История любви Тьмы и Света.

      Почти год прошёл с обучения в Облачных глубинах. Когда на совете кланов, в Цишане, в первый день было устроено состязание лучников. Многие не горели желанием вообще приезжать в Безночный город для участия в стрельбе, однако это было нужно. Вот и Вэй Ин тоже приехал, как услышал, что двое нефритов клана Лань тоже будут здесь. Однако, он хотел поделиться с Синченем и Ванцзи своими исследованиями сразу по прибытии, но не нашёл их и потерялся в добавок, из-за чего угодил на тренировочное поле милого юноши по имени Вэнь Нин. Парень был очень робким, хоть и происходил из клана Вэнь. В нём не было их гордости, их уверенности в своей силе и безнаказанности, но грация его была как у нежнейшей птицы, сам он был боязливым и заикался, а стрельба его поражала мишени с такой точностью и легкостью, увы, только наедине с собой. Он боялся всеобщего порицания, боялся лишний раз и слово вставить, однако похвала его способностей, заставила его залиться краской, от чего Усянь одарил его своей самой широкой улыбкой, а маленький Вэнь был признателен уже за это.       Но даже такой занятной встрече Вэй Ин был рад. А Вэнь Нин показал ему где находится вход на стрельбище, и они отправились к нему вместе, быстро разговорившись на самые разнообразные темы, в частности больше говорил старший юноша, пока младший покладисто слушал его и внимал его речам. Но стоило им зайти на площадку, как тут же Усяня утащил за собой Ваньинь. Они встали в строй, а наследник Ордена Цзян стал отчитывать своего непутевого брата. — Где тебя черти носили!? Ты хоть понимаешь, что почти опоздал, опять! Не позорь Орден! — Цзян Чэну было абсолютно всё равно куда запропастился Вэй Ин, главное чтобы он не позорил их Орден. Он всегда был неумолим, а его характер для него самого казался проклятием, часто он говорил раньше чем подумал бы об этом и это бесило его не хуже болтливого названного братца.       В эту свою отвратительную черту характера – слушать шёпот за спиной – он пошёл в мать. Юй Цзыюань тоже так поступала и от этого шёпота она всегда впадала в ярость без всякого лишнего на то повода. Поэтому А-Ин никак не отреагировал на это, просто лучезарно улыбнулся, а глаза его выдали с головой второму Нефриту, который наблюдал за ними с самого прибытия Вэй Ина. Глаза цвета закалённой в многочисленных боях стали затаили обиду на самом дне и жгучую боль, которые прятались за лоском беззаботной улыбки. Ванцзи самому стало тошно от такого поведения будущего главы клана Цзян. Ханьгуан-Цзюню претило подобное поведение, однако отношение столь пренебрежительное к кому-либо казалось ещё более унизительным со стороны, а сам он услышал шепотки младших адептов клана Цзян, которые только и шептались о том, что их Шисюн опять творит что хочет, опять ему всё сходит с рук, а им постоянно прилетает за подобное.       Состояние своего младшего брата заметил Сичэнь. Ему не понравилось, что младший брат подслушивает, однако прислушавшись к тихой ругани соклановцев молодого господина Вэя, то это его тоже заставило незаметно скривиться. — Ванцзи, что-то случилось? — Хуань был очень озабочен здоровьем своего брата в последнее время, ведь тот, не получая писем от Вэй Ина, ходил как в воду опущенный. — Нет, брат, всё в порядке. Просто мне не нравится как Цзян Ваньинь обращается к Вэй Ину. Не как брат к брату, а как к слуге, но ведь даже к слугам относятся с уважением, а в его тоне слышится, будто он с грязью разговаривает, это удручает. — Лань Чжань доверял только своему отцу, дяде, матери и брату. Однако так много и открыто он за всю свою жизнь всегда говорил лишь с двумя людьми – с матерью, до её смерти, и с братом. — Да, ты прав. Это действительно удручает, но мы обещали не вмешиваться, помнишь? — Сичэнь, как и подобает старшему, всегда был спокоен, но осмотрителен, однако даже он был слишком наивен, в отличие от Ванцзи, который после смерти матери боялся доверять другим людям и закрылся в себе, а сейчас когда он снова открывался, пусть и для одного человека помимо семьи, это очень радовало и пугало его старшего брата.       Все затихли. Представили глав всех Орденов и попросили занять их почётные места, а после пригласили младшего сына Вэнь Жоханя – Вэнь Чао. Тот был пренебрежителен к главам других Орденов, да и его Отец впрочем тоже, что злило Не Минцзюэ – главу Ордена Цинхэ Не, раздражало Цзян Фэнмяня, Лань Цижэня, но никак не трогало главу Ордена Ланьлин Цзинь – Цзинь Гуаншаня. Казалось, что он всем доволен, но на самом деле он сам мечтал занять этот пост и править всеми. И так все женщины Поднебесной были в его руках, даже юноши разных возрастов предлагали ему себя, но Верховным заклинателем его так и не назначили.       