Смысл всей жизни

      Упругие прохладные струи воды удачно охлаждали разгоряченную кожу, но нежные прикосновения принца сметали все на свете, сразу выжигая невидимые нити. Рей совсем разомлела под его руками, пока Кайло удивительно деликатно покрывал пеной следы своей несдержанности. Попадающее мыло чуть раззуживало ранки, но она не обращала на это никакого внимания. Правда, и злой укус на челюсти прямо на шраме чуть воспалился, подергиваясь, но и на это было абсолютно плевать. Сейчас единственное, что ее волновало, это дыхание на затылке и прожигающие насквозь красные зрачки. При всем, Рей прекрасно понимала, почему он так отстраненно намыливает ее с серьёзным лицом.       — Знаешь… я поняла, почему ты так долго скрывал от меня свое лицо. Ты настолько привык к этому чертовому ведру, что совсем разучился скрывать эмоции. Ты как открытая книга. Все, о чем ты думаешь, что ты чувствуешь, все это написано на твоем лице. Ты сейчас ведь злишься. Я права? На себя злишься. Смотришь на мои синяки и злишься на себя. И на меня… злишься. Потому что подавляю тебя, ты срываешься и чувствуешь себя ослабленным.       — Я не могу злиться на тебя, — мрачно подал голос Кайло, смывая с плеч пену и обнажая нелицеприятные метки. — Не смогу злиться на тебя.       Она тяжело вздохнула и прижалась спиной к жаркой груди, позволяя мужским ладоням исследовать живот и грудь. В поясницу сразу уперлось затвердевшее камнем желание. О Всесоздатели. Какой ненасытный.       — А ведь придется. Злиться, сердиться, негодовать и беситься. Мы ведь должны принять друг друга. Не пытаться переделать. Тебе придется терпеть меня, со всеми моими тараканами, капризами и принципами. Я не стану твоей марионеткой, но и не собираюсь тебя делать таким. У нас будут свои мнения на что-либо, и наверняка будут разительно отличаться. Ты будешь злиться, когда наши мысли не совпадут. Будем пыхтеть друг на друга, пока…       — Я… буду пытаться договориться, — еще мрачнее буркнул Кайло, перебираясь к волосам.       — Я… рада…       Она действительно была рада это услышать.       Рей чувствовала себя полноценной, настоящим человеком, живой женщиной, все никак не могла подобрать слова, чтобы выразить ему свои мысли. Могла лишь счастливо хихикать и глупо улыбаться, слушая как чертыхается Рен, распутывая всю копну волос.       — Прости…. Я никогда ничего подобного не делал, — тихо признался принц, в очередной раз нечаянно резко дергая за пряди.       — Никогда-никогда? — хитренько прошептала Рей с закрытыми глазами.       — Я… не позволял к себе кому-либо прикасаться. Кроме моих паладинов и лишь для перевязки или чего-то подобного. Себе тоже ни к кому не позволял. И… в моей жизни было лишь две женщины. Ты и… моя мать, — последнее слово принц насильно выдавил из своего горла, словно ему было слишком больно вообще упоминать об этом.       — Я… знаю. Я… как-то расспрашивала о тебе твоих паладинов. Один нечаянно признался, что около тебя никогда не было женщин. Но… ты весьма искушен. Ну… для того, кто ни разу не касался женщины.       — Я готовился… Обучающие видео и прочее. Только вот ничего из этого не пришло в голову. Ты… Я растерял все мозги, когда ты поцеловала меня.       — Оу… мне понравилось… — хихикнула Рей. — А твоя мама… Расскажешь мне о ней? Ну… потом, когда-нибудь? Если не хочешь, то…       — Я был… плохим сыном. Не понимал, что она всего лишь хотела мне помочь. По своему, но помочь. Она потеряла мое доверие, когда я увидел, что не получу родительской поддержки. И я ведь… почти обезумел, потеряв тебя после встречи на той полянке. В любом случае, после она приняла мой выбор жизни, и тогда я смог принять ее. Она была плохой матерью поначалу, но стала мне настоящей опорой потом. Она ведь даже сомневалась в твоем существовании, думала, что я придумал тебя назло ей. потом я понял, поступил плохо, что так и не смог рассказать ей, как я был доволен ее поддержкой. Именно она вправила мне мозги, задавая вопросы. Очень хорошие и нужные вопросы.       — Какие же? — тихо спросила Рей, чувствуя, как тщательно промывает каждую прядку Кайло.       — Например, когда-то она спросила, что я намерен делать, когда найду тебя.       — И что же ты ответил?       — Я никогда не давал ей ответов.       — А… И что же ты намерен был делать, до заданного вопроса?       — Я бы забрал тебя силой, не спрашивая ничего. Не стал бы и спрашивать твоего мнения. В тот миг для меня был важен сам факт твоего присутствия рядом. И… я слишком много позволял своему чудовищу внутри. Я бы… не стал заморачиваться твоим возрастом. Я… бы взял тебя силой. До этого вопроса от матери ведь даже не задумывался о тебе как о личности. Слишком сильно я был тогда опустошен и мало что понимал.       — О! Даже так.       Его откровенная честность ошарашивала, Рей не сдержавшись, даже повернулась посмотреть на него, но принц был предельно серьёзен, глядя прямо в глаза.       — Прости, — его взгляд чуть смягчился, заполняясь легкой виной. — Но я не намерен скрывать от тебя что-либо.       — Я понимаю… А что потом? Что ты потом решил?       — Было много вопросов, но каждый раз я улетал из дома, меняя подпункты своего плана. Мать убедила меня, что я был немного… неправ. Хорошо показала, как я ошибался. Она отчетливо дала мне понять, насколько важно право выбора. Потом она спросила, что я буду делать, когда я тебя завоюю. Поначалу я хотел найти тихую планетку и поселиться с тобой там, растить наших детей… Если бы ты их захотела. А мама дала мне понять, что я не смогу просто так избавиться от последствий своего плана. Тихая планетка в любой момент могла бы стать точкой боевых действий без твердой руки.       — Ты… до сих пор готов отказаться от всего ради меня? Взять и бросить все это, если бы я захотела уединиться где-нибудь на самой дальней планете?       — Безо всяких сомнений. Если ты захочешь, мы сейчас же улетим, оборвав все концы.       Это признание показалось бы ей наигранным, надуманным, если бы не серьёзность тона и легкий поцелуй — в этот момент Рей поверила своему мужчине безоговорочно и бесповоротно.       — Твоя мама был права. Без жесткого управления…       — Мой отец все еще на троне. Он сумеет удержать власть и обеспечить нам с тобой безопасность.       — Ему одному не справиться. И я… я бы не хотела, чтобы ты просто взял и бросил все. Не потому что ты наследный принц и все такое. Просто… ну…       — Я понял, любовь моя. Коронованным принцем я нравлюсь тебе больше.       — Что?! Ты что несешь?!       Ткнутый ему в грудь кулачок Рен прижал к коже, придержав ее за талию. Если бы не широкая ухмылка и откровенно веселящиеся глаза, она бы подумала, что он снова предельно серьёзен.       Умеющий шутить Рен был ей весьма и весьма непривычен.       Впрочем, ей до сих пор было очень странно смотреть на его открытое лицо, которым она неприкрыто любовалась, впитывая каждую черточку.       Поцелуй из легкого быстро превратился в жадный, очень интимный, очень собственнический и уже через несколько секунд она был вжата в прохладную стену спиной, а ноги подхвачены под колени и закинуты ему на пояс. Колом торчащий член сразу уперся головкой прямо во вход и Рей уже приготовилась к той ошеломляющей волне страсти и наслаждения… как ее желудок снова решил подать голос. Разгоряченное тело сразу же отодвинулось от нее.       — Сначала еда, потом все, что захочешь, — прорычал ей в губы Рен, неимоверным усилием воли гася полыхающий огонь в глазах.       Помочь себе помыться он предсказуемо не дал, мягко отдирая от себя ее ладошки. Просто подхватил на руки, вынося из-под льющейся воды, усаживая на ближайшую скамейку и заматывая в полотенце. Коленки неприкрыто тряслись, а между ног полыхало, пока она наблюдала, как по-армейски быстро намыливается принц. Рей вовсю пялилась на перекатывающиеся под бледной кожей мышцы. Под ее взглядами каменный орган и не думал опадать, заставляя сидеть, сжав ноги. На выходе, не захотевший вытираться Кайло, вдруг тряхнул мокрыми волосами, окатывая ее брызгами воды, отчего Рей счастливо захохотала, снова подхваченная на руки.       — Ты так и будешь носить меня? — спросила она, обвивая крепкую шею.       — Я думал, так будет меньше поводов распускать руки. Но это что-то не работает, — прямо в губы признался принц.       Их ждала поменянная постель и заботливо накрытый столик с горой еды. Ее попытки добраться до гардероба и хоть как-то прикрыться были пресечены ехидными смешками.       — Не выпущу. Да и не нужно. Все равно разорву прямо на тебе.       От его многообещающего тона и странного, все еще тяжелого взгляда, ее губы мгновенно пересохли, растягиваясь в довольной улыбке.       Прибыв на Подавляющий, Кир первым вылетел из шаттла, едва рампа аппарели опустилась. Бегом направляясь на офицерские жилые ярусы, он лихорадочно тыкал в свой дата-линк, отгоняя мрачные мысли — сестра не отвечала ему уже третьи сутки, на все запросы приходили ответы, что она на флагмане, ага.       Но временно недоступна.       Никто ему не отвечал что, куда, почему и где она там вообще и Кир терялся в различных догадках, лихорадящих сознание самыми страшными образами. Свою близняшку он чуял как-то издалека, жива, да, но очень далеко. Отчаянно тыча ладонью в панель двери в ее покои, тут же пытался достучаться до Первого Рыцаря, что наверняка имел доступ ко всему на этом чертовом корабле. Что сестра, что дурацкий принц игнорировали его сообщения и вызовы.       Ловить с вопросами местных офицеров он почему-то не додумался.       От громких звуков Рей поморщилась, один в один повторив мимику Кайло. Тот же, не размыкая рук, почти прошипел, — За дверью твой брат. Взбешен и напуган.       Она сразу встрепенулась.       — Напуган? Что-то случилось.       Прислушиваясь к себе, Рей сразу нахмурилась. Спрашивать, почему принц упорно удерживает ее на месте, не стала. Доверилась всей своей сущностью окончательно.       — Я почему-то… его почти не чувствую. Как будто он слишком далеко. Кайло, что…       — Я… закрыл тебя. И себя тоже. Ото всех. Ну… э-э-э-э, ты громко кричала. Мысленно тоже.       Девушка в его объятиях сразу покраснела.       — Ой… Спасибо. Может, стоит открыть ему? Снесет ведь.       Первый Рыцарь коротко кивнул и уставился на дверь и та послушно отъехала в сторону.       Кир влетел в покои сразу, нечаянно пнув по пути позабытый всеми, даже дотошными дроидами, шлем. Мельком глянув на замеченную на кровати сестру, Лорд Гойя принялся рыскать глазами по полу в поисках откатившейся помехи.       — Трое суток, чтоб тебя! Ты мне не отвечаешь трое суток! — сразу разорался брат. И замолк, замирая и с подозрением уставившись на Рей, что в срочном порядке натягивала до подбородка покрывало.       Но глазастый Кир успел углядеть отметины, мимолетно проклиная свое зрение.       Его перекосило, и он дернул головой, переводя взгляд на явного виновника всего этого безобразия. Рядом с сестрой сидел какой-то громила, по-хозяйски облапив ее. Открытый для очередной обвинительной тирады рот Лорда сразу захлопнулся, едва тот уперся глазами в чужой равнодушный взгляд — горевшие красным огнем зрачки в мертвом взгляде сразу осадили, остужая пыл, и Кир заметно поежился, переводя глаза на сестру.       Через секунду рот Лорда Гойя снова открылся, но уже от изумления.       Его сестренка, вообще не заморачиваясь, ладошкой отвернула лицо едва прикрытого бугая к себе… и ткнула тому в губы ложкой. Чудовищный тяжелый взгляд на миг перестал буравить Кира, но чужак сразу снова немигающе уставился на гостя, послушно жуя предложенное.       — Ты приехал. Что-то случилось, мелкий? — пискнула Рей.       