, правда, лишь на миг - Инуяша тут же подрастерял кураж и вернулся к целомудренному поглаживанию ее промеж лопаток. Кагоме тоже начала смелеть - запустила пальцы в гриву, спутанную и густую. Однако цель ее лежала выше. Цель, к которой Кагоме стремилась уже не первый год. Полудемон, сомлевший от поцелуев, ничего не замечал до тех пор, пока что-то не коснулось основания его ушей - пальцы погладили шелковистую розовую изнанку и сомкнулись на шерстистой наружной части. *** Кагоме знала, как сердится Инуяша, когда его трогают за уши, но не понимала, почему... Раньше не понимала, а теперь поняла. Он охнул, вздрогнул всем телом, даже целовать перестал, и зажмурился. Но не отпрянул - наоборот, даже голову слегка подставил. Шорох ее пальцев, сопение, поскуливание, вырывавшееся сквозь губы, которые Инуяша пытался прикусить, закрытые глаза, дрожащие ресницы - Кагоме не могла наслушаться, не могла насмотреться. Вот оно, значит, что... Вот оно, значит, как... Уши - самое чувствительное место, заставляющее млеть и таять в чужих руках... Кагоме улыбнулась, глядя на любимое лицо, которое не могли испортить даже хищные клыки. *** Инуяша еще сильней наклонил голову, уперся лбом в лоб Кагоме. И замер. Потом потерся носом. Потом вытянул губы - поцеловал раз, другой - в глаза, в щеки, в нос... А она все гладила и гладила уши, до которых мечтала дорваться, - от основания до самых кончиков и обратно. Он снова заскулил. Это и называется рай, да?.. А впрочем, какая теперь разница... А-ах... Кагоме принялась почесывать ногтями уши у основания. Инуяша захрипел и с удвоенным пылом продолжил обцеловывать ее лицо... И шею тоже. Да, вот здесь, куда он еще не добрался... Он развернул голову Кагоме в сторону, целовал и вдыхал ее запах, заводящий его с каждым вздохом все сильней. А вот и это место... От целовал, лизал и, осмелев, провел по нежной коже клыками. Мгновение - и она будет принадлежать ему. Один укус, одна метка... которая сообщит всем, кому она принадлежит... ...Ты не можешь. Еще как могу! ...Она не знает. И согласия не давала. - Кагоме... - невнятно пробормотал он, сам не зная, что хочет сказать... Или попросить. Понять этого Инуяша так и не успел - в этот миг Кагоме повторила его действия, коснувшись губами пульсирующей жилки на шее. Ощущение оказалось настолько сильным, что его рот сам собой открылся, а глаза распахнулись. Как же это... Что же это... Это... Вот, значит, что он с ней делал?.. Колючие волны расходились по всему телу при каждом прикосновении ее губ и зубов. Колючие и горячие. Очень горячие. Особенно когда Кагоме лизнула ямочку между его ключиц. Жарко. Инуяше стало ужасно жарко. Одежда начала мешать, и он, не медля ни секунды, отстранился и одним рывком стащил исподнюю рубаху, чтобы тут же с рычанием наброситься на Кагоме. Наброситься в самом буквальном смысле - он не рассчитал свой пыл и упал вместе с ней на землю, едва успев перегруппироваться и обеспечить им обоим мягкую посадку в самый последний перед ударом миг. Чтобы Кагоме не вздумала запротестовать, он заткнул ей рот, а чтобы не брыкалась - переплел ее пальцы со своими и прижал к земле. Он был точно пьяный. Даже голову поднял, чтобы взглянуть на Кагоме, с трудом. Красивая... какая... Все ради нее. Вся жизнь благодаря ей - девушке, что вывела его из тьмы, заполнила его пустоту, прогнала боль. А в секунды, когда он снова кидался навстречу мраку, Кагоме спасала его. Спасала. *** Луна светила Инуяше в спину, поэтому, в отличие от него, Кагоме его лица не видела - только серебристую пелену волос и уши. Чудесный. Он весь такой чудесный - дикий, удивительный... Пусть не демон, пусть не человек - так даже лучше: он - ни на кого не похожий. И любимый. *** Теперь он стал невероятно нежен - исчезли сомнения, а с ними и грубость. Инуяша подсунул руки ей под