Как только все расселись, то объявили суть задания, время за которое должны справиться заклинатели и после запустили их в "Каменный лес" – как называли местные эти лабиринты из камней. Всего нужно было уничтожить сотню духов вселившихся в бумажные манекены, но вся соль была не в этом, а в том что при промахе ты выбываешь. Как заметили главы на сотню духов выпустили лишь пятьдесят лучников. Так же произошел казус с Вэнь Нином. А-Ин заступился за мальчишку, а после посоветовал ему тренироваться со всеми и перебороть свою нелюдимость, тогда он с лёгкостью сможет поражать мишени и на глазах людей. Не только, за этот совет, но и за то что Вэй Ин вступился за него, юноша готов был рассыпаться в благодарностях. Ему было приятно, что человек, с которым они едва знакомы, похвалил его.       Юноши отправились на стрельбище, где разделились на пары. Вэй Ин ушёл с Цзян Чэном. Ваньинь вёл их неведомыми тропами вглубь "леса", но после они чуть разминулись и стали отстреливать духов, набирая очки для своего Ордена. После начала не прошло и получаса как половина людей из клана Вэнь выбыли, тогда к соклановцам возжелал присоединится и Вэнь Чао. Как бы главы Орденов не возражали, а против клана Вэнь пойти сейчас не могли. Поэтому они покорно смолчали.       В это же время на поле произошло то, чего никто не ожидал. Вэнь Чао попытался пристрелить адепта одного из кланов только за то, что тот укорил его в жульничестве, что было правдой. Однако никто не думал, что вовремя появившийся Лань Ванцзи попадет в такую непростую ситуацию, да ещё и с Вэй Ином. Усянь не знал полного значения лобной ленты адептов Ордена Гусу Лань, поэтому не понял ярости Лань Чжаня в его сторону, пусть они и нравились друг другу, но не признавались даже себе в этих теплых, ещё совсем хрупких и неуверенных, чувствах. Но чувство вины за простую шутку перед соревнованием очень грызло Вэй Ина, да ещё и Ваньинь подлил масла в огонь, сказав, что теперь второй Нефрит Ордена Гусу Лань не просто терпеть не может Вэй Ина, а ненавидит его лютой ненавистью, что было ложью, но ведь об этом никто не знал, кроме конечно же братьев Лань.       Уйдя ещё до конца соревнования Ванцзи сразу же решил для себя дождаться брата и рассказать всё ему. Когда состязания лучников закончились, то Сичэнь сам нашёл своего брата, но когда выяснилось по какой причине Лань Ванцзи покинул "лес" до окончания стрельбы, то он лишь улыбнулся. — Может вы и не замечаете этого, но я и ещё некоторые люди, мы видим как искрится воздух между вами, когда вы сталкиваетесь, многие могут подумать, что это из-за ненависти, но ведь это не так. Ты нравишься ему, я уверен в этом. Подумай об этом, Ванцзи, если ты уверен в своём выборе, то я его поддержу. Потому что твоё счастье для меня важнее. Поэтому, подумай, и если это всё действительно так, то не отталкивай его, лучше признайся ему в своих чувствах. Может не сразу, но я уверен в том, что он точно ответит тебе взаимностью. — Уверенно сказал Лань Сичэнь. На что его младший братец просто кивнул, никто другой и не понял бы, но сейчас Ванцзи воспрял духом, его старший брат его поддерживает, он на его стороне, а большего было и не нужно.       Лань Ванцзи всегда был открытым в общении только со своей матерью и братом, поэтому другие его почти никогда не понимали, а после смерти матери, радостный ребёнок замкнулся в себе и перестал показывать свои чувства и эмоции. Его лицо стало маской вечно холодного спокойствия. Лишь яркие золотисто-янтарные глаза выдавали его чувства и эмоции, которые не проявлялись на каменном лице.       Так и закончились соревнования. Победителем снова был Вэй Ин, на втором месте Лань Сичэнь, на третьем Цзинь Цзысюань, а на четвёртом был Лань Ванцзи. Цзян Чэн уступил Лань Ванцзи всего одного духа, поэтому стоял на пятом месте в соревнованиях. Это в очередной раз толкнуло чашу весов в сторону того, что его мать права и Вэй Ин лишь помеха на пути к его успеху. Но хоть такие мысли и посещали Цзян Ваньиня, однако он гнал их прочь и гордился своим братом, хоть его душу и отравляла зависть так трепетно взращенная ревностью его матери.

