Сокол

Нервный смех норовил вырваться наружу. Что-то он совсем сдал в последние дни. Так недолго и попасться в лапы врагов. Финист в данный момент прятался в ветвях дерева, наблюдая, как под ним копошатся собаки и обычные солдаты. Он сбил псов со следа, но они все равно добрались до места его пребывания. Из головы не хотела уходить мысль, что ему всего ничего осталось до гордого звания серийного убийцы Небес. Одно Небо, если быть точнее. По переговорам преследователей Финист понял, что Цель таки отдала концы. Каким чудом снайпер всадил пулю ему прямо в глаз - он не знает. Быстро скатываясь со ствола дерева, попутно вспарывая глотку одной из псин, Финист юркнул в знакомую канаву, где подготовил тропу отхода. При желании он давно мог сбежать с места преступления, однако его миссия была выполнена лишь отчасти. Ему оставалось ликвидировать еще троих Хранителей, - и это было самой опасной частью миссии. Предупрежденные о враге и потерявшие свои Небеса Атрибуты становились неконтролируемы. Ураган, Дождь и Гроза находились сейчас где-то в подножии гор, охотясь на убийцу их босса. А этот самый убийца в данный момент охотился на них, попутно играя в догонялки со смертью. Ноги бесшумно перемещались по невидимым лесным тропам, солнечная Искра была надежно спрятана за ребрами Финиста - ни один пламенник ее не обнаружит, - винтовка любовно прижата ремнем к спине, облегчая перемещения. Интуиция звонко тренькала, подсказывая, куда следует наступать и куда нужно бежать. Все складывалось наилучшим образом, учитывая обстоятельства. Вдруг огромная ладонь показалась прямо из-за ствола дерева, хватая Финиста за шкирку и сбивая его с ног. Обладателем ладони оказался Хранитель Урагана - Бернардо. Он был одет в кроваво-красный пиджак, темные брюки и туфли, изрядно попорченные от долгой беготни по лесу. Его темные глаза светились ненавистью и безумием. Финист по собственному опыту знал какого это - потерять свое Небо. Бернардо не собирался ничего говорить мальчику, его огромные руки медленно сжимали горло Финиста, выдавливая из него саму жизнь. Издалека к ним спешил поисковой отряд. В глазах постепенно начало темнеть, воздуха уже не хватало, а руки начали слабеть. Голос интуиции стал глуше, а Искра беспокойно скреблась внутри грудной клетки, пытаясь помочь хозяину, но не имея достаточно сил для этого. Еле нащупав на бедре кобуру для ножа, Финист из последних сил выхватил его и неуклюже воткнул куда-то в бок Хранителю. Тот по-звериному взвыл и невольно разжал руки. Мальчик тяжело повалился на землю, кашляя и пытаясь восстановить дыхание. Интуиция, больше не сдерживаемая ничем, напряженно взвыла, в голове начался знакомый отсчет, сигнализируя, что пора поторопиться и закончить начатое. Еле-еле сфокусировав взгляд и перекатившись в сторону, уворачиваясь от обезумевшего от горя и боли Хранителя, Финист достает из другой кобуры свой любимый пистолет Стечкина - тоже сувенир с недоступной ныне Родины - и стреляет Бернардо в голову. Он опасался, что выстрел в грудину не убьет сильного Хранителя с стабильным Пламенем, а лишь подстегнет к еще большей ярости. Выстрел в голову охладил пыл противника навсегда. Не дожидаясь пока тело очередной Цели грузно повалится на землю, Финист рванул с места, прекрасно осознавая, что сейчас на место, где прозвучал оглушительный выстрел сбегутся все в округе. Где-то в глубине Финист услышал вопль, полный скорби. Хранители почувствовали смерть товарища. Внутри что-то ёкнуло, какой-то, еще не окончательно умерший, кусочек сердца мальчика сжался, осознавая, что именно он стал причиной личной трагедии этих людей. Непрошенные чувства Финист затолкал поглубже, прямиком к тем, которые хранятся в нем с тех самых пор, как он оказался в банде Казанских. Он разберется с ними попозже, когда смерть перестанет стоять за его плечом. Сейчас своим отчаянием противники снайпера выдали свое местоположение. Наконец-то он может вернуться к привычному образу. Сокол был готов спрятаться в своем гнезде и начать последнюю охоту. Эту точку он искал дольше всего. Ему нужно было место, где его сложнее всего обнаружить, но с другой стороны, ему нужен был обзор на весь лес. Кажется, нерешаемая задача. Однако, Финиста Толя не зря называл безумным самоубийцей. Идеальной точкой для завершения миссии, как ни странно, оказался сам особняк. Очередной незаурядный и самоубийственный поступок сыграл снайперу на руку. Его не ждали в особняке. Он проник незамеченным. Его целью был наблюдательный пункт охраны - вышка, находящаяся у самых главных ворот. Чтобы проникнуть в нее необходимо было миновать охранный пост на первом этаже и подняться на второй, где обычно