Из тьмы

Мастерскую Бен устроил в подвале, когда разобрал всю старую мебель. Что-то он отремонтировал, обновив покрытие и выставив в гостевые спальни тумбочки, полки и кресла; от чего-то избавились на распродаже. В итоге освободилась довольно большая площадь, куда он притащил верстак из гаража, а ещё установил удобный стол, накрыв его стеклом с расчерченной сантиметровой разметкой. Кресло ему подарили родители, а полок и стеллажей было достаточно и так. Бен полюбил свой уютный угол для творчества, здесь приятно пахло кожей и клеем. Над столом нависала удобная большая лупа со светодиодной подсветкой. Новенькие инструменты расположились в многочисленных креплениях на стене. Сейчас он мастерил браслеты в подарок родителям, выбрав красивую модель безо всякой фурнитуры — только резные узоры на коже. Бен аккуратно подготовил три ремня, которые отличались по цвету. Для Тами он выбрал светлую, почти выбеленную кожу; для Дэна — рыжеватую с лёгким кофейным отливом; а для Грена почти чёрную, с чуть заметным зеленоватым отблеском. Сделав шилом разметку сужения ремешка, Бен достал выдвижной нож с новым лезвием и начал срезать излишки. Потом сделал несколько дырок трубчатым пробойником по контуру будущей прорези-застёжки, чтобы снять напряжение с кожи. По прозрачному лекалу наметил узоры по всей длине браслета, и только после этого начал их вырезать, стараясь держать нож так, как учили на семинаре. Руки немного уставали, всё-таки сложно было прорезать кожу, но Бен старался работать аккуратно, чтобы не было ни одной неточной линии. Постепенно вся поверхность браслета покрывалась рисунком из вырезанных листьев клёна. В конце он снял фаску, чтобы закруглить края, а потом зачернил и покрыл воском внутреннюю сторону. Получилось просто, но изящно, и Бен понадеялся, что его первая работа понравится родителям. Хотелось подарить им что-то, сделанное собственными руками, покупные подарки не годились. На три браслета он потратил почти десять часов работы, но был доволен таким результатом. Всё же ставить руку приходилось с нуля, раньше такого опыта у него не было. Бен разобрал рулоны кожи в специальной коробке, прикинул, что ему хочется сделать ещё. Идею изготовить обложки для ежедневников он пока крутил в уме, представляя, как будет украшать уголки и какой придумает оттиск. Это ему посоветовал продавец в магазине, показав клейма разных мастеров. В конце концов для себя Бен выбрал силуэт борзой. Долго выбирал подходящий рисунок и сам отлил первый штамп. Делал он всё по старинке, как утверждали все мастера в сети, проверенные способы — самые надёжные. Так что рисунок на гипсе был залит самотвердеющей пластмассой, которая застыла за ночь, и Бен получил прочный кружок с рисунком борзой в движении. Он выдавил клеймо на кончиках браслетов, предварительно смочив их водой, чтобы оттиск получился прочнее и чётче. Полюбовался на результат. И отправился дарить подарки своей семье. У Дэна был выходной, так что все трое родителей сидели в гостиной, тихо переговариваясь между собой. — Я хотел бы вам кое-что подарить, — начал Бен, когда все посмотрели на него. — Мой первый опыт, вот, — он раздал каждому по кожаному браслету. — Какая красота! — воскликнула Тами, разглядывая браслет. Она погладила узорные листья и тут же надела его на левую руку. — Потрясающе! — сказал Грен. — Особенно для первого опыта. — У тебя определенно талант, — высказался Дэн. — Спасибо. — Да, спасибо, Бен, — посмотрела на него Тами. — Очень красиво. — Оказалось, что с кожей работать довольно сложно, она требует твёрдой руки, — улыбнулся Бен. — А ещё я понял, когда смотрел разные обзоры, что инструменты используют самые обычные. Один мастер даже закругляет фаску такой штучкой, которая срезает заусенцы, говорит, что украл её из маникюрного набора жены. — Профессиональные инструменты надежнее и дольше служат, — сказала Тами. — Поверь, у меня большой опыт. О, хочешь я тебе кое-что покажу? — она взяла со стола телефон и принялась копаться в нем. — Вот, смотри. Этой сумке больше семидесяти лет, а она почти как новая, я до сих пор с ней хожу. Посмотрев, Бен только вздохнул: — Мне до такой красоты ещё расти и расти. Столько всего интересного выходит из-под рук мастеров, что даже не верится, что это сделано вручную. Она осенняя, — улыбнулся Бен. — Как будто идёшь по лесу, а вокруг пламенеют клёны. — У меня еще несколько сумок этого мастера есть, — похвасталась Тами. — Пойдем, покажу. Эта, конечно, самая любимая. *** Лето принесло жару, но Бен ею наслаждался. Чего он больше не любил, так это холода и кутаться в тёплую одежду. Так что он с удовольствием купался в бассейне и лежал в шезлонге