Чудо, в которое я влюблён

      Сегодня целый день идёт сильный дождь. Даже не дождь, а ливень. По тротуарам текут целые реки воды, заливаясь в водостоки. Людей на улицах почти нет, а если где и есть, то только под дождевиками, в несколько раз больше самих владельцев. Иногда слышатся раскаты грома, и виднеются сквозь тучи молнии.       Вот и Мстители сейчас на базе. Всё равно ничего не происходит: землю не пытаются захватить очередные инопланетяне, и никакие солдаты не устраивают террористические атаки, будучи под контролем очередного злого на жизнь и судьбу дурака. Как же прекрасно. Прекрасно и невероятно скучно. Я бы, конечно пошёл работать в лаборатории, но Питер, который уснул у меня на груди, пока мы смотрели фильм, слишком мило выглядит и слишком сладко спит.       Тут я слышу довольно сильный грохот со стороны коридора. Кто, чёрт возьми, и что разбил?! О нет, Питер похоже проснулся. Он начал шевелиться и тереть глаза рукой. Не прекращу говорить, какой он милый. — Мистер Старк, что происходит? — сонным голосом спросил он. Опять это «Мистер Старк». Мы же вроде договорились на «Тони» после того, как начали встречаться — Питер, я просил называть меня «Тони». Или мы уже не встречаемся? — не обратив внимания на вопрос, спросил я. — Ой, простите М-.Тони — он уже полностью проснулся и посмотрел на меня, улыбаясь. Это слишком…просто слишком.       Тут грохот повторился, только ближе к гостиной. Мы синхронно повернулись, и даже Баки из кухни выглянул. В комнату на всей скорости влетел смеющийся Локи, а за ним и Тор, кричащий какие-то маты. Что за клоунада, Господи? Тор прыгнул на Бога обмана и повалил на ковёр перед телевизором, прижав к полу, и застыл. Давайте, потрахайтесь тут ещё! Ладно, Тони, успокойся, ничего такого тут нет, какого я вспылил вообще? Мне кажется, пора к психологу. Локи некоторое время брыкался, а потом начал смеяться как ненормальный. Почему это? — Эмм...— первый подал голос я. Остальные пребывали в лёгком шоке. — Простите, что прерываю, но…что тут, чёрт возьми, происходит? — сказал я, на удивление, спокойней, чем ожидалось. Тор, наконец-то, повернулся ко мне, оторвав взгляд от задыхающегося Локи, и я понял, что случилось. На пол лица у него была цветная картинка, в некоторых местах подтёртая (видимо, пытался отмыть) и надпись под ней " От Локи, с любовью ахаххах». — Так вот, кто взял мои «стойкие татуировки», — со спокойствием произнёс мой парень. Это татухи Пита? А, так вот, что он искал утром. — А, ну раз это твоё, то, скажи на милость, как это смыть? — по голосу Тора и по натянутой улыбке было видно, что он зол. — Она сама сойдёт в течении двух или трёх дней, быстрее никак, — пожал плечами парень и облокотился мне на плечо. Я немного покраснел. Все-таки, я, как бы стыдно не было признать, все еще не привык, когда он так близко. Раньше пацан всегда шарахался от любой близости со мной, а теперь нет. Я очень даже рад.       Локи заржал ещё больше, а Баки хмыкнул и улыбнулся. Тор же, на удивление, просто встал и ушёл, ворча что-то про то, что его брат получит по заслугам. Интересно, каким образом и как именно? Через минуты две Локи встал и пошёл искать брата, все ещё посмеиваясь. Какие же странные у них взаимоотношения, но наблюдать за ними весело.       Я перевёл взгляд на Питера, моё солнышко. Он тем временем включил телевизор с какой-то воскресной передачей. Никогда, на самом деле, не любил их. Смысла в данных передачах, как и какого-либо посыла, не было.       Но, я отвлёкся. Я всё ещё смотрю на Паркера-в-будущем-Старка (и это не обговаривается). Его волосы немного растрёпаны после сна, футболка сползла на одно плечо, и он всё ещё трёт глаза рукой. У него после пробуждения немного лучше видно веснушки, и не спрашивайте, как я это заметил. Похоже, он понял, что я пялюсь, повернулся и посмотрел на меня в ответ. В глазах парня всё ещё был тот сонный блеск, а губы немного блестели. Я поддался вперёд и поцеловал его. Он сначала опешил, видимо, не ожидал, но потом ответил. Губы у него сладкие, чем-то на вкус напоминают ваниль и кокос. Странные ассоциации, согласен. Оторвался он первый, воздуха не хватило, и тяжело дышал. Опять слишком. Просто слишком. — Я один не знал, что они мутят? — раздался голос Тора за спиной. Я обернулся и увидел почти всех ребят, за исключением Баки, он все ещё был на кухне. Что он там делает так долго? А Питер просто уткнулся носом в плед от смущения. Ангел. — Да, один — с иронией , но теплотой, не свойственной для него, сказал Локи. Ребята закивали головами, а Нат с Клинтом начали смеяться. — Вот вечно я последний узнаю обо всём. Это нечестно! — начал возмущаться Тор. Господи, заткнись, голова болит. Нет, вы не подумайте, я нормально отношусь к Тору, просто голова правда болит. Питер тоже начал смеяться и покраснел. Смех у него всегда был заразительный и звонкий, ребяческий. И румянец на щеках ему идёт. Тор всё ещё возмущается. Боже мой, спаси. — Тор, будь другом, завались к чёрту, — сказал я. В ответ он начал возмущаться сильнее. Питер перестал смеяться, а вот Локи, наоборот, подключился. — Не выражайся, Паркерофил, — сказал Кэп. Он теперь меня так всегда называет. Бесит меня это прозвище. — Почему вы мне так не доверяе.... — в Тора прилетел кусок паутины. Прямо в лицо. Кэп сразу заткнулся и спрятался за Брюсом. Все остальные начали смеяться, а Питер просто смотрел, сидя с выставленной в излюбленной позе рукой, и улыбался. Восхитительно. Когда все более-менее успокоились, Наташа подошла к нам — Я повторяла это много раз, но для Тора повторю еще один, — она положила руку мне на плечо в дружеском жесте. — Совет вам, да любовь, мальчики мои, — все опять закивали и стали поддерживать Нат, рассказывать о своих приколах и все в том духе, садясь кто куда. А я просто обнял своё чудо за плечи и прошептал на ушко: — Я всегда буду тебя любить, Питер Паркер-будущий-Старк.       Питер покраснел. Всё-таки, он — то чудо, в которое я влюблён.