Амнезия

POV Т/и: Вокруг давящая на сознание темнота, жуткая ломота в теле и громкий звон в ушах, в перемешку с ещё какими-то звуками. Что произошло? Последнее, что я помню — Пэйтон говорил по телефону с кем-то... Точно, он разговаривал с какой-то девушкой, которая ждала его у себя дома. Я стала убегать, надеясь просто выбежать и поймать машину, чтобы доехать до дома. Я чувствовала боль и грусть — весь день мы провели вместе, на какое-то время он стал для меня другим. Он словно снял ту маску, что надевает ежедневно. Но тот звонок поломал фундамент того доверия, который я начала закладывать в себе. Хотя, наверное глупо было надеяться, что вся эта суета была организована не ради того, чтобы нагнуть меня. Но я погналась за тем маленьким огоньком надежды, что, быть может, он не такой, каким показался мне на первый взгляд. Наивная дура. Я бежала вслепую, из-за ливня я ничего не могла разобрать. Потом свет из ниоткуда, оглушающий визг тормозов с сигналом машины. Теперь ощущается лишь физическая боль. Кажется, что каждая косточка моего тела раздроблена на мелкие-мелкие частички, которые уже не склеить. Я пытаюсь пошевелиться, но вместо этого получаю новую порцию неумолимой боли. Тело резко бросает то в жар, то в холод, словно в лихорадке. От этого становится ещё хуже. Пульсирующая боль в голове настолько сильна, что кажется, было бы лучше, если бы она действительно раскололась пополам. Создаётся впечатление, словно я в бесконечном потоке пустоты. Здесь нет ни воздуха, ни света, это заставляет твои мысли путаться в беспорядке. Где я? Что со мной? Что с остальными? Все ли в порядке, или есть ещё жертвы? Почему я не чувствую ничего, кроме убийственной боли? Вдруг, среди адской боли появилось тепло. Тепло человеческой руки. Оно медленно и приятно растеклось по всему телу. Будто луч солнца прорвался сквозь мрачные тучи. Я услышала обрывки фраз. — ...128 ударов в минуту! Её сердце не выдерживает...скорее... — до сознания не доходил смысл этих слов, но я понимала, что говорят обо мне. Вдруг, я стала задыхаться. Хотелось хватать ртом воздух, зачерпывая в себя как можно больше кислорода. Я пыталась, но ничего не менялось. Казалось, словно всё моё тело перестало слушать меня. Словно оно никак не связано с моим мозгом и абсолютно не принимает команды сознания. Воздуха стало критически мало. Вновь тишина и бессознательность. POV Пэйтон: Скорая приехала быстро — так говорили все. Для меня эта пара минут казалась вечностью. Сердце готово было выскочить из грудной клетки от волнения, но я не замечал этого. Под крупными частыми каплями дождя для меня существовала только она — по её лицу размывались струи крови, берущие начало из раны около виска, маленькое тельце беспомощно лежало передо мной. Всё внутри меня рухнуло в один момент, внутренности упали в бездну. Лишь сердце продолжало бешено колотиться, разрываясь болью. Меня сковал страх. Страх того, что её не спасут. Что она умрёт. Здесь. Сейчас. И из-за меня. Вой сирены буквально вырвал меня из мыслей страдальца. Машина скорой помощи подъехала, вокруг все бегали, кто-то даже кричал — испугался. А я всё так же сидел возле неё склонившись, неосознанно поглаживая большим пальцем алую щёку. Врачи молниеносно подняли тело Т/и, я тоже пошёл за ними, не отставая. — Молодой человек, вы кто? — один из врачей, кто нёс Т/и обратился ко мне. — Я...