Проверка на прочность

Трансформеры. Удивительная инопланетная раса с далёкого Кибертрона. Разумные роботы, они обладают душой, именуемой искрой. Парадокс – но именно они помогли мне вновь почувствовать себя человеком. А в свете недавних событий я поняла, что не так уж сильно мы и отличаемся – если, конечно, не брать в расчёт различия сугубо внешние. Один из них сумел преподать мне урок, всю важность которого я не постигла до конца и сейчас. Неважно, кто ты. Важно, как ты чувствуешь. И тот, кто по-настоящему заботится о тебе, никогда не позволит тебе меняться, подстраиваясь под него. Особенно если это представляет для тебя опасность… Я снова и снова пробовала его имя на вкус. Сыщик. Словно пузырьки шампанского с шипением лопаются на языке. Короткое, стремительное. Только начал произносить – и оно уже закончилось. Кибертронский… Сыщик заранее предупредил меня, что для органического создания практически нереально произнести на кибертронском вслух хотя бы слово. Гортань человека не способна воспроизводить нужные звуки, подчас колючие, царапающие, режущие слух. Но зато кибер-ниндзя показал мне написание своего имени. Вскоре я поймала себя на том, что раз за разом изображаю короткий ряд символов, так похожих на японские иероглифы, на каждом попавшемся под руку клочке бумаги… Словом, я с удивлением и радостью отмечала, как под лучами новой любви моя душа вновь расцветает. Я, искренне считавшая, что мне не суждено снова кого-либо полюбить. Удивительным было его отношение ко мне. Смесь уважения, любви и покровительства. Натура замкнутая и молчаливая, он предпочитал выражать свою симпатию не словом, а делом, всегда был готов помочь, о чём бы я его не попросила. И, казалось, я была единственной, на кого он не умел сердиться по-настоящему. Но не стоит думать, что мне всё просто так сходило с рук. Он мог и пристыдить, и замечание сделать. Как-никак, он при всём прочем оставался моим учителем, а я – его нерадивой ученицей. Так что он безо всякой жалости продолжал часами изводить меня многочисленными техниками концентрации и тому подобным. Между тем август медленно катился к своему закату. Солнышко пригревало ещё совсем по-летнему, но все метеопрогнозы наперебой обещали ухудшение погоды и резкое похолодание. Именно поэтому, пользуясь последними тёплыми деньками, я устроилась на берегу реки с плеером. Греясь в солнечных лучах и любуясь серебряными блёстками, усеявшими речную гладь, я всецело отдалась магии песни, звучавшей сейчас у меня в наушниках.

И никого вокруг, Это только мой стук В старые ворота… И никого здесь нет, Это только твой след, И мне неважно, кто ты… Помоги мне, сердце моё горит На костре непотухшей раны, На углях от пустых обид… Помоги мне, слёзы мои утри, Склей обломки моей вселенной, Каплю веры оставь внутри…*

Эта песня о нас, в который раз подумала я. Для меня ведь и правда неважно то, что Сыщик – не человек. Нет, в мою голову порой закрадывалась подлая мысль о том, что в романе с органическим мужчиной всё-таки, как ни крути, больше всяких возможностей, таких, как, например, свидания в людных местах… или банальнейшая возможность как бы вскользь упомянуть о нём в разговоре, а не держать свои чувства в тайне. Но один взгляд на Сыщика, на то, как гордо он держится, как грациозно передвигается, какой радостью сияет его визор при встрече со мной - и мысль эта испарялась подобно ночной тьме, развеянной лучами восходящего солнца. Рискую вызвать всеобщее непонимание, а, возможно, даже осуждение, но я безумно гордилась тем, что у меня такой друг. Уникальный во всех отношениях. И если эта любовь действительно послана мне свыше, то какая разница, кто он? Замечтавшись, чьё-то присутствие я скорее ощутила на инстинктивном уровне, чем услышала или увидела. Спохватившись, я быстро сняла наушники… - Я уже третий раз говорю тебе “Здравствуй”, - ровным тоном проинформировал меня Сыщик. - Прости, не заметила, как ты появился. Привет. - Опомнилась я. - Опять слушаешь музыку на полную громкость, - отчитал меня ниндзя-бот. - Вовсе нет, это ты подкрадываешься бесшумно… Ну, и кроме того, наушники для того и предназначены, чтобы слушать музыку, не мешая другим! – запротестовала я. - Почему-то её слышно и мне. Причём превосходно, - заметил Сыщик. - Просто у кого-то слишком чуткий слух, - проворчала я. - А кое-кто делает всё, чтобы испортить свой, - парировал меха. И тут я услышала треск веток и обрывки человеческой речи. Очень кстати. - Кто-то идёт! Прячься! – я уцепилась за этот факт, как за соломинку. Ибо продолжать многократно повторявшийся спор не имела никакого желания. Негромкий звук трансформации – и там, где только что находился трёхметровый бот, уже стоит чёрный байк. - Мы ещё поговорим о музыке и прочем, - упрямо заявил Сыщик, подбираясь поближе ко мне. - Непременно, - торопливо шепнула я, прикрыв ладонью рот. – Только, ради Праймуса, веди себя, как положено байку! Бот послушно замер в неподвижности. Сама я вытащила из рюкзака книжку и уселась читать, удобно опираясь спиной о чёрно-золотое крыло мотоцикла. Как раз вовремя: на тропинке, петлявшей вдоль берега, показалась небольшая семья – родители и двое детей. Взрослые спокойно прошли мимо, едва взглянув на нас. Зато детишки-дошколята – мальчики, по виду погодки, - словно приросли к месту от восхищения, увидев моего сверкающего красавца. Родителям стоило больших трудов уговорить своих отпрысков продолжить путь – они уже воровато подбирались к байку, тянули руки, чтобы коснуться блестящего металла, пока я не вижу. Я подняла глаза от книги и слегка улыбнулась. Восторг мальчишек был вполне мне понятен: Сыщик и вправду выглядел потрясающе - как в альт-моде, так и в основном режиме, - и я тут же забыла об этом маленьком происшествии. Впрочем, как выяснилось далее, сам бот о нём не забыл. - Знаешь, я хотел бы когда-нибудь увидеть и твоих детей, - внезапно доверительно поведал мне Сыщик. Погруженная в роман, я вздрогнула от звука его голоса, раздавшегося так внезапно. А потом, когда смысл сказанного дошёл до меня, подскочила, как ужаленная. - Прости… что? – переспросила я, уверенная, что ослышалась. А когда меха невозмутимо повторил свою фразу, покраснела и двинула закрытой книгой по сиденью байка – не сильно, но довольно ощутимо. - Что такого я сказал? – поинтересовался Сыщик тоном оскорблённой добродетели. Эту фразу мне настолько часто приходилось слышать от Бамблби, что это, возможно, было бы даже смешно, если бы не одно “но”. Учитывая его интерес к биологии, я готова была поклясться, что он знает, откуда берутся дети. Но того, что тема семьи является для меня болезненной, знать он, конечно, не мог. Случай этот остро врезался мне в память. Хотя Сыщик определённо не имел в виду ничего плохого, настроение моё было подпорчено. Почему-то мне подумалось, что, раз речь зашла об этом, моё общество начало докучать кибер-ниндзя. И, кажется, я затаила на него обиду – даже зная, что повода в общем-то нет. В тот день я так и не удосужилась объяснить ему, что именно меня зацепило, оставив бота в полнейшем недоумении. Впоследствии я много раз ругала себя за это. Возможно, не прими я этот пустяк так близко к сердцу, открыв тем самым лазейку для обид и непонимания, - и мы не попали бы в беду. Но с некоторых пор я жила в постоянном ожидании подвоха даже от самых близких, истолковывая поступки окружающих не в свою пользу. Так что, усомнившись в его отношении ко мне, я волей-неволей предала его. Если бы знать заранее… Хотя, как говаривал Сыщик, нам не дано постигнуть своей судьбы прежде, чем для этого настанет время.