находилось от двух до трех охранников. Внизу, как и предполагал Финист, никого не оказалось - все люди были отправлены в лес, на охоту. А вот наверху, в наблюдательном пункте, находился один охранник с рацией. Его основной задачей было с высоты наблюдать за лесом, координируя действия поисковых групп. Убивать такого человека было никак нельзя, потому что каждые тридцать секунд он связывался с группами внизу и сообщал о происходящем. Проигнорировав комнату и связного, Финист пошел дальше, к пожарной лестнице на крышу. Он знал, что она тут есть, так как видел, что охранники выходят на перекур во время дежурства. Побывать внутри он не успел, а вот снаружи выход видел. Прикинув в уме план здания, снайпер предположил, где находится выход на крышу. И не прогадал. Обострившаяся интуиция четко вела его в нужном направлении. Впервые на памяти Финиста он был настолько спокоен во время задания, впервые само задание происходило настолько гладко - то, что его едва не словили собаки, а затем чуть не задушил Бернардо, Финист считал стандартными, штатными ситуациями. Калеченное Пламя, превратившееся в небольшую Искру, дало скачок роста его интуиции, которая и так была неплохо развита. Занятый этом размышлениями, Финист тихо выбрался на крышу и также бесшумно начал доставать свою винтовку. Охота началась. Снайпер долгое время провел в гнезде, выжидая, когда основная волна поисков уляжется. Наступал черед последней фазы его плана. Шли часы, постепенно все больше людей возвращалось на базу ни с чем. Постепенно все меньше и меньше становился шанс Финиста выбраться из этой передряги. Паника подняла свою змеиную голову где-то внутри снайпера. Она скалилась и шипела, мешая разуму думать и отслеживать ситуацию. Финисту все сильнее и сильнее хотелось вскочить и, бросив задание, тихо исчезнуть с опасной территории. Однако, снайперская выдержка и железный контроль не позволяй ему этого сделать. Интуиция тихонько позвякивала, напоминая о себе и успокаивая. Чтобы не подвергнуться очередному приступу паники, Финист начал лечить за своим дыханием, выполняя своеобразную гимнастику. Это помогло успокоиться и окончательно взять под контроль эмоции. Звеньк. Тихие колокольчики звенят где-то внутри. Из леса показываются две Цели. Звеньк. Секунды начали свой неспешный отчет. Звеньк. Закрыть глаза. Дышать. Внимать интуиции. Звеньк. Поддаваясь предчувствую, направить дуло в неизвестность. Звеньк. Грустно. Он не хочет очередных смертей. Не хочет еще больше крови на своих руках. Не хочет больше слышать эти нечеловеческие крики боли от потери семьи. Звеньк. Ждать. И еще. Не торопиться. Ждать. Звеньк. Пора. Звук выстрела, приглушенного «баночкой», был словно гром среди ясного неба. Не дожидаясь звука упавшего тела, все также не открывая глаз, Финист направляет дуло в другую сторону, все также подчиняясь своей интуиции. Не раздумывая нажимает на курок. Второй выстрел ощущается снайпером как похоронный колокол, сигнализирующий о том, что настал его час. Он встает во весь рост и открывает глаза. Перед ним, на расстоянии нескольких сот метров раскрывается ужасная картина. Множество солдат ощерились в его сторону оружием и готовы расстрелять того, кто за пару часов прикончил все их начальство. В том, что Дождь и Гроза мертвы он не сомневается. Иначе бы его уже не было на этом свете. Внезапно оцепенение сбрасывается, и Финист понимает, что почти сдался. Он встал перед множеством врагов так открыто, будто уже готов получить пулю и умереть. Но это он сегодня победил сильных пламенников при помощи одной лишь смекалки и жалкой Искры, оставшейся от Пламени. Это он сегодня в очередной раз доказал что выйдет победителем, и самое главное - живым, из любой ситуации. В конце концов, его ждет Толя. А он тут действительно решил самоубиться. Внезапная злость на самого себя подстегнула действовать. Быстро перехватив винтовку, Финист скатывается с крыши по заранее - еще на стадии подготовки гнезда - спущенной со стены веревки. Она ведет внутрь территории, чтобы спускаясь, снайпер не стал жертвой пуль врагов. Сейчас он находится в ловушки на территории особняка, за стеной и в стенах которого его поджидает смерть. Выхода нет, не впервой, впрочем. Финист решает в который раз за последние несколько часов положиться на свою интуицию. «Самое темное место - под фонарем» будто отвечает она ему, и Финист видит. Множество прожекторов, освещающих стены и главные ворота особняка, пришли в лихорадочное движение. Враги понимают, что ему нужно пересечь стену, поэтому стараются обшарить каждый уголок стены, забыв при этом про сами ворота. Они настолько огромные, яркие и открытые, что никто - включая самого