***

      Не прошло и трёх лет, когда Цишань Вэнь снова объявили о себе, после истории с бездонным омутом на озере Билин. Теперь они под предлогом неправильного воспитания адептов в разных кланах, приказывали сослать в "Лагерь перевоспитания" не менее двадцати человек от каждого Ордена и чтобы от каждого клана приехал хоть один Наследник. Мадам Юй сразу сказала, что это ловушка. Она была на нервах. Отдать своего единственного сына в лапы врагов, такого она не хотела, хотя отправить туда Вэй Ина она желала всем сердцем, в надежде, что отпрыск так ненавистной ей женщины, которая была "другом" её супругу, умрёт самой страшной смертью и не вернется. Надеялась, что воспоминания о том, как все говорят за её спиной про то, что Вэй Ин на самом деле может являться сыном Цзян Фэнмяня, просто страшный сон. Этот шёпот выводил из себя, а пелена ревности и злобы на мать мальчишки заставляла женщину ненавидеть ни в чём не повинного ребёнка самой лютой ненавистью. Поэтому в обеденном зале было тихо, пока речь не зашла про лагерь. Теперь же хозяйка Пристани очень сильно злилась и кричала, сотрясая всю округу своим громоподобным голосом.       Вэй Ин знал о слухах, как и его дядя. Он знал, что Мадам Юй не специально всё это говорит, что это говорят её эмоциональные всплески. Но помня с раннего детства навет своей матери, то он забывал о том, что Мадам Юй не его мать, все её крики и ругань в свою сторону. Порой ему так сильно хотелось назвать её своей мамой, однако он душил в себе этот порыв, а когда он только прибыл в Пристань лотоса и многие, прознав о его одиночестве, что он сирота, шутили над ним, натравливали на него собак, дразнили никому не нужным щенком без Рода и имени. Это кололо болью маленькое сердечко, но мальчик продолжал улыбаться, продолжал за улыбкой скрывать свою боль, горечь и слёзы по ночам, когда он тихо скулил в свою подушку, чтобы не разбудить своего брата. Никто, даже его семья, не знали каких сил стоило Вэй Ину каждый раз сдерживать горькие слёзы, когда его в очередной раз отчитывали ни за что, когда его наказывали и он часами стоял на коленях в Храме Предков. Когда его дразнили, когда его били, когда над ним издевались другие дети, а Пурпурная Паучиха наказывала именно его, считая, что он сам всё это начал.       Поэтому он никогда не показывал свою боль никому. И сейчас, зная, что родным в этой семье ему никогда не стать, он был согласен со статусом слуги, согласен с тем, что он мешает Цзян Чэну, поэтому стал в последние несколько лет шалить сам, без своих шиди, часто сбегал с занятий, потому что он слуга, потому что он не Цзян, потому что он в действительности только мешает всем вокруг. Однако своих пессимистичных и откровенно суицидальных мыслей он не раскрывал никому, продолжая изображать из себя дурака, единственный человек в этой семье, который знал о нём всё, это была его Шицзе. Яньли единственная кто знала всю правду о блеклых шрамах на руках и бёдрах юноши, о его мыслях и боли, единственная, кто всегда поддерживала его и была его своеобразным якорем в этом мире и только ради её улыбки и спокойствия Усянь продолжал жить и улыбаться, даже через силу. На следующий день были сборы и во второй половине дня парни отправились в Безночный город на "Перевоспитание".

