Глава 27. Разделяй и властвуй.
11 мая 2025 г., 00:01
На удивление Данте и Элизабет добрались до окраин жилого района куда быстрее, чем ожидалось. Каменные плиты тротуара глухо отдавались под их шагами, эхом разбегаясь по пустынным улицам. Старые дома, обветшавшие и мрачные, будто сторожили город, уставившись на незваных гостей пустыми оконными глазницами. Их двери были наглухо закрыты, словно прятали внутри тяжелые тайны и не желали выпускать ни звука.
Тишина стояла гнетущая. Слишком густая и плотная — даже для мертвого города.
Полдень ощущался как глухая полночь. Звуки исчезли, как будто само пространство забыло, как звучит ветер или шелест листвы. Это была тишина города-призрака — ужасающая и неприветливая, выжженная временем. Здесь воздух был тяжелее, а сама тень от зданий казалась живой, почти осязаемой.
— Милое местечко… — протянул Данте с тенью насмешки в голосе. — С такой атмосферой только в апатию и впадать.
Элизабет не ответила. Её лицо оставалось непроницаемым, взгляд устремлён вперёд.
Они вышли к развилке на широкой улице. На перекрёстке стоял покосившийся указатель, доски которого давно поблекли от времени.
— Посмотрим, что тут у нас… — пробормотал Данте, изучая надписи.
Выцветшие буквы указывали направления. Вправо — Парк аттракционов, Замок, Мельница, Шахты. Влево — Мост, Больница, Библиотека, Маяк, Церковь.
— Нам в сторону замка, — сказала Элизабет, нарушая молчание. — В его подземельях находится проход к Озеру Мёртвых.
— Конечно, куда же ещё… — с усмешкой отозвался Данте. — Почему-то я даже не удивлён.
Они двинулись в сторону замка, и вскоре возникла проблема: Данте явно было неудобно тащить за собой чемодан и ящик с провиантом. Однако решение нашлось быстрее, чем он успел возмутиться.
По мере приближения к замку, на одной из улиц они заметили крупное трёхэтажное здание. На первый взгляд — ничем не примечательное: тот же серый фасад, те же пустые окна. Но рядом стояли ящики, коробки, а чуть в стороне — штативы, зонты и осветительное оборудование.
Подойдя ближе, Данте прищурился.
— А вот это уже интересно…
Дом оказался бывшей локацией для съёмок — возможно, оставленной в спешке или покинутой с исчезновением последних обитателей. И, что самое главное, он был пуст. Идеальное место, чтобы временно оставить лишнее.
— Видимо, тут обосновались те самые ребятки, что пропали месяц назад, — заметил Данте, оглядываясь по сторонам.
— А вдруг они всё ещё здесь? — предположила Элизабет, осторожно поднимая с пола пыльную камеру, покрытую паутиной. Её взгляд скользнул по забытым рюкзакам и разбросанным вещам, словно сама сцена пыталась что-то рассказать.
— Сейчас проверим, — сказал Данте, сделав шаг вперёд.
