Богиня смерти. Мир Марвел

Для каждого асгардца, переступающего порог совершеннолетия в возрасте пятисот лет, этот день был особенным. С момента создания царства Вечности, юные асы проходили специальные испытания, которые должны были показать остальным, что будущие защитники мира в девяти мирах достойны войти во взрослую жизнь. И Хела не стала исключением из этого правила. Последние годы девушка усердно тренировалась как в плане магии, так и в воинском искусстве. Мощь Хелы постепенно росла, и уже среди сверстников не было того, кто мог бы выстоять перед черноволосой воительницей. Принцесса являлась многократной чемпионкой по дуэлям на мечах, проводимых под патронажем Одина. Даже более опытным воинам, приходилось туго в сражениях с девушкой. Что касается магии, то постепенно у Хелы начала обнаруживаться доселе невиданная в девяти мирах сила. Дочь Одина пробудила сокрытую в себе до поры до времени магию Смерти. Случилось это после её семнадцатого дня рождения. Навыки и умения постепенно вспоминались, но, понимая, что она не готова открыться для родителей, — в отношении отца Хела давно уже не питала иллюзий, хотя в глубине души продолжала надеяться, что однажды Один всё же подарит ей свою отцовскую любовь, которой брюнетка была обделена, — девушка решила никому из них не говорить о своём таланте в области некромантии. Но Один об этом уже был осведомлён. Во время своих занятий вдали от столицы Хела заходила в самую чащу огромного леса, где и тренировалась, возобновляя свои навыки в магии смерти. А поскольку от взора Всеотца на территории Асгарда было практически невозможно скрыться, даже применяя мощные заклинания сокрытия, то для царя Асгарда не остались незамеченными умения своей дочери. Видя мощь и способности Хелы, растущие день от дня, Один решил, что его дочь готова стать карающим мечом Асгарда. Именно такую роль для девушки выбрал правитель царства Вечности с самого раннего детства Хелы. И в грядущей войне Один хотел использовать свою дочь. Да и чего греха таить, сам правитель Асгарда имел отношение к тёмной магии, правда, пуская её в ход только когда другого выбора не было. В день совершеннолетия любой асгардец получал также и тот титул, с которым он пройдет по жизни. Но это происходило только после окончания испытаний. И вот, этот день в жизни Хелы настал. Встав рано утром, черноволосая асгардка быстро собралась, умылась, позавтракала и в сопровождении слуг направилась в сторону амфитеатра, где по традиции собирались юноши и девушки, готовые вступить в совершеннолетие. Встав в один ряд с остальными испытуемыми, одетая в чёрно-зёленую гибкую броню Хела с невозмутимым взором смотрела на то, как к трибуне подходит её отец, чтобы обратиться с речью ко всем асгардцам, не только к участникам данного испытания. — Сегодня торжественный день! Именно в этот час юноши и девы Асгарда вступают во взрослую жизнь и, согласно нашим традициям, для доказательства, что они готовы считаться взрослыми, должны пройти испытания. Конечно, у дев церемония будет немного другой, но есть одно исключение: моя дочь, наследная принцесса Асгарда, будет участвовать в испытании наравне с юношами, чтобы доказать свою силу… — говорил Один. Стоявшая в ряду с испытуемыми Хела не проронила ни слова. Она понимала, что Всеотец видел в ней только воительницу, которая должна служить на благо Асгарда. От этого девушке было грустно и печально. Она стремилась показать отцу свою значимость. Хела не раз подходила к царю с многочисленными проектами обустройства Асгарда, но мужчина уже тогда видел в дочери исключительно воина и не хотел слушать предложения Хелы. Все её проекты Один либо порвал, либо спрятал в своем сейфе. — Но, отец, я же хочу помочь обустроить Асгард! — сказала тогда девушка, но Один был слеп и глух к своей дочери. Он с раннего детства расписал судьбу Хелы в качестве воительницы Асгарда и другой роли для своей дочери не видел. — Ты будущая воительница Асгарда, потому не должна заниматься такими вещами. Оставь их для других, более сведущих специалистов. Всё, разговор окончен, — был ответ Одина. Закончив предаваться воспоминаниям, Хела продолжила слушать речь своего отца. Девушка