Посредник

      Это было, по меньшей мере, неловко — Ди, пожалуй, никогда ранее не был действительно откровенен с отцом. Тот, впрочем, тоже, поэтому в этом плане они были квиты. Несмотря на это, разговор казался крайне важным — как новая веха для него, как итог того, что он столько времени потратил на получение и обработку информации, как нужное последствие того, что вся эта шняга с призраками вообще произошла.       В конце концов, что Максимилиан, что Кевин оказались достаточно доброжелательными и тактичными, чтобы оставить Ди наедине с отцом — было бы, по меньшей мере, некомфортно откровенничать в компании призраков, пусть даже и видимых лишь ему. Густав же после той встречи боле не заявлялся, по всей видимости, окончательно решив, что с него хватит, и это, пожалуй, было только к лучшему.       Идя через коридор, Ди вновь вспоминал последний раз, когда заходил в кабинет отца — гитара, таймер, полумрак, Глэм, нависающий прямо над ним… Воспоминания не были приятными, хотя уже давно и не вызывали какого-то отторжения, став просто следом в памяти, чем-то, что когда-то случилось, констатацией факта. Несмотря на это, ему потребовалось окончательно успокоиться, сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, перед тем как повернуть ручку двери.       Глэм, что не было чем-то странным, работал. — Ди? — по всей видимости, он был несколько удивлен увидеть его. Несмотря на это, отец улыбнулся. — Здравствуй. Рад тебя видеть. Что привело тебя сюда? — Здравствуй, отец, — кивнул Ди, проходя дальше. — Нам надо поговорить. — Хм? — Глэм по-совиному наклонил голову вбок. — Хорошо. Проходи, присаживайся. Вновь оказавшись сидящим напротив в его рабочем кабинете, отчего-то Ди больше не ощущал себя некомфортно. В конце концов, подготовка решает многое. — Ранее многое из того, как ты себя вел и как подавал, казалось мне в корне неверным. Однако, изучив твое прошлое, стадии взросления, а также воспитание как таковое, я увидел истоки всего, что должно помочь мне решить наличествующие сейчас проблемы взаимоотношений с тобой. — Почему тебе показалось важным обсудить это? — поинтересовался Глэм, хмурясь. — Потому что понимание причин-следствий меняет все. — Пожал плечами Ди. — Не сказать, чтобы я стремился решить все проблемы с людьми, но ты — мой отец, и это делает все многим более важным. Так или иначе, но нам приходится регулярно видеться, и я хотел бы, чтобы это приносило как можно меньше проблем нам обоим, если не даровало что-то хорошее. — И насколько много ты узнал? — поинтересовался Глэм негромко. Он не улыбался. — Многое? — с вопросительной интонацией ответил Ди. — Цепочка обучения, принципы воспитания твоего отца, знакомство с Чесом, побег из дома, коробка… — И что же ты хочешь с этим делать? — Глэм перебил его. Несмотря на это, отец явно взял себя в руки и скрыл эмоции под мягкой заинтересованной полуулыбкой. — Я понимаю, что получение сведений даже близко не поддается сравнению с реальным опытом, но этого достаточно для того, чтобы я сделал некоторые соответствующие выводы. Это… позволило увидеть причины многих и многих твоих поступков, которые ранее не казались действительно оправданными. Не сказать, чтобы я мог оправдать то, что ты переносишь свои проблемы на меня, но этого и не требуется. — Это имеет смысл, — отчего-то невесело улыбнулся Глэм. — Хотя, в самом деле, я удивлен подобному твоему решению. Так или иначе, но ты всегда был своеобразен. — Нет никакого смысла в том, чтобы игнорировать наличествующие проблемы, — Ди качнул головой. — Это также повлияло на мое мнение.       Если проблемы отцов и детей в роду Шваген-Вагенсов приводят к тому, что люди начинают ненавидеть друг друга, то это попросту не имеет никакого смысла. Не то, чтобы Ди был против ненависти, но здесь это было бы крайне непродуктивным исходом. Он вновь перевел взгляд на отца. Тот явственно пребывал в задумчивости. — Но откуда ты узнал про мое прошлое? — поинтересовался Глэм. Несмотря ни на что, он оставался спокойным, и это, в некотором роде, радовало — столковения с ним, когда отец пребывал не в духе, не были чем-то приятным. — Большая часть осведомленных об этом людей либо мертва, либо никогда бы не рассказала тебе об этом. Некоторые следы оставались в источниках информации, но я был уверен, что их недостаточно. Неужели тебе рассказала моя сестра, Лидия?       Это был не самый приятный вопрос. В некоторой мере он даже был самым опасным моментом во всем разговоре. несмотря на это, Ди не был бы Ди, если бы не предугадал, что он будет задан в любом случае, и потому уже, ориентировочно, знал, что ответить. — Я… сопоставил некоторые факты, что позволило мне увидеть полную картину. — немного замявшись, пояснил Ди, иронично усмехаясь. — На деле, осталось достаточно хвостов для того, чтобы удалось сделать должные выводы и быть в них уверенным. «А еще я общался с твоим дедом, которого ты, наверное, даже никогда не видел, и узнал, что на самом деле Шваген-Вагенсы были мифологами»,       Но этого он ему, разумеется, не расскажет.