Наша тишина

[Дан] Каждый миллиметр моего тела горел от желания. Мне доставляло особое удовольствие соединять наши пальцы и ладони в замок во время поцелуев и ласк. Эти нотки нежности при контакте ладонями уравновешивали крышесносную страсть, пульсировавшую ниже пояса, давая на выходе чувственный коктейль, которому не было равных. Коктейль, способный раскручивать возбуждение просто до космических масштабов. Я подложил подушку ей под попу. Слегка развел её ноги, согнул в коленях и вошёл очень медленно. Она томно вздохнула, выгнув спину в изящной дуге, и сжала обеими ладонями свою грудь. От этой картины у меня перехватило дыхание, и я чуть было не сорвался на галопный темп. Как естественно у неё получается играть с моим огнём. Ничего особо не делает, а я уже умираю от возбуждения и едва сдерживаю взрыв. Продолжал движение в ней плавно. Заканчивая каждый вход резким рывком вовнутрь, доводил нас обоих её стонами до грани эмоционального безумия. Она распрямила ножки вертикально и свела их вместе. Ступни оказались на уровне моей груди, и я не удержался от поцелуя, нагнувшись к ним, после чего начал наращивать темп. Почти доведя нас до вершины, остановился и, не выходя из неё, опустил ноги вниз по бокам от моих бёдер, как они и были изначально. В этот момент ловко подхватил малышку под пояс и поднял к себе на руки. Её ноги автоматически обхватили мою талию. Наша разница в росте играла нам только на руку в постели, позволяя творить чудеса. — Ничего себе трюки, — её губы оказались напротив моих. — Вот это я понимаю, настоящее высокотехнологичное шоу, — подколол я нас обоих фразой с «Голоса». Она засмеялась и накрыла мои губы глубоким поцелуем. Не отрываясь от неё, я опустился вначале на икры, затем аккуратно выпрямил свои ноги. Теперь поза была идеальной для продолжения. — Смотри мне в глаза, — прошептал я ей, задавая бешеный темп нашим телам. От её взгляда и стонов, уже переходящих в томные крики, моё самообладание потеряло границы. Я превратился в бушующее торнадо эмоций, звучащее в унисон с обожаемой девочкой, улетающей к вершинам наслаждения в моих руках. Наши глаза синхронно вспыхнули в общей чувственной агонии тел, слившихся в единое целое. Боже, это невероятное ощущение, почему я раньше так не делал. Видеть высшую точку оргазма в её глазах, испытывая одновременно свой, это космос. Pure magic. Всё вместе и сразу. У меня не находилось подходящего слова в словаре. Тина не отрывала от меня взгляда. — Тоже чувствовала это? Губы нежно коснулись моих. — Да…но не могу подобрать слова. Я рассмеялся. Эта синхронность во всём так прекрасна. — Та же история, малыш…та же история. Впереди нас ждала ночь объятий и безвременья. Утром, после перекуса, мы устроились в обнимку на диванчике у панорамного окна, открывающего вид на море. Она расслаблено лежала, опираясь спиной на меня, и мечтательно смотрела вдаль на водную гладь цвета её глаз. — Хочу сказать тебе спасибо, — я поцеловал её в макушку. — За что? — За понимание. За мудрость. За веру в нас. В жизни может быть по-разному и даже хуже. Если бы я остался, было бы хуже. Наговорил бы резкостей, обидел бы тебя, не дай Бог. Когда я переступаю через себя, через свои принципы, меня выворачивает. Я так обычно не делаю, но в этот раз решился ради того, чтобы поделиться с людьми. И что-то пошло не так. Да почти всё пошло не так. Прости, что тебе пришлось переживать. Тина, запрокинув руку назад, нащупала мою щеку и нежно провела по ней ладонью. — Все про-о-обачати, — тихо пропела строчку из моей песни. Я замер от трепета. Даже в таких мелочах она волшебная. В дверь позвонили. Тина повернула голову и, привстав, хитро прищурилась. — Опять твои бабы, Дан? Я рассмеялся. — Хорошая попытка, но нет, — показал ей язык. — Пойдем. Курьер привез нам всякие штуки, которые я заказал вчера вечером, пока малышка