Брошенные в Яму

      Побег? Рику, как и всем в Яме, было очень интересно взглянуть на идиотов, отважившихся на подобное. Под гомон заключенных, хлынувших со всех бараков, жуки волокли по земле три тела в оранжевых робах — только тела. Голов у них не было, и за трупами по земле волочился кровавый след. Он смотрел на это абсолютно спокойно, Морти же, побледнев, отвернулся и вцепился ему в руку, как обезьяна в ветку. — З-за что… п-почему их сразу убили? — Не убили, — Рик дернул себя за железный ободок вокруг шеи. — Просто ошейник взорвался, вот и все. — О-ошейник?.. Огромные глаза парня стали еще шире. — Ну да, — раздраженно пояснил старик, качая головой вслед уходящим охранникам. — У первоходов и тех, кто не представляет особой угрозы, ошейник просто включает сигнал тревоги при попытке смыться, а вот у тех, кто слишком умен… агрессивен… склонен к побегам и неподчинению администрации… Вот у тех сразу — бум! И, рассмеявшись, он потрепал Морти по голове. — Так что не парься, п-пес, никуда я от тебя не денусь!       На самом деле, о существовании ошейника легко было забыть, настолько привычным и незаметным он становился со временем. И с кандалами так же — и не вспомнишь, что несвободен, пока не попытаешься слишком широко взмахнуть рукой… Но даже стесненные условия не мешали старому Санчезу развлекаться. Он с нетерпением ждал, пока уйдет охрана, чтобы оттащить пиздюка в темный уголок — довольно, он и так работает, как вол, пора бы уже и отдохнуть! Увы, зря он думал, что сможет найти уединение… — Опа, — вытаращил на них глаза Бугинс, невесть зачем сюда зашедший, и сплюнул на землю. — Извращенцы ебаные! — Завидуй молча, — оскалился Рик и, показав ему средний палец, ущипнул за щеку стоящего перед ним на коленях Морти. — Продолжай с того места, где мы остановились, детка… И пусть еще скажет спасибо, что не застал чего погорячее! Эта небольшая шалость подняла Рику настроение, и до конца смены он проработал вполне сносно. А на свободном времени их ждал небольшой сюрприз — доставка корреспонденции… Он, конечно, ничего не ждал, а вот Морти получил целую охапку писем, которую сразу же начал распаковывать, но чем дальше это заходило, тем меньше радости оставалось в его лице. — "Прошение отклонено", — бормотал он, откладывая в сторону одно письмо и берясь за другое. — Отклонено… и это тоже… А чего еще он ожидал? Развалившись на нарах, Санчез молча, с отстраненным любопытством наблюдал за пацаном, пока тот вдруг не подпрыгнул, засияв от счастья. — Рик, смотри, письмо из дома! А вот это уже интересно — Рик даже приподнялся на локте, готовясь слушать, но, развернув бумагу, Морти сразу же поник. — Ч-что там? Не говоря ни слова, мальчик развернул к нему письмо — точнее, то, что от него осталось. Весь текст оказался закрашен ровными, густыми полосами чернил, не считая последних слов: "… с любовью, Бет", а в углу синел штамп — "спорные моменты вырезаны Почтовым Комитетом Галактической Федерации"… Они были настоящими сукиными детьми, и точно не теми, с кем Рик хотел бы вступить в дело. — О, б-боже, — бросив письмо на стол, Морти закрыл лицо руками. — Я так х-хочу домой!.. — Все здесь хотят, умник, — Рик закатил глаза. — Но у администрации несколько иное мнение на этот счет… — И-и что, отсюда никак не выбраться? Вообще-вообще никак? — Какой ты догадливый, — он поправил сбившийся ошейник. — Можно, конечно, попытаться, как те ребята, результат тебе точно башню сорвет… После получения писем Морти совсем стух — настолько, что на него даже стало больно смотреть. Он просто сидел, глядя куда-то в одну точку, на все попытки завести разговор реагировал вяло, и, кажется, вообще не видел ничего вокруг — а Рик только хотел к нему пристать! Ну и ладно — ничего страшного, если этот до сих пор каким-то чудом невыебанный пиздюк продержится еще ночку, потом-то Рик все равно получит свое…       Не в силах выносить зеленой тоски, которую разводил вокруг себя пацан, он вышел в общую камеру. Разыграл партию-другую в кости, легко обставил всех и, вернувшись к себе после сирены к отбою, обнаружил Морти в постели, лежащим лицом к стене. — Спишь? Не услышав ответа, Санчез разделся и, устроившись рядом, устало выдохнул. — Моя детка, — пробормотал он, прижимая мелкого к себе, а проснулся… проснулся от того, что вдруг стало холодно. Морти рядом не было, а через открытую дверь камеры задувало. Что стряслось? Может, отошел куда-то и сейчас вернется — однако, томительные минуты шли, а Морти все так же где-то пропадал, и чем дальше, тем больше Рику становилось не по себе. Выбравшись из постели, он вышел в общую, щурясь от темноты вокруг. Шел, выставив впереди себя руки, чтобы ни во что не врезаться, и оглядывался по сторонам — пиздюк тут не обнаружился. Не дай бог снова вышел на улицу, Рик тогда ему жопу надерет похуже охранников — впрочем, кажется, он уже догадался! Через щель в дверях санузла пробивался свет, и оттуда слышались какие-то звуки. Заходя туда, он даже не представлял, что именно увидит… — К-какого?!.. Одна из раковин была испачкана красным. А Морти, сидя на полу, всхлипывал и икал, прижимая к себе руку с порезанным запястьем…