по утрам. Бен загорел и немного набрал вес, больше не выглядел болезненно худым, и у него пропало загнанное выражение из глаз. Он больше не вздрагивал от каждого резкого звука, не боялся уходить из дома; даже несколько раз брал машину Дэна и путешествовал по Дороге. Конечно, он предпочитал кататься в компании, всё же миры попадались разные, да и народ встречался не всегда доброжелательный. Дэн постоянно был рядом, показывал разные хитрости бывалого путешественника, водил его по своим любимым местам. Бен полюбовался на динозавров, видел множество странных животных и птиц, рассветы и закаты иных миров, но всегда ему хотелось вернуться домой, туда, где его ждали не только родители, но и сам Дом. Бену Дом казался красивым и очень надёжным. Он понимал, что родители видят его иначе, но сам наслаждался видом разноуровневых крыш, когда выруливал к воротам. Блестели стёкла и солнечные батареи на фоне зеленой черепицы. Вечером Дом светился огнями в окнах, ждал своих хозяев, уютно распахивал двери — Бен чувствовал, что врастает в это место. Бесконечные хлопоты помогали узнать жилище поближе. Бен облазил каждый закоулок, смазал петли, заменил розетки и выключатели, поправил черепицу на крыше. Дом был ему благодарен за заботу, окутывая уютным теплом и даря ощущение семьи и безопасности. Гости приходили довольно часто, Бену нравилось знакомиться с самыми разными людьми и нелюдьми. Кто-то задерживался надолго, кто-то на несколько часов; кто-то любил поболтать, как один странноватого вида мужчина. Он пробыл у них несколько дней, постоянно сидел в гостиной, курил длинную трубку и рассказывал о своих дорожных приключениях. Иногда Бен не мог понять: правда это, или их гость на ходу сочиняет сказки. В любом случае, истории были интересные, и он мог слушать их часами. А ещё он часто навещал магазинчики, торгующие кожей и всем, что только можно придумать для творчества. Со временем он перезнакомился и с продавцами, и даже с некоторыми покупателями, которые тоже частенько сталкивались с ним у полок и стеллажей с разнообразными инструментами и свёртками кож. Бен даже обменялся контактами с парой человек и общался с ними в сети. Они хвастались друг другу своими успехами, показывали удачные и не очень результаты своей работы, подсказывали друг другу хитрости обращения с капризным материалом. Простенькие браслеты, правда, с другими узорами, Бен предложил в магазин для ролевиков. К его удивлению, через несколько дней продавец позвонил и попросил сделать несколько стилизованных под воинские наручи браслетов. Пришлось полистать каталоги, посмотреть виртуальную экскурсию, но в конце концов получились широкие браслеты, сантиметров по десять, из грубой кожи, с тиснёнными рунами и прочными кожаными же шнурами. — Смотрите, что у меня вышло, — показал Бен родителям готовую работу. — Это для ролевиков, они, кажется, где-то собираются, ставят бои на мечах. Мне заказали наручи и широкие пояса-сбруи, но я пока взялся только за это. С поясами больше работы, там сложная система креплений, разные петли, какие-то хомутики, шнурки… В общем, я только глянул, но пока отказался от такого сложного заказа. — Здорово! — одобрила Тами. — Основательные такие вещи, внушающие доверие. А пояса… Попробуй сделать один на пробу и выставь на продажу, если получится. Если пойдет, отлично будет, тогда и сможешь брать заказы. — Знаешь, есть поговорка такая — «глаза боятся, а руки делают», — добавил Грен. — То, как ты работаешь с кожей, вызывает уважение. У тебя хорошо получается. К тому же тут, как в любом творчестве, простор для совершенствования навыков бесконечный. Тами почесала за ухом. — А знаешь, Бен, у меня, ну, не у меня, в облаке, где-то есть мастер-классы того мастера по сумкам, Кузьмина. Он и пояса делал, и браслеты, и сумки, и рюкзаки — что угодно. Я тебе кину ссылку. Он когда постарел и стал меньше делать всяких вещей, стал продавать мастер-классы, от самого простого до самого сложного. Может, тебе пригодится? Он за свои сумки так мало брал, я потому и мастер-классы оплачивала, чтобы у него денег побольше было. Мне-то они не нужны. Я так серьезно кожей не занимаюсь. — Конечно, хочу, — тут же кивнул Бен. — У меня просыпается жадность, — рассмеялся он сам над собой. — Мне всего мало, хочется сделать самые разные вещи. Думал-то я вначале об обложках для ежедневников, а сам полез и в украшения, и в обувь, теперь вот и сумки хочется попробовать сделать. Даже не знаю, как всё успеть. — Шаг за шагом, постепенно, — улыбнулась Тами. — А вообще я не знаю, как у тебя внутри это организовано. Я когда-то вязала несколько вещей одновременно. Бывало так, что беру заказ, а