нежилась в душе в перерывах между занятиями любовью. — Мы идём в поход? — указала она на палатку и спальник. Я притянул Тину к себе. — Да. В поход на Кишинёв, — указал свободной рукой в сторону моря. Она захохотала. — Дурбецало. Нежно поцеловал её в губы. — Помнишь, я хотел с тобой на море, в уединение? — Помню, но речь шла о тропическом острове или тёплой Испании. Сейчас ведь ещё холодно для моря в Одессе, — она поёжилась. — Купаться, конечно, холодно, но побыть на берегу ведь можно. Палатка крутая, спальник тоже. Нам привезли и термоковрик надувной, и обогреватель для палатки. В общем, всё, что может понадобиться. Машину я одолжу у друга, уже договорился. Он же мне подсказал координаты классного места недалеко от города. Во взгляде читался лёгкий шок. — Малышка, ну не зима же сейчас, в конце концов. И я не на Эверест тебя зову, а всего лишь под любимую Одессу. Если что-то не понравится, сядем обратно в машину и вернемся в город. Представь только: костёр, звёздное небо, мы вдвоём, — лбом коснулся её лба, смотря в глаза. — Да? — Да… — прошептала она. — А работать тебе не надо? — Кстати да, надо позвонить ребятам и сказать, что у меня выходной до завтра. Посмотрела строго на меня. — Будешь отгонять от меня комаров. И сколопендр. И что там ещё водится. — Не переживай, сейчас они ещё спят, наверное. Пaлатка сшита герметично, швы проклеены, сетка на входе и окошке, туда никто не проберётся точно. Кроме меня, конечно, — мне удалось вызвать у неё улыбку, — я ведь тоже иногда кусаюсь. Тина смирилась. — Думаю, звёздное небо и ночной костёр перекроют все возможные минусы. По дороге к месту мы заехали в маркет, я одел очки, капюшон и сходил сам за всем необходимым. Моя конспирация сработала, я никем не был замечен. Её появление было бы слишком примечательным даже на фоне карантинного обедного малолюдья. На месте, как мне и говорил друг, людей не было. Это в сезон там движ, а сейчас не было ни души. Дорога тянулась практически под пляж и заканчивалась там, где начинался отвесной песчаный берег. Как ни странно, было чисто, нигде не валялись бутылки, бумажки и прочие «прелести» цивилизации. Всё, нужное для костра, я привез с собой. Вода, еда, палатка и другое добро постепенно перекочевало на выбранное нами место, в метрах двухстах от машины дальше по пляжу. Отвесной берег создавал ощущение дополнительного уюта. Волны плавно отбивали ритм о песчаный берег. Майское солнце было теплым даже учитывая, что день клонился уже к вечеру. Термометр в машине показывал +18 когда мы приехали. Тина сняла кроссовки, носки и подошла вплотную к воде. Я любовался этой хрупкой девочкой, совсем другой сейчас чем её медийный образ. Осторожно потянулась кончиками пальцев ноги к воде и коснулась. Вначале отдернула ногу, но, постояв секунд десять в смятении, решилась. Закатав до колена штанины, зашла по щиколотку. — Аааа, как классно, Да-а-ан. Иди сюда, — она зазывающе махала мне рукой. Я бросил раскладывать вещи, разулся и побежал к ней побыстрее. Подскочил сзади и обнял, ловя шею для поцелуя. — Водичка — супер, но, конечно, не для купания пока. Ловко выскользнула из моих рук и побежала по берегу. — Догоняй, — бросила она мне и я тоже побежал. Брызги разлетались под нашими ногами, её звонкий смех разливался по пустынному берегу и звучал так заразительно, что я тоже смеялся как ненормальный, пока наконец не догнал её, повалив в сторону от воды на песок. Мы продолжали хохотать, валяясь на спине. Я взял её ладонь в объятия своей, переплетаясь пальцами, и повернул голову к ней. Она поймала мой счастливый взгляд и, помедлив пару секунд, коснулась меня поцелуем. Наши губы изучали друг друга под лучами ласкового майского солнца, и я чувствовал, что весь этот мир сейчас — только для нас двоих. «За эти ощущения отдал бы еще 500 лет жизни, лишь бы только это продолжалось»