***
— Эй! Здесь есть кто-нибудь живой?! — его голос гулко отозвался от стен, растворяясь в затхлой пустоте, словно сам воздух отказывался передавать звук. Помещение встретило их глухим унынием и беспорядком — воспоминанием о чьей-то поспешной эвакуации. Столы были перевёрнуты, на полу валялись разорванные документы, съёмочная аппаратура оставлена как попало. Казалось, люди ушли в спешке, в панике, не заботясь о порядке — как будто что-то напугало их до смерти. Элизабет подняла с пыльного стола старый, потёртый кнопочный телефон. Стерильно чистый среди запустения, он словно ждал прикосновения. Девушка набрала номер. Из трубки раздался гудок — сигнал проходил. Но ответа не было. Она звонила снова и снова. Каждый раз — тот же холодный гудок. И каждый раз — пустота. Наконец, она сдавленно выдохнула и отбросила трубку на стол. — Связь проходит… но никто не отвечает. Почему?.. — её голос прозвучал почти шепотом, наполненным тревогой. Поток мрачных мыслей прервал голос Данте: — Вам стоит на это взглянуть, барышня. Эваргарден подошла ближе. Данте стоял у старого письменного стола, покрытого толстым слоем пыли и разложенных вперемешку бумаг. Он уже что-то перебрал, и теперь держал в руках несколько листов, осторожно выкладывая их на очищенную часть поверхности. — Вот, — сказал он, постукивая пальцем по одному из них. — Похоже, это список участников съёмочной группы. Программа называется… «Тёмные тайны мира», — он хмыкнул. — Звучит как дешёвое телешоу. Или пролог к катастрофе. На листе были написаны имена — небрежным почерком, кое-где с пометками на полях. Один из пунктов особенно бросался в глаза: «Эммет Лэннинг — режиссёр-постановщик. (Дэн, если забудешь его вещи, как в тот раз — он с тебя шкуру снимет.)» — Ха, дружелюбный тип, — заметил Данте, поднимая бровь. — Может, именно он и остался здесь… в виде злобного призрака. «Диктор — Элли Кедвард (Осторожнее с её вещами. Там всякая оккультная хрень — мало ли, ещё Бугимена вызовешь...)» «Оператор-постановщик — Хизер Донахью (Не перепутай вещи брата и сестры. В прошлый раз из-за этого чуть драка не началась.)» « Художник-постановщик — Джошуа Леонард (За ним глаз да глаз. Опять напьётся — будем по кустам искать, как в тот раз.)» «Художник по костюмам — Джеймс Донахью (Смотри рекомендации выше. И держи их вещи подальше друг от друга.)» «Композитор — Майкл Уильямс (Дэн, не трогай его аппаратуру! Один раз расстроил синтезатор — он сам расстроился на неделю.)» «Звукорежиссёр — Эллис Линч (…Без комментариев. Что-то с ним не так, но никто не рискует спрашивать.)» «Сценарист — Растин Парр (Слишком тихий. Постоянно что-то записывает в блокнот и шепчет себе под нос. Кажется, он знает финал ещё до начала съёмок.)» «Дополнительные помощники: Рыбак, что согласился нас отвести — Робин Коуи Ответственный за целостность и сохранность команды — Дэниел Мирик» — Хм… — пробормотал Данте, читая вслух. — Весёленькая компания. Элизабет между тем обратила внимание на выцветшую фотографию, что лежала на подоконнике. На ней была запечатлена группа людей — улыбающихся, живых, полных надежды… На первый взгляд — обычное фото съёмочной команды. Но приглядевшись, девушка заметила: на большинстве лиц стояли алые кресты, нарисованные, судя по всему, красной ручкой или чем-то более зловещим. Это был знак. Предупреждение. Или чья-то пометка — чья, пока оставалось тайной. — Раз они не вернулись… мы можем использовать этот дом как временное убежище, — сдержанно сказал Данте, окидывая помещение взглядом. В подтверждение своих слов он с шумом опустил ящик с провиантом на старый кухонный стол, а затем поставил чемодан Элизабет рядом. Пыль взметнулась в воздухе, медленно оседая, будто не желая покидать своё убежище. — Хотя, думаю, мы тут надолго не задержимся. Прогуляемся, осмотримся, и к вечеру — обратно. — Данте попытался звучать оптимистично, присев на край стола. — Как думаешь, что с ними произошло? — Это не имеет значения, — холодно отозвалась Элизабет. — Нас интересует только проход к Озеру Мёртвых. — Как скажите, барышня, — вздохнул он, поднимаясь. Уходя из дома, Данте закрыл за ними дверь — но взгляд невольно задержался на её внутренней стороне. Там, прямо посередине деревянной панели, был нарисован кривой символ, отдалённо напоминающий пентаграмму. Он выглядел так, будто его наносили в спешке — и с каким-то отчаянием. Линии были неровные, будто дрожащая рука держала кисть. Но хуже всего — он светился слабым, почти незаметным синим отблеском. — Что за… — Данте коснулся символа пальцами. Кожа тут же отозвалась жжением. Он отдёрнул руку — на кончиках осталась густая красная краска. Поднеся их к носу, почувствовав странный запах: смесь пряностей и чего-то едкого, напоминающего морскую соль и старую кровь. — Интересно… для чего это? — пробормотал он, вытирая пальцы ближайшей тряпкой, а краска не хотела смываться легко.***
