Амнезия

POV Пэйтон: На вечеринке у Авани — мы с ней дружим почти с детства — разумом Т/и завладел алкоголь. Она танцевала, общалась с незнакомыми парнями и пару раз предпринимала попытку залезть на стол, чтобы блистать и там. Она веселилась, пока не узнала о смерти подруги. Для неё это стало страшной потерей, сравнимой с собственной смертью. Я по чистой случайности проходил мимо и успел подловить её как раз в тот момент, когда она была готова поцеловаться с полом. Уже без сознания, она нередко начинала бредить, выкрикивая незнакомые мне имена и фамилии, просила пустить её к ним. Вокруг комнаты, куда я отнёс Т/и уже начинал собираться народ на крики, они постоянно дёргали за дверную ручку, проверяя, заперта ли дверь. Я решил, что людям и Т/и будет лучше, если я отвезу её отсюда. Оставался лишь один вопрос — куда? Явно не к ней домой. Подруг, помимо Авани, она вряд ли успела завести. Что же, единственным верным вариантом стал мой дом. Не долго думая, я отпер дверь и вышел к толпе, состоящей из 5-6 человек. В нос ударил резкий запах перегара, я невольно поморщился. Каждый из этой толпы не упустил возможность спросить, почему кричала девушка? Не трахнул ли я её, пока та находилась не в состоянии сопротивляться даже слабому ребёнку. Голова мгновенно загудела, я, стараясь перекричать весь гомон, попросил их разойтись. С первого раза никто меня не услышал. Пришлось повторить, только на этот раз громче и нецензурнее. Слегка испуганные, все разошлись по дому, а через десяток минут и вовсе забыли, что происходило в той комнате. Я аккуратно закинул девушку на своё плечо — она казалась невесомой, словно сила земного притяжения вовсе не действовала на неё. Выйдя из комнаты, аккуратно прикрыл за собой дверь, после чего отправился к выходу на задний двор — привлекать чьё-то внимание мне совершенно не нужно. Обойдя дом, я пришёл к машине, на которой приехал сюда. Открыть авто в таком положении, прямо сейчас стало самой большой проблемой, с которой я сталкивался когда-либо в этой жизни. Минут пять я пытался достать ключи из заднего кармана джинс, стараясь максимально аккуратно удерживать Т/и на своём плече. В конечном итоге, когда вместе с ключами, зацепившись за них, выпала крупная купюра, я снял сигнализацию, с лёгкостью открыл дверь и усадил девушку на кожаное сидение. Тихо прикрыл за собой дверь, поднял упавшую купюру и, обогнув машину спереди, сел на водительское сидение. Удобно усевшись в авто, я положил обе руки на руль, крепко сжав на нём ладони и откинул голову назад. Глаза невольно слипались — побочный эффект отсутствия сна уже второй день подряд. Я потряс головой, стряхивая сонливость, и уставился на побрякушку, что мирно покоилась на приборной панели. Одно прикосновение моего пальца к ней и вот — её голова задорно мотает из стороны в сторону. Задержав на ней внимание, я вдруг задумался — для чего и почему я везу её к себе домой, когда мог спокойно оставить в той самой комнате, возле которой собиралась толпа, пока она сама не очухается от мук похмелья? Прошёл один единственный день с того момента, как я впервые увидел её. Что же так зацепило меня в ней? Её недоступность? Возможно. Но всё так же остаётся вопрос о том, почему я не оставил её одну в этой ситуации? Возможно, я делаю это лишь для того, чтобы в дальнейшем мне было легче затащить её в постель. Но я уверен, что ничего к ней не испытываю. Ведь уверен?.. Громко выдохнув, я сжал пальцами виски, снимая напряжение. Вновь положил левую руку на руль, правой крутанул ключ зажигания, резко вдавил педаль газа почти в пол. Пустые дороги, ночная тишина, лишь негромкий рёв мотора — всё это мне по душе. Я люблю скорость. Люблю то захватывающее ощущение, возникающее внизу живота, при огромной скорости. Ты словно уходишь от всей этой суматохи жизни и полностью отдаёшься дороге. Ты и