Трижды до рассвета

Лёгкий розовый закат окрасил небосклон. Ветер затих и пустился мелкий снежок. Сычжуй с восхищением взглянул на прекрасное небо и вошёл в дом, чтобы не продрогнуть в своей тонкой одежде. Цзинъи как раз пронёсся мимо с кипой книг и рукописей. На лице юнца застыл ужас. Лань Юань лишь недоверчиво приподнял брови, глядя на то, как его друг внезапно ударился в учёбу. — Дядюшка Цижэнь сказал ведь, что в понедельник проведет у нас экзамен. — Тебе это не поможет, — «подбодрил» Сычжуй. — Ну вот опять, — проныл он, перебирая кучу страниц, — мне конец. Лань Юань присел рядом. Однако в горле несколько пересохло, старик был весьма строгим учителем. У Лань Чжаня они могли плевать на дисциплину и учиться не так усердно, как того хотелось Цижэню. А за последнюю неделю их господин даже не соизволил явиться на уроки. — Я вот больше за Лань Чжаня беспокоюсь, — отозвался юнец, словно прочитав мысли Юаня. — Господин уже вторую неделю не выходит из комнаты. Практически не ест. Ни с кем не говорит. — А это невежливое поведение на Дне Рождения! Он промолчал весь вечер и покинул зал раньше всех, словно его и не было на праздновании. Даже с Мэй Сян поздоровался одним лишь кивком головы. Бедняжка не понимала почему он упорно игнорировал ее всё время. — Старик Цижэнь рассердился не на шутку. Господин упал в уныние. Что мы можем сделать? — Пожалуй ничего. Я думаю, скоро его печаль отступит. Но господин Вэй… — Забудь о нём. — С неким раздражением сказал парень, чувствуя обиду на Усяня. Вэй Ин заставил его дорогого учителя страдать. — Теперь уже нет смысла думать об этом человеке, — согласился Цзинъи. Однако грусть застыла на обеих лицах. Несмотря на злость к Вэй Ину, он им нравился. И проведённое время вместе, тренировки, всё это нельзя было перечеркнуть. И как бы юнцы не пытались обвинить Усяня, им было очень грустно и прискорбно, что все закончилось так ужасно. Лань Чжань лениво приоткрыл глаза, глядя на то, как розовый закат освещает окно. Лёгкие, почти невесомые, тучи на небе плыли куда-то вдаль, исчезая без следа. Сейчас он ощущал необъяснимую пустоту внутри. Мужчина облизал пересохшие губы, чувствуя, как тело буквально онемело. Он лишь сменил положение ног, продолжая засматриваться на красивый закат. Но пустота охватила его сполна, поработив бренное тело и искалеченную душу. У него не осталось сил думать о Вэй Ине. Время будто застыло на месте. Мужчина не понимал зачем продолжает дышать, а сердце пусть и медленно, но уверено билось внутри. Лань Чжань провёл рукой по пустующей стороне кровати, пытаясь понять почему там просторно. Словно кто-то должен был лежать рядом. За дверью послышались шаги и шарканье. Затем звон посуды. — Господин, — слуга робко постучала в дверь, — я оставлю ужин у двери. Поешьте, умоляю. Он равнодушно взглянул на дверь, а когда звуки стихли опять уставился в окно. В животе неприятно забурлило. Потому Ванцзи не осталось ровным счетом ничего, как пойти и взять поднос с едой. Ел он очень медленно, от каждого следующего кусочка начинало тошнить. Лань Чжань отпил холодной воды, пытаясь отвлечься от неприятного чувства внутри. Когда половина тарелки была съедена, господин отодвинул поднос в сторону. Его уже не мутило, но желудок немного болел. Так как несколько дней Лань Чжань вообще ничего не ел. Ванцзи опять лег на кровать, пустующим взглядом провожая уходящий закат. Небо посинело, а снег перестал мелькать белыми хлопьями. Он прикрыл глаза, сомкнув руки на груди. Мужчина точно знал, что завтра пройдет так же, как и сегодня. А послезавтра будет похожим на позавчера. Ничего больше не имело смысла. И ни в ком мужчина уже не нуждался. Даже мыслей никаких не осталось. Лишь одна пустота взывала к себе, разрушая Лань Чжаня с каждым днем всё сильней.

***

Два месяца спустя. Вэй Ин поставил бутылку вина на стол и послышались одобрительные возгласы господ. Парень простодушно улыбнулся, а затем подошел к столику, где сидел Цзян Чэн. Мужчина лишь откусил кусочек мяса и ухмыльнулся. — Желаете ещё что-то, господин? — И долго ты тут будешь прохлаждаться? — Я здесь работаю, если Вы не в курсе, — Усянь злобно заскрежетал зубами. — Ты и вправду решил завязать с… — Да. Я больше не стану спать за деньги. Это уже не мой путь. — Вэй Ин, но… — Цзян Чэн, не нужно меня уговаривать. Ты ведь знаешь, что это бесполезно. — Эй, парень с хвостиком! — Усянь резко обернулся, глядя на гостя, который махал бамбуковой палочкой, подзывая к себе. Вэй Ин виновато пожал плечами и побежал принимать очередной заказ. Ваньинь лишь провел его недовольным взглядом. И всё же, друг сильно изменился. Благодаря связям Мэй Лин, парень устроился на работу в таверну, куда часто заходили люди среднего класса. Усяню было плевать что делать, лишь бы честным трудом зарабатывать деньги. В таверне ему платили не очень большую зарплату, но у него остались внушительные сбережения после оплаты Ванцзи. Впрочем, за последние месяцы Вэй Ин не взял денег, ибо воспринимал себя полным ничтожеством. Он просто не мог принять их после того, как сам же нарушил условия сделки. Работа ему нравилась. Таким образом Усянь пытался отвлечься от боли, что заставляла сердце ужасно сжиматься в часы одиночества. Парень отдавался вечной занятости, чтобы прийти домой и сразу же уснуть без задних ног. Ваньинь помог найти новое жилище. Оно было куда скромнее прежнего. Но в нем Усянь больше не ощущал той гнетущей пустоты, как в прежнем. Маленькая комната создавала определённый уют. Часть денег пошла на приобретение новой обители. Не Хуайсан также внес свою лепту, помогая расположиться на новом месте. Вэй Ин в который раз убедился, что его друзья никогда не оставят в беде.