***

      Начало "перевоспитания" было весёлым. У всех прибывших забрали мечи, а вместо них выдали пособия с цитатами бывших правителей клана Вэнь, а после и вовсе все стало только хуже. Адептов почти не кормили. Условия проживания были отвратительными, а Ночная охота стала игрой на выживание. Юноши и девушки помогали друг другу как могли, но оставались в своих компаниях и группах. А Вэнь Чао, который стал для них "учителем", отрывался на троих из них больше всех. Вэй Ин, Лань Ванцзи и Цзинь Цзысюань стали мишенью номер один, однако им и Цзян Чэну, как самым сильнейшим, пришлось защищать остальных. Этот лагерь стал страшным испытанием для всех. Ещё в первые дни Усянь узнал, что Облачные глубины были сожжены, Лань Чжань пострадал и его нога сломана, а старший из нефритов пропал, глава Ордена Лань ранен и стоит на грани жизни и смерти. Это сильно задело Вэй Ина, поэтому в один из дней, он просто не выдержал, узнав у девочек о лечебных травах, то попросил один мешочек, но девушки лишь послали его. Однако позже, когда одну из них зажал Вэнь Чао неподалеку от места поиска пещеры на горе Муси, то Усянь защитил девушку, он отвлек младшего господина Вэнь разговором о порнушке, а после отправил его к его наложнице. Дева Ло поблагодарила его за спасение своей чести и подарила мешочек трав, тогда быстро приняв её благодарность, Вэй Ин отправился на поиски одного из двух Нефритов клана Лань.       Обнаружив Ванцзи у реки, Усянь подкрался к нему и осторожно положив руки ему на плечи, не поймав на это никакой реакции, кроме окаменения, то он тихо зашептал прямо в ухо своего "знакомого". — Лань Чжань, я вижу что с твоей ногой что-то не так, давай я помогу тебе? — Спросил юноша в чёрном, наклонившись к лицу другого юноши. — Не нужно, всё в порядке. — Так же холодно, как обычно, ответил парень в траурных одеждах*.       Он собирался подняться, но Вэй не дал ему этого сделать, однако стоило юноше с глазами цвета стали отвлечься на крики о нахождении пещеры, как проворный Нефрит поднялся и пошёл на звук голосов. Вэй Ин тут же кинулся его догонять. — Стой! Лань Чжань! Твоя нога... Позволь мне помочь, мы же приятели! — Волнение так и сквозило в его голосе. — Мы. Не. Приятели. — Отчеканил второй Нефрит Ордена Гусу Лань и ушёл прочь, оставляя Вэй Ина в полном раздрае собственных чувств.       Тогда юноша сорвавшись с места, достаточно быстро нагнал второго Нефрита и, проявив своё зрение, осмотрел юношу с ног до головы, отмечая, что не только нога, но и его каналы духовной силы были повреждены и из-за постоянного напряжения они не восстанавливались. Тогда Вэй Ин для себя решил, что даже не получив разрешение, то он поможет упрямцу во что бы то не стало. Он своей слитой Ци, чтобы Лань Чжань не заметил, стащил одну из подвесок с пояса Нефрита. Усянь прокусил себе палец и осторожно кровью начертал печать, которая могла связать предмет с его хозяином. После этого он стал вливать в Ванцзи через его вещь свои духовные силы. Смешанная Ци восстанавливала духовные каналы быстрее, даже в таком, казалось бы плачевном, состоянии.       Вскоре они пришли к пещере, которую впору можно было назвать всего лишь маленьким ущельем. Вэнь Чао стал кричать на всех, чтобы безоружные спускались вниз первыми. Тогда, стоящий ближе всех к пещере, Цзинь Цзысюань взявшись за лиану стал спускаться вниз, прежде поспорив с их "надзирателем". Тогда остальные потянулись вслед за ним, последними спускались Вэй Ин и Ванцзи. Но стоило спуститься в пещеру, где было, хоть глаз выколи, темно, то все стушевались, но Вэй Ин, не переставая отдавать своих сил Ванцзы, вдруг зажег пламя своей силы на руке, освещая пещеру хоть чуть-чуть. Он сам был на пределе, его духовных сил было мало, но он держался как мог ради других. Все дни до этого именно Вэй Ин, а не кто-то другой, переделывал все дела, облегчая ношу всем прибывшим адептам разных Орденов. Поэтому он почти не спал, отдавал большую часть своей еды нуждающимся, он был на пределе своих сил сейчас, но собирая тёмную Ци и светлую Ци из окружающего мира всё ещё держался и если его духовные силы кончатся, то он всегда мог воспользоваться только тёмной Ци, пусть его ядро только начало изменяться от частого использования тьмы, оно уже чуть сменило цвет и сияло ярче, но внутри него будто появилась еле заметная червоточина, это формировалось чёрное ядро, которое в будущем обещало слиться с золотым и стать платиновым, а возможно так и останется двойным. Он не знал этого наверняка, но ради эксперимента не гнушался использовать себя самого. Что абсолютно не нравилось Ванцзи, который с каждым днём всё больше переживал за неугомонный ураганчик Юньмэна.       