знала, что испытание, которое ей предстоит пройти, связано с огромным риском. Была вероятность серьёзно покалечиться, если испытуемый был не слишком подготовлен, но Хела была уверена в своих силах. Тем не менее, всё же опасалась его, как и любой другой участник, ибо страх естественен для каждого, и только идиоты ничего не боятся. Ну, или мертвецы тоже не испытывают страх. Вскинув голову, Хела посмотрела на трибуны и, заметив поддерживающий взгляд Фригги, слегка улыбнулась. «Хотя бы мама меня поддерживает», — промелькнула мысль в голове черноволосой асгардки. Согласно правилам, во время испытания нельзя было использовать магию. С собой можно было взять только рюкзак с припасами и оружие по выбору. Хела решила взять парные клинки, а также лично для неё выкованный лучшими мастерами из числа дворфов, длинный чёрно-зелёный меч. Как только Один закончил произносить речь, юношам и девушкам раздали карты Асгарда. Если девам требовалось найти спрятанные артефакты, то вот парням и Хеле нужно было отправиться в самые удалённые уголки Асгарда и сразить самых крупных и опасных зверей. Кинув последний взор на трибуну, Хела вместе с остальными покинула амфитеатр. Вскоре испытуемые разделились и разошлись в разные стороны. Хеле, согласно проложенному на её карте маршруту, следовало идти на самый север царства Вечности. Один лично выбрал для своей дочери самое трудное задание. Он хотел не только закалить Хелу, но и убедиться в том, что она готова быть клинком Асгарда. Конечно, девушка сразу поняла это, стоило ей взглянуть на карту. ********* Пробираясь по заснеженным равнинам, сквозь сугробы и под порывистым ветром, Хела шла вперед. Остановка грозила гибелью, хотя по-настоящему умереть девушка не могла. Она знала это, ибо однажды ей во сне явилась сама Смерть и напомнила Хеле о том, что они связаны. Так что, в отличие от остальных асгардцев, дочь Одина являлась истинной бессмертной. Однако говорить об этом Хела, конечно же, не собиралась. Впрочем, одну остановку черноволосой асгардке сделать пришлось. Увидев пещеру, Хела поспешила войти туда: снежный буран становился всё более невыносимым. Спрятавшись в пещере, Хела села на землю, в глубине, подальше от входа, чтобы не ощущать сильный ветер. Вытащив из рюкзака флягу с согревающим напитком, дочь Одина стала неторопливо делать глотки из неё. Через несколько часов, как только буран стих окончательно, Хела покинула своё укрытие и продолжила путь, идя прямо в сердце территорий ледяных гигантских волков. В отличие от Фенриса, питомца Хелы, эти твари не были разумными и нападали на любого, кто войдет на их территорию. Кроме того, ледяные волки не поддавались приручению и дрессировке. Пройдя несколько десятков километров, Хела отчетливо услышала их вой. Вскоре девушка заметила одну из этих тварей. Рост ледяного волка в среднем составлял двадцать метров, шкура и кожа были белее снега, а клыки твёрже, чем любая сталь. Кроме того, как и другие волки, ледяные охотились исключительно в стае. Заметив вторженку, хищник резко оскалился, приняв боевую стойку. Рыча, волк двигался по направлению к Хеле. Вытащив из ножен свой длинный меч, черноволосая асгардка приготовилась к бою. Для того, чтобы испытание засчитали, дочери Одина необходимо убить пятерых ледяных волков, один из которых должен являться вожаком стаи. Такова была воля самого Одина Всеотца. Уйдя с траектории прыжка хищника, Хела успела зацепить волка своим клинком. Взвыв от боли, хищник в очередной раз попытался накинуться на черноволосую воительницу. Яростно щёлкая зубами, он попытался разорвать дочь Одина, но сделать ему это не удалось. Войдя в боевой азарт, Хела улыбнулась в предвкушении славной битвы, крепко сжимая свой длинный меч. — Ну что, ледяной волчонок, посмотрим кто кого! — высказалась дочь Одина, прежде чем бой разгорелся с новой силой. Ловко уклоняясь от всех выпадов огромного волка, Хела вовсю использовала все те навыки, что она получила во время своих занятий с лучшими асгардскими воинами. Меж тем, собравшиеся в амфитеатре асгардцы при помощи специального табло могли смотреть, как юноши и девы проходят свои испытания. Конечно, основное внимание уделялось