только ты становишься тем, кто решит, что же будет через пару секунд. Стрелка спидометра достигнет предела, или же нога резко переместится с педали газа на тормоз? Всё зависит от тебя и твоих желаний. Но не сейчас. Сейчас я должен ехать максимально спокойно, ведь там, сзади, лежит она. Я бы не хотел причинить ей вреда, учитывая то, что сейчас она ничего не сможет сделать, если не дай Бог что случится. Поэтому я уменьшил скорость, придерживаясь той, которая позволительна в правилах дорожного движения. Наконец остановившись возле дома, я вышел из машины, затем взял и Т/и. Не ставя машину на сигнализацию, так как был уверен в своей охране, я отнёс девушку в одну из гостевых спален. По всей видимости, организм этого хрупкого существа не справлялся со всем пережитым и давал слабину — потрогав лоб, я ощутил невыносимый жар, исходящий от всего тела. Одежда насквозь промокла. Что-то смутно похожее на совесть подсказало мне, что я не должен оставить её в этом виде, буквально обрекая на скорейшую простуду. Что же, придётся повозиться. Обыскав весь шкаф в надежде найти лёгкую майку, я обнаружил футболку, которую носил года два назад. Думаю, что она точно не будет ей маленькой. Мне пришлось потрудиться, чтобы снять с Т/и платье, но в итоге, я слегка приподнял её, придерживая за спину, и ловко расстегнул замок. Дальше было легче. Переодев её, я отнёс платье в прачечную и отправился на кухню. Набрал в миску прохладной воды, кинул туда ещё пару кубиков льда и отправился в комнату к Т/и, по пути захватив маленькое вафельное полотенце. Окунув его в воду, хорошенько выжал и положил на горячий лоб девушки. Затем накрыл одеялом и лёг рядом. Чувствую, эта ночь станет третьей бессонной. Всю ночь я и не думал сомкнуть глаз, чтобы отдаться сну. Я часто обмакивал полотенце в воду, чтобы оно было прохладным, каждый раз ощупывая лоб. И с каждым разом он казался прохладнее. Под утро и вовсе девушка не страдала от жара, болезненно разливавшегося по её телу. Я отнёс всё на свои места, сразу с кухни захватив таблетки от головной боли и бутылку минералки. Оставив это на прикроватной тумбочке, я удалился в коридор и прекрасно устроился на небольшой софе возле приоткрытой двери. Пару часов я обдумывал буквально всё, что произошло со мной за прошедшую неделю. Первая сделка в нарко-бизнесе прошла успешно, скоро доставят первому поставщику обещанную партию, а огромная сумма денег окажется у меня в кармане. Я потерял родителей, совершенно внезапно. Я остался один. При воспоминании об этом, внутри словно что-то защемило. Я встретил Т/и, которая стала первой, кто смог мне отказать. Она смогла разбудить во мне какой-то детский задор, мне захотелось добиться своего любым способом. Из размышлений меня вывели шорохи, раздавшиеся в комнате. Я аккуратно заглянул в щель. Т/и сжимала виски, по всей видимости безрезультатно пытаясь утихомирить головную боль. Она на удивление легко подскочила с кровати, обнажая очень даже неплохую пятую точку. — Красивый зад, — с усмешкой прохрипел я, смело заходя в дверной проём, — но мой лучше, — моя улыбка больше походила на издевательскую. Её щёки залились краской смущения, она начала проявлять всякое сопротивление моему нахождению в этой комнате. В этот момент она показалась мне действительно хрупкой и уязвимой. Она была похожа на весёлого маленького ребёнка, душа которого не знает обид и боли. Мне, почему-то захотелось стать тем, кто никогда не допустит причинить боль её внутреннему ребёнку. Однако, я старался убедить себя в обратном. Получилось ли?.. Вчера, после школы, пока я гулял по городу, в моей голове созрел небольшой план, как можно добиться ночи от этой недотроги. Сегодня же я не решился отказаться от этого. Но преследовать ту же цель мне с каждой минутой хотелось всё меньше. Весь день я провёл вместе с ней. Мне было легко и