Об Этом сейчас Вэй Ин предпочитал не думать, а вот его огонёк привлёк внимание всех адептов, даже из клана Вэнь. Потому что раньше никто так не мог на их памяти. Тогда никто не сказал ни слова, но все подумали о том насколько сильно уровень Первого ученика Ордена Юньмэн Цзян отличается от их уровня, возможно уже сейчас его сила достигала силы глав Великих Орденов. Однако Усянь знал, что его уровень высок, но до глав Орденов ему ещё далеко. Тогда обернувшись на всех Вэй Ин блеснул алым цветом глаз, бегло проверяя состояние своих союзников. Состояние спутников его огорчило, все они были истощены и выступить против Вэней во главе с Вэнь Чжулю и Вэнь Чао сейчас не представлялось возможным. Им ничего не оставалось как двинуться дальше и надеется, что и сегодня они вернутся живыми.       Вскоре пещера расширилась и они вышли к подземному озеру, оно светилось и в пещере здесь были люминесцентные кристаллы, которые освещали пространство вокруг. Поэтому Вэй Ин перестал поддерживать огонёк и остатки своих сил теперь вливал исключительно в Ванцзи. Глаза алого цвета попались на глаза второму Нефриту Лань, что заставило его нахмурится и собраться. Но сейчас, простояв какое-то время, рассматривая пещеру, он шагнул и понял, что его нога больше так сильно не болела, кости встали на место и теперь ускоренно регенерировались, а его духовные силы восстанавливались быстрее обычного. Тогда он снова посмотрел на Вэй Ина и заметил одну из своих подвесок в его руках, только ранее чисто белоснежная подвеска была запачкана кровью, что при пристальном рассмотрении формировала какую-то печать, что напрягло второго Нефрита.       Ванцзи уже хотел подойти и забрать своё поясное украшение, но не успел он это сделать, как оклик Вэнь Чао его заставил обернуться. — Вы до сих пор не нашли этого монстра!? — Голос второго сына Вэнь Жоханя был отвратительно визжащим, как у свиньи, которую режут наживую. — Если бы Вы нам сказали на кого мы охотимся, то нам было бы легче найти чудище! — Так же раздраженно ответил ему Цзинь Цзысюань. Никто и не думал, что простое высказывание повлечёт за собой такую вакханалию, которая тут же началась. — Вы так ничему и не научились! Я командую, вы исполняете! Что не понятного!? Нужно просто пустить кому-нибудь кровь и подвесить его над озером, глядишь и монстр появиться. Цзяо-цзяо, ты выберешь того кому быть смертником? — Она лишь хитро улыбнулась, а после осмотрев всех указала на Деву Ло, приговаривая своим визгливым голосом, откровенно ноя, что она хочет именно её, Вэнь Чао не хотел потерять лицо, поэтому согласился с выбором своей Наложницы. Бедная девушка не могла найти защиты ни у кого, но вдруг перед ней встали Ванцзи и Наследник клана Цзинь. Они закрыли девушку своими спинами, защищая её от Вэней. — Вы! Вы решили меня ослушаться!? Пустите кровь ей сами и я великодушно закрою глаза на ваш промах. ― Однако юноши не сдвинулись с места. Тут же сзади послышался вскрик девушки, один из адептов Ордена Гусу Лань решил исполнить приказ Вэней и выдать им девушку, за что его снесло мощной волной направленной силы Ванцзи, а глаза цвета солнца были полны презрения, а после обратились к Вэй Ину, что всё так же держал его поясное украшение.       Их взгляды пересеклись и глаза цвета грозового неба, что недавно имели цвет крови изумленно взирали в глаза цвета ярчайшего золота. Вэй Ин лишь искренне улыбнулся и кивнул Ванцзи, прекращая передавать ему свою энергию, тут же шатнувшись, но его успел поймать Цзян Чэн. — Что случилось? Стой, твои силы на исходе. — Только сейчас Ваньинь заметил белую поясную подвеску, испачканную кровью с не до конца стёршейся печатью, в руках брата. — Ты сдурел? Придурок! Ты обещал мне не пользоваться тёмным путем, только не говори, что всё это время ты лечил этого Лань Ванцзи! — Тихо кричал Цзян Чэн на своего Шисюна, который в последние годы отдалился от него, он видел фальш со стороны Вэй Ина, но и не пытался исправить положение их отношений и с каждым годом пропасть между братьями становилась всё больше и глубже. — А кто бы ещё ему помог? Цзян Чэн, мы поклялись быть героями, а героям суждено жертвовать собой, самым дорогим для себя ради других, да я обещал тебе, но это не значит, что я не могу использовать этот путь в таких ситуациях, если бы не это я бы уже давно свалился замертво, может и стоит, чтобы до тебя наконец-то дошло, что ты не прав! — Вэй Ин впервые сказал правду Цзян Чэну, что думает о нём, пусть и не всё высказал, но хотя бы часть, которая так давно вертелась у него на языке. И эта часть очень сильно задела Ваньиня, а его брат отказался от его помощи и растворился во тьме пещеры, среди камней.       