Богиня смерти. Мир Марвел

Пока в Асгарде шла усиленная мобилизация, Хела решила заняться усовершенствованием способа перемещения в Хельхейм и обратно. Использовать постоянно переносной портал молодая богиня не хотела. Засев за расчеты, дочь Одина начала составлять формулу заклинания, которое, по её мыслям, должно было помочь ещё быстрее перемещаться в пространстве. Потратив несколько дней на расчёты, девушка сумела создать заклинание, которое должно было создавать в пространстве искривление, через которое Хела и её легионы мёртвых, могли перемещаться на огромные расстояния. И энергозатраты этого способа перемещения были в разы меньше чем при использовании обычного портала. Решив испытать новое заклинание, Хела направилась в главный холл своего дворца. Отойдя на несколько шагов от колонн, идущих к самому потолку, асгардка прошептала нужное заклинание, и вскоре напротив неё возникла тёмно-зелёная арка портала. Улыбнувшись, Хела вошла в него и спустя несколько мгновений оказалась на берегу озера, в паре метров от лесопарка. После первой попытки дочь Одина попробовала перенестись в Хельхейм, что, собственно, и сделала. Убедившись, что она в порядке, Хела вернулась обратно в свой дворец в Асгарде и принялась за создание новых личных заклинаний и проклятий. Окунувшись с головой в конструирование чар, Хела отвлеклась от тягостных мыслей, связанных с отцом. Сидя за своим рабочим столом в личном кабинете, брюнетка, обложившись множеством бумаг, исписанных асгардскими рунами, занималась расчётами новых заклинаний. — Госпожа, — вскоре раздался стук в дверь, и в комнату с молчаливого разрешения Хелы вошла служанка. — Да, Астрид? В чём дело? — Всеотец просит Вас присутствовать на совещании, миледи, — почтительно поклонившись кронпринцессе, сообщила служанка. — И когда состоится совещание? — отложив в сторону очередной исписанный лист пергамента, спросила дочь Одина. — Через три часа, госпожа. — Что же, я буду на нём. Передай это Всеотцу, — встав со стула, обратилась к служанке Хела. — Конечно, моя госпожа, — почтительно склонившись, светловолосая асгардка покинула рабочий кабинет наследной принцессы. ****** Сидя с правой стороны от трона Одина, Хела слушала, как Всеотец со своими генералами обсуждали планы военного похода практически по всем Девяти мирам, ну разве что кроме Мидгарда. В отличие от других миров, Земля была населена лишь ящерами, известными как динозавры, и потому не особо интересовала Одина и в целом кого-либо из асгардцев. Этот мир находился на периферии и был совершенно отсталым, так что в планах асгардского царя совершенно не значился. Во время совещания Хела не раз замечала, что некоторые из генералов отца с негодованием смотрели в её сторону. Хоть она и являлась принцессой, мужчины считали, что девушке нечего делать на военных совещаниях, но никак не говорили прямо этого, так как понимали, что с царём лучше не спорить. — Итак, решено. Я с основными силами направляюсь в Ванахейм, чтобы подавить мятежников, которые захватили власть в союзном нам мире. Тебе же, дочь моя, я поручаю навести визит в Муспельхейм, разберись с Суртуром и его демонами. Как только с ними будет покончено, отправляйся в Ванахейм, — на этой фразе Один закончил совещание. Покидая зал совещаний, черноволосая асгардка находилась в весьма хмуром настроении. И на то была причина. Родина огненных демонов представляла собой покрытую пеплом и огнём пустошь. Также воздух там был отравлен ядом, что делало миссию весьма сложной, и это если не брать в расчёт самого Суртура и орды его демонов. Понимая всё это, Хела не стала брать с собой ни одного асгардского воина, так как потери в таком случае были бы весьма огромными. А этого дочери Одина хотелось избежать. Так что с собой в царство огненных демонов Хела планировала взять свои легионы мертвых, так как их было легче воссоздать. После своего уничтожения мертвецы