весело. С лица не исчезала лёгкая улыбка, ямочки часто появлялись на нём. Удивительно, но она тоже перестала держать между нами суровую дистанцию. Неужели ей тоже понравилось? Уже на крыше она окончательно свела меня с ума. Все те убеждения, которыми я старался обмануть себя самого — исчезли. Её губы манили меня. Единственное, чего я желал — впиться в её пухлые и розовые уста и утонуть в наслаждении. Я не устоял, просто не смог. Я наслаждался каждым моментом, словно это был первый и последний поцелуй с ней. Жаль, что так и случилось. Мы словно слились в одно целое, я чувствовал её трепет, что сотрясал меня изнутри. Я хотел бы навсегда сохранить этот момент в своей голове, и переживать его каждый раз, когда мне было бы плохо. Неожиданно, на её телефон поступил звонок. Слегка прикусив её губу, нехотя отпустил её. Опираясь о выступающие бортики на крыше, я скрестил руки на груди и сдвинул брови в недовольстве, показывая лёгкое раздражение. Её губ коснулась лёгкая улыбка. Я рассмешил её? Вот чертовка. Уголки моего рта еле заметно приподнялись, обнажая ямочку. Она сочувствующе кивнула мне и продолжила разговор. Судя по всему, по ту сторону разговора была её мама. Весьма предсказуемо — её родные явно не в курсе ночных похождений. Из последних фраз стало понятно — сейчас она уйдёт домой. Внутри проскочило сожаление — редкое для меня чувство. Мне, почему-то, захотелось резко и сильно прижать её к себе, заключая в объятие и никогда не отпускать. Прочувствовать её необъятное тепло всем своим сердцем, которое искало поддержки и родного человека. Какой бы сволочью я не был, внутри меня тоже бьётся сердце, которому причиняли, причиняют и будут причинять множество боли. Задумавшись, я не заметил, как Т/и закончила телефонный разговор и подошла ко мне. Я откинулся от бортика и сократил расстояние между нами практически до непозволительного. На руку упала одинокая капля дождя, а за ней начали лететь ещё множество таких же. Мне с новой силой захотелось прильнуть к её мягким губам, отдающим вишней. В кармане в очередной раз раздалась телефонная мелодия. Я взял трубку, даже не удосужившись посмотреть, кто звонит. — Алло, — сурово кинул я в трубку. — Привет, котик, а ты чего такой злой? — противно-сладкий до дрожи голос раздался в трубке. Я сразу понял, кто был моим собеседником. Точнее, собеседницей. Я поймал взгляд Т/и, и моё сердце болезненно сжалось. В её глазах чётко читались растерянность, негодование и боль. Мне было без разницы, что балаболила эта кукла, до отказа накаченная силиконом, я её буквально не слушал. Всё мои мысли вытеснила единственная — Т/и было больно. — По-моему, мы вчера всё решили, Джесс, — мой голос прозвучал сталью и я сбросил вызов. Но было поздно. Она уже убегала. Убегала от меня. Чёрт. Я рванул за ней. По началу я кинулся к лифту, нервно нажимая кнопку вызова. Чёрт, как же долго. Секунды растягивались вечностью. Бросив ждать чёртову кабину, я бросился к лестнице. Перелетая через несколько ступеней, я старался догнать её. Я слышал эти быстрые частые шаги, а иногда и громкие всхлипы — моё сердце сжималось после каждого услышанного. Вскоре они прекратились. Я понял, что она уже вышла. И вот, я тоже вылетаю из подъезда, оглядываясь и ищу её стройный силуэт в стене ливня. Я выбрал направление, безнадёжно надеясь, что она исчезла там же. Я бежал, высматривал везде. Вдруг, услышал короткий вскрик и жуткий скрежет тормозов. Уже знакомое чувство охватило меня и я принялся бежать быстро как никогда. Долго искать не пришлось — свет от фар стал мне ориентиром. Я увидел её — бессознательное тело лежало на асфальте, капли дождя смывали с лица капли крови. Вокруг места аварии собралась толпа, кто-то уже звонил в скорую. А я лишь беспомощно сидел на коленях возле неё, ощущая одинокую слезу, медленно скатывавшуюся по горячей щеке.