Тёмная Ци идеально скрывала его от Вэней. Тогда он выхватил один из мечей стражи и быстро приставил его к шее Вэнь Чао и отпрыгнул вместе с ним от Вэнь Чжулю подальше. Когда же Сжигающий ядра направился за ними, то Вэй Ин перепрыгнул на островок посреди озера вместе со своей ношей и приказал этой наседке не двигаться, иначе этот щенок в его руках умрёт. Для убедительности своих слов он надавил лезвием меча на шею юноши. Все Вэни тут же застыли, а под ногами второго наследника Вэнь и его пленителя земля затряслась и стала увеличиваться в размерах. Тогда они и узрели голову гигантской черепахи, которая обитала в этом озере. Пока двое людей на её панцире не двигались, то она их словно не замечала, но стоило только Вэнь Чао задергаться, то она была готова проглотить обоих, тогда Вэй Ин прыгнул в воду, оттолкнув от себя Вэня, которого сразу же подхватил его телохранитель.       Вэни по первому же приказу начали обстрел зверя, но её панцирь был слишком прочен и его снаружи было не пробить. Вэй Ин приказал всем адептам спрятаться за колоннами пещеры, тогда черепаха их не увидит, но его отвлёк девичий крик. Тогда Усянь кинулся на крик Девы Ло, которую Ван Линцзяо так сильно хотела заклеймить, чтобы никто не вставал у неё на пути к трону и власти. Она не ожидала, что парень вмешается, встав меж ними и ударит её, однако тавро в её руке настигло цель. Теперь под левой ключицей прямо над сердцем у Вэй Ина одежда была расплавлена, а кожа горела адским пламенем, где ныне красовался след от тавро с узором Солнца – Гербом Ордена Цишань Вэнь. В пещере запахло горелой плотью.       Боль была действительно адской, но Усянь даже не вскрикнул, он схватил деву Ло за руку и тут же отвел в безопасное место к её подругам, те увидев рану парня сразу желали дать ему свои мешочки цянькунь с лечебными травами, но Вэй Ин отказался, сказав, что это пустяки и заживет само. После он сразу ретировался от девушек к парням, где Цзян Чэн снова начал бурчать на счёт шила в заднице Вэй Усяня. Однако он никак не ожидал, что павлин и нефрит поддержат его безрассудного братца, а не его, ещё и рот ему заткнут заклятием молчания. — Оу, спасибо, но сейчас это лишнее. Видите листья на озере? — Спросил у них Усянь, но не успел он продолжить, как его перебил Ванцзи. — Думаешь под водой есть проход, где мы сможем уплыть, если чудовище кинется на Вэней? — Своим ответом Лань Чжань поразил всех, а после взоры уставились на Усяня. — Надеюсь это не какая-нибудь секретная техника клана Лань по чтению мыслей, но да, я так думаю, однако судя по состоянию всех и тому, что из озера фонит Тёмной Ци, причём фонит так будто вода сотни лет пропитывалась трупным ядом. Но пещера опечатана, так что подозреваю, что такая вода только в озере, поэтому если среди нас есть раненые, то им лучше плыть впереди, а остальные их прикрывают сзади, а те кто не умеют плавать посередине строя. Как вам такой план? Если Вэни не станут приманкой для неё, то я... — Он не успел договорить, его снова прервали, но в этот раз это был Цзян Чэн. — Ты не станешь приманкой! Нет! Мы не уйдем без тебя! — Он смог скинуть заклинание молчания. Однако его прервала пощечина от Вэй Ина, а после по всей пещере полыхнуло слитой воедино светлой и тёмной Ци, но когда Ваньинь поднял взгляд на брата, то увидел взгляд полыхающий алым. Хуайсан и Цзысюань замерли на месте не в силах пошевелится от увиденного, а Ванцзи застыл с ужасом в глазах, рассматривая своего любимого как в первый раз. — Замолчи! Если я скажу уходить, то ты уведешь всех этих людей. Ванцзи ещё полностью не восстановился, Цзысюань не сможет увести всех в одиночку, на тебя вся надежда. Ты будущий глава Ордена Цзян, тебе нельзя вот так здесь сгинуть, да Мадам Юй в посмертии меня будет истязать за такое. Я обещал дяде Цзяну и Шицзе, что ты вернёшься живым. Я не могу нарушить это обещание, даже если мне придётся умереть или окончательно взрастить чёрное ядро и пользоваться исключительно путем тьмы. Если так я смогу защитить тех кто мне дорог, то я сделаю это не задумываясь, поэтому ты и слова не скажешь молодая госпожа Цзян, ты соберёшь свои сопли в кулак и поведёшь людей, иначе я вырублю тебя и заставлю Хуайсана тебя увести силком, тебе понятно!? — Вэй Ин, высказавшись, вдруг пошатнулся и чуть не упал, но Ханьгуан-цзюн подхватил его и осторожно усадил на пол, передавая часть своих сил. — Не отказывайся от помощи, Вэй Ин, мы все хотим, чтобы ты выжил. Поэтому одного здесь мы тебя точно не оставим, если нужно вернёмся за тобой. Вэни уходят. — Все так же спокойно сказал Лань Чжань, когда Усянь попытался вырвать свою руку из захвата Ланя.       