я её парень, — выпалил я. Если бы сказал, что с ней знаком всего два дня и, по большей части, эта девочка из-за меня и попала под авто, вряд ли смог бы поехать с ней. — Хорошо, поедете с нами, нам нужны её данные, — быстро кинул в мою сторону доктор и вскоре скрылся в машине скорой помощи. Я запрыгнул за ними и присел на сидение возле каталки, на которой врачи спасали жизнь юного создания. Внешне я не показывал того, что переживал внутри — полыхающий пожар эмоций, который вот-вот дотла сожжёт меня. По началу всё было под контролем врачей. Через пару минут после того, как мы рванули с места, сердце Т/и стало не выдерживать, с каждой секундой она приближалась к смерти. — Большая потеря крови, выраженная тахикардия — 128 ударов в минуту, кислород не поступает в лёгкие! — чётко протараторила медсестра, заставляя меня бледнеть. В медицине я мало что понимаю, но то, что она сейчас на грани жизни — стало понятно сразу. Врач быстро сообразил, что нужно делать и приступил к спасению жизни. Всю дорогу я продержал её за руку, не хотел отпускать девушку. Сознание было затуманено лёгкой дымкой шока и осознания происходящего. Вот, я уже в коридоре, Т/и в операционной. Прошло два часа с начала операции, табличка "Не входить" всё ещё горит неоном. Лампочка, что периодически мигала, наконец погасла. Коридор погрузился в полумрак. Спать совершенно не хотелось. В голове прокручивались самые худшие исходы событий. Я привык, что все проблемы в моей жизни можно решить с помощью денег. Как же мучительно осознавать, что финансы здесь практически бессильны. — Чёрт! — в порыве ярости и безвыходности я с нечеловеческой силой перевернул старый деревянный стул, от чего у того отлетела рассохшаяся ножка, — чёрт... Время издевательски-медленно ползло, каждая минута растягивалась часом. Я задумчиво начал ходить по коридору, сложив руки за спиной. Счёт времени был потерян. Я погрузился в размышления, в себя, стараясь разобраться в чувствах, которые испытываю и найти их причины. Из них меня вырвали протяжный дверной скрип и последовавшие за этим шаги, отдававшие гулким эхом. Я обернулся. Моему взору предстал он — тот, кто спасает тысячи жизней. Его лицо выражало лишь усталость, сложно было понять исход проведённой операции. Я вновь ждал. — Ваша девушка жива, есть перелом одного ребра, несколько ушибов, пока что в стабильно тяжёлом состоянии, прогнозы делать рано, — внутри меня всё перевернулось, я услышал главное. Она жива. Её сердце бьётся, прямо сейчас, — однако, у девушки большая потеря крови — почти полтора литра. Нужен донор, — вот чёрт, — им могли бы стать и вы. Какой у вас резус фактор? — Без понятия, — на удивление доктору ответил я. — Тогда, пройдёмте, сдадите анализы, мы выясним, какой резус фактор у вас и сравним его с вашей девушкой. Если вы, конечно, хотите этого, — врач сказал последнюю фразу с сомнением. Неужели, он всерьёз думает, что я откажусь? — Да, давайте сделаем, — мы поспешили в нужный кабинет. Взяли кровь, дождались результатов — оказалось, мой и резус фактор Т/и совпадают. Я отправился на сдачу крови. На время всей этой суеты я словно выпал из реальности. Я не чувствовал ничего, кроме усталости. Она накатила волной неожиданно, пока я сидел в кресле возле лаборатории. Перед процедурой я прошёл основных врачей, чтобы они удостоверились в том, что со мной всё в порядке. Обязательным условием был лёгкий перекус. После всего этого я отправился в лабораторию. — Расслабьтесь, — сказала молодая медсестра, когда я удобно расположился в кресле. Она наложила резиновый жгут на предплечье и томно посмотрела на меня, — сжимайте и разжимайте кулак. Она развернулась к столу, чтобы взять спирт и обработать место укола, и как бы случайно задела мою руку своим задом. Наивная. Не обратив на это внимания, я спокойно продолжил лежать. После процедуры я вышел из кабинета и отправился к врачу. Проходя по плохо освещённым коридорам больницы, рассматривал потрескавшиеся стены больничных коридоров. Всё вокруг нагнетало, одновременно втягивая меня в сон. Я тряхнул головой, прогоняя сонливость. Дойдя до нужной двери, постучал. — Войдите, — сухо прозвучало из кабинета. Врач отпустил меня, дав визитку с номером телефона и разрешив звонить именно ему, чтобы узнавать о самочувствие Т/и. Наконец, я двинулся к выходу из здания. Толкнул заветную дверь и двинулся в сторону дома. Пешком.