голову, приподнял, улыбнулся, сам того не осознавая: - Кагоме... Она лежала под ним так правильно, так ладно, была такой теплой... Его тряхнуло всем телом. - Кагоме... Я тебя лю... Тут-то это и произошло. Инуяша похолодел, не успев договорить. Реакция Кагоме оказалась точно такой же. Улыбок разом как не бывало. Они вытаращились друг на друга. Даже дух перевести стало страшно. И тут - снова. Между ними снова шевельнулось что-то твердое, и побагровевшего Инуяшу пробил пот. Но заставить себя отлепиться от Кагоме он не смог - вместо этого зажмурился, прикусил губу, скривился, как от боли и... И с силой вжался в нее бедрами. Миг спустя, протрезвев, он с ужасом ждал вопля отвращения... страха... да чего угодно. - И...Инуяша... - с видимым трудом подбирая слова, пробормотала Кагоме. - Н-нам нужно остановиться... Давай встанем, иначе... Дальше можно было не продолжать: Инуяша уже сидел. Он не хуже ее понимал, в каком направлении начали двигаться события, и не знал куда глаза от стыда девать. Как-то я это... поторопился... Фигасе - "поторопился"! - фыркнул внутренний голос. - Завалить ее на землю - это куда как далеко от надежды помириться! Зашуршала одежда - Кагоме тоже поднялась. Он боялся повернуться, даже оправдываться не смел - молчал. - Инуяша, - его уши дрогнули, но и только. - Я не... я не... Она умолкла. - Я понял, не надо... - он съежился. При воспоминании об украденных у нее поцелуях он снова покраснел. Точно. Украденных. Из огня да в полымя... Раскатил губищу-то... "Это" - только для равных... для достойных, не для выродков... Она видела, как я убиваю, знает, какой я на самом деле - хам, не способный справиться даже с самим собой... Как тогда, когда уронил ее... Пусть она меня не обвиняла, пусть я не специально - все равно... Кагоме видела его сжимающиеся-разжимающиеся кулаки, чувствовала исходящее от него напряжение, внутреннюю борьбу и, пододвинувшись поближе, развернула инуяшино лицо к себе, ожидая, что он будет упираться, сопротивляться. Ничего подобного - разве что глаза закрыл. Она покачала головой. - Не думай, что я не хочу быть с тобой... в том смысле, - только бы он не увидел, каким красным стало ее лицо! - Хочу. Но еще не все закончено, и мне не хочется, чтобы потом пришлось жалеть... Инуяша окаменел. Ничего подобного он не ожидал. Погодите... А о чем можно пожалеть?.. - Пришлось жалеть?.. - эхом отозвался он, подозревая, что его не ждет ничего хорошего. Ее темные ресницы опустились, скрыв от него глаза. У Кагоме опустились руки. Она такая дура! И собирается испортить лучший момент своей жизни!.. И тем не менее она решительно подняла голову. - Кикио. Она ждала, что на его лице вот-вот проступит осознание того, что он сейчас натворил... Наверное, он оттолкнет ее... Но Инуяша не двигался. О чем он думает, понять было невозможно. Наконец он спросил: - Какая Кикио?.. Секунда, две, три... Кагоме вспомнила, что нужно сделать вдох. Воздух нашелся, слова - нет. - Не шути, Инуяша, - после продолжительного молчания сказала она. - Я не шучу, - серьезно ответил он. - Да?.. - Кагоме скрестила руки на груди и подняла бровь. - То есть не убежишь при первой возможности? Точно. Именно об этом они и говорили... ну... тогда. Он продемонстрировал себя во всей красе, перешел все мыслимые и немыслимые границы, и спор закончился магическим словом. - Послушай, Кагоме... - полудемон надеялся, что она поймет, - знаешь, когда я думал, что с тобой сделал... Мне было так плохо... Ведь тебе единственной я не противен, ты одна всегда мне веришь, и я... Дело не в Кикио - да, если она поблизости, я ищу ее... И буду искать, пока... пока она не покинет этот мир. Но ты... ты... - Кагоме не шелохнулась, но у Инуяши появилось странное ощущение, будто она отстраняется. - Я не хочу, не могу тебя потерять! - уже не понимая, то ли он говорит и так