Ванцзи попросил Цзысюаня проверить вход в пещеру, через который они вошли. Когда он вернулся, то известил, что вход завален и их единственный путь через озеро. Тогда Вэй Ин выхватил свою руку из хватки Ванцзи, он упрямо встал и направился к озеру, все из своих убежищ смотрели на него. Он же позвал громким свистом тёмную Ци. Юноши переглянулись меж собой и тихо решили, что с Вэй Ином останется Ванцзи, остальные же стали собирать людей, чтобы уйти. Ваньинь и Цзысюань построили всех как и говорил Усянь, когда черепаха вышла на берег вслед за А-Ином, то Цзысюань всех повёл в воду, а Цзян Чэн сам хотел остаться, но его по приказу Вэй Ина утащили за собой.       Черепаха наступала, Вэй Ин кровью рисовал печать солнечного света на руке и ударяя о пол пещеры обжигал Сюань-У. Чёрная черепаха-губительница ревела, но шла за человеком. Но в какой-то момент Ванцзи и Вэй Ин пропустили того самого адепта, которого второй Нефрит откинул от девы Ло. Он выстрелил из лука, что бросил один из Вэней, и попал в плечо Усяню, стрела прошила ткани до кости. Плечо отозвалось болью и секундной заминки черепахе было достаточно, чтобы потянуться к человеку в попытке съесть его. Однако Ванцзи спас Усяня, тогда чудовище потащило за ногу его в свой панцирь, но когда она почти затащила парня в воду, то Вэй Ин волной слитой Ци ударил по черепахе, а сам перехватил Лань Чжаня за талию и, сразу же закинув его себе на спину, поспешил вглубь пещеры. Там они и остановились, а черепаха потеряла их из виду. —Зачем ты полез меня спасать? Лань Чжань, вот чего ты полез? Эх, ладно. — Вэй Ин достал мешочек трав, что дала ему дева Ло. Он нашёл лекарственные травы, которые могли остановить кровь и обеззаразить рану.       Он растёр их и своеобразной кашицей нанёс на ногу Ванцзи, в процессе лечения порвав брюки Ланя, сняв собственные верхние одежды, и покрывая его ногу своеобразными бинтами, замечая, что кость, что не зажила до конца снова была сломана. Поэтому Усянь вправил кость и ушёл за ветками для костра. Когда вернулся, то из ленты, что держала его волосы и веток наложил шину на ногу Ланя. А после, заметив его состояние, то ослабил свои нижние одежды чёрного цвета, подошёл к Ванцзи и потянувшись, стащил его лобную ленту, затем завязав ей свои волосы, под шокированный вид своего спутника, потянулся к его одеждам, чтобы снять их. — Что ты делаешь? — Всё ещё шокированным и тихим голосом произнёс Ванцзи. — Снимаю твои одежды, разве предстало быть столь благородному господину в мокрых одеждах в холодной пещере, тем более здесь действительно холодно из-за озера, а тепло тела может согреть лучше любого костра. — Вэй Ин был не возмутимо беззаботен, как только шок прошёл и Лань Чжань хотел возмутиться, то вместо возмущений отхаркнул застоявшуюся кровь, сплевывая её на пол пещеры.       Усянь победно улыбнулся, похвалил Ванцзи и всё же стянул его верхние одежды, положил их на пол пещеры не далеко, сам укрыл Ванцзи своими одеждами, развёл Костер и сел рядом со вторым Нефритом клана Лань. Они не вели разговоров, не предполагали, долго сидели в тишине, погружённые в свои мысли. Они сидели так, пока Вэй Ин не нарушил тишину. — Лань Чжань, как думаешь, мы сможем выбраться сами? Я думаю, что нет. Нам придётся убить черепаху, чтобы выбраться, но боюсь, пока она будет биться в предсмертных агониях, то может завалить проход в пещере. Так что придётся ждать помощи, ближе всех ведь Гусу, да? Лань Чжань? — Усянь посмотрел на спокойного Ванцзи и тут же понял, что что-то задел и это что-то было болезненное для его спутника. — Прости, я... Я не хотел. Я знаю. Цзян Чэн приведёт помощь. До Пристани лотоса почти пять дней пути без продыху на своих двоих, но у горы в ту сторону есть деревенька, можно позаимствовать оттуда лошадь, тогда около трёх дней, только в ту сторону. Эх, если ждать помощи, то это будет долго. Не трать свои силы, они тебе ещё понадобятся, потому что я уже на пределе. Я не смогу продержаться долго, ещё дня четыре на тёмной Ци, это мой максимум. Ты же присмотришь за мной, Лань Чжань? — Вэй Ин снова говорил весело и беззаботно, но Ванцзи видел, что он серьёзен, да и к тому же говорит правду. — Три дня. Подождём три дня. После убьём её. — Лань Чжань как всегда был краток и точен, Усянь лишь молча согласился на это и расслабившись, лег головой на плечо своего спутника и вскоре уже беззаботно спал, восстанавливая силы, Ванцзи же наоборот наслаждался такой близостью человека, которого очень любил.       