возвращались в Хельхейм, а богиня Смерти на призыв своих воинов тратила меньше магической энергии, чем на возвращение к жизни павших асгардцев. На центральной площади Асгарда собралось множество народа. Все прибыли провожать своего царя с его армией в поход по большинству из Девяти миров. Хела с парой легионов мёртвых воинов стояла чуть в стороне от основной асгардской армии. Девушка была облачена в свою тёмно-зелёную броню с рогатым шлемом. Стоя впереди своих солдат, дочь Одина не слышала в свой адрес каких-либо речей, так как асгардцев пугали мёртвые воины кронпринцессы. Однако это девушку ни капли не волновало. Пока её отец обращался к жителям царства Вечности с торжественной речью, облачённый в боевые доспехи, Хела молча стояла в стороне. Вскоре Один закончил и под звуки торжественной музыки легионы Асгарда направились в сторону Радужного моста, чтобы перенестись в Ванахейм. Как только площадь опустела, Хела создала пространственный портал и вместе со своими легионами направилась в царство Суртура. ******* Обширная равнина, покрытая золой и пеплом, с запада от которой раскинулось Огненное озеро, встретила армию Хелы. Пока мёртвые воины выстраивались в линию, Хела осматривала местность, дабы оценить обстановку. Отойдя на несколько метров от своего воинства, богиня Смерти принялась осматриваться. Но пока никаких следов огненных демонов не обнаружила. Как только легионы Хелы закончили выстраиваться в боевой порядок, богиня повела их вглубь территории Суртура. Крепко сжимая в своей правой руке молот Мьёльнир, наследная принцесса Асгарда вела своё воинство всё дальше обитель огненных демонов. Рядом со своей хозяйкой неспешно шёл Фенрис. Волк изъявил желание участвовать наравне с Хелой в боевом походе, и черноволосая асгардка не была против. Так что, ведя свои легионы вглубь владений Суртура, она беседовала со своим фамильяром. За пару часов Хела со своими воинами пересекла огромную равнину, но не встретила ни одного огненного демона. И это было весьма подозрительно. Велев армии остановиться, Хела вышла чуть вперёд и принялась при помощи магии выяснять, где всё же прячутся демоны. И вскоре она обнаружила их. При помощи магического зрения Хела нашла армию Суртура, обосновавшуюся в нескольких десятках километрах от неё. Огненные демоны во главе со своим повелителем находились на обширной равнине к северу от того места, где сейчас расположились легионы Хелы, и ожидали армию черноволосой асгардки. — Дочь Одина, что привело тебя в мои владения? — вскоре раздался в голове Хелы голос владыки Муспельхейма. — По велению Одина Всеотца я пришла покарать тебя, Суртур, повелитель огненных демонов, за твои многочисленные набеги на союзников Асгарда, — тотчас ответила брюнетка. — И ты всерьёз думаешь, что сможешь одержать победу на моей территории? Это ещё никому не удавалось! — высказался огненный демон. — Значит, я буду первой. Ибо для меня ничего невозможного нет, — ответила Хела. — На твоём месте я бы не переоценивал свои силы, — ехидно заметил Суртур. — А я на твоём — не недооценивала бы мои возможности, — за словом в карман не полезла дочь Одина. — Что же, тогда посмотрим, — ответил огненный демон, после чего прервал мысленный диалог с дочерью Одина. — Посмотрим, — уверенно высказалась Хела, ведя свои легионы навстречу орде огненных демонов во главе с самим Суртуром. — Хозяйка, может быть Вам не стоило так отвечать демону? — спросил верный Фенрис, который прекрасно слышал мысленный разговор между Хелой и Суртуром, но не вмешивался в него. — Мой милый Фенрис, есть такое правило: правило трёх «Н» — Нет Ничего Невозможного. Именно ему я и следую, — ответила черноволосая асгардка, продолжая вести своих воинов к месту сражения с ордами Суртура. Вскоре две армии выстроились друг напротив друга. Крепко сжимая в своих руках меч и Мьёлнир, дочь Одина вышла вперёд. Огненные демоны громко рычали, жар, исходивший