ли, заторопился Инуяша. - И ни в какую преисподнюю с ней не пойду!.. - опять не то?.. - Есть только один человек, рядом с которым мне всегда хочется быть!.. Который дал мне еще один шанс жить!.. Теперь онемела Кагоме. Но Инуяша чувствовал и чуял, что задавать стрекача она не собирается. Он поднял руку и осторожно погладил ее по щеке: - И это не Кикио, - он еще немного послушал тишину и рискнул: - А ты? Этот твой... Ходжо... Это вернуло Кагоме из прострации. Она тихо хмыкнула: - Ой, все. - А Кога? Улыбка Кагоме стала шире, а взгляд вдруг уперся в землю: - Он и рядом не стоял с тем, с кем я хотела бы быть... - И с кем же?.. - попытался заглянуть ей в глаза Инуяша. - Ну... Он такой напористый и целеустремленный... Сильный. Смелый. Высокий - выше меня. Волосы у него длинные и белые, глаза золо... - Что?! - потрясенно взвился полудемон, и Кагоме от неожиданности тоже подскочила. - Сещемару?! Глаза у Кагоме стали размером с плошки для риса, она судорожно обернулась, готовая увидеть за спиной Властителя Западных Земель. - Г-где?! Смешок. Кагоме надулась: - Очень умно. Он еще раз хмыкнул и наклонился к ней поближе: - Кто это, Кагоме? Она в ответ блеснула улыбкой: - А не скажу. Она встала, и Инуяша поник, поняв, что их время на сегодня кончилось. Кагоме отряхнулась, поправила одежду и покрепче укуталась в инуяшино хаори - сейчас, когда пламя страсти поугасло, сразу стало зябко. - Блин, Мироку нам житья не даст... - пробормотал, натягивая рубаху, Инуяша. - Тебя это так волнует? - не поворачиваясь, спросила она. - В смысле? - нахмурился Инуяша: тон Кагоме ему совсем не понравился. - Неужели тебя это так волнует? - повторила, поворачиваясь, она. - Собираешься держать все в строжайшей тайне, да? Чего Кагоме не ожидала, так это усмешки. - А зачем? Да и не спрячешь уже - всяко узнают. Пришел ее через недоумевать: - То есть? Инуяша ничего не ответил - стоял и ухмылялся, причем - Кагоме могла поклясться! - жутко довольный собой. Довольный и снисходительный. Потом он поднял руку и ткнул пальцем себе в шею. На лице Кагоме появилось смятение: она не поняла, что он пытается ей сказать. - Чего?.. Инуяша повторил жест, и Кагоме потянулась рукой к собственной шее, ощупала, но ничего необычного не нашла. Однако выражение его лица стало еще более довольным. И тут до нее дошло. - Ты поставил мне засос?! - За... - он нахмурился, - ...сос?.. - Синяк от поцелуя. - Фех! А если и поставил - то что?! Тебе мои метки не нравятся, да?! - Ме...метки?! - она схватилась за шею обеими руками, словно могла тем самым скрыть их от глаз людских. Инуяша насупился: уж если она из-за этого так злится, то, пометь он ее по-взаправдашнему, валялся бы уже трупом. - Сколько?.. Полудемон глянул на нее искоса и поднял руку с оттопыренными пальцами. - Три?! - ахнула Кагоме. - Три засоса?! Она ошеломленно уставилась на его гордый профиль: и что, спрашивается, теперь делать?! Стоп. А зачем, собственно, что-то делать?.. - Ладно... А это точно, Инуяша? - Ясен пень. Если я сказал три, значит три. - Да нет... Я про тебя... и меня... И про Кикио. Ты действительно... Он уселся прямо перед ней: - Дурында, - улыбнулся. - Я все решил и жалеть не стану. У меня есть только один человек. Только один... - он потерся об нее носом. - Ты. Я хочу только тебя... - он поперхнулся на полслове и начал снова: - Я хочу быть только с тобой. Я люблю тебя. - Инуяша... Страхи, недоверие, сомнения - они исчезли. - Ну? - И у меня тоже... Только ты. Инуяша смотрел на нее, смотрел, смотрел... потом наклонился, и Кагоме подняла лицо ему навстречу, протянула руки... Еще через пару секунд, почувствовав уже знакомый жар и напряжение, он ерзнул назад, решив не форсировать события. Суженая. Будет другая ночь, и они будут вместе. Нужно немного подождать. А ведь все началось с того, что он ее уронил...