История любви Тьмы и Света.

      На окраине тёмного леса, среди высоких скал, в отдалении от людей стояло небольшое поселение. Оно выглядело совсем бедным, полуразрушенные и прохудившиеся дома еле стояли, но жители не покидали сего поселения, и на самой его окраине стоял почти разрушенный бесхозный дом. Он был покосившимся, крыша на половину отсутствовала, двери были выбиты, окна и вовсе отсутствовали, будто их никогда не существовало и это были лишь дыры в стенах. Одноэтажное здание было почти всё обугленное и чуть заросшее. Зима незаметно подкралась, когда в том доме произошло несчастье. Семья, которая жила там подверглась нападению. Родители были безжалостно убиты, а их ребёнку, которому от роду всего исполнилось лет пять, удалось убежать и скрыться среди соседских домов.        С тех пор мальчишка шатался по округе. Все, кто жил здесь, терпеть не могли его родителей, на дитё было страшно смотреть, он исхудал, грязный с головы до ног в разодранных собаками тряпках, бывших когда-то одеждой ребёнка. Паренек просил иногда прохожих дать ему хоть кусочек хлеба, за это он мог выполнить небольшую работёнку. Однако все его гнали взашей, поэтому приходилось воровать и драться с собаками за объедки. Псы не желали расставаться с едой и часто кусали мальчишку, раздирая его руки и ноги в кровь своими клыками, запугивая его своим лаем. Ребёнку ничего не оставалось, как пытаться выжить на улицах небольшой деревеньки и надеяться на лучшее.       В тот самый роковой вечер мама с папой попросили его убежать и спрятаться, сказали, что если с ними что-то случиться, то за ним потом придёт друг его отца. Дядя Цзян. Так Вэй Чанцзэ – отец Вэй Ина, назвал человека, который должен был придти за ним. Сейчас же Усянь все чаще задумывался о том, что за ним никто не придёт, а он так и останется зимой на промозглой улице грязного почти безлюдного старого посёлка. Но в один из дней, когда мальчишка смог достать соломы с одного из дворов поселения, то он сделал трёх человечков, мечтая о том как мама, папа и он будут снова вместе играть и веселиться. Тогда он заметил такого же ребёнка как и он. Только мальчик показался Усяню ангелом, спустившимся с небес на землю, настолько он был красив. Паренек был одет в белые одежды, на его лбу была повязана лента с плывущими облаками, которые так же были вышиты и на одежде мальчишки. Светлые глаза "Ангела" обратились к нему и Вэй Ину стало неуютно, от этих глаз исходил холод, будто их обладатель был абсолютнейшим куском льда, но это только поверхность, внутри он увидел затаённую боль. В руках "Ангелочка" была погремушка. Он посмотрел на игрушку в своих руках, а после подошел к мальчику, что так вжался в стену, будто желал слиться с ней воедино. "Ангел" во плоти протянул погремушку-барабан бродяжке. Тот был взволнован, и, подавив смущение, всё же взял протянутую ему игрушку. Но пока мальчишка отвлёкся на игрушку, то странного "Ангела" и след простыл.       Усянь часто теперь играл с этой игрушкой, вспоминая того мальчика. Тогда в тот момент что-то в его душе перевернулось. Этот мальчишка был первым человеком, который подарил ему что-то просто так, отдал ему свою игрушку, а не прогнал его. Он не сразу, но разглядел на дне светлых глаз боль, нежность и грусть, строго спрятанных за льдом отчуждения в глазах того ребёнка. С того момента прошло ещё около недели, когда он снова сражался за еду с собаками, Усянь вжался в угол постройки и трясся от холода и страха. Он до панического ужаса теперь боялся этих грязных, лаящих существ с алыми глазами, которых окружала чёрная дымка. С раннего детства Усянь мог видеть потоки Ци, мама говорила, что это невозможно, но он видел их. Они словно нити или дымка окружали людей и других существ. Однако после одного такого выговора, мальчик больше не заводил подобных разговоров с мамой.       В тот день за ним и пришёл странный человек в ярко-фиолетовой, словно цвет молнии, одежде с чёрными элементами. Он прогнал собак, сел напротив него на корточки и осторожно протянул ребёнку руку. А после спросил кто этот мальчик и почему он в столь поздний час всё ещё на улице. Зимой дни короче и Вэй Ин не заметил, как солнце стало клониться к закату. — Вэй Ин, имя в быту Вэй Усянь. — Представился паренек, как его когда-то учил его отец. Мужчина на это лишь мягко улыбнулся. — Приятно познакомиться, Вэй Усянь, я Цзян Фэнмянь, я друг твоего отца. — Незнакомец говорил тихо и даже кротко, но в его голосе чувствовалась скрытая сила.       Тогда Вэй Ин использовал своё особое зрение, но когда его глаза чуть заалели, то мужчина едва нахмурился, но продолжал мягко улыбаться уже успокоившемуся дитю. А Усянь, осмотрев потоки Ци мужчины, пришёл к выводу, что он даже почти одного уровня с его мамой – Цзансэ Саньжэнь, ученицей Баошань Саньжэнь – великой бессмертной, как её называли. Поэтому не раздумывая больше ни секунды, он протянул дяде Цзяну руку. Мужчина взял дитё на руки, а алый отблеск в глазах мальчишки уже пропал. Поэтому посчитав, что ему это показалось, он направился обратно домой в Пристань лотоса, прижимая несчастного мальчишку к себе.