Тайна Марианской впадины

Что же на Тортуге могла забыть дочь, пускай и внебрачная, самого короля? Её что-то туда тянуло? Что за вздор! Ещё ничего, за всю историю этого острова, не звало сюда людей. Ну разве что пираты слетались сюда как мухи на свет, но никак не королевские дети. Девчонка, начитавшись и наслушавшись историй про пиратов, прониклась «романтикой» босяцкой жизни, просто захотела посмотреть на Тортугу собственными глазами. А посмотреть тут было на что! Остров, который считался столицей пиратского мира, ещё бы! Его северный берег был скалистым и хорошо справлялся с ролью защитной крепости, а его южная гавань служила прекрасным местом обитания. Именно тут располагается неисчислимое количество кабаков, баров и борделей. Скрывающие под тоннами белил прыщи и синяки, блудные девицы медленно расхаживают с высокими прическами и в пышных, пусть и не очень дорогих платьях. Музыканты на каждом переулке и в каждом кабаке. Весёлые, пьяные люди, напевающие мотивы старых пиратских песен. И ром… Ром, ром и ром! Вечером Тортуга обретала особый шарм для эстетов, которые находили вдохновение в выпивке и разгульной жизни без обязательств. От страстных поцелуев до не менее эмоциональных драк. Каждый вечер тут погибает смертью пьяного пирата в бою с другим пьяным пиратом около двух или трёх человек. Джек стоял на палубе и обдумывал, что ему делать. Нет, конечно же он не делился всем, что ему поведал британец со своей командой. Он просто, как ни в чём не бывало, взял курс на Тортугу, что не было удивлением ни для кого на «Чёрной жемчужине». С устремлённым взглядом в никуда он, немного пошатываясь, подошёл к Джошами Гипсу, который стоял за штурвалом. -Мистер Гипс, никогда ли Вы не задумывались о том, чьё воспитание на вас повлияло больше, отца или матери? — загадочно и абсолютно без предупреждения спросил у помощника капитан. -Джек, я разве похожу на человека воспитанного? Хе-хе! — не отводя взгляд ответил тот. — А в прочем, если Вы о сходстве с моими родителями, то скорее всего характером я больше похож на мою бедную мать, которой приходилось терпеть моего пьющего отца. -Да, Гипс. Знаешь, от отца тоже ты кое-что унаследовал. Несчастная женщина — твоя мать… — без доли сочувствия сказал Джек, продолжая смотреть в голубую пустошь моря -Бедная, но ей повезло умереть раньше, чем увидеть то, какой я, под действием прекрасного напитка, лет в шестнадцать, валялся в обнимку с какой-то свиньёй. И я про животное, а не про девушку. Хе-хе. Но мой отец, хоть сам не был против хряпнуть, выпорол меня тогда, и до лет, этак, двадцати у меня отпало желание пить. А к чему расспрос, Джек? — посмотрел в сторону капитана помощник, но Воробья и след простыл, что на миг удивило Гипса. На миг, не на больше. Такое постоянно случалось, он давно привык. В своей каюте Джек было потянулся к шкафу с запасом того самого «прекрасного напитка», но гротескно убрал руки от железных ручек ящика. -Знала бы ты, мама, что теперь я сотрудничаю с королевством — была б горда. Но, увы не из-за твоих рассказов про святых королей и графинь, а скорее наоборот. Святости, как я и догадывался, в них маловато, — пират всё же достал бутылку с ромом на дне и, вытянув пробку зубами, продолжил: — Все мы люди, в конце концов! К ночи «Жемчужина» прибыла на Тортугу. К этому времени капитан Воробей уже был прилично пьян, но этот фактор ни капли не помешал ему напиться в его любимом кабаке ещё больше. Команда отдыхала, Гипс уже валялся в ближайшем свинарнике. «Чего его так тянет к свиньям? По природе своей?» — задавался вопросом сам себе Джек. Вот и настал тот звёздный час капитана Джека Воробья: истории в окружении милых и не очень дам, а также нескольких оставшихся в сознании после попойки мужей. -… И тут я, не теряя ни секунды, выхватываю из ножен шпагу и прыгаю прямо в пасть кракена! Восторженные «охи» и недоверчивые смешки сопровождают рассказ, который здесь уже слышал каждый третий. -И как же ты выжил, капитан Джек? — с максимальным желанием изобразить правдоподобное удивление ответила девушка, которая явно поняла, что сегодня именно она является той, на кого обратил своё внимание капитан. — Что же было дальше, мой капитан? — теперь это стало походить на попытку соблазнения, в котором девушка, по большому счету, больше не нуждалась. -Я не хочу ошеломлять Вас историей о том, как я блуждал по внутренним органам морского чудовища, дорогуша. Зато я вполне смогу ошеломить Вас кое-чем более приятным. — Джек уже предвкушал веселую ночку с этой блудницей на верхнем этаже с комнатами, да и сама женщина уже прикусывала губы и кидала на Воробья томные взгляды, но тут… -А мы не боимся грязных подробностей! Мы же пираты! — прозвучало где-то с дальнего столика наигранным