Кир же старательно отводил глаза, глядя куда угодно, лишь бы снова не напороться на неприятный взор.       — Трое суток, дорогая. Я беспокоился вообще-то. Чертов Кайло Рен вообще притворяется мебелью, никак не реагирует на мои сообщения. Никто мне не мог внятно объяснить, почему ты молчишь. Я думал, что ты из-за него снова влипла и лежишь полудохлая, — гораздо спокойнее выдал Лорд Гойя.       — Я в порядке, дорогой. Была занята.       Заливистый искренний смех сестры, обнявшей за шею бугая, успокоил брата. Пока раздумывал, чтобы еще ляпнуть ей, глазами зацепился за откатившийся шлем, одиноко лежащий неподалеку в сумраке. На автомате подняв его, он вгляделся в смутно знакомые очертания.       И захлопнул окончательно рот.       Лорд Гойя умел думать.       Делать выводы тоже.       Осторожно вернув на пол шлем, он покачал головой, словно соглашаясь сам с собой… И потопал на выход, не говоря ни слова. Уже перешагнув через порог, он рискнул снова глянуть в безразличные глаза мужика в объятиях сестры, внезапно не сдержавшись, Кир вдруг прыснул.       Через пару секунд хихиканье превратилось в откровенный гогот.       — Я увидел твое лицо, Кайло Рен. Надеюсь, мне не нужно будет спать с тобой из-за этого! — сквозь выступившие от смеха слезы, прохрипел он, тут же благоразумно унося ноги.       Рей только фыркнула вслед закрывающейся двери. От плотного обеда ее тянуло в сон, хотя она бедром чувствовала нехилый стояк, Рен не стал ее трогать, лишь держа в крепком кольце рук и изредка целуя в волосы.       Проснулась Рей одна.       Снова завернутая в кокон одеял.       Сразу, не открывая глаз, ощупала вторую половину постели — Первого Рыцаря явно унесло уже давно, слишком холодной оказалась та часть постели.       Но вздох все равно вышел очень счастливым.       Развалившись поперек, она почти мурлыча, потянулась, довольно скоро навалявшись, подскочила и понеслась в душевую, принесшую ей новую порцию воспоминаний. Сыто жмурясь, натянула одежду, но довольная улыбка чуть померкла, едва она схватилась за дата-линк. Количество пропущенных запросов, сообщений и прочей лабуды шокировало, пришлось вдумчиво разгребать эти завалы, пока в ногу не ткнулся столик, что притащил дроид. Рей снова улыбнулась — раньше дроиды таскали ей еду только после приказа, ей даже сомневаться не пришлось, заранее зная, с чьей подачи железяки вдруг стали самостоятельными.       Последствия объединения двух ударных Флотов прямым образом цепляли и ее. Кое-какие нюансы требовали личного присутствия и завтрак остался почти нетронутым, когда Рей выскочила из своих покоев, чуть не врезаясь носом в броню Аскари.       Тот явно ожидал ее, торча с каменным выражением лица.       — Что случилось?       На вопрос в лоб вместо приветствия тот весьма чинно поклонился и довольно обиженно буркнул, — Ничего.       Ей осталось только недоуменно пожать плечами.       — Ну… как знаешь. Не хочешь говорить, сама потом узнаю.       В главном зале управления было как обычно шумно. Рен в неизменном шлеме рычал что-то адмиралу Сатура, второй адмирал гневно сверкал глазами, стоя рядышком, но предусмотрительно молчал. Дождавшись, пока страсти поутихнут, встала позади принца, покашливая. Помня о резкости его движений, даже не дернулась, когда тот молниеносно обернулся, в один шаг нависая над ней.       Ей отчаянно захотелось, чтобы он прямо сейчас снял свое ведро и прилюдно поцеловал… Рассудок тут же пнул тяжелой, но правдивой мыслью, что подобное не очень-то и приемлемо. Не во дворце чай. Но ее уже саму потянуло к нему, и Рей сделала шаг, приблизившись вплотную.       — Мне нужен шаттл, любимый. Я хочу…       Ее шепот не услышал никто, кроме человека в черном. Рен не дал ей договорить. Вместо расспросов, куда, зачем и надолго ли, почему просто самостоятельно не затребовала свой кораблик, он просто погладил затянутыми в перчатку костяшками пальцев щеку, и сразу отойдя в сторону, рыкнул, — Подготовить личный шаттл Дамы Рен.       Наступившая мимолетная заминка заполнилась обычным гомоном и сбоку очередной офицер гаркнул, что-то вроде «Да, сэр», но Рей не заметила ни возникшей на долю секунды тишины, ни прочего шума. Услышала лишь стук своего забесновавшегося сердца, от волны ликования проваливаясь в вакуум. Дама Рен. Дама Рен! Эти слова принца заевшей пластинкой крутились в голове, беспроблемно вытеснив все остальное. Первый Рыцарь уже вовсю раздавал какие-то приказы, и не совсем очнувшаяся Рей потопала в ангары. Покидая шумный мостик, она почувствовала незримый канат, что соединил их. За ней уже закрылись двери, но спину все еще прожигал обволакивающий взгляд, а в разуме зашевелилось старое знакомое нечто, откровенно шепчущее что-то непонятно ласковое.       Поездка по кораблям как-то непонятно затянулась и Рей сумбурно понимала, что ее присутствие вообще тут никому не нужно. Кто-то что-то спрашивал, кто-то что-то ей рассказывал, только вот она банально летала в облаках, желая каждую секунду плюнуть на все и сорваться обратно к своему мужчине. И почему-то каждый раз, когда она уже разворачивалась, собираясь лететь обратно, ее кто-то отвлекал. Рей первые часы еще пыталась вникать, через несколько минут уже теряя смысл разговора. Все мысли занимал человек в черном, незримо выворачивая ее наизнанку.       Возвращение на флагман заняло несколько секунд в ее восприятии. Сбросив все, что нужно на общие сервера, не удержалась, и с глупой улыбочкой отправила Кайло сообщение, что она вернулась, хотя тот уже наверняка знал обо всем.       Правда, в ее покоях вместо возлюбленного ее ждал брат, развалившись в кресле. Тот вертел какой-то тюбик в руках, и как только сестра соизволила стянуть свой шлем и сняв верхнюю одежду, усесться напротив, тут же швырнул предмет ей в руки. Не стала разглядывать это, только вопросительно уставилась на близнеца, подняв бровь.       — Как дети малые… Трое суток трахаться и ничего нигде не болит, а? Не натёрли там ничего друг другу? — тяжело вздохнув, проговорил Кир.       — Ну… есть такое… чуть-чуть. Легкие неудобства, — поерзав на месте, тут же покраснела Рей. — А, ну да. У тебя опыта все побольше.       На легкое ехидство братец только потер лоб, назидательно поднимая указательный палец, — Ну… кто к кому переезжает? Сколько детишек планируете? Верховный папа уже знает? Когда я смогу официально представить вас обоих двору как пару? А можно…       — Эй, эй. Не части так, — перебила ему поток вопросов сестренка. — Мы… ничего еще не обсуждали. Все было так спонтанно.       — Ну да, зачем вам что-то обсуждать. Вам было некогда. И учти, я не пошел бить ему морду, только потому что тебя уже приказано называть Дамой Рен.       — Полегче на поворотах, мелкий! И за что ему бить морду-то?       — Я буду ныть и зудеть, пока не увижу брачного кольца или браслета.       — Угомонись, Кир, — примирительно проговорила Рей. — Хочешь, кое-что покажу?       — Я уже видел следы зубов и синяки, дорогая. Покорнейше благодарю, больше не надо. Вот за это и намерен высказать ему лично, — скривился брат.       — Хватит бухтеть, иди сюда.       Заговорщицки улыбаясь, она похлопала по своим коленкам и Кир, продолжая бурчать что-то невнятное, послушно пересел на пол и положил голову на предложенное место. Поглаживая брата по волосам, Рей открыла ему свой разум, показывая без утайки свой сон.       Тихо вошедший в ее покои Рен неслышно подошел к заснувшим близнецам с одинаковыми радостными улыбками на лицах. Кир посапывал, уложив голову на коленки сестры и обхватив руками ее икры, а Рей крепко спала, откинув голову на спинку кресла, но удерживая ладошку на затылке брата. Рен так и стоял, не смея мешать, с тягучей патокой ревности в груди рассматривая мельчайшие детали ее лица.       Словно ни разу до этого не видел ничего.       Стоял, поглощенный невыразимой нежностью, пока Кир резко не открыл глаза. Сон с того сразу слетел, едва он увидел нависшего над ними принца.       — Понял, понял, занял чужое место. Уже ухожу, — бормоча под нос, встал на ноги брат, сумев не потревожить ее. Потирая заспанное лицо, он сравнялся с застывшим на месте Реном, — Я… далек от той физической подготовки, коей обладаешь ты, Первый Рыцарь. Даже моя сестра давно сильнее меня. Но… помни, я найду способ вырвать тебе горло, если ты все испортишь, мой господин.       Кир прошипел эти слова тоном, никак не вязавшимся с его сонным видом. Тут же растерянно хлопая по карманам, нашел еще один тюбик и сунув его принцу, лишь буркнул напоследок, — С этим сам разберешься.       Рен под шлемом только хмыкнул, сразу поняв, что за тюбик ему всучили.       Заживляющий и обезболивающий гель им обоим пригодится.       Рей невольно дернулась, просыпаясь от пристального немигающего взгляда, мурашками пробегающего от самых кончиков пальцев ног до бровей. Ни секунды не сомневаясь в обладателе этого взгляда, хитро улыбнулась, в один миг пересаживаясь к нему на колени и томно потягиваясь уже в его объятиях. Сегодняшней дозы поцелуев она ведь еще не получила. Выронив на пол что-то из рук, Рен тут же облапал ее. Нежные тихие ласковые касания губ почти сразу переросли в жадные покусывания. Подхваченная на руки, как пушинка, Рей в неуловимый для нее момент уже лежала на кровати, недвусмысленно придавленная грудью и руками принца. Две пары рук изучающе раздевали друг друга, Рен больше не отводил от себя женские ладони, позволяя им порхать по всему телу, лаская где только вздумается. Ни он, ни она, так и не поняли, когда они успели раздеться. Одежда валялась вокруг, а Рей возмущенно захныкала, когда Кайло своими поцелуями спустился ниже пупка, оставив ей возможность только зарыться в густые волосы. Невесомые поцелуи и ласки вдруг остановились, Кайло почему-то ткнулся лбом ей в живот, замер, тяжело задышав и стискивая до новых синяков ее бедра. Она сразу уловила его смятение, дергая за доступные пряди черной шевелюры и огладила ступней накаченное обнаженное бедро. Миг, и ее прошил дикий взгляд. Зародившийся в мужской груди рык опрокинул ее на спину. Еще миг, и Кайло подобрался к ее губам, затягивая в головокружительный голодный поцелуй. Еще одно мгновение, и она оказалась заполнена на всю его длину, когда он одним рывком, безо всякой подготовки и долгих прелюдий погрузился, тут же снова застывая в блаженстве. Все мысли сразу вылетели из головы. Желая продолжения, она сразу обхватила своего мужчину ногами. В этот раз секс был едва ли не болезненным для обоих, двигаясь на грани боли, Рен не отпускал зрительного контакта, рвано шепча требование смотреть на него и только на него.       Позже, лениво шаря по ее лицу руками и ответно ловя губами тоненькие пальцы, вдруг выдал, заметно смущаясь и явно пересиливая себя.       — Я хочу… Я хотел бы… чтобы ты жила в моих покоях. Очень сильно хочу…       Не дожидаясь мало-мальски внятного ответа, сразу принялся покрывать ее поцелуями.       — Надеюсь, кровать у тебя побольше моей, — проваливаясь в сон под оглушающую нежность, пробормотала Рей.       Пробуждение было не просто великолепным.       Крышесносным до ужаса и мягких коленок, что были недвусмысленно разведены и удерживались цепкими пальцами. Дождавшись протяжного стона и вцепившихся в волосы пальцев, принц продолжил рисовать узоры языком по уже намокшим складочкам и клитору, уничтожая свои же следы пребывания ночью. Неумелые посасывания и робкие вылизывания быстро бросили ее за край, едва отдышавшись, Рей было потянулась к нему, но тот уже почему-то одевался, гневно сверкая глазами и странно кривя губы.       — А… а как же ты?       — Злее буду, — коротко буркнули в ответ. Рен надолго замер, жадно шаря по ее телу, но Рей только кротко улыбалась, намеренно изгибаясь всеми частями тела.       — Остановись… Я не железный, — хищно раздувая ноздри, прохрипел Кайло. — Меня… меня не будет больше суток. Развлекайся осторожно, моя принцесса.       Дергаными движениями принц вылетел из комнаты, сверкнув напоследок двумя провалами в бездну. Спать уже не хотелось, и она решила воспользоваться подарком братца. На удивление, каждая смазанная царапина и укус моментально перестали зудеть, недолго думая, нанесла большую каплю на палец и осторожно ввела в себя прямо слегка тянущее нутро. Жжение между ног сразу прекратилось, целебный гель впитывался в кожу на глазах, оставляя облегчение.       Обмазалась везде, где только дотянулась.       Гораздо позднее, шагая в сторону Реновских покоев, шла и думала, догадался ли принц оставить ей доступ к ним.       Оказывается, оставил.       И не только к двери, но и к консолям управления, мерцающим в уютном мраке. К ним она полезла из банального любопытства. Уложив свои мечи на подставку рядом столиком с запасными рукоятками мечей принца, сразу отдала приказ дроидам перетащить часть вещей. От скуки полазив по разным базам данных, поняла, что в принципе у нее в дата-линке все то же самое, и уже собралась заняться своими делами, почти встала с намерением прощупать чужую кровать, и в удобстве, лежа, заняться не прекращающими прибывать сообщениями и донесениями, как ее внимание привлек мигающий незнакомой иконкой значок в самом углу одного из мониторов. Не то чтобы она хотела разыскать какие-то скелеты, но любопытство снова пересилило — сразу ткнула пальцем в монитор, открывая оповещение, гласившее о новых записях. Еще одно движение пальцем, и ей открылся целый список по датам. Ткнув на первый же ролик, ошарашенно углядела… себя же. Радостно скачущую по комнате и усаживающуюся в кресло напротив брата. При виде себя вылезшие гнев и раздражение потухли мгновенно. Прекрасно ведь помнила, что Аскари писал все разговоры, камерам она тоже давно не удивлялась.       Но хотя бы теперь знала, почему и зачем.       Именно это знание наполнило душу очищающим восторгом и всепрощающей нежностью. Стало даже любопытно, как часто Рен ласкал себя, гладя на нее, ведь камеры были даже в ванной. Все следящее оборудование включалось, едва в помещение заходил кто-то живой. Змеиная многообещающая улыбочка сидела у нее на губах, пока она мельком просматривала записи.       Месть за столь наглое вторжение обещала быть ужасной.       Смысла смотреть все это было не очень много. Хотя она с удовольствием просмотрела кадры момента, когда ее принц снял шлем. И еще раз десять. Было очень странно разглядывать себя, извивающуюся под Кайло, до темноты в глазах очень странно. Но ей очень нравилось, как выглядел в эти моменты принц.       За полторы суток она успела переделать кучу дел, три раза схлестнуться с Аскари на мечах и столько же раз наорать на него от беспокойства. За эти полторы суток она успела несколько раз самостоятельно довести себя до истерики.       И все от того же беспокойства.       Кайло Рен не подавал признаков жизни, не присылая вообще никаких сообщений. С трудом вспоминая, что раньше ее это даже не беспокоило, теперь же готова была на стену лезть.       Первыми вернулись паладины, сходу без обиняков сообщив, что босс жив-здоров и вот-вот нарисуется. Слегка успокоившись, она позволила поглотить себя проблемам с кораблями. С головой увлекшись чем-то, она упустила момент возвращения Первого рыцаря, очнувшись только через пару часов. Я вернулся, моя принцесса. Эти слова в пришедшем сообщении горели огнем перед глазами, пока она нетерпеливо постукивала ногой по ножке кресла, сверля глазами спины пилотов. По привычке зарулив в сторону своих покоев, не сразу поняла, что как бы идет не туда и развернулась, на ходу смакуя фразу «наша спальня».       Смертельно уставший Рен банально спал, распластавшись по всей кровати, занимая почти всю площадь своим могучим телом и раскинув длинные конечности. Казалось, он занимал собой всю необъятную кровать. Оглядевшись, бросила взгляд на стойку с мечами.       Та была сдвинута намного ближе к столику с подставками для его мечей.       Можно сказать — вплотную.       Это хорошо, Первый Рыцарь понял, что его дама успела переехать к нему. Ежесекундно оглядываясь на спящего Кайло, Рей скользнула в душевую, смыть с себя пыль и пот. Он не проснулся, даже когда она скользнула к нему, потихоньку стягивая с него одеяло, успела аккуратненько улечься рядышком и провести ногтями по четко выраженной рельефной груди.       Только продолжить уже ничего успевала.       Резко взметнувшаяся рука Рена ухватила ее за горло, стискивая — не до конца проснувшийся принц сдавил ее гортань, прижимая спиной к постели. Хрипя от недостатка воздуха, она тысячу раз успела пожалеть о своей поспешности. Совсем позабыла, что тот наверняка никогда не видел в своих покоях посторонних. Тем более в своей постели. В этот раз она извивалась не в страсти и наслаждении, но в панике и бессильных попытках высвободиться. Царапающие его руку пальцы, как ни странно, быстро привели в чувство Рена — не успела перепугаться очень сильно, но горло саднило невероятно, когда до принца дошло, кого он только что пытался удавить. Стальные пальцы с горла исчезли, сам же Кайло шокировано вытаращился на нее, не зная что предпринять.       Его лицо стало еще больше растерянным, когда она бросилась ему на шею, шепча извинения. Он явно ждал как минимум проклятий с ее стороны, но быстро отмер, принявшись покрывать любимое лицо поцелуями. Его дама слезно просила простить ее за эту глупую выходку, что Рен даже удивленно отстранился, виновато выглядывая гнев или что похуже. Но Рей снова повисла на нем, ругая себя, — Прости, прости. Я забылась. Прости. Не знаю о чем я думала. Хотела сделать сюрприз тому, кто не привык видеть у себя посторонних.       — Милая, я… я думал… думал, что ко мне забрался очередной наемник. Я… не знаю, что и делать. Как мне выпросить твое прощение, моя принцесса? Я сделаю что угодно, лишь бы ты простила меня!       Окончательно успокаиваясь, они оба повалились на кровать, не переставая целовать друг друга. Рен трепетно гладил ее по плечам и спине, Рей же, как можно незаметнее утирая слезы и стараясь не хрипеть, млела в его объятиях.       — А помнишь, я тебе как-то сказала, что знаю от твоих паладинов, что никого рядом с тобой не видели? Меня это… очень сильно поразило тогда. Но почти не удивилась. Ты ведь был таким недосягаемым. И ты бы только знал, как я расстроилась. Я хорошо тогда поняла, что взять неприступную крепость в виде тебя мне не светит. Не такой как я, изуродованной серой мыши из семьи отступников. Я считала, что ты никогда и не подумаешь обо мне как о женщине, не посмотришь в мою сторону.       Рен задержал дыхание у нее на губах, тесно прижимая к груди.       — Ты…. прекрасна. Уникальна. Самая красивая. Самая… самая сладкая. Ты самое лучшее, что я познал в этой жизни. Ты принадлежишь мне, и только мне. Как и я тебе. Я сделал тебя своей в ту же секунду, как впервые увидел. И во всей вселенной нет женщины, нет ни одной, за которую бы сражались дольше или отчаяннее, чем я сражался за тебя с самим собой и со всем этим миром. Лишь когда я понял, что вот она ты, только протяни руку, и я смогу коснуться твоей кожи, я… растерялся, испугался. Точно так же, как был потерян в тот миг, когда твоя мать уносила тебя от меня на руках. Все это время, пока ты находилась рядом со мной так близко, ты была так недоступна, ты была так далеко, что меня распирало от невысказанных слов. Каждую ночь от переполняющих меня чувств я слабел настолько, что разрывал свое сердце на куски, сшивая его каждое утро. Ведь утром у меня мог быть еще один новый шанс открыться тебе.       Рей только и могла, что окаменеть с приоткрытым ртом и слушать столь интимную исповедь. И распадаться на мелкие кусочки, тут же возрождаясь из пепла с переполненной любовью душой. Каждое слово вытряхивало из нее силы, но моментально наполняло новой, невиданной ею доселе силой.       — Как же…. Как же долго ты ждал. Нашел… и молчал.       Кайло потерся носом о ее щеку, выдавливая из себя новые слова.       — Я думал, я смогу. Смогу ждать, сколько потребуется. Думал, смогу, в случае чего принять твой выбор… если ты выберешь не меня. Но потом я понял, то не отдам тебя никому. Ты принадлежишь только мне.       — Даже думать не хочу, чтобы ты сделал, выбери я кого-то другого, — наигранно ворчливо проговорила Рей, вжимаясь в раскаленное тело еще сильнее.       — Убил, — коротко и емко выдал Кайло, меняя выражение лица расслабленного благодушия на жесткую безразличную маску, словно его дама уже сбежала в чужие объятия, но тут же сметая остатки ее воли властным поцелуем.       — Но тогда бы я возненавидела тебя, Кайло! Моя ненависть тем более не дала бы тебе приблизиться хоть на шаг, — прошептала Рей, собирая в кучу крохи самообладания.       — Знание того, что тебя обнимает и целует кто-то другой, свела бы меня с ума. Я бы… я бы разрушал все, до чего бы мог дотянуться. Люди, планеты. Я бы, не думая ни секунды, гасил звезды. И могла бы остановить меня только ты.       — Так вот о чем все время говорил мне Император. Что только я держу в своих руках судьбу Империи.       Рей почти хихикнула, но сразу посерьезнев, застыла ледяной кучкой.       Хотевший сказать что-то еще Рен тоже замолк, подозрительно вглядываясь в скукоженное личико, с накрепко зажмуренными глазами, точно готовое вот-вот разреветься. Он без слов позволил ей выпутаться из кокона рук, продолжая недоумевать. Залезать ей в голову ужас как не хотелось и принц попросту ждал, искренне надеясь, что его дама сама ему все объяснит. Неуверенно отодвинувшаяся Рей уселась на самый край кровати, обнимая себя за коленки, ее трясло такой крупной дрожью, что Рыцарь нахмурился.       — Мне нечего скрывать от тебя, любимая. Я лишь сказал, что думаю, — начал было оправдываться Рен, думая, что ей крайне не понравилось сказанное. С трудом открытые глаза окатили его полубезумной волной неописуемой нежности, что он сразу замолк, не договорив.       — Я… на секунду вдруг подумала… что все это ненастоящее. Ведь так не бывает, Кайло. Ничего нет. Тебя нет. А есть только я и мой брат, лежащие в пыли там, дома. Истекающие кровью от смертельных ран. И все это лишь плод воображения моего галлюцинирующего мозга, что из последних сил строит мне напоследок иллюзию настоящего счастья. Но потом…. Потом я поняла, что… Даже если ты ненастоящий, даже если ты плод моих фантазий… Значит, я буду купаться в твоей любви оставшиеся мне секунды. И постараюсь подарить тебе столько же.       Рей ободряюще улыбнулась своему принцу.       Но вместо ожидаемой поддержки и нежности его лицо внезапно перекосила жуткая гримаса. Снова резкий рывок рукой, и она опять оказалась перехвачена стальными пальцами за горло. В этот раз он не давил, лишь держал жестким угрожающим захватом, отрывая ее зад от кровати. Следующим рывком он приблизил свое лицо к ее недоумевающему.       Страха не было, Рей прекрасно осознавала, что как бы себя не вел принц, ей он ничего не сделает.       — Я.не.плод.фантазий.твоего.умирающего.мозга! — отчетливо прошипел Рен, почти утыкаясь своим носом в ее.       