от них, был совершенно невыносимым. Поэтому Хела накрыла всех специальным магическим куполом, чтобы её воины не сгорели моментально. — Фенрис, я думаю эта битва не для тебя, — обратилась к своему фамильяру, девушка. Признав правоту хозяйки, волк был вынужден отойти, но уходить с поля битвы наотрез отказался. — Итак, дочь Одина, ты готова встретить свою смерть? — выйдя вперёд своих легионов, спросил Суртур. — Где-то я это уже слышала… — тихо прошептала Хела. Отголоски прошлой жизни всё же, пусть и слабо, но проявились в памяти богини Смерти. Перед взором девушки предстал образ какого-то лича, бывшего когда-то человеком, но из-за своей боязни смерти совершивший над собой много мерзких чёрномагических ритуалов, ставший нежитью, говорившей нечто подобное в её адрес. Но вот кто это был и когда было сказано эта похожая фраза, Хела не могла вспомнить. Впрочем, сейчас это было неважно. Противник в разы превосходил её. Рост правителя огненных великанов доходил до двухсот метров, но Хела не привыкла отступать перед трудностями. «Я завалила стаю ледяных волков и этого сумею победить», — мысленно высказалась дочь Одина. Но перестраховаться всё же не помешало бы. Потому Хела мысленно воззвала к Хельхейму, чья магическая энергия ответила на зов своей повелительницы и начала усиливать и укреплять дочь Одина. Глаза девушки засветились ярким зелёным светом. Взлетев в небо при помощи Мьёлнира, Хела приготовилась к бою с Суртуром. Призвав свой огненный меч, демон повёл своих воинов в бой. Две армии начали сражение. Пока их воины сражались друг с другом, Хела и Суртур вступили в битву между собой. Будучи более мобильной, чем её противник, Хела с легкостью уворачивалась от всех атак владыки демонов. Но попотеть дочери Одина всё же пришлось. Суртур пускал в неё потоки сильнейшего пламени, магические щиты Хелы с трудом сдерживали яростные атаки владыки Муспельхейма. «Ну спасибо большое, отец. Ты как всегда услужил мне. Сам пошёл в Ванахейм, а меня сбагрил в огненное пекло», — мысленно возмущалась асгардка, контратакуя при помощи своего молота Суртура. Удар пламени пришёлся прямо по центру магического щита Хелы, от чего девушка отлетела на несколько десятков метров назад. Грязно выругавшись, наследная принцесса продолжила свою битву. Между тем её воинам, пусть и с огромными потерями, удавалось теснить и уничтожать огненных демонов Суртура. Создав огромные тёмно-зелёные пики, Хела запустила их в сторону своего противника. Магические копья богини Смерти тотчас пронзили грудь Суртура. Демон яростно взревел, но был всё ещё в состоянии сражаться. Помимо этого асгардка вовсю применяла свой молот. Потоки сильнейших молний постоянно сотрясали тело огненного демона, однако до завершения битвы было ой как далеко. Приложив ещё порядка сорока процентов своих сил, Хела начала постепенно теснить Суртура. Даже энергия его мира не помогала огненному демону, ибо энергия смерти, которой научилась пользоваться Хела, была повсюду, и Муспельхейм не был исключением. Черпая эту энергию, богиня Смерти становилась ещё сильнее. — Как такое возможно?! Этот мир — мой! Здесь всё подчиняется мне! — отступая под натиском дочери Одина, не в силах поверить в это, воскликнул Суртур. — Для меня нет ничего невозможного, — с легкой улыбкой на лице произнесла Хела. После чего, создав огромный тёмно-зелёный магический меч, отрубила руку Суртуру вместе с его клинком. Взревев от сильнейшей боли, огненный демон рухнул на землю, пытаясь снова отрастить себе потерянную конечность. Однако асгардка не собиралась давать ему этого шанса. Создав ещё несколько крупных пик, Хела насадила на них своего противника, нещадно ударяя молниями из Мьелнира. Меж тем орды огненных демонов были также разбиты, как и их повелитель. Уцелевшие воины Хелы нещадно уничтожали слуг Суртура. — Ты победила, дочь Одина. Я сдаюсь, — Суртур был вынужден просить пощады. Как только