мне пряжа не нравится, и так руки не лежат этот заказ доделывать… Я тогда за что-то другое бралась, чтобы переключиться. Или вот связала я уже все детали, надо только соединить, а я этого не любила страшно, все откладывала. — У меня наоборот, — вздохнул Бен. — Я такой зацикленный зануда, что пока не закончу одну работу, не могу приступать к другой. Оно… зудит так противно, на грани, пока не завершу — нет мне покоя! — патетично воскликнул он, приложив ладонь к сердцу. — Меня раньше Келли ругала, что я такой… однопотоковый, не умею делать несколько дел одновременно и стараюсь не отрываться, пока не поставлю точку. — У всех свой рабочий ритм, — пожала плечами Тами. — Если для тебя продуктивнее один проект зараз, так зачем раскидываться? *** — Бен, ты садись, не нависай над нами, — попросил Грен, и когда Бен уселся в кресло, вытянув ноги, и Лель тут же положил голову ему на живот, заодно закинув лапы на колени, сказал: — Как ты посмотришь на то, чтобы съездить с Тами в Японию в октябре? Я не смогу — будет наплыв гостей, у Дэна работа, а Тами туда очень хочет. — Правда очень хочу, — кивнула Тами. — Полюбоваться кленами, наесться кленовых листьев в кляре, пофотографировать и вообще… Поедешь со мной? Просто билеты и гостиницу лучше сейчас заказывать. — Конечно, хочу, давно мечтал поучаствовать в «охоте на момидзи», только раньше всё не мог добраться до Японии: то денег не было, то работа, то ещё какие-то дела. А мы надолго поедем и есть ли у нас план? — Бену было всё интересно, он уже предвкушал знакомство с загадочной страной, да ещё и в компании опытного туриста. — Недели на две, — ответила Тами. — С севера на юг, за постепенно краснеющими кленами. Будем останавливаться в маленьких гостиницах во всяких глухих местах, по два дня в каждом новом месте. Бродить по паркам и лесам, фотографировать, пробовать всякие местные блюда. — У нас недалеко от дома была японская забегаловка, не всякие эти псевдо-суши-роллы, а настоящий магазинчик с раменом. Там работала семейная пара: жена готовила в кухне, а муж стоял за стойкой. Так вот, я обожал сидеть там на высоком стуле и есть горячий рамен со свиным рулетом и луком-пореем из огромной чашки. У них ещё такие смешные ложки, похожие на глиняные ковшички с плоским дном. И пахло там всегда замечательно, — мечтательно улыбнулся Бен. — Никаких диетических блюд и всяких фитнес-салатов, только мясо и морская рыба, много лапши и белоснежный клейкий рис. — Ну вот и насладимся аутентичной японской кухней этой осенью, — пообещала Тами. — И накупим всяких сувениров. Только не магниты! — Тогда — тарелочки на стену! — рассмеялся Бен. — И майки с надписью и сердечком вместо «люблю»! — Лучше ветряные колокольчики, стеклянные такие, — посоветовал Грен. — Они жару разгоняют. Не помню, как на японском называются. — И кимоно! — кивнула Тами. — И маску кицунэ. — Я бы посмотрел на настоящих кицунэ, — тут же встрепенулся Бен. — Это какая-то мечта — женщина-лисица. А у них правда много хвостов? Или это очередная легенда? — У них правда много хвостов, — кивнула Тами, — просто их обычно не все видят. Чем больше у лисы хвостов, тем она старше и сильнее. Они к нам заглядывают иногда. — Кицунэ красивы, капризны и питаются сексуальной энергией, — добавил Грен. — А еще большие любители пошутить. И, кстати, они не только женщины, мужчин тоже хватает. Будь с ними поосторожнее. — Да уж, сказочные герои не всегда добрые, — поёжился Бен. — Вернее, почти всегда недобрые. Я на Эшу посмотрел и понял, что побаиваюсь его, просто до дрожи, хотя он и настроен был благожелательно. Но от него такая сила или что-то подобное, чувствуешь себя рядом с ним неразумным ребёнком. — Да, есть такое, — согласился Тами. — Но у нас работа такая, Бен: принимать всех и всегда. Страшный, грязный, жуткий гость — неважно: он гость, а мы хозяева. — Грязных отмываем, — добавил с усмешкой Грен, — прочих… не то чтобы перетерпеть надо, просто нам никто вреда не причинит ни в коем случае: дом заклят от такого. А Эшу и вовсе часто приходит. Ты к нему привыкнешь, Бен. Это как рядом с водопадом жить: сначала оглушает, а потом привыкаешь и слышать перестаешь. — Да я и стараюсь относиться ко всем ровно и доброжелательно, — вздохнул Бен. — Просто не всегда получается сразу привыкнуть к новому. Хорошо, что дом большой и гости друг другу не мешают. Да и видно, что все знают правила поведения и соблюдают их. Только вот мне надо побыстрее адаптироваться, чтобы не делать ошибок. Пока я только прячусь по дому, стараясь не очень мелькать на глазах у гостей. — Освоишься со временем, — заверила Тами. — Не принуждай себя. Все придет само. Обязательно придет.