Она же сразу затрепетала, но не от ужаса или чего-то подобного. Накрывшая волна похоти заволновала сердце, перекатываясь по всему телу до самых пяток. И принц будто только сейчас заметил, что его дама абсолютно обнажена — всю нерешительность сдуло под напором обжигающего, лишающего воли, глубочайшего поцелуя. Рен словно пытался проглотить ее губы, подушечкой большого пальца поглаживая посиневшую еще от прошлого захвата кожу удерживаемого горла. Словно доказывая реальность, ей в живот ткнулось твердокаменное доказательство. Мягко поглаживая пальцы на своей шее, Рей с трудом собрала всю доступную концентрацию, сумев отвлечься от плавящего разум жара мужского тела и вспомнив о задуманной мести. Легкий намек отдираемых пальцев, и ладонь сразу исчезла с горла. Она закусила губу, сдерживая себя и подыскивая удобный момент для перехвата инициативы. Такой миг ей представился сразу — удачно для нее легший на бок Рен оказался на спине, прижатый к постели. Без особых усилий оказавшись сверху, она сразу уселась на его живот, задом ощутив напрягшийся орган, что теперь недвусмысленно упирался головкой ей прямо во второй вход. Рей как можно мягче оттолкнула от себя протянутые лапищи, тут же задабривая облизанным прикушенным соском.       — Не трогай меня, любимый… Потерпи, — хитро прошептала она, потихоньку ерзая задницей.       Рен послушно сграбастал обеими ладонями простыню, судорожно дыша и закатывая все больше глаза от ее малейшего движения тазом. Он выглядел так, что Рей невольно подумала о нестерпимых пытках, которые едва терпит ее возлюбленный. Стиснутые до скрипа зубы, до судорог напряженное натянутой струной рельефное тело воина откликалось подрагиваниями и затаившимся дыханием на каждую ласку губами и языком, сжатые до белых костяшек кулаки уже рвали тонкую ткань простыни. Но принц честно выполнял указание не трогать ее вообще. Упиравшийся сзади член от мелких поступательных движений тазом неуловимо и неумолимо расслаблял тугое двойное колечко мышц, смазывая выступающими на кончике капельками. Вскоре вздувшаяся головка скользила в ней, проникая на сантиметры внутрь и едва ощутимыми толчками продолжая растягивать этот вход. Распаленная собственным вожделением, давно переставшая ухмыляться Рей двинула тазом чуть увереннее, насаживаясь совсем чуть глубже, но этого хватило, чтобы принц бешено засверкал глазами, с гортанным рыком облизывая чувственные губы. Но снова запрокинул голову, закрывая глаза, когда она сразу снялась с кончика члена задом, но насадилась как положено природой на всю длину. Пока Рен из последних сил и остатков терпения стискивал простыню, неистово пульсируя внутри, любовь всей его сознательной жизни впилась ногтями в его грудь, склонив голову набок и откровенно наслаждаясь ощущениями, замирая в неподвижности.       Первое же покачивание вверх вниз было перехвачено новым захватом горла.       Терпение Первого Рыцаря явно закончилось.       Тот принял сидячее положение, обхватив свободной рукой ягодицу наездницы, кривя губами на ставшем страшной маской лице. Длинные пальцы принца без труда доставали до похабно растянутого заднего отверстия, куда не замедлил залезть, беспардонно просунув фалангу одного пальца.       — Когда–нибудь… я попробую тебя и там. Как только ты сама захочешь, — прохрипел Рен. На втором движении вверх и вниз он отпустил ее горло, тут же просовывая большой палец другой руки в пересохший рот Рей. — И сюда тоже. Я буду брать тебя так глубоко, насколько сможешь принять. Так долго, насколько хватит твоих сил.       Последующие толчки Кайло контролировал уже сам, медленно приподнимая ее максимально высоко, почти выскальзывая из нее, но также мягко насаживая на себя.       Пальцев он не вынимал.       Но Рей смогла убрать от себя руки после нескольких чувственных толчков, что едва не сорвали ей крышу. Толчок в грудь заставил его откинуться на локти и теперь она двигалась сама, продолжая подниматься очень высоко и погружая в себя его тело максимально глубоко, при этом касалась себя, поглаживая соски и сминая груди, поглядывая полуприкрытыми глазами на его реакцию.       — Значит… ты знаешь обо мне все? Слышал все, что я когда-либо говорила. Видел все, что я делала. Ты следил за мной…       Собственническая жестокая ухмылка проявилась, убеждая ее в правоте, но моментально стертая очередным движением бедер. Его выражение лица хорошо показало, что тот ни капельки не сожалеет о содеянном.       — Значит, следил… Смотрел… А потом… ласкал себя?       Ошалевший взгляд с коротким рваным кивком снова подтвердил все сказанное. Все это удовлетворило ее и все это убедило начать двигаться чуть резче, быстрее, отчего мужчина под ней, не выдержав, снова принял сидячее положение, в этот раз цепляясь обеими руками за растрепанные волосы и оттягивая ей голову назад, тут же вгрызаясь в оголенную шею зубами. Двигался сам, не давая ей и дернуться. Внутренние мышцы завибрировали, сжимая его так сильно, вмиг срывая окончательно силу воли и выкидывая прочь ставшие ненужными цепи, неуловимый миг, и вот уже Кайло вбивался в свою женщину, не разрешая передохнуть ни единой секунды. Размеренный удобный темп превратился в рваный, два дыхания перестали смешиваться в сладострастных поцелуях, мужские пальцы просто намотали ее волосы на кулак, прижимая раскрасневшееся лицо к его вспотевшей шее, но и до новых жутких синяков впивались в тоненькую талию, грозя переломить позвоночник.       Высвободившийся монстр больше не гладил ее тело, лишь держал в неподвижности, гонясь за собственным наслаждением. Чудовище только довольно урчало, ловя новые признаки удовольствия пойманной в сети безвольной жертвы. Рей едва кончила в очередной раз, вжатая всем телом в любовника, как тот одним движением скинул ее с себя, банально отбрасывая в сторону. Хватающая воздух от только что полученной разрядки, она вытаращилась на вставшего на четвереньки Кайло, что упираясь кулаками в кровать и опустив голову, почему-то изливался на разорванную простыню. Она не стала его трогать и что-либо спрашивать, надеясь, что тот потом сам расскажет, почему он так захотел сделать. Целый табун колких мурашек пробежался по телу, повторяя путь совершенно безумного исступленного взгляда принца, резко поднявшего голову и окинувшего ее чудовищными глазами с нескрываемым звериным оскалом. Этот взор словно вылизал ее от ступней до макушки, почти физически цапнув по пути за соски и на грани реальности вталкивая в приоткрытый в немом вопросе рот горяченный язык. Рей чувствовала себя загнанной в угол жертвой перед ленивым хищником, что собирался поиграть с беззащитным существом перед съедением, пока и ее не осенило, что добыча-то тоже может потрепыхаться.       Она тоже вступила в эту непонятную игру.       И только попятилась назад в попытке сползти с кровати, как принц одним неуловимым движением выбросил руку, захватывая в капкан коленку. Еще одним рывком Рен дернул на себя добычу, накрывая ртом открывшееся доступное лоно и утробно урча. Обжигающий раскаленным металлом язык свободно гулял по всей промежности, без труда вырывая несдержанные стоны, пока Рей, улучив момент, ловко не вывернулась из-под райской пытки, слетая прочь с кровати. Прыгнувший следом монстр удивительно осторожно и мягко повалил ее на холодный пол, придерживая на весу и не давая удариться хоть какой-либо частью тела, тут же подминая под себя и сразу врываясь собой между пригласительно раздвинутых ног. Ему хватило нескольких грубых движений бедер, чтобы снова кончить, в этот раз оставаясь в ней.       Она не стала дожидаться, пока уляжется бурное дыхание и успокоится тело, наполнившее ее до краев. Снова поймав удачный момент, она вновь извернулась и выскользнула из-под потного огромного тела так резво, что несколько капель все еще извергающегося семени выстрелило на пол. Стелясь по полу как змея, красиво изгибаясь, Рей отползла задом чуть подальше от медленно поднимающегося мужчины. Уже смешливый взгляд удовлетворенного зверя приласкал каждый кусочек обнаженного тела, неотрывно следя. Новый хищный оскал сел на перечеркнутое кривым шрамом лицо, заметившее белесые капельки и полоску влажной дорожки от вытекающей из нее спермы.       — Тебе не сбежать от меня.       Низкий голос хрипло пророкотал по всему позвоночнику, отдаваясь громом в голову. Короткий ответ мгновенно загустил воздух, сбивая дыхание ей и вытаскивая на свет злобный рык у него.       — Посмотрим.       — Я годами искал тебя. И найду снова, если потребуется.       Сидевший на коленях Рен плавно сдвинулся в ее сторону, одним своим видом вырывая невольный ответ.       — Я знаю, — едва она прошептала это, молнией метнувшийся к ней Кайло через долю секунды уже нависал незыблемой горой, но не касаясь ни единым сантиметром распластанного на спине тела. Окинув пожирающими глазами сведенные коленки, он чуть отстранился, зацепившись за хитринку в любимых глазах. Неприкрытый вызов в голосе заставил его бросить еще один заинтересованный взгляд на торчащую грудь с призывно окаменевшими сосками.       — Но я не собираюсь убегать и прятаться, мой Рыцарь. Боюсь, тебе скоро самому придется искать себе тихое убежище, чтобы скрыться от меня.       — Моя зубастая овечка, — сверкнув двумя красными провалами в ад, прорычал Рен, мягко подхватывая ее на руки и неторопливо поднимаясь с пола. Рей в его объятиях словно весила не больше подушки.       Только охнула удивленно, ощутив спиной вместо мятых простыней прохладу стенных световых панелей, а принц сразу прогнал с лица безжалостную усмешку, восторженно выдыхая и плавно недвусмысленно разводя упиравшиеся ему в грудь острые коленки в стороны.       — Посмотрим, — эхом отозвался Рен ей в губы, без усилий удерживая свою богиню на весу. Прекрасно зная о возможностях тела своей женщины, он прижал ее коленки к стене, максимально широко раскрывая для себя содрогающуюся в ожидании плоть.       — Посмотрим, — едва слышно повторил принц, невесомо касаясь приоткрытых в счастливой улыбке губ нежнейшим поцелуем и бережно толкаясь внутрь, словно в первый для обоих раз. Рей незамедлительно вцепилась ногтями в плечи, прижимавшие ее к стене, выстанывая его имя.       — Кайло! Еще! Ну же!       Вместо вожделенного полного проникновения мучитель вошел в нее лишь самым кончиком члена… и остановился. Крепко удерживая под коленками извивающееся и стонущее тельце, Рен невольно выпустил наружу новый недобрый оскал, донельзя уродливо исказивший лицо. Рей дергала его за волосы и пыталась кусаться за доступные места, пытаясь двигать тазом для большего, но слишком уж твердо тот удерживал ее руками и плечом, стоически снося острые зубы.       Но все-таки он двигался.       Пусть очень медленно, совсем неглубоко, проникая едва-едва. Первый рыцарь с нескрываемым наслаждением созерцал трепыхавшуюся под ним богиню, беспомощно кусавшую с требованием не сдерживаться. Еще немного глумливо неспешных фрикций и он проник еще чуточку больше, новыми слишком осторожными толчками забирая остатки дыхания. В итоге Рей только обессилено обмякла, безостановочно постанывая, спрятав на стальном плече лицо. Каждый звук был божественной музыкой для посерьезневшего принца. Погружаясь уже наполовину, Кайло без затруднений уловил начало ее оргазма и проведя ее через край, он остановился, оставаясь внутри, бесконечно счастливый от каждой судороги, прибегавшей по тонкому телу в его руках. Рей окончательно обмякла, перестав даже цепляться за него.       — Ты безумно невероятный. Невообразимо бесподобный. Немыслимо жестокий. Мой любимый.       Ласковый глухой шепот пошатнул его волю, как пыль, встряхнул как полотно ткани, а не несокрушимую твердь. Только один голос на свете мог двумя словами сделать это за две секунды.       — Моя любимая. Моя несравненная. Только моя, — благоговейным тоном отозвался Кайло, успевая заметить хитрый огонек в двух нестерпимо белых прожекторах, бьющих насквозь глазах.       — Вкусно, но слишком медленно, — тягуче растягивая слова, выдала Рей, снова пряча улыбающееся лицо, но мстительно сжимая его мышцами внутри так, что Рыцарь… вздрогнул.       — Слишком сладко, — парировал он, сжав челюсти, немедля нагло и дерзко втискиваясь полностью. Не ожидавшая такого вторжения Рей своим несдержанным криком окончательно сорвала с цепей с трудом удерживаемого монстра. Через миг он таранил ее собой так жестко и быстро, что у нее даже успела промелькнуть мысль, что еще чуть-чуть, и Рен перейдет грань, превратив наслаждение в боль. Но ей уже было слишком хорошо, чтобы действительно беспокоиться о том, что слившийся с принцем внутренний монстр ее, по сути, почти насилует. В этот раз они кончили почти одновременно.       И он снова нес на руках в душ, в этот раз позволяя ей довольно вяло помочь вымыться и сам почти так же лениво покрывая ее тело пеной.       Отключились сразу, едва упали на поменянную шустрыми дроидам постель. Заснули благодатным сном, переплетясь руками и ногами.       — Весь мир в моих руках, — сказали ей тихонечко утром, глядя невыразимо нежно.       — Ты уверен? А это как?       — А вот так, — сказал он, обхватывая ее лицо ладонями.       Это было… сокрушительно.       И Рей внезапно для себя попросту расплакалась, отчетливо понимая одно очень важное.       Ей стало все равно, что он совершал и будет совершать плохие, отвратительные для всего мира поступки. Она все равно видела в нем только хорошее. Видела только то, что ей сейчас очень было нужно. С момента их единения она больше не чувствовала себя ненужной и одинокой. Этого хватало с лихвой.       Рен лишь растерянно вытирал подушечками пальцев капельки слез, пробуя мокрые щеки губами. Слезы выжали ее, и она снова уснула в горячих руках.       Судя по возмущению желудка, спала она очень долго.       Даже не обеспокоившись тем, что снова проснулась одна, Рей с улыбкой удовлетворения разглядывала новые синяки. Неторопливо обмазавшись целебным гелем, и наскоро перекусив, выскочила из покоев Рена. Игнорируя кучу запросов от техников и прочих начальников, на ходу прочитала гневное сообщение от брата, стыдливо ежась. Она совсем про него забыла, полностью отдав свое внимание принцу.       Оказывается, Кир уже как два дня назад укатил в Святилище и теперь с ехидцей бесновался, что она снова молчит, едко намекая, где можно разжиться лекарством для поврежденного тела.       Возлюбленный нашелся по отметке в одном из тренировочных залов. При ее появлении никто и головы не повернул, и ей удалось проскользнуть незамеченной, правда, далеко от двери она не ушла, замерев в восхищении. Бой явно шел не первую минуту, и Рен уверенно теснил нападавших двух паладинов хищными выпадами. Сосредоточенное открытое лицо окрашивалось бликами от силового оружия на каждом красивом и смертоносном замахе, взмокшая футболка четко очерчивала перекатывающиеся мышцы, и Рей зависла, глядя на задницу принца, что аж мысленно завизжала. Мое! Мое! Очнулась от тумана восторга, лишь когда Кайло жестом остановил бой. Никто из паладинов не проронил ни звука, наблюдая, как их предводитель, отточенным движением убрал на пояс рукоять меча, и неторопливо подойдя к сверкающей обожанием даме, вообще не стесняясь посторонних глаз… встал перед ней на колени, уткнувшись лицом ей в живот и раболепно касаясь женских колен, как святыни.       — Твое! Навсегда! — вдруг раздалось у нее прямо в голове. Поднявшийся на ноги через несколько секунд, Рен впился поцелуем, собственнически притягивая ее к себе за талию. Чуть задохнувшаяся Рей с трудом перевела сбитое дыхание.       — Ты… ты услышал? Я ведь не говорила этого вслух.       — Мы все услышали, любимая, — хмыкнул в щеку Кайло. — Точнее, я услышал, им транслировал.       Увлеченная разглядыванием мужского лица, Рей краем глаза заметила, как стоявшие истуканами паладины одновременно рухнули на колени. Момент наверняка был очень торжественным для них, но ее очень сильно отвлекали плавящие тело мужские руки, прижимавшие к груди.       — Ты слышишь мои мысли? — тихонечко спросила она, невесомыми касаниями целуя дорожку по грубому шраму на его щеке. Вместо ответа тот только сжал на тонкой талии пальцы, почти соприкасаясь фалангами, и резко отстранившись от ее лица, повернул голову в сторону коленопреклоненных.       Те моментально испарились.       — Отголоски твоих мыслей и чувств я ловил с самого начала. Еще до того, как ты вышла мне навстречу с мечом наперевес, — шептал в ухо Рен, все сильнее вжимая в себя начавшее дрожать тело. — До того, как ты открыла свое лицо, я уже был разбит на миллион кусочков от твоих эмоций. Каждая искра твоих обид и страхов клещами вырывали из моего сознания все мысли, порождая ответную боль. Потом я просто жадно копил их все. Всю твою радость, изумление. Твоя робость и стеснение давили на меня, выгрызая душу. Теперь же я…. очень ясно слышу тебя, теперь твои чувства стали моими. Если когда-нибудь ты захочешь… я покажу тебе, в какой восторг меня это приводит.       — Сейчас! Покажи мне сейчас!       Ухмылка, призванная быть ласковой и нежной, прочно закрепилась на его лице и Кайло с затуманенным взглядом деликатно влез в ее разум, одновременно открывая свой.       И Рей шокировано замерла, невидящими глазами глядя на него, обнажив белые зубы. Водоворот нечетко разделяемых эмоций закружил сознание, грозя раздавить чудовищно тяжелым пластом накопленного. Кайло показывал, не скрывая ничего, отдал все, что у него творилось в голове. Две почти одинаковые волны нежной страсти смешивались друг с другом, пронизанные рекой дикой похоти, широченные полосы его гнева и ярости внахлест окружили капканом, зарывшись в ее темные пятна одиночества и пережитой боли. Страхи, недоверие, тоска и даже тщательно задавленное непонимание смешалось с его горечью впустую потерянных лет, а сумасшедшая одержимость ею подавляла. Все это неудержимо обволакивало разум, и Рей уже не понимала, где чьи чувства. Открытый настежь разум принца дал сполна прочувствовать все его мысли, ловко переплетаясь с ее сознанием. Кайло показался ей неким ущемленным существом, получившим полноценность и целостность. И она почти наяву ментальными руками коснулась шипастого монстра, заметавшегося внутри бронированного кокона громыхающих цепей, сразу уловившего ее присутствие. Беснующееся чудовище разом утихло, щенячье ластясь колючей башкой к ладоням, но недвусмысленно обвиваясь вокруг ее эфемерного силуэта. Переданный ей невообразимо огромный ком ярчайшей искренней любви навалился на нее, что Рей невольно вдруг устыдилась того небольшого комочка, что было ее ответным чувством. Недовольно надувшись на себя же, она не удержала откровенной зависти, губкой впитывая взращиваемое годами.       — Этого более чем достаточно для меня, моя принцесса. Это ведь только-только зародившееся. Моей любви хватит на нас обоих.       Наружу внезапно вылез новый стыд.       Рей испугалась… что не сумеет оправдать его надежд. Испугалась, что в какой-то момент разочарует его, окажется не такой, какой он ее ждал. Тогда ведь она перестанет быть нужной. Но завывший в ярости монстр еще туже обвился, хлестнув по ментальной заднице хвостом, и ее тут же отпустило, позволяя сполна насладиться ураганом смешавшихся чувств.       Купание в его любви прервалось очень резко.       Рена отвлек мерзкий писк коммуникатора. При звуке вызова Рей тихо чертыхнулась, мысленно умоляя возлюбленного открыться еще раз. Выныривая из облаков снова мягко обернувшихся вокруг нее эмоций, не удержавшись, фыркнула, углядев, с какой ненавистью ее рыцарь посмотрел на ни в чем неповинный аппарат. Повинуясь взмаху руки, несчастный дата-линк полетел к ним, приземляясь почему-то в руки Рей. Негодующий Кайло хмуро оторвал от ее талии лапищи и пошел собирать сброшенную на скамейки одежду. Немного шокированная проявлением такого доверия, она не глядя ткнула пальцем в дисплей трезвонившего сверхсрочным сообщением, неотрывно таращась на спину принца.       — А… а вдруг там что-то секретное? А ты вот так отдал мне его… А… ну да. Прости, — тут же поежилась от странного взгляда, брошенного на нее Реном, стушевавшись. — Я просто… не хочу влезать в дела, которые меня могут… э-э-э… не касаться. Не хотелось бы, чтобы мы начали спорить и ссориться, цепляясь за что-то, что меня может…. не устроить. Ну… а-а-а! — взвыла Рей, тряся и чуть не роняя коммуникатор.       Скользнувший к ней вплотную Кайло мягко перехватил аппарат, тут же даря бережный поцелуй в щеку, — Я понял, моя принцесса. Ты не лезешь в мои дела, я не лезу в твои. Нет камней преткновения, нет последствий.       Рей облегченно выдохнула. Возлюбленный удачно понял то, что она никак не могла сформулировать.       — Ну… да. Примерно так.       Клюнув возлюбленную в лоб, Рен уставился на экран, тут же скептически поджимая губы.       — Верховный Лидер желает нас видеть. Лично.       — Ну, или мы где-то накуролесили или… будем принимать поздравления, — пожала плечами Рей.       Рен спрятал широченный оскал под шлемом.       Выйдя следом, она тут же заозиралась, раздумывая, куда отправиться и чем заняться. Ей показалось, что возлюбленный развернется и утопает по делам… Но только сделала шаг в сторону, как мужская лапища в перчатке уверенно сцапала ее пальцы.       Это выглядело откровенно странно.       Ужасное и беспощадное пугало всея Вселенной недвусмысленно переплелось своими пальцами с ее лапкой. Рыцарь молча таращился, явно улавливая ее мысли.       — Оу… прости… Просто ты… ну… Кровавый Палач и все такое. И держишь за руку, как подросток, — преодолевая нервозность, выпалила Рей. — Это может навредить твоей репутации…       Выдавая все это, Рей прижалась щекой к его плечу, всем видом стараясь показать, насколько ей понравилось это мелкое проявление любви. Мелкое, но очень важное.       — Плевать, — выплюнул Кайло, дергая ее за собой. — Моя!       Шлема на ней не было, и все встречные обитатели корабля отлично видели ее сияющее от счастья лицо. Умильные улыбки офицеров и техников сразу прятались, едва видели, кто именно тащит ее за руку. По пути Рен явно успел сообщить об отъезде. Подскочивший по пути офицер отчитался, — Ваш личный шаттл готов, сэр. Подготовить личный корабль Дамы Рен?       — Нет, мы летим на одном, — рыкнул Кайло, с нажимом делая акцент на слове мы.       Шаттл едва успел стартовать, а принц уже потянул ее в личную каюту. Вцепившаяся в шею Рыцаря, Рей мельком подумала о весьма мрачном виде Аскари, неотрывно следившем за ними, но под жаркими поцелуями сразу забыла о чем-либо. Зубодробительный секс выбил все силы, и она благополучно проспала весь полет. Мягкие губы разбудили ее уже на подлете к Святилищу, а на выходе из шаттла сунутый в руки шлем был сопровожден тихой фразой, — Будь построже.       Выяснить к чему ей нужно быть строже уже не успела. Надетые одновременно шлемы уже освещала полоска света от открывающейся рампы. Чуть ли не бегом преодолевая расстояние от посадочной площадки до транспортного глайдера, Рей откровенно ухмылялась.       Она сразу поняла, о чем ее просил принц.       В край обнаглевшая аристократия, ничем не смущаясь, пыталась пролезть через ограждения и шеренги штурмовиков, некрасиво пихая друг друга и явно ссорясь. Не слушая выкрикиваемые ранги и непонятные просьбы, она лишь еще больше кривилась, украдкой вылавливая недоумение при взглядах на их с Кайло сцепленные руки. Недолгий полет, и у первых ступеней обители Императора их встречал Кир с каменно-дебильным выражением лица. Брат лишь бросил холодное приветствие, тут же разворачиваясь и уходя прочь, не глядя на прибывших, словно и не сомневался, что те последуют за ним. Рей сразу поразилась ледяному поведению близнеца, тут же натыкаясь на ментальную зыбкую стену.       — Выпусти, — прошептала Рей, чуть сжимая мужские пальцы. Принц ее услышал, сразу покорно разжимая руку, но она только еще крепче вцепилась. — Он меня не слышит.       Рен понятливо кивнул и что-то непонятное пошевелилось у нее в голове, убирая стену между ней и братом. Хлынувшие огромным валом эмоции чуть не опрокинули на колени Рей. Под надменностью, оказывается, скрывались толпы чертей, скакавших друг через друга от искренней радости и удовольствия. Мальчишка внутри брата упрашивал ее не ломать ему очередной концерт и подыграть. Кир прямо был готов на коленях умолять не расцеплять переплетенные пальцы.       Сразу топая в Тронный зал, Рей почти смеялась в голос, вторя смеху братца. Все встреченные по пути обитатели Святилища сразу исчезали в боковых коридорах или прижимались к стенам перед их процессией.       Но все как один недоуменно косились на их соединенные руки.       Уже перед нужными дверями Рей не выдержала, — Уууууу, страшный беспощадный Первый Рыцарь тащит за ручку напуганную бедняжку, заставляя носить ведро.       Вместо хихиканья шлем наружу выдал странный скрежет, под которым смех мог лишь угадываться. Обозначенный страшилой Рен только пожал плечами.       Кир почему-то с ними внутрь не пошел.       Руки они расцепили только у пустого трона, одновременно опустившись на колено. Торчавший неподалеку Правитель что-то говорил толпе посетителей, и они терпеливо ждали своей очереди. Задумавшись непонятно о чем, Рей упустила момент, когда мимо нее, шурша одеждой, проплыли люди, искоса оглядывая коленопреклоненных, но очнулась, едва поняла, что сам Верховный Лидер давно сидит напротив и задумчиво изучал ее усталым взглядом.       — Снять шлемы.       Хлесткий приказ вдруг ударил по нервам. Стягивая свое ведро, Рей бросила быстрый взгляд на невозмутимого Рена. Император медленно слез с трона… и почему-то бочком приблизился к сыну. Осторожно погладив того по волосам, вдруг заговорил очень мерзким тоном, — И как долго ты собирался скрывать от меня? Неужели… Впрочем, неважно. Что теперь, сын мой? Ты добился, чего хотел. Так что будет дальше? Когда же ты был намерен собственноручно отрезать мне голову?       Рей сразу вытаращилась на Императора, что склонившись, держал костлявую ладонь на плече сына. От резкого движения, которым Рыцарь скинул отцовскую руку с себя, она чуть дернулась сама. Кайло встал на ноги, нависнув над отцом на полголовы. Подняться следом она не решилась, вообще не понимая происходящее, а равнодушное доселе лицо принца вдруг перекосилось.       — Я не забыл о твоей жажде власти, отец! — чуть ли не брызжа слюнями, прошипел Рен. — Тебе пока что не о чем беспокоиться. Для тебя ничего не изменится. Я жил из-за нее. Теперь буду жить для нее.       Рей сразу опустила лицо.       Несмотря на странность происходящего, все что она сейчас почувствовала, это была только вселенская благодарность и неприкрытая радость. Его последние слова моментально укутали теплом. Купаясь в своих эмоциях, Рей не сразу поняла, что Правитель уже встал около нее.       — А ты? Чего ждешь ты? Чего жаждешь ты? Встань, — каркающим голосом проскрежетал Император.       Рей тут же выпрямилась с ватными ногами и непомерной злостью от потери ласковых волн любви.       — Я получила, все что хотела, Учитель, — выдала она, не поднимая глаз и искренне надеясь, что в голосе не проскользнет ни единой толики внезапного бешенства и гнева. Нависшая тень тут же исчезла, Верховный Лидер отошел к одному из красивых высоких столиков, забирая что-то. Плоская потертая шкатулка была аккуратно втиснута в руки принца, словно тот мог укусить.       — Идите, — махнул на них рукой сгорбленный старик, уходя к трону.       На полпути к шаттлу она не выдержала, не задумываясь стянула с себя шлем, тормознув шагающего Кайло.       — Что он имел в виду, любимый?       — Боится за трон, — коротко рыкнул тот, не удосужившись снять свое ведро.       — Он… он посчитал, что ты убьешь его? А… а ты? Ты убил бы его?       — Да. Как только ты захочешь стать императрицей, — прилетел незамедлительный ответ.       Рей сразу похолодела.       — О, нет, нет, нет! О, Всесоздатели! Нет, нет. Не надо на меня это перекладывать. Не то чтобы я против убийств по необходимости и все такое, но нет! Я в этом не участвую!       Принц тут же рывком стянул с себя защиту, отчего и без того почти пустая анфилада мгновенно окончательно опустела. Он навис над ней, не делая никаких попыток поцеловать, лишь блуждая по ее лицу изучающим взглядом исследователя. Ответно вглядывающаяся в него Рей сразу замечала мимолетные изменения в его мимике. Сквозь явно напускное равнодушие проскальзывали искры интереса и любопытства, смешанные с чем-то непонятным вроде негодования и… страха. Невольно выданное отчаяние с расширившихся зрачках сразу сменилось безграничной нежностью и похотью в самых уголках дернувшегося рта.       — Почему ты так на меня смотришь? — задрав голову, пробормотала Рей.       — Изучаю. Любуюсь. Вожделею, — отчеканил, как дроид, Рен.       Наплевав на все приличия, она сама дернула того за ворот жесткого мундира, сбрасывая на пол ношу и прижимаясь губами и телом. Глухо стукнул выроненный второй шлем и обжигающие сквозь все слои ткани и перчатки руки сразу сграбастали в крепкие объятия, поднимая над полом. Легкие касания губ сразу превратились в жадные голодные поцелуи с обеих сторон. Они неприкрыто дышали друг другом, пока Рен не отстранился первым, выдохнув ей прямо в рот, — Пойдем. Время пришло.       К чему время пришло, она даже не успела спросить, он уже натягивал на голову шлем, косясь на ее защиту, одиноко валявшуюся на полу. Негодующая от потери жара мужских рук Рей последовала его примеру, принимая из его рук поднятый с пола шлем. Едва щелкнули фиксаторы ее шлема, Рен сразу сцапал пальцы в нежную хватку и потянул за собой.       Шли очень долго.       По коридорам, куда-то потом летели на глайдере.       Потом были тропинки и многовековые кусты. И они снова шли, пока принц не остановился посреди яркой полянки.       Он привел ее на то самое место, где все началось.       Сад под звездой, приветливо освещаемый столбом света, показался ей родным. Предвкушая что-то очень и очень важное, Рей стянула творение спецов с головы и опустилась прямо в траву, выжидательно глядя на севшего рядом своего мужчину. Тот молчал, глядя в глаза и явно стараясь подобрать слова. Рей уловила целую гамму чувств, пролетевших на его лице, прежде чем он открыл рот.       — Я… Я люблю тебя. Люблю, как умею. Люблю, как могу. Мне нужно тебе столько сказать, но я не знаю, как подобрать слова.       Он не глядя, вытащил из кармана тут самую шкатулку, выданную ему отцом, и щелкнув замком, протянул ей. Внутри лежало красивое выставленное ожерелье.       — Это… Это принадлежало моей матери. Свадебный дар моего отца ей. И пока ты… ты не вернешь его мне, я буду считать тебя своей женой. Ты… согласна? Рей?       Пытливый взгляд сразу уловил изменения на ее лице. Рей открыто плакала, молча роняя слезы из крепко зажмуренных глаз. Рен аж дернулся, отодвигаясь и глядя на нее со странной тоской.       — Я не жду ответа прямо сейчас. Я… Я готов ждать сколько угодно. Я… — зачастил тот, виновато протягивая руку к ее некрасиво скукоженному лицу.       — Замолчи! — резкий окрик перебил его. — Я… ты неправильно все понял. Я не расстроена! Я не знаю, как описать все это. Ты сказал, что я твоя жена, пока не вернула тебе его назад! Ты предложил мне это, но пока только я держу его у себя! Но ты… ты снова даешь мне право выбора. Не сейчас. Потом. Если я вдруг… вдруг… захочу покинуть тебя… Ты снова…. Так не бывает! Понимаешь? Не бывает. Это только в сказках такое. Я так счастлива. И только ты знаешь, насколько!       Не зная как реагировать, Рен лишь изумленно выдохнул от ее последних слов, сжимая в кольце рук бросившуюся на шею любимую. Вздыхая и потирая покрасневшие глаза, Рей с трудом оторвалась от широкой груди и взглянула на тончайшее плетение ожерелья, что так и держал в раскрытой шкатулке на весу ее принц.       — Красивое такое, — завороженно прошептала она, проводя одним пальчиком по кружеву неизвестного ей металла и сверкающим камням. — И такое хрупкое…       — Не больше, чем ты, — благоговейно откликнулся эхом Рен, все это время не сводивший с нее глаз. Рей, счастливо улыбнувшись, пыталась подцепить ногтем едва заметную нить плетения, но ожерелье слишком глубоко лежало в углублениях. Посильнее ткнуть пальцем побоялась из опаски повредить выглядящее эфемерным драгоценность.       — Помоги! — фыркнула она, отбирая шкатулку и протягивая ее принцу. Тот, почти снисходительно скалясь, неторопливо сдернул с рук перчатки и одним неуловимым движением вытащил ожерелье. Растянув его на пальцах обеих рук, протянул ей, словно говоря «на, держи, оно твое». Рей замешкалась, растерянно оглядывая дар, — Черт, черт! Не поверх же его одевать, да?       Но тут же просияла, впопыхах скидывая накидку и мундир, воюя с многочисленными крючками и пуговицами. В итоге, оставшись в одной майке, огорченно оглядела себя.       — Не очень подходящая одежда для такого случая, да? К такой красоте нужно совсем…       Она осеклась, заметив, какими глазами на нее смотрел принц. Внутренний монстр нескрываемо глазел на нее, облизываясь и щелкая хвостом. Когтистые лапы почти наяву сжимали ее открытую шею и касались торчавших под одеждой сосков. Табун мурашек пробежался по позвоночнику от сощуренных глаз и дернувшихся в попытке улыбнуться губ. С потяжелевшим дыханием Кайло ловко расстегнул хитрую застежку и сводя пальцы сзади, застегнул ожерелье, аккуратно расправляя его по ключицам. Рей тут же опустила глаза вниз, ахая. Тонкое плетение кружевного металла легло на тело как вторая кожа, удобно улегшись одним из острых краев прямо в выемку на груди. Подарок принца тончайшими нитями лежал по плечам, окутывая сиянием разноцветных камней и переливаясь бликами всех возможных оттенков под светом светила. От разглядывания бесподобной красоты отвлекли руки, что все еще лежали на ее ключицах. Эти ладони тихонечко съехали вниз, оглаживая призывно торчащие холмики. Рей смогла лишь восторженно вскрикнуть, когда сжавшие ей ребра до хруста пальцы, дернули, утягивая на мужские бедра. Рен, странно кривя лицо, рванул вниз вырез майки, открывая одну грудь, тут же раскаленным влажным ртом накрывая затвердевший сосок. Прикусив напоследок, принц выпустил изо рта нежную плоть, пряча разгоряченное лицо на ее шее.       — Я… Я могу попытаться продолжить удерживать над нами купол, моя принцесса. Но ты… ты срываешь мою волю, как пыль. Не уверен, что смогу скрыть нас от любопытных глаз, — зашептал Рен, вдыхая запах кожи и вдавливая в себя женское тело. Отлично ощущая твердокаменный стояк, Рей только недовольно вздохнула, невольно стискивая плотную ткань одежды Кайло. Мстительно прикусив тому кончик носа, обессиленно опустила руки и заерзала, слезая с чужих колен. С новыми вздохами натягивая одежду, пробурчала, ехидничая, — Теперь ты от меня просто так не отделаешься, Кайло Рен.       Лицо укололи жадные глаза, и принц, натянув на голову шлем, протянул ей руку, помогая встать.       Сад под звездой они покинули в обнимку, неторопливо вышагивая по узким тропинкам.       У готового к отлету шаттла их ждал надменный Кир с небольшой коробкой. Рен предусмотрительно чуть отстал, позволяя ей подойти к брату вплотную. Всучив ей ношу, Кир церемонно поклонился, бросив холодное, — Удачного полета, — но ошарашенно выпучил глаза, сразу растеряв все высокомерие, едва Рей, не заморачиваясь, открылась ему, показывая все.       — Смотри, мелкий. Смотри…       Взявший себя в руки Кир сумел вернуть на лицо каменное выражение, но ментально рвал и метал.       — Охренеть! Ух… Где?! Где пышная церемония? Где?! Где обмен клятвами? Где застолье и кучи подарков? А?       — Ну… мы еще не обговаривали это. Да и нужно ли? — тут же покраснела Рей под шлемом.       — Ну смотри. Как надумаешь, скажи. Я все подготовлю, — отправил ей Кир, внешне не убирая надменного лица.       — У тебя… тут все хорошо, мелкий? Ты так выглядишь… Я могу… прикоснуться к тебе? Или это нежелательно?       — Не надо. Нет… Ой… к черту все. Да!       Брат сам шагнул, раскрывая объятия. Кир позволил себе слабость на одну секунду, склоняясь лбом к ее шлему, и обнимая за плечи.       — Люблю тебя, мелкая. Раньше спальни коробку не открывать! Поняла? — Поздравляю, — буркнул он Рену, проходя мимо.       Едва за ними закрылась рампа шаттла, принц сразу стянул с себя шлем и подхватив хохочущую жену, потащил добычу в каюту.       Гораздо позже, тихо извинившись и чмокнув жену в лоб, Рен покинул постель, сразу зарываясь в какие-то сверхважные дела. Решив, что у нее нет прав ему мешать, Рей осталась в кровати.       Но засыпала она крайне счастливой.       По прибытии Рен не стал ее будить. Наоборот, ментально усилив ее сон, завернул в кокон одеял, и подхватив на руки, унес в свои покои, игнорируя все взгляды.       Проснувшись, она не сразу поняла, где именно находится. Вроде засыпала в каюте личного шаттла, а как только дошло, что это теперь и ее спальня, сразу успокоилась, заваливаясь на подушки с отличным настроением. Кожа под ожерельем чуть заметно зудела, и она решила, что стоит его снять, дабы не повредить. Не рискнув сделать это без мужа, душ принимала как можно осторожнее. Накинутый после процедур халатик не скрывал раскинувшееся по плечам плетение, красиво обтягивающее шею. Покрутившись по комнатам в поисках хоть какого-нибудь зеркала, Рей обреченно подумала, что за оным ей придется идти в свои старые покои, но попавшая на глаза коробка сбила с мысли на полпути.       Первый же взгляд скептически поджал ей губы.       Внутри лежало якобы платье.       Белое.       Разглядывая сложенную ткань, призналась сразу же, что вообще-то все это выглядело очень… красивым. Вытянутое из коробки содержимое оказалось четырьмя полосками невесомейшей мягчайшей ткани. Рей тут же стыдливо поняла, что понятия не имеет, как его положено надевать. Больше походившее на какую-то ночнушку, платье имело кучу завязок и разрезы на бедрах. Микроскопические ремешки и тесемки путались, а сзади по сути не было ничего, кроме двух относительно крепких лямок. Едва разобравшись в хитросплетении завязок, она решительно уложила его обратно. Разберется потом, когда голова будет чуть яснее. Заниматься чем-то важным не хотелось вообще, и Рей почти весь день промаялась в ожидании мужа, успев обкатать и его полуразгромленный тренировочный зал и поковыряться в старых голозаписях с собой. Утомленная скукой и тоской, она решительно выперлась наружу.       Отметка в общей системе выдала ей, что Рен находится… в тюремном ярусе. Ого, у нас тут и такой есть?. Нечто запретное и грязное заворочалось у нее в голове, пока она шла к нему. Спроси у нее, зачем туда идет, не смогла бы ответить ни тогда, ни позже, но ее волоком тянуло к тому, что целый день был неизвестно чем занят. Небольшая поездка в двух турболифтах с демонстративно молчащим Аскари за спиной, и она очутилась там, где ее ни разу не носило. Хотя шлем забирал все запахи, у Рей в носу сразу засвербело.       Воняло потом и страхом.       Откровенной злобой и ненавистью.       Едва сделала первый шаг на неизведанный ранее ярус и дорогу ей преградил один из паладинов, — Миледи.       Идя на поводу у украденных эмоций, она сразу вспылила, скаля зубы под шлемом, — Прочь.       Явственно пытавшийся не пропустить ее паладин сразу отошел.       Неизвестно как, но знала, за какой дверью зверствует ее муж — отголоски его пылающего гневом безумия переплелись с неведомой для нее ранее кровожадностью.       Доступ к этой двери у нее был. У нее был доступ ко всем дверям.       Один шаг внутрь, и Рей сразу поняла, куда попала.       Пыточная.       Заляпанные кровью и нечистотами люди в фартуках и огромных рукавицах при виде нее сразу замерли, сливаясь по расцветке со стенами. Семь человек были прикованы к вертикальным креслам. Кто-то из них уже не шевелился. Кто-то еще пытался выть. На полу валялись чьи-то пальцы и вырванные ногти вперемешку с волосами.       Кайло нашелся у самого дальнего от нее пленника. И она не поняла, дрогнула ли при виде нее его рука, одним рывком вырвавшая нижнюю челюсть закованного по рукам и ногам человека, или же он намеренно сделал это, глядя прямо на нее страшными глазами на мертвенно-бледном лице, усыпанного каплями чужой крови. Окровавленный ошметок плоти полетел на пол и камеру сотряс ужасный рык, — Вон!       Сзади кто-то тихонечко уже тянул ее за откинутый капюшон, но оцепенение само слетело сорванной вуалью. Рей сбежала сама, вырываясь из-под чужой руки. Первый же турболифт благосклонно принял ее в свои недра, и она сразу стянула с себя душный шлем. Прохлада стенных световых панелей чуть успокоила вспотевший лоб.       — Не стоило тебе туда ходить, миледи.       — За… замолчи. Просто молчи.       Непонятно как оказавшийся в этом же лифте Аскари только пожал плечами, не делая и попытки приблизиться и помочь ей подняться с пола. Рей же пыталась оставить в себе недавно съеденный ужин… и проклиная себя.       Она сама и нарушила правило, что вырвала у своего мужа.       Не лезть в его дела. Ни в коем случае.       Сильная тошнота чуть отходила, уже не выворачивая наизнанку желудок. К общим с Реном покоям она подошла все еще позеленевшая, но уже взявшая себя в руки. Ввалившись внутрь, Рей с трудом разделась и поплелась смывать с себя налипшую невидимую никому грязь, свалившейся одним комом в той пыточной. Опустив веки под упругими холодными струями, она сразу вспомнила его глаза. Равнодушные, давящие на суть жизни своим черным блеском и отсвечивающие в самые потайные уголки разума красные точки прямых проходов в ад, глаза заставляли безоговорочно верить, что, где бы цель ни пряталась, он всегда ее найдет.       И если надо, сразу убьет.       Мешанина запахов сбивала с ног, сдавливая разум в горячечном бреду и окутывая безнадежным коконом.       Пока вдруг отчетливейшее понимание не окатило смывающей все сомнения волной.       Это все было защитным коконом для нее, с непробиваемой уверенностью в завтрашнем дне и искренней нежной улыбке наедине. Рей снова поняла, что ей все равно, что творит без нее это чудовище.       Ее это не касалось никоим образом.       Еще она снова убедилась в своей везучести — это чудовище искало ее в любви, а не для отправки на тот свет. Кем бы ни был ее возлюбленный, он даже мысли не допустит о возможности причинить ей боль.       Ее монстр любил.       Для всех остальных монстр был тем, кем его считали. Это понимание позволило свободно выдохнуть…       И выкинуть все лишнее из головы.       Из душа Рей вышла уже в хорошем настроении. Сейчас ее больше волновало то, как она будет надевать то недоразумение, нечаянно названное платьем.       С горем пополам нацепив на себя прямо на голое тело струящуюся ткань, Рей разгладила на себе свисающие до самого пола полоски, снова пожалев об отсутствии зеркала. Хорошо, хоть брить себя нигде не надо, одна процедура и вуаля, никаких забот, ходи до конца жизни гладенькая везде. Тут же воображение услужливо подсунуло образ обнаженного тела мужа с одной единственной махонькой полосочкой пушка на животе. Как будто поленился именно на животе убрать волоски. Везде ведь убрал, кроме головы. Рей потратила очень много сил, изворачиваясь и поправляя все эти завязки и ремешки, совершенно пустив течение времени.       Момент появления Рена она упустила, пыхтя от усердия и в очередной раз поправляя у себя под грудью очередную ленточку. Заметила его случайно, повернувшись боком.       Застывший с нечитаемым выражением лица Кайло молча смотрел, не двигаясь, но сразу тихонько влез ей в голову, показывая всего себя. Пропахший изнутри невнятной гарью, злобой, горечью, высокомерием пополам с чужой кровью… и стыдом, что она все это видела. Его бездонная тоска накрыла, давая понять, что он хотел бы никогда не показывать эту грань своего чудовища, требовавшего не только любви, но и питался безраздельным ужасом с чужой болью и страданиями. В ее голове Рен смиренно ждал плевков со справедливыми обвинениями, он бы вытерпел от нее все, что угодно. Но только от нее. Нечаянно его богиня неуклюже уловила каждый оттенок, даже те, что он прятал от себя же.       А Рей… Рей же лишь зажмурилась с глупой улыбкой… и одним махом выкинула все лишнее из обеих голов, оставив только яркое сияние его любви и скромный блеск своей.       Кайло только рвано выдохнул, ощутив тишину.       Он не знал, как она это сделала, но если бы мог, возлюбил бы еще больше.       Смог только сделать еще шаг, готовый упасть на колени перед своим божеством. Рей сама лишь застенчиво улыбнулась сияющей улыбкой, словно не она недавно смотрела, насколько безумен человек перед ней. Чувствуя себя пустым мешком, Рен во все глаза разглядывал жену. Стремительно закрывающиеся красным провалы глаз медленно шарили по ее телу от наспех собранных в кривую дульку волос до розовой пяточки, выглядывающей в разрезе ниспадающей до пола ткани. Красиво обрамлявшее высокую грудь украшение вырвало остатки воздуха из легких, белая кожа выдвинувшегося бедра чуть не сбила с ног. Его внутренний зверь, затихший было в ожидании наказания, почти вырвался наружу от вида мелькнувшей тонкой лодыжки с отчетливыми фиолетовыми следами его пальцев и зубов.       Все это Рей ощущала как свое. Она все еще была связана ментально с Реном, прочно угнездившемся и ответно воровавшим эмоции. Чувствовала все. Глухое вожделение уже резало нервы тупым ножом, обожание искрило в глазах, затмевая весь мир.       — Это… Кир подарил… Вот, решила примерить. Нравится?       Она с нескрываемым удовольствием улыбалась ему, слегка закусив губу. В том, что ему очень нравится, убедили не только его сумбурные мысли, выхваченные ею, но и странная поза хищника, готового броситься на нее, как на самого злейшего врага. Подняв руки над головой, Рей крутанулась вокруг оси, позволяя ткани ниже пояса разлететься в разные стороны. На втором круге ее остановила мужская рука, зарывшаяся в копну волос. Рен резко дернул ее на себя, оттягивая голову и воруя губами томный возглас, тут же смещаясь на обнаженное горло. Острые зубы вдавились в нежную кожу, словно намекая, что еще чуть-чуть и их хозяин вгрызется, вырвет кусок плоти. Колкое наслаждение сразу выгнуло ее, но вторая рука Кайло впилась в талию, удерживая на месте. Рей ответно схватилась за его одежду, притягивая к себе еще ближе и без того вжатое тело, отчего монстр внутри них грозно зарычал. Пальцы с затылка моментально переместились на обнаженное горло, ощутимо вдавливая в кожу ажурное плетение металла и камней.       — Нет сил больше ждать. Я так хочу тебя! — выдохнула она Рену, словно тот не ощущал ее общей связью.       Подхваченное под ребра тело мгновенно оказалось прижато животом к кровати и Кайло снова схватился за ее волосы, прижимаясь лбом к затылку Рей. Она почти завыла от острого смешения эмоций, уже не понимая, где его похоть, а где ее вожделение.        Смешалось абсолютно все.       