Финиста - не верит, что он сможет пройти там незамеченным. Но интуиция ласково шепчет, что это - единственный шанс. И Финист верит ей. Медленно, практически вжавшись всем телом в землю, снайпер пробирается к воротам. Также медленно, настойчиво прогоняя из головы скрип злополучных питерских качелей из, кажется, прошлой жизни, Финист проползает под ними. Никто его пока не замечает, и мальчик подавляет острое желание тут же вскочить с места и ринуться к опушке леса. Нет. Это верная смерть. Терпение - вот главное оружие настоящего снайпера. И неважно, что пот льет ручей. Неважно, что на него направлено почти сотня разнокалиберного оружия. Неважно, что он находится у всех на виду. Терпение. Медленно, бесшумно, Финист сползает с дороги куда-то в кусты и аккуратно, перебежками начинает продвигаться к лесу. Когда до спасительных деревьев оставалось метров пятьдесят, его заметили. Так быстро Финист еще ни разу в жизни не бежал. Пришел в себя он только дома, держа трясущимися руками воздух, компульсивно выполняя пальцами движения для разборки и сборки винтовки. Где сама винтовка Финист не помнил. Через тяжелое, свинцовое, ощущение в мозгах Финист собрался и осмотрелся. Он находился в комнатушке подвала, который оборудовал под свое временное убежище. Воспоминания последних пяти часов начали потихоньку всплывать перед глазами, и вместе с ними пришла боль. Болело все - от кончиков волос до кровоточащей раны в боку. Стоп. Рана? осоловевшим взглядом Финист уставился на медленно текущую кровь, которая залила уже весь пол. Неглубокая рваная рана от пули была неопасной, но если он продолжит так на нее смотреть, то точно умрет от потери крови. Превозмогая боль, Финист поднялся с пола и отправился в ванную комнату, за аптечкой. Пока он обрабатывал царапины - коих было немало - и забинтовывал бок, в голове постепенно прояснялось. Винтовку пришлось утопить в реке почти сразу - она не давала ему достаточной мобильности. Это воспоминание вызвало жжение в глазах. Его красавица была членом семьи, сопровождая его на все задания и служа ему вот уже который год. И ее пришлось предать чтобы выжить. Просто бросить в реку, чтобы никто чужой не смог ее выловить и использовать как улику. Пистолета - последнего напоминания о Казанских он тоже лишился - в нем закончились патроны, и тот просто нагружал бедро. При себе остался лишь нож. Зато он выполнил миссию. И выжил. Выжил. Эта мысль эхом отталкивалась от стенок пустой головы, не желая быть осознанной. Финист поднял взгляд на зеркало. Все те же желтые глаза, в глубине которых поселилась печаль и усталость. Все те же каштановые волосы, отливающие рыжиной. Вот только, в висках поселилась пара седых прядей, совсем маленьких, если не знать где искать, то и не увидишь. Мальчик, которому по его собственным подсчетам было двенадцать, совершенно не выглядел на свой возраст. В маленьком детском теле жил старик. А само тело было явно взрослее двенадцати. Оно вытянулось, пропала детская пухлость, появившаяся сразу же, как только Финист начал более менее нормально питаться еще живя у Казанских. Лицо стало более острым, взрослым. Видимо, он ошибся. Немудрено - Финист никогда не знал даты своего рождения, а его возраст был примерным. Видимо, он ошибся. Тяжелый вздох вырвался сам собой. Теперь, когда он оказался в относительной безопасности (Финист старался не думать, что уже дважды нарушил Омерту), события ночи врывались в его голову и мучили уставшее сознание. Финист начал задыхаться, руки дрожали а голове снова и снова звучал крик одного из Хранителей, в тот момент когда н почувствовал смерть члена своей семьи. Сердце стучало набатом, а интуиция тревожно звенела. Что-то склизское и тяжелое сдавило грудную клетку, ломая кости и туша Искру. Она заполошно мигала, стараясь отогнать паническую атаку, но ничего не помогало. Сквозь пелену слез - слезы? - Финист увидел зеленую обложку. Взгляд зафиксировался на книге, лежащей на тумбочке в комнате, которую было видно через открытую дверь ванной. Шатаясь и держась за стену, Финист побрел в сторону книги. «Двое в лодке…» - подарок Толи. Единственного человека в мире, который принял Финиста, поверил ему, и дал имя. Финист нужен ему, он его ждет и верит в то что он выполнит миссию не потому, что не хочет опозориться как информатор, а потому что дорожит им - Финистом. Шершавые пальцы коснулись обложки, дыхание немного выровнялось, а грудную клетку уже не ломило. Искра радостно засияла и успокаивающее прошлась по ребрам теплом. Руки все также дрожали, а из-за слез не было видно ничего. Мальчик прижал к груди маленький томик и сполз на пол, впервые в жизни заходясь в беззвучном рыдании.