дочери Одина. Глядя, как Хела уверенно сражается со взрослым ледяным волком, пользуясь только одним своим мечом, зрители в амфитеатре возбуждённо перешептывались, ведь о мастерстве принцессы все прекрасно знали. Следя за тем, как его дочь бьётся с ледяным волком, Один не произнес ни одного слова, крепко сжимая в руке своё копье. Сидевшая рядом со своим мужем Фригга переживала за свою падчерицу, молясь о том, чтобы Хеле удалось выйти невредимой из схватки с ледяным зверем. Перепрыгнув волка, черноволосая девушка в полёте успела вогнать свой клинок в спину хищника. Приземлившись на землю, она обернулась чуть назад и увидела, как волк упал замертво. Подойдя поближе к трупу зверя, брюнетка вытащила из него свой меч. Предсмертный вой ледяного волка призвал остальную стаю, в количестве десятка особей. Хищники окружили со всех сторон Хелу, яростно скалясь и рыча. Вскоре появился и вожак. В отличие от рядовых ледяных волков, он был гораздо крупнее. Рост вожака достигал сорока метров. Шерсть его была ещё белее. Волки расступились, пропуская вперёд своего вожака. Встав напротив Хелы, хищник яростно взревел и набросился на асгардскую принцессу. Слегка ухмыльнувшись, дочь Одина, крепко сжав свой меч, поспешила навстречу хищнику. Вогнав свой клинок в пасть ледяного волка, Хела, крепко держась за меч, решительно смотрела на зверя. Клыки волка вошли в плоть девушки, серьёзно ранив её. Однако стоило принцессе Асгарда вытащить свой клинок из пасти волка, она обнаружила, что её раны стали быстро затягиваться. Регенерация была моментальной. Это открытие для девушки было весьма приятным. Несмотря на это, долго уделять внимание только что открывшемуся факту Хела не имела права. Как только вожак ледяных волков был повержен, остальные звери кинулись гурьбой на девушку, намереваясь отомстить за своего лидера. Бой длился ещё несколько минут, после чего на заснеженной поляне остались лишь трупы убитых Хелой ледяных волков. Таким образом, девушка с честью выдержала своё испытание. Осмотрев тела уничтоженных зверей, Хела тяжело вздохнула, так как теперь предстояло дотащить их обратно в столицу, чтобы доказать, успешность пройденного испытания. Вытащив из рюкзака заранее сложенные в него длинные доски, а также несколько инструментов, дочь Одина принялась создавать достаточно вместительные сани. Как только они были готовы, Хела переложила туда тела убитых ею волков. Закинув на плечо верёвку, привязанную к саням, асгардка потащила их в сторону столицы. Пройдя несколько сотен километров сквозь пургу, метель и через труднопроходимые лесные чащи, Хела, измотанная, что старалась не показывать, вернулась в амфитеатр, где её уже ждали. Остальные участники испытаний уже вернулись, завершив успешно свои проверки. Дотащив сани с убитыми ледяными волками и поставив их перед трибунами, чтобы все могли увидеть результат её действий, Хела отошла в сторону. Встав со своего места, Один взял список участников испытаний и начал чествовать их, указывая титулы, с которыми тот или иной юноша или девушка вступали в статус взрослого асгардца. Прошедшие испытания новоиспеченные совершеннолетние асгардцы вежливо кланялись Всеотцу, получая из рук слуг специальные дары в честь прохождения своих испытаний. И вот на арене осталась лишь одна Хела. Все остальные участники давно покинули амфитеатр. — Кронпринцесса (прим. автора: титул наследной дочери короля) Хела из Асгарда! — громко объявил Один. Выйдя вперёд, черноволосая девушка, как следует традиции, опустилась на одно колено, склонив голову перед Всеотцом. — Сегодня ты с честью прошла испытание, доказав право считаться истинной асгардкой. Потому в качестве дара я вручаю тебе молот Мьёльнир, выкованный лучшими мастерами дворфами из металла уру. Ему нет равных как в созидании, так и в разрушении. Он спутник истинного воина Асгарда, — говорил Один, в это время двое слуг принесли ларец, в котором и лежал молот. Поднеся ларец с молотом, слуги отошли в сторону, позволив Хеле взять в руки своё новое оружие. В течение нескольких мгновений девушка внимательно осматривала творение дворфов. Молот оказался идеально сбалансированным. Осмотрев Мьёлнир как следует, Хела