армией Муспельхейма было покончено, Хела создала вокруг владыки огненных демонов мощные нерушимые огнестойкие цепи, которыми и связала Суртура. — Перед тем, как ты заберешь в Асгард, в качестве трофеев все мои богатства, позволь дать тебе совет, дочь Одина. Не позволяй своему отцу завладеть камнями Бесконечности. Я знаю, что Один их ищет. Эти артефакты могут совратить практически любого, — произнес поверженный огненный демон. — Зачем ты мне это говоришь? — слегка повернувшись, спросила Хела. — Только тебе Судьба позволила их найти и хранить. Я знаю это, дочь Одина, — сказав это, Суртур замолчал. После разгрома орд огненных демонов, Хела, применяя свои навыки в некромантии, воссоздала легионы мёртвых, после чего повелела воинам собирать трофеи, коих тут было предостаточно. Пока доставлять в Асгард огромное количество золота, собранного в сокровищнице Суртура, Хела не стала, переправив трофеи в свой замок в Хельхейме. Разобравшись с огненными демонами и их правителем, богиня Смерти с Фенрисом и своими мёртвыми воинами отправилась в Ванахейм, открыв портал до этого мира. ********* В шатре Одина Всеотца шло очередное совещание. После прибытия легионов Хелы, асгардцы перешли в решительное наступление, в нескольких сражениях разгромив мятежных ванов. Но они ещё не были повержены. Под контролем мятежников находилось ещё несколько крупных городов, включая и столицу. И асгардцам требовалось взять их под контроль, чтобы одержать окончательную победу. За время многочисленных сражений, Один и его воины захватили много трофеев, которые тотчас были отправлены в Асгард, где шла величественная перестройка. В честь побед возводились новые дома, прочие здания, памятники, рисовались барельефы, изображавшие не только Одина, но и его дочь. Слава Хелы, как успешной воительницы и лучшего командира легионов, была весьма огромной. Принцессу боготворили простые асгардцы, ибо в переданных ей легионах было мало потерь. Хела старалась понапрасну не лить кровь асгардцев, только если не было другого выбора. Воины восхищались принцессой за её тактические и стратегические умения. Хела ни разу не повторяла один и тот же приём, стараясь удивить и ошеломить врагов. Девушка никогда не действовала по шаблону, что и делало её весьма опасным противником. Ещё в самом начале военной кампании богиня Смерти разработала для себя специальный боевой транс, во время которого могла себя контролировать. — Я думаю, для того, чтобы сломить волю этих упрямцев, нам следует устроить показательное уничтожение одного из городов, — высказался один из генералов Одина. — Я не уверена, что это поможет. Эта резня может ожесточить наших врагов и тогда нам предстоит ещё… — попыталась возразить Хела, но была прервана своим отцом. — Хела Одинсдоттир, как твой царь, я повелеваю тебе немедленно замолчать и не высказывать своё мнение, ибо предложение генерала Аскольда, я принимаю как основное. А теперь прошу всех покинуть мой шатёр. Совещание окончено. Хела не стала покидать шатёр, как сделали это другие генералы. Как только последний из них ушёл, асгардка в очередной раз попыталась достучаться до своего отца. — Всеотец, я не думаю, что такая стратегия принесёт для нас пользу. Чем сильнее давишь, тем сильнее сопротивление. Я думаю, что… — пыталась образумить Одина девушка. — Довольно! Моё повеление окончательное и пересмотру не подлежит! — стукнув своим копьём по земле, резко произнес царь Асгарда. — Но, отец… — Я что — не ясно сказал?! Твоё мнение меня не волнует. Воин должен не спорить со своим царём, а исполнять его волю. Если я приказываю уничтожить мятежный город, то ты должна это сделать. — Я не палач… — Ты будешь тем, кем я хочу, чтобы ты была. Всё, разговор окончен. Уходи! — Да, мой царь, — сухо ответила Хела, после чего развернулась и покинула шатёр Одина. После этого разговора со своим отцом черноволосая девушка молча направилась в свой шатёр.