Портовая мафия

После погребения Чуя ещё долго сидел и смотрел на свежую темную землю. На удивление стояла солнечная погода. Дул прохладный ветер развивая в разные стороны рыжие пряди. Чуя надел свой чёрный костюм, который он ещё ни разу не надевал. Не было повода и он уж точно не думал, что наденет его в первый раз на похороны. — Прости Озаки, не очень из меня получился защитник… — прошептал парень. С правой стороны стоял Дазай. Он тихо смотрел за Чуей и за всю процессию не произнёс ни слова. Они оба не спали. Шатен до утра просидел на полу прижимаясь к коленям Накахары, который отчужденно смотрел в окно, положив свою тонкую руку на его макушку. Они оба были растеряны и разбиты. В них обоих тлела жгучая пустота, которую они решительно хотели заполнить чем-то или кем-то. Тем вечером Чуя выпивал уже третью бутылку вина. Он хотел пить до тех пор, пока не сможет спокойно уснуть. До тех пор пока перед глазами не раствориться образ Озаки. В голове засела навязчивая идея найти тех, кто убил ее и лично пытать их до тех пор, пока они не умрут. Хотелось взглянуть в глаза тому, кто посмел забрать у него его семью. Увидеть в его жалких глазах страх и хоть каплю сожаления за содеянное. — Сука… Закончилось… — промямлил парень взглянув внутрь зелёной бутылки через отверстие в горлышке. Оттуда выползла последняя капля вина, которая с тихим звоном упала на пол. — Вот черт, сколько я уже выпил. Как алкаш уличный… Может мамочкины гены решили проснуться? Блять… Шалава ебаная, нахуй вообще меня нужно было рожать… Думала воспитать? Родить и дать ему все? Живя в трущобах?! — крикнул парень и бросил бутылку в стену. Коты громко взвизгнули и разбежались по разным углам квартиры. Осколки разлетелись по полу, и комната заполнилась небольшим свечением от разбитого стекла. — Лучше бы сдох там…в той самой комнате вместе с ней… Тут телефон парня завибрировал и послышался звук уведомления. Чуя поднял экран и увидел что сообщение было от Дазая. Трясущимися от выпитого алкоголя руками он с трудом набрал сообщение по типу «отъебись» и выкинув телефон под кровать сел обратно на пол. — Ебучий Дазай… Чего ему надо? Опять сейчас припрется и будет нести всякую хуйню… Сука блять почему именно он? Как же он меня заебал… После долгой паузы Чуя еле как встал на ноги и шатаясь побрел на балкон. Открыв дверцу он почувствовал как свежий воздух вечернего города заполняет собой тусклую квартиру. — Жить он не может без меня говорит… Лжец. Театр одного актера не более… Тут за его спиной послышался звон стёкла по полу и обернувшись он увидел Осаму. — Как ты вошёл скотина… — шатаясь пробормотал Накахара. Дазай поднял руку и Чуя увидел как в его пальцах мелькнула отмычка. — Понятно… Ну и на хуй ты мне замок сломал? — Ты бы мы не открыл дверь. — А котелок-то работает… И вот нахуй ты приперся? — Я хотел увидеть тебя. — Не смеши…не смеши моих котов… — заикаясь сказал рыжий. — Что, снова хочется мной заполнить ту самую пустоту в душе, да? Я тебя вижу насквозь. Я долго думал над твоими действиями и ходом мышления… Ты с малых лет, как и я состоишь в делах Портовой Мафии. У тебя был выбор быть кем-то, кто намного лучше чем просто убийца. Твой дядя дал тебе все знания, обучил, у тебя есть огромное наследство. Но ты словно там, в своём выдуманном мирке, который создал у себя в голове. Дал своему мышлению установку, что если ты начнёшь убивать по приказам, окунёшься в мир, где по твоим убеждениям были эмоции, желания и страхи, которые тебе не доступны, ты начнёшь чувствовать самого себя. Ты искал причину