Никто из них уже не понимал, кто именно услышал щелканье расстегиваемого ремня и шорох одежд за стеной обоюдного нетерпения. Лихорадочно шарящая по ее-его телу рука рывком отбросила мешающее полотно эфемерной ткани и поднырнула под тазовую косточку, грязно приподнимая обнажившуюся попку. Его-ее колено уверенно раздвинула ее-его бедра, нагло втискиваясь. Каменный член раскаленным прутом сладко уперся между набухшими истекающими желанием складками, безошибочно найдя нужный вход. Рей дернулась в попытке насадиться на него самой, всей двойной душой жаждая получить желанное, но захват был слишком крепким, а тело на ней слишком тяжелым. Она запуталась, чье именно было желание соединиться одним движением, как его-ее ментальная злобно-ласковая усмешка разделила все. Рей тут же поняла, что именно она хотела этого. Но вместо дерзкого ожидаемого вторжения ее муж намеренно медленно, крайне медленно проникал в нее. Жестокие пальцы, грубо удерживавшие за волосы и бедра, пронзительно контрастировали с ощущениями от немаленького органа, неуверенно растягивающего изнутри пугливыми толчками. Едва их бедра наконец соприкоснулись, двойное наслаждение поглотило обоих. Его-ее зверь завыл им в затылок, сбивая ее-его крик на полутоне, всем весом удерживая забившееся тело. Все еще смешанные эмоции дали ей услышать ее недовольный стон и его новую многообещающую усмешку, стирающую все сожаление, как только он покинул ее тело все еще налитой твердостью, выпуская волосы и расслабляя судорожно стиснутые пальцы на талии. Кайло разъединил разумы, но оставил очень крепкую ниточку между ними.       Выравнивать дыхание ей пришлось очень долго.       Легкие покусывания и зализанные поцелуи на обнаженной подрагивающей спине вообще не способствовали этому.       Ее очередь была усмехнуться, когда с легким стоном он отстранился, вставая с кровати, и принялся раздеваться. Он почти смутился под ее ласково-ехидным взглядом, что говорил ему, насколько он оказался несдержанным. Этот взгляд все твердил ему, что он вообще-то трахнул жену, даже не потрудившись раздеться, а лишь вытащив член из штанов. Но эти же глаза сияли нежностью, ничуть не смущаясь наготы и радуясь оставленному удовольствию. Только он улегся обнаженный рядом с женой и потянулся к ней лапищами, как явно скрывавшая все своим намерениями за ласковым взглядом Рей тут же вывернулась и опрокинув его на спину, оседлала его живот. Белые полосы платья обвились вокруг них, и она, чуть поерзав и приноравливаясь, принялась потираться о его ствол испачканными семенем складками. Рен снова, не вытерпев сладкой пытки, соединился разумами с ней и снова мешанина сумбурного вороха обоюдного наслаждения закрутила их, не оставляя места ничему более. Рей ласкала их обоих подобным образом, пока под скрутившуюся на поясе ткань не подлезла его-ее рука и не принялась слегка потирать бугорок клитора. Новый двойной оргазм быстро нашел их тела, пачкая белесыми пятнами его-ее живот. Смешение мыслей дало ясно понять ей-ему, что они оба готовы продолжить, несмотря на разрядку, после которой обычно требовалось время для отдыха. Но он-она не желали отдыхать. И уже через несколько кратких мгновений, Рей, закусив губу, направила в себя пульсирующий член. На сей раз она была хозяйкой положения, решившей тоже помучить чувственным сексом дрожащего под ней мужчину. Мужские ладони медленно, в такт медленным движениям, скользили по ее-его влажной коже бедер и груди, двигаясь в унисон подушечкам женских пальчиков, выводившим узоры по его-ее животу, неторопливо размазывая следы прошлых ласк.       И в этот раз монстр не рвался на свободу, не метался, разрывая когтями клетку сознания. Только терпеливо мурчал, развалившись в глубине сознания, не запертый, не ограничиваемый цепями, изредка позволяя теми же когтями слегка царапать нежную кожу.       В этот раз им обоим не нужны были похотливые порывы грубости и жестокости, но к кульминации зверь снова перестал сдерживаться, до синих пятен сдавливая ладонями миниатюрные ступни, прижимая к своим бедрам. И дрожал, упиваясь сжимающимися внутренними мышцами своей богини, заполняя ее до краев собой.       В эту брачную ночь они больше не двигались, заснув с переплетенными руками и ногами, прилипающей друг к другу кожей и смешавшимися разумами.       Проснулись они одновременно.       Так же одновременно раздались ласковое хихиканье и нежно-мрачное фырчанье. Надо в душ, — одна на двоих тягучая ленивая мысль мелькнула в обеих головах.       Отмывая с его кожи засохшую стянутую пленку спермы, Рей все время хихикала. Рен же стоически терпел ее ухмылки и игривые шлепки по пятой точке, ответно мрачно кривя губы, снимая мыльные руки с ее тела, только чтобы брызнуть ей в лицо водой или полить на плечо, ласково проведя ногтями по коже.       Вертясь под струями воды и обжигающими ладонями мужа, она готова была кричать на всю Вселенную, дабы поделиться своей поющей душой и наглым счастьем.       После совместного завтрака Рен разделил разумы, оставив новую крепкую ниточку между ними, и мазнув по щеке губами, испарился, только вот даже после его ухода Рей чувствовала все отголоски его эмоций. Ближе к обеду она научилась определять каждое чувство. Спокойствие, насаждаемое им самим же, постоянно сменялось то негодованием, то залихватской злобой, от которой хотелось пакостничать или просто выкинуть кого-то в открытый космос.       Ну, чтобы просто поглазеть, что будет.       Под вечер гневное раздражение уже не отпускало, потом еще добавилась неимоверная ярость. Ей захотелось крушить и рвать металл голыми руками. Прекрасно понимая, что это не ее эмоции, она пыталась успокоиться, думала о чем-то мирном и тихом.       Получалось слабо.       По-честному, вообще никак не получалось.       Пришлось идти в ближайший тренировочный зал на казарменном ярусе и выпускать пар там. Это было чуть эффективнее, но ненадолго. Вволю намахавшись мечами, она уселась на пол и прислушалась к той ниточке, что связывала их. Вместо неудержимой ярости у него в душе была… благодарность, направленная на нее. Рыцарь тоже слышал ее эмоции. Прекрасно осознавая, что так они будут делить все на двоих, Рей не знала, радоваться ей или нет.       Просить разрывать эту ниточку ей не хотелось.       Приятная усталость очень быстро сменилась новой порцией злости. Сердито ударив по полу рукой, Рей с новым вдохновением принялась кружить в боевом танце, выматывая обоих. Мстительно посланный легкий ментальный пинок улетел к мужу, где вместо ответа ей вылез довольно мерзкий безобразный оскал, направленный на кого-то постороннего. Вдохновенно круша летающих тренировочных дроидов, она не сразу заметила выстроившихся в ряд у стены паладинов, истуканами чего-то или кого-то ожидавших.       — Чего надо? — рявкнула Рей, не останавливаясь. Еще одна порция гнева не дала ей и минутку отдохнуть, чужие эмоции уже распирали мозг, давя изнутри. И она была почти благодарна одному из паладинов, вышедшему из шеренги и красивым жестом выхватившего со спины странного вида посох. Новоявленный спарринг-партнер встал в стойку, приглашая к бою. Покрепче прихватив свои учебные мечи, Рей бросилась в атаку. Удивление в голове быстро сменилось глухой яростью, а все потому что сразу заметила, что этот противник ей намеренно поддается.       — Не знала, что паладины ордена настолько слабы! — гадко оскалилась Рей, сбив удачной подсечкой противника с ног.       И никто ей не решился бы в этот момент сказать, насколько сейчас она была похожа на принца.       Из строя отделился еще один паладин, встав в стойку, сменив предыдущего. Пришло откуда-то знание, что в этот раз против нее вышел действительно серьезный соперник. Этого она теснила со странным удовлетворением и мимолетной гордостью. Несмотря на нешуточный бой, второй противник выбыл вслед за первым.       Упавший от удара по шлему паладин, чуть шатаясь, отошел.       Рей тоже отошла.       Взять новый меч взамен разбитого о голову второго бойца.       Третий паладин встал в стойку, зачем-то предварительно сняв шлем. Топоры удивительно странного вида наперевес ее изрядно напрягли. Оружие в ее руках было не сильно удачным против таких махин в руках соперника. Впрочем, один вид Дерека уже заставлял нехило понервничать. Этот боец расслабиться не давал вообще. С трудом уворачиваясь от лезвий с красной силовой кромкой, она с видимым трудом парировала его удары. С каждой секундой боя холодела все больше, пока в какой-то момент попросту не отлетела в угол от сильного удара обухом в плечо. Рука тут же онемела, и едва очухавшись, Рей выставила перед собой другую руку с мечом, приготовившись парировать новый удар.       Но замахнувшийся на нее Дерек уже застыл в неудобнейшей позе, пойманный в силовом захвате.       Влетевший в зал Первый Рыцарь, не заморачиваясь, перехватил своей Силой ее противника. Пойманная от мужа леденящая душу жестокость резко оборвалась, оставив бездушную воронку страха. Кайло перебил связывающую их двоих крепкую нить, не глядя на нее, он черным пятном навис над застывшим вплотную.       — Я почти рад, что ты осознаешь свою ошибку, Дерек Рен. Я даже почти рад, что ты искренне считаешь подобный стиль обучения действительно необходимым. И я почти рад, что ты желаешь подобным образом улучшить подготовку моей жены. Я даже согласен, что в будущем ей могут попасться враги, которые не станут ее жалеть…. И только поэтому ты все еще жив, Дерек Рен, — последнюю фразу он пророкотал прямо в лицо резко побледневшему паладину своего ордена. — Пошли все вон.       Отмерший Дерек, чинно поклонившись, резво удалился вместе с остальными. Щелчки фиксаторов шлема прозвучали хлесткими выстрелами и снятая защита обнажила дергающееся лицо Кайло, повиснув в его руке. Он остался стоять на месте, безостановочно шаря по ее телу больным взглядом, Рей только попросила мысленно вернуть ей тут ниточку.       Ей было очень одиноко, и это все, что она попросила.       Непонятное шевеление в ее разуме, и она вновь могла прочувствовать шквал закрученных в торнадо эмоций. Там было намешано очень многое, но она смогла выделить только очень яркое желание убивать, перемешанное с ощущением ее боли, а мутное огромное беспокойство схлестнулось с гордостью и неким туманным удовлетворением. Рей сама поднялась и подошла к нему, усаживаясь уже у его ног и дергая мужа за подол накидки, утянула к себе. Рен послушно опустился, прижимаясь и кладя ладонь на ушибленное плечо.       — Меддроид скоро будет.       — Да брось. Не сахарная, не растаю. Больно, неприятно. Но ты сам же только что сказал, что подобное необходимо. Случись что, меня же попросту грохнут, невзирая на последствия. А так, по крайней мере, я буду подготовлена к самому худшему. Значит, если не хочешь, чтобы меня бил кто-то другой, придется тебе самому со мной заниматься.       — Я согласен, — тихо выдал ей муж, закрывая их обоих коконом облегчения и самодовольства, расстегивая ей одежду и стягивая с плеч.       — Тебе не привыкать, — нахально заявила Рей враз помрачневшему Кайло. — И да, я сейчас про наш первый бой на Норай.       — Тот удар кулаком был… спонтанным. Я был растерян, — буркнул ей в ухо возлюбленный, отодвигаясь для лучшего доступа прикатившему меддроиду.       — А еще ты до кучи треснул мне по затылку, — хихикнула Рей, наблюдая, как дроид что-то распыляет на начавший наливаться синевой огромный кровоподтек.       — Вынужденная мера воздействия.       — Видишь ли, вдруг… когда–нибудь, внезапно, я окажусь без твоей защиты и мне попадется подобный противник… Я ведь не выстою. И если тебя беспокоят наши будущие тренировки… Поверь мне, любимый, я верну тебе каждый пропущенный мною удар.