~

Первым, кого я увидела в то злополучное утро, был, как ни странно, Сэнтинел Прайм, торчавший посреди двора базы автоботов. Глубокое синее небо без единого облачка и яркое, хотя и не жаркое уже солнышко могли бы поднять настроение у кого угодно, но только не у офицера Элитной гвардии. Органическая природа в любом её проявлении, включая и меня саму, вызывала у него острую неприязнь. Вот и сейчас он скользнул по мне взглядом, полным брезгливого презрения. Опять придётся терпеть его присутствие. Ну и ладно. Зато где Сэнтинел, там и Джазз… Я хотела просто пройти мимо, не поздоровавшись. Всё равно моё приветствие было офицеру, мягко говоря, до фары. Но не тут-то было. - Эй, белковая! – окликнул меня синий бот. Я не поверила своим ушам. - Это вы мне? - Да, тебе. Подойди сюда. Не бойся, я тебя не трону. - Я и не боюсь, - промямлила я, нехотя направляясь к элитгардовцу. Что ему от меня надо? - Отойдём в сторону. Куда-нибудь, где нас не услышат и можно будет поговорить без лишних свидетелей, - с этими словами офицер решительно зашагал в направлении реки. - Куда вы меня ведёте? – возмущалась я, продолжая, однако, тащиться за ним следом, как привязанная. Необычное поведение Сэнтинела заинтриговало меня. Впервые он обратился ко мне добровольно, заговорил первым, и случилось это – ну надо же – даже не на допросе… В его речи, конечно же, отсутствовал даже малейший намёк на учтивость и вежливость… хотя о чём я, это же Сэнтинел! - Слушай внимательно, землянка. Речь будет о тебе и этом твоём кибер-ниндзя, - отойдя на порядочное расстояние от базы, Сэнтинел наконец изволил остановиться и развернуться лицом ко мне. - С ним что-то случилось? – встревожилась я. - Я полагаю, ты догадываешься, что на Кибертроне твои друзья ведут совсем другой образ жизни. Я неуверенно кивнула. Собственно, тех часов, что я провела на Кибертроне в обличии бота, было недостаточно для того, чтобы судить о жизни трансформеров уверенно. Но то, что они не всё время сражаются с десептиконами, было очевидно… - Так вот, у нас тоже есть личная жизнь. Друзья и подруги. - А при чём здесь Сыщик? Вы же не хотите сказать, что… - начала я. - Да. Твой ниндзя – не исключение. Сначала я подумала, что эти слова померещились мне. И растерянно проговорила севшим голосом: - А… как же я? - Но ведь он не останется здесь, на Земле, навсегда. Ты же это понимаешь. В груди у меня словно взорвалась граната, разнося в клочья едва-едва начавшую заживать душу… - Но он никогда мне об этом не говорил. Я вообще считала, что он всю жизнь был одиночкой. - Естественно, не говорил. И я даже допускаю возможность того, что он действительно по-своему привязан к тебе. Но только подумай о той несчастной фемке, которая ждёт его на Кибертроне… Мне, правда, очень жаль. И ещё одно. Эта информация засекречена. Так что поклянись, что никому не расскажешь о нашем разговоре. Даже ниндзя-боту. Он и так всё поймёт, - Сэнтинел слегка виновато ухмыльнулся. - Я поняла вас, офицер. И сделаю всё, что в моих силах, - произнесла я безжизненным голосом. И побрела прочь на ватных ногах, чувствуя спиной взгляд Сэнтинела. В его оптике читалось некое подобие сочувствия.