людского поведения, поведения твоей матери, твоего отца и тех кто тебя морально покалечил. Ты искал смысл своей жалкой и никому никому не нужной жизни и даже достигнув максимальной высоты, с которой смертельно будет падать, тебе все мало. Ты увидел, что я с довольно схожим прошлым как у тебя, не сломлен, не испытываю тех страданий что и ты. — Чуя стал медленно подходить к Осаму. — Ну так давай, используй меня, в очередной раз, чтобы забить внутри себя прорехи от прошлого. Как ты там сказал, я ведь сам этого хотел, да? После этих слов парень толкнул Осаму на кровать и сел на него сверху. Чуя стянул с себя галстук и расстегнул верхние пуговицы помятой рубашки. — Ну, чего же ты снова замолк? Или я уже тебе надоел? Так упорно твердил, что я тебе нужен, а сейчас просто смотришь на меня своим тупым взглядом и молчишь. Вдруг Дазай приподнялся и обхватил тощее тело Накахары своими руками. — Ты прав. Прав на все сто процентов. Но в одном ты ошибся, я не хочу тебя использовать. Я хочу чтобы ты меня просил об этом, потому что любишь. Потому что хочешь чтобы я был с тобой рядом. Мне не нужно заполнять своё горе твоими страданиями. Я хочу чтобы тот, кто понял меня и так досконально смог изучить, был рядом. Чуя молчал, опустив свои тонкие руки. — Я слышу как стучит твоё сердце. Такое громкое и бойкое. Не хочу чтобы оно когда-либо переставало биться. — сказал шатен прислонив ухо к груди Накахары. По телу рыжего прошлась дрожь, когда кудрявые волосы Осаму дотронулись до его бледной кожи. — Я обещаю тебе, я больше не позволю себе того, чего ты не захочешь. Я буду рядом, даже если ты меня ненавидишь. Я готов умереть за то, чтобы ты мог однажды мне улыбнуться… — после этого шатен приподнял голову и примкнул шероховатыми губами к шее Чуи. Рыжий вздрогнул и почувствовал приятную волну, что разлилась по его коже. — Господи… Как же ты меня бесишь… Накахара обнял Осаму и прижался к нему, головой упираясь об его плечо. Он чувствовал запах дыма от дорогих сигарет, который смешивался с невнятным ароматом типичного мужского одеколона. Дазай всегда был холодный, что внутри что снаружи. Руки шатена, которые ловко проскользнули под его рубашку, стали медленно выводить на его спине чудаковатые узоры, от которых Чуя слегка выгнулся назад. Он был таким нежным и аккуратным, словно держал в руках раненую птицу. Каждое касание оставляло за собой до дрожи приятную дорожку, которая сразу же пересекалась с другими. Дазай медленно вдыхал аромат пряного вина и сладкого шампуня Чуи и так же осторожно выдыхал, словно пьянея от каждого вдоха. — Я могу остановиться… — Я разве просил? — прошептал Накахара и приблизившись к парню робко поцеловал его, осторожно перебирая пальцами каштановые пряди. Осаму медленно ответил на поцелуй сильнее прижав к себе парня. Невинный поцелуй медленно стал перерастать в пожар неутолимого желания, что возрастало в их телах. Дазай неспешно расстегнул пуговицы рубашки Чуи и та с глухим шорохом спала на пол. Рыжий легонько вздрогнул от внезапно подступившего холода. Да, возможно сейчас им руководит выпитый алкоголь, но ему так не хотелось останавливаться. С каждым новым поцелуем он все глубже погружался в глубины своих желаний, совершенно забыв о том, что терпеть не может человека, который так нежно его обнимает. Движение раз и с Осаму уже сползает пиджак, движение два и у Чуи со звоном расстегнулся ремень. Они были так жадны друг к другу, что думали если отлучаться хоть на секунду, все это прекратиться как сон. Дазай аккуратно приподнял Накахару на руки и прижал