Офсайд

Я не хотел оставаться в баре под названием “Скотина”. Было шумно, не совсем чисто, воняло разлитым пивом. - Я с тобой в оперу ходил? Ходил! Терпи теперь. Миха знал на что давить. - Ты мне эту оперу до конца моих дней припоминать будешь? - А ты думал! ‘Я лублу Вас, ‘Я лублу Вас’ - пропел Мальцев - 3 часа моей жизни потрачено впустую. Мы заказали тёмный Хайнекен и приземлились в углу ждать друзей Михи. Я боялся к чему-нибудь прилипнуть. А Мальцев - неприхотливый. Байкерские туры по Монголии без мыла и душа, закалили моего друга. К нам подсели близнецы Валя и Вася. Не знаю откуда эти двое появились в нашей жизни, но Миха их любил. Глупые и безбашенные - они веселили Мальцева. Я относился к ним с опаской. В отличие от Михи ребята - чистоплотные, но у меня нет доверия к людям, которые стирают носки в посудомоечной машине. - Круто их сделали! - сказал Вася. - Круто! - поддакнул Валя. - мурашки от попы до шеи. - Восьмой номер - красавец? - Красавец! - А Симонов - красавец? - Красавец! Я сидел и жалел себя. Сначала пришлось эту муть смотреть, теперь приходилось про неё слушать. - Я подышать воздухом. - сказал я Михе с гримасой вселенского раздражения. Миха даже не повернул голову в мою сторону. Вот так всегда. После душного бара, вечерний воздух улицы показался альпийским ветром с лугов. Дождь почти закончился. Я зашел за торец здания, сел на крыльцо, достал влажную салфетку и снова попытался отчистить свои кеды. Тщетно. След чужой подошвы надежно въелся в ткань. - Где Гора? - спросил знакомый голос. Я поднял голову. На меня смотрел парень в чёрном. Капюшон по прежнему скрывал часть его лица и только глаза светились как у помощника люцифера. - В баре, и если я не вернусь, он пойдёт меня искать. - ответил я. Парень хмыкнул на мое жалкое предупреждение. Он вытащил кошелёк из кармана толстовки и повертел его между пальцев. - Твой? - спросил он. - Мой. - Знаешь, где потерял? - Я не терял. Обычно я не такой смелый, но его наглость раздражала. - Ну, допустим, я взял. - Не стоило. - Почему же? Чёрные зрачки сфокусировались на мне как на слабенькой, отставшей от стада лани. Парень был не намного выше меня, но, как я уже выяснил, атлетичнее. - Да так. - сказал я менее уверенно. Парень повернул защелку кошелька и вытащил одна за одной членские карточки. - Что ты делаешь? Он не ответил, достал и повертел радужный браслет, который я забыл выбросить. - Гей клуб?! - удивился он - вот ты попал! - он убрал браслет в карман джинсов. - В смысле? Верни! - в моем голосе проскользнули истеричные нотки. - А то что? Он присел на корточки возле меня. Несмотря на то что я его боялся, он был в моем вкусе. Очень даже в моем вкусе. При других обстоятельствах, я бы сох по нему не по-детски. - Ты знаешь, кто мой отец? - проговорил я. Парень оскалился. - Знаю. Сергей Павлович не обрадуется, узнав, что его сынок голубой. Сердце пропустило пару ударов. Не обрадуется?! Если отец узнает про мою ориентацию, мне хана во всех смыслах. Только Миха был в курсе, что я гей. - Чего ты хочешь? - губы предательски дрогнули. - Справедливости. Сколько пафоса, подумал я. - Кто же тебя обидел? Парень протянул мне бумажник. - Ты. - Я? В голове включилась бетономешалка, я тужился, пытаясь вспомнить что-нибудь, что могло объяснить происходящее, но я первый раз видел этого парня. Такие глаза и скулы я бы точно запомнил. - Напомни? - сказал я, потирая виски. - Не сейчас. Он выхватил мою руку и моей же ручкой, которую он тоже спер, накарябал на запястье - Тима и номер. - Завтра позвонишь. Если звонка не будет, - пригрозил он - твоя мордочка окажется на первой полосе местных газет с заголовком - Осторожно, гомосапиенс в городе.