голосом с хрипотцой. Все присутствующие обернулись на звук, а Джек, как будто, отрезвел. Затем человек с того края бара потребовал. — Продолжай, тысяча чертей! Недоумение выступило на лице всех, кто сейчас тут был. И резко весь кабачной залился громким хохотом. Лишь Воробей бросил изучающий взгляд в сторону юнца, лица которого не было видно из-за огромной шляпы с большими полями и ужасным, пошлым фиолетовым пером. Он встал и начал было проталкиваться сквозь толпу к этому молодому парню, но когда, преодолев пьяных гостей бара, Джек добрался до заветного столика — он был пуст. В недоумении пират застыл с приподнятыми бровями и сморщенным лбом. -Ай-яй-яй! Упустил мальца! Или это и не малец вовсе, а Джекки? — прозвучало у него за спиной. На лице капитана эмоция недоумения сменилась на лёгкий испуг с примесью шока. -Понятия не имею, о чем ты говоришь, папа. — он развернулся через правое плече и посмотрел на сидящего за соседним столиком отца с огромной кружкой рома. -Присаживайся, Джекки. Потолкуем. Нехотя Воробей сел на перекошенный стул и старался не смотреть на своего папашу. -Выкладывай, кто она? -Она? Я вот был полностью уверен, что это какой-то паренёк, может британский шпион, который пытался показаться «своим». — растерянно, но стараясь изобразить уверенность, произнёс Джек. -Не пытайся корчить что-то из себя, Джекки. У тебя это выходит так же, как и у этой сбежавшей дамы — быть пиратом. — старик приглушенно засмеялся и глотнул рома. Да так, что слышен этот глоток был за соседним столом. -И бросил ты свою очередную «даму сердца» тоже только из-за паренька? -Изабель давно надоела мне, пап. Знал бы ты на сколько она смешна и глупа, хотя формы… — Джек очертил руками круги в районе своей грудной клетки, а взглядом пристально следил за своими движениями. -Не переводи тему! — яростно проговорил отец и громко поставил кружку на стол. На секунду Джеку показалось, что весь остров замер от столь яростного обращения с посудой. — Я общался с твоей матерью, она мне рассказала! -Что? Ты всё ещё мучаешь дух этой бедной женщины? — с искренне удивлёнными глазами проговорил капитан. Тут глаза старого пирата налились кровью. Он резко достал из-за пазухи иссушенную голову на верёвке с остатками позеленевших волос. -Посмотри ей в лицо и скажи, что ей плохо! Скажи! -Ну, она не выглядит, какое бы слово подобрать… Оживлено! Да, оживленно. От слова «жить», смекаешь? — довольный каламбуром, но всё ещё озадаченный неожиданным появлением матери сказал Воробей. -Возможно я и поступаю эгоистично по отношению к ней, Джекки, но это единственное, что мне остаётся делать. Ром, неоспоримо, заменил мне многие радости жизни, но не живое общение. Ты ж не удосуживаешься навещать своего старого и немощного отца. Приходится тебя вот так ловить в пабах. -Да брось, па! Посмотри на себя, где ты немощный? И… Можешь спрятать… Ммм… Маму? — Джек не решился дотрагиваться до головы, но рука явно тянулась, что б немного отодвинуть её. -Во время нашего с ней разговора, она сказала, что ты говорил с ней о какой-то службе на королевство, о грехах монархов, не так ли? — он спрятал свою жену за пазуху и сделал ещё один громкий глоток. -В следующий раз не буду озвучивать свои мысли, кто знает какой дух моего родственника подслушаете… — Воробей закатил глаза и перевел взгляд на толпу, где на его месте уже сидел другой «отважный пират», и всё внимание дам было направленно на рассказчика выдуманных историй. «Ну я хоть правду говорю, а не выдумываю нереальный бред.» -Эй, ты меня слушаешь, сынок? Выкладывай, кто она. Осознав, что ему не переговорить своего родителя, Воробей младший решился рассказать правду отцу. -Эта женщина — внебрачная дочь самого короля Великобритании. — он ожидал увидеть какую-то реакцию на лице отца, но тот просто продолжал пить и смотреть в деревянный стол. — И мне, за неплохую плату, предложили найти её и вернуть. Девчонка заявляла, что её что-то тянет на Тортугу. Маленькая фантазёрка. — повёл плечами Джек, но тут отец поднял взгляд. -Ты думаешь, что если отец — король, то в девице не может течь пиратская кровь? Твоя мать была монашкой во французском монастыре, но ты вовсе не похож на пастыря. Её вполне могло тянуть на Тортугу. Особенно… -Особенно, если её мать связана с пиратским миром. Да, пап. Я тоже думал об этом. -А теперь беги искать её. А то сейчас вляпается во что-то, придется и твоей голове гнить у меня за пазухой, Джекки. — расплылся в улыбке и впервые поднял тёмные, немного с синевой глаза, отец Воробья. -Я надеюсь, что избегу такой участи, папенька. — он повертел головой в разные стороны в поисках большой шляпы, из-за которой он не разглядел лицо сбежавшей, а когда обернулся назад, то отца уже не было. — Да… Как всегда.