Шаги новоприбывших отдавались зловещим эхом, рассыпаясь по опустевшей улице, как раскаты грома в безжизненной долине. Это эхо — единственный звук, сопровождавший их — казался чужим, почти враждебным. Ни шелеста листвы, ни скрипа вывесок, ни стрекота насекомых. Даже ветер, казалось, затаил дыхание, растворившись в тяжёлом, плотном тумане, окутывавшем город мертвецов. Густая пелена скрывала всё дальше пары шагов вперёд. Казалось, сам воздух сгущался, давил, пытался задержать их, как будто город не хотел, чтобы кто-то шел дальше. Данте вздохнул, с трудом разрывая вязкое молчание. — Скучно... — пробормотал он с лёгкой досадой. Едва они достигли перекрёстка, как внимание обоих привлекло нечто нелепо жуткое: по асфальту тянулся длинный кровавый след. Алый, словно свежая краска, он выглядел так, будто его нанесли огромной кистью, хаотично, как жест отчаяния. Шокированная зрелищем, Элизабет сделала шаг назад. Девушка, стояла как ошарашенная, не отрывая взгляда от багрово-красного пятна. Судя по всему, след был ещё свежим. Скорей всего, кто-то, пострадал или погиб. Данте хмуро осмотрел окрестности. Вокруг — ни души. Ни звука. Ни... тел. Это показалось странным даже для такого места. — Где все трупы? Ведь за 60 лет должны быть остатки прошлых жителей, хотя бы кости. — проговорил он вслух, скорее себе, чем спутнице. — За всё время мы не видели ни одного. Только пустые дома, и эта... тишина. Он бросил взгляд на кровавую полосу, затем вновь осмотрелся. — Может, это кто-то из съёмочной группы… — задумчиво добавила девушка. — А вдруг кто-то ещё жив? Он сделал несколько шагов вперёд и громко крикнул: — Эй! Здесь кто-нибудь живой?! Мы можем помочь! В ответ — ни звука. Только туман качнулся, словно в ответ на его голос. И тут Данте заметил — у самого края обзора что-то мелькнуло. Проблеск синевы, еле различимый в белой мгле. Кто-то был там. — Эй! — теперь уже Элизабет окликнула силуэт. — Стой! Фигура — крошечная, похожая на ребёнка — замерла лишь на мгновение, а затем стремительно метнулась прочь, скрываясь в тумане. Девушка рванулась было за ней, но чья-то сильная рука остановила её. — Я пойду сам, — хмуро сказал Данте. Его глаза сузились, в голосе прозвучала тревога. — Мало ли, кто там. Может навредить барышне. И оставить вас на улице тоже не вариант. Он быстро осмотрел ближайший дом. Дёрнул ручку — дверь поддалась. Напрягаясь всеми секторами своего шестого чувства, он не почувствовал внутри демонической энергии. Тихо, пусто. Почти безопасно. — Спрячьтесь тут. Я скоро вернусь, — коротко бросил он и, не оборачиваясь, растворился в белой пелене. Элизабет ещё секунду смотрела ему вслед, затем закрыла за собой дверь. Дом внутри напоминал предыдущий — тот же заброшенный уют, будто покинутый в спешке. Но здесь были странные детали: разбросанные детские игрушки, альбом с вырванными страницами, пустые рамки на стенах. Время как будто застыло внутри. Элизабет решила, что просто подождёт. Вернётся Данте — и они продолжат путь. Но затем... краем глаза она уловила движение. В коридоре стоял мужчина, спиной к ней. Высокий, худощавый, в коричневом полосатом свитере, поверх которого торчал ворот рубашки. Тёмные короткие волосы. В лице угадывались знакомые черты. — Добрый день, вы наверное, композитор, Майкл Уильямс, — спокойно проговорила девушка. — Это ваша кровь была на улице или кого-то из вашей людей? Но мужчина даже не обернулся. Он тихо, еле слышно, заговорил, голос дрожал: — Надо прятаться... Скоро начнётся… С этими словами он развернулся и исчез в глубине дома, не дожидаясь ответа. Элизабет, не раздумывая, шагнула за ним в темноту.