***

Весна наступила внезапно, радуя своим приходом совершенно всех жителей Облачных Глубин. Деревья начали понемногу цвести, а воздух стал куда теплее. Вэй Ин задумчиво уставился на ветви сакуры у реки, которая на днях должна была зацвести. Парень пару раз откусил сладкую рисовую палочку, размышляя над тем, зацвело ли то самое дерево в саду Лань Чжаня. Но Цзян Чэн прервал чувство ностальгии, случайно врезавшись в спину парня. — А-а, какого чёрта, Ваньинь? — проныл Усянь, едва не выронив свою вкусняшку. — Прости, засмотрелся на красотку, что шла мимо. — Боже, тебе бы уже жениться, — недовольно фыркнул парень, — а то на каждую мимо проходящую девушку слюни пускаешь. — Н-неправда, — рыкнул мужчина, поправляя свой фиолетовый подол. Он выглядел слегка потрёпанным. Потому Вэй Ин задумчиво прогудел, подозрительно уставившись на Ваньиня. Но друг завел беседу об предстоящем урожае риса и овощей, так что Усянь ловко переключился на эту тему, позабыв о своих каких-то подозрениях, касательно того, что Цзян Чэн влюбился в какую-то милую даму. Уж больно рассеянным он стал. Цзян Чэн резко умолк, когда увидел вдалеке знакомую фигуру. Он развернул Усяня к себе, пытаясь отвлечь внимание друга. Глаза нервно забегали и Вэй Ин учуял неладное. — Не оборачивайся, — проскрипел мужчина, кривя рот в усмешке. Усянь слабо вздрогнул. Однако не шелохнулся. Он догадался кого увидел друг. Потому застыл на месте, сжимая руку в кулак. Больше всего на свете ему хотелось хоть мельком взглянуть на господина. Хоть разочек пересечься взглядом с этими теплыми медовыми глазами. Закусив губу, парень попытался сдержать разочарованный вздох. Цзян Чэн молчал, медленно проводя взглядом фигуру в белых одеяниях. — Ушёл. Вэй Ин резко обернулся, в надежде, что Лань Чжань ещё не успел скрыться в толпе прохожих. Однако не увидев до боли знакомой фигуры, парень поник и вмиг осунулся. Сердце вырывалось из груди. Он был на грани того, чтобы сорваться с места и броситься в погоню за любимым человеком. Впрочем, здравый смысл победил. Вэй Ин остался стоять на месте, глядя на бурную реку. Так же сильно бурлило внутри него. Чувства кипели и бушевали, разрывая все те психологические плотины, которые он выстраивал за долгие месяцы. — Он ведь тебя не искал? От услышанного по телу Усяня пробежались мурашки. Цзян Чэн приоткрыл рот в немом удивлении. Мужчина сам не ожидал, что задаст подобный вопрос. Вэй Ин резко выровнялся и взглянул ему прямо в глаза. — Нет. Я рад, что он не ищет меня. Я ведь просил этого не делать. — Серьёзно? — Цзян Чэн, — голос немного дрожал, — что ты хочешь от меня услышать? — Правду. — Да, — Усянь наиграно улыбнулся, — это и есть правда. Нам с Лань Чжанем… больше не стоит видеться. Никогда. Цзян Чэн не принял этот ответ внутри себя, но больше не стал разрывать кровоточащую рану Вэй Ина. Парень вмиг побледнел и едва стоял на ногах, ровно держа спину. Ваньинь лишь нахмурил брови, понимая, что наговорил лишнего. Усянь ещё не пережил расставание. И вряд ли так легко отпустит свою первую любовь из сердца. Такую сильную и настоящую. Самую искреннюю. Лань Чжань коснулся цветущей ветки пальцами. Невесомо задевая розовый цветок, который искрился жизнью. Мужчина поднял глаза вверх, чтобы узреть всю мощь дерева, до самой ее верхушки. Сразу вспомнились слова Вэй Ина из письма. Ванцзи скрестил руки на груди, пытаясь не разозлиться на самого себя за такую слабость. Он был уверен, что когда острая боль отступит, то он возненавидит Усяня всеми фибрами оставшейся души. Но подобного не случилось. Господин продолжал горячо любить Вэй Ина и тосковать по нему каждый чёртов день. Лань Чжань присел на мягкую траву у сакуры. Прислонив свой ровный стан, Ванцзи прикрыл глаза, погрузившись в какие-то детские грёзы. Лёгкое дуновение ветерка придавало моменту атмосферы безмятежности. Сжав пальцами зеленую траву, он словно вернулся в беззаботное детство. Где все казалось таким мимолетным и совершенно неважным. — Какая прелесть. Лань Чжань медленно приподнял веки, глядя на гостя, который побеспокоил его расслабленное погружение в детские воспоминания. В медовых глазах снова заметались искорки. Мужчина поспешно поднялся на ноги. На сердце стало тепло и прелестно. Ветви сакуры зашелестели от порыва ветра, розовые цветки медленно полетели на землю, создавая кратковременный дождь из цветов. Двое мужчин пристально смотрели друг другу в глаза.