Лань Ванцзи ещё года два назад осознал, он окончательно и бесповоротно влюбился в этого необычного человека, что манил его к себе, как бабочку к себе тянет свет, так и Ванцзи тянулся к этому свету. А сейчас он настолько близко, спит на его плече, он доверяет ему собственную жизнь, шутит и искренне смеётся рядом с ним, это всё растапливало заиндевевшее сердце второго Нефрита. Он и сам не понял, когда уложил парня к себе на колени и стал гладить по голове. Но вскоре и его сморил сон.       Три дня пролетели быстро, а после они сели разрабатывать план убийства черепахи. Набросав его, они принялись за дело. Метка на груди ныла от соприкосновения с тёмной Ци в воде, но Усянь терпел. Как и договорились Вэй Ин выманил её, но не совсем так как хотел. Теперь же он застрял в глотке твари, которая попав в ловушку из струн стала брыкаться в предсмертной агонии, Ванцзи тянул струны, которые сжимались всё туже на шее твари, причиняя ей боль, а меч, что встрял в глотке с человеком, причинял ещё большую боль. Вэй Ин не знал сколько он провисел в глотке у монстра, но от криков тёмных душ, заключенных в чёрном мече, потерял сознание. Когда он очнулся, то Ванцзи выносил его на берег. Однако буквально пара минут и он понял, что такое количество тёмной энергии очень сильно его ослабило и теперь его лихорадило.       Ванцзи, осознавая, что его возлюбленного сильно бьет дрожь из-за всего что навалилось в последние недели. Теперь же его любимый заболел по причине ослабшего организма. Шесть часов проведённых в глотке монстра с тем мечом в руках явно не пошли на пользу и без того ослабшему организму. Сплавав и узнав, что прохода больше нет и их можно будет спасти только с поверхности, то он стал отдавать свою энергию Вэй Ину, поддерживая парня, чтобы продержался до прихода помощи, сам же он просыпался от любого шума, он ждал тех кто спасёт их. Ему было всё равно на себя, на свои изодранные струнами руки, но вот на Усяня – нет. Он желал его спасти. Прошло ещё около четырёх дней, Ванцзи был на пределе своих сил, когда послышались звуки падающих камней, а спустя час к этим звукам присоединились голоса. Вскоре в их убежище объявились сам Цзян Фэнмянь и его сын. Ванцзи смог лишь благодарно кивнуть им, прежде чем сам потерял сознание. — Отец, что будем делать? Они оба без сознания, Усянь горит, похоже эта битва с чудищем отняла у них все силы. — За эти дни Цзян Чэн вынес для себя урок.       Он не знал своего брата никогда, и только вернувшись из пещеры заметил наконец-то подначки своей матери, которая своей ревностью разжигала зависть, но он смог найти в их общей комнате дневник, который вёл его брат. Он не писал о своих заслугах. Писал там только почти что сухие факты. На первых страницах было много эмоций, а после они постепенно сходили на нет. Усянь радовался новой семье, рассказывал, что с детства его защищала тьма, что он всегда ей пользовался наравне со светлой энергией, видел то, чего не видел никто. Писал свои обиды на то, что Мадам Юй его не замечает, как бы он не старался. Обиды на Цзян Чэна, что он всегда в центре внимания, что его все шиди любят, а Вэй Ин всегда изгой везде. Депрессивные мысли о том, что его не должно было быть в этой семье, что он всегда всё портит. На некоторых страницах иероглифы были не читаемыми, размытыми из-за оставшихся на этих страницах горьких слёз, которые он всегда скрывал. Когда Ваньинь дочитал, то он сам сидел и плакал. Он выплакивал всю боль, что хранил его брат, вбирая в себя каждую корявую строчку. Теперь он осознавал насколько сложно было его брату. Понимал его боль, хоть и не до конца. От бумаги в дневнике веяло горечью и болью хозяина. Тогда он и решил отправиться с отцом за своим старшим братом, которого очень любил. — Забираем их обоих в Юньмэн, как придут в себя, спросим их о произошедшем, после того как вы ушли. Давай, нам нужно поспешить. — Как всегда отец был холоден с сыном, он взял на руки Вэй Ина и встав на меч, подождал, пока сын закинет себе на плечи Ланя и тоже встанет на меч, после чего оба двинулись домой. Так и закончился срок "перевоспитательных работ" в Цишане.