прикрепила его к своему бедру. После того, как молот был вручён, слуги ушли с арены, забрав уже пустой ларец. — В этот день я, Один Всеотец, объявляю тебя полноправной асгардкой и даю титул богини Смерти, владычицы Хельхейма! — после этих слов правителя Асгарда многие собравшиеся в амфитеатре начали тихо перешёптываться. Когда официальная церемония завершилась, Хела проследовала за своим отцом во дворец, где получила портал в Хельхейм. Новоиспечённая богиня Смерти решила сразу же осмотреть свои владения. Прибыв в Хельхейм, Хела обнаружила обширную мертвую пустошь без каких-либо следов флоры и фауны. Лишь один чёрный замок находился здесь, да и тот явно нуждался в ремонте, так как был создан вместе с рождением Девяти миров. — Нда, —скептически осмотрев свою личную цитадель, произнесла Хела. Помимо замка в Хельхейме дочь Одина вскоре обнаружила комплекс, в котором находились легионы умерших воинов. У Хелы возникли смутные сомнения насчёт своего отца. Зачем он сделал её повелительницей царства мёртвых сразу же после объявления совершеннолетней? Изучая ситуацию в Девяти мирах, дочь Одина понимала, что в скором времени грядёт война, а легионы Асгарда ещё не до конца были готовы к военным действиям. — Всё ясно с тобой, отец, ты хочешь использовать легионы мёртвых против врагов Асгарда, — тихо прошептала девушка, чьи надежды хоть как-то получить любовь своего отца с каждым днем всё таяли и после принятия титула богини смерти стали совершенно призрачными. Но всё равно Хела продолжала надеяться в глубине души, что однажды Один станет относиться к ней по-другому. Закончив беглый осмотр своих новых владений, Хела вернулась обратно в Асгард. Помимо титула и боевого молота, Хела получила собственный дворец, который она хотела расположением у берега озера, в нескольких километрах от столицы. Помимо этого лучшие портные и оружейники сшили и выковали тёмно-зелёные одежды и доспехи для дочери Одина. ********* После церемонии совершеннолетия прошло несколько месяцев. За это время Хела много раз моталась в Хельхейм, при помощи магии приводя свой замок в порядок, попутно активируя все магические источники царства мёртвых. Уровень силы Хелы вырос на порядки. Её теперь питали не только асгардские магические источники, но и источники из Хельхейма. И если Один решит отрезать свою дочь от Асгарда, то ничего страшного с Хелой не случится, ибо источники Хельхейма будут посильнее, чем в царстве Вечности. Несмотря на это, Хела предпочитала жить в основном в Асгарде, так как здесь была природа более яркой и живой, чем в Хельхейме. Для своего фамильяра Фенриса дочь Одина создала специальную будку, построенную в одном из внутренних двориков дворца. Волк существенно подрос и достиг положенных ему двадцати метров, так что будка была довольно высокой и просторной. Вместе с Фенрисом Хела часто уходила на охоту, чтобы хоть как-то скрасить своё отдельное проживание. Но вскоре мирное существование ушло в прошлое. Один решился начать великий поход по Девяти мирам, о чём и объявил во время одного из совещаний, на котором Хела, как наследная принцесса, должна была присутствовать. — Я решил, что пора показать всем жителям Девяти миров, что Асгард является ведущей державой. Потому я приказываю начать сбор всех воинов, готовых к походу! — обратился к участникам совета Один. После того, как участники совещания разошлись, царь Асгарда решил поговорить со своей дочерью наедине. — Во время похода твои легионы мёртвых будут на острие атак и, как твой царь, я жду от тебя подчинения всем моим приказам. Если я велю перебить пленных в назидание самым упорным, то сделаешь это. — Но, отец, это ведь… — попыталась высказаться Хела, но была прервана правителем царства Вечности. — Я что — не ясно выразился? Как царь Асгарда я не потерплю неподчинения! — крепко сжав своё копье и надавив на свою дочь при помощи магии, произнес Один. — Да, мой царь, — была вынуждена ответить Хела. — А теперь ступай, — приказал Всеотец. Покинув тронный зал, черноволосая асгардка молча направилась в свой дворец. После разговора со своим отцом девушка находилась не в лучшем расположении духа, и ей следовало немного отвлечься.