его к кровати. Его дыхание было сбивчивым и он не мог оторвать опьяненных глаз с Чуи, который с трудом успевал дышать. Через пару мгновений Дазай снял с себя весь верх и рыжий увидел шершавые бинты, которые закрывали собой все его тело. Рука Осаму не спеша провела по груди Чуи, опустившись ниже. Парень негромко выдохнул, издав сдавленный звонкий стон, после которого на лице Дазая промелькнула ухмылка. — Ты прекрасен… — Меньше болтай Дазай… — после этого Чуя приподняв колено, коснулся паха Осаму. Послышался щелчок ремня шатена и только тогда Чуя слегка засомневался. Он боялся той боли, что в прошлый раз была нескончаемой и невыносимой, поэтому он слегка отдалился от Дазая. — Не бойся, я не сделаю тебе больно… После этих слов Чуя почувствовал как влажный палец шатена медленно стал в него входить. Парень сжал пальцы на ногах и выгнулся в спине. Не было боли, но и приятно не было. Руками схватившись за одеяло, он продолжал сдавлено стонать сквозь зубы. Дазай продолжал вводить палец внутрь него, делая небольшие паузы. Было неприятно до тех пор, пока шатен не задел то, отчего Чуя вскрикнул и сильнее прогнулся в спине. Ноги задрожали и было настолько хорошо, что Чуя прикусил палец, чтобы не выкрикнуть ещё раз. — Здесь хорошо значит… После этого Осаму стал двигаться активнее все сильнее попадая в ту самую точку. Чуя продолжал ёрзать под ним, уже не сдерживая свои стоны. Небольшой дискомфорт перекрывала приятная дрожь, что разносилась по телу. Громкие стоны Накахары сбивали жадные поцелуи шатена и ему было больше невыносимо терпеть. — Осаму… Я больше не могу… — Ещё рано, я могу тебе навредить… — Я не… По квартире снова эхом раздался стон, после того как рыжий почувствовал ещё один палец внутри себя. Не было боли, лишь приятное чувство что его переполняет жар. Дазай был довольно терпелив, хотя и сам уже разрывался от желания поскорее овладеть его телом. После того, как Чуя не чувствовал ничего, кроме приятной истомы, Дазай вытащил шуршащую упаковку из кармана. Чуя лишь услышал потрескивание упаковки, когда ощутил как в него входит Дазай. Он почувствовал тепло и такое наслаждение, что ему казалось, что сейчас у него сорвёт крышу. Осаму полностью вошёл в него и Чуя в наслаждении закатил глаза, когда шатен стал медленно двигаться. Его переполняло огромное желание и наверное уже с того момента как пришел Дазай он не думал об образе Кое, который так ранил душу. Он не мог думать ни о чем, кроме того, что сейчас рядом с ним Осаму. Шатен стал двигаться быстрее, прижав тонкие руки Чуи к кровати. Впервые за долгие годы, он чувствовал что-то, кроме пустоты. Его сердце обливалось страстью, новыми эмоциями и ощущениями. У него было много женщин, которые могли удовлетворить кого угодно, но не его. Он использовал их как игрушки и выбрасывал как ненужный мусор, потому что ненавидел то, как они себя вели. Такие наигранные эмоции, эти мерзкие писклявые стоны и никакой искренности. Им нужны были деньги и статус, а ему лишь нужно было понять, какая же прелесть была в столь низменном занятии. И сейчас он понял, когда увидел покрасневшее от алкоголя и желания лицо Накахары, в чем же все-таки смысл. Ломающийся голос Чуи, который не стеснялся срываться на громкие стоны, так одурманивал собой, что шатен ни капли не сомневался в искренности парня. Возможно, когда действие алкоголя закончиться и над городом взойдут первые солнечные лучи, Чуя вновь его возненавидит и больше не даст к нему прикоснуться, но он был поставить на кон все, чтобы не переставать дарить ему наслаждение.