Лунный свет

— Как она? Как думаешь? — уже немолодая, но симпатичная женщина расплетала длинную русую косу, сидя в постели. Такой же немолодой мужчина глянул на женщину с нежностью и беспокойством. Воспоминания о дочери кольнули старое сердце. Почти две недели прошло, как та уехала вместе с треклятыми отступниками. Ненависть к ним в разы выросла, как и тоска по младшей дочери. — Надеюсь, с Айлин всё хорошо, — вождь снахов устало выдохнул. — Я пытался с ней связаться через инерциальный шар связи, но, видимо, она не хочет — в их норах он даже и не настроен! А ведь предупреждал Нерейву… — Всё, не злись, мудрый. Нерейва сегодня днём мне лично написала, что она в порядке, — удивила Элдора жена. — Эта змея подземная писала тебе? Почему же ты сразу же не сказала? — Было много посетителей, всё так закрутилось, и вдруг какой-то бледный мальчик с белёсыми волосами и глазами преподносит мне письмо. Неожиданно и молча. О, давай лучше покажу, — тугая и толстая коса полностью распустилась, и длинные волосы наполовину закрыли тревожное лицо знахарки. Эльфийка молча встала с кровати, подошла к маленькой тумбе у двери, доставая оттуда письмо, обычное, без всяких печатей и повязок. Совершенно неформально, что вполне в стиле Нерейвы, как знал эльф. — Читай, — получив в руки сухой пергамент, он развернул его и принялся читать про себя, напрягая зрение. «Приветствую, милая Миримэ! Решила написать тебе, а не твоему нервному муженьку, так как ты показала себя мудрой женщиной и женой. Сама была такой когда-то. Но не об этом моя речь. Уверенна, что тебя, что мужа твоего, интересует положение Айлин. Чистая душа. Десять дней, как женой стала девочка, правда пока они с сыном не выполняют прямых обязанностей мужа и жены. Чувствует себя прекрасно, нашла младшую сестру в прислужнице, открывает для себя традиции и суверенитет сумеречных эльфов. Девочка очень добрая, хотя их отношения с Гвэйном не могут вызвать улыбку, но уверенна, что скоро Айлин перестанет противиться ему, не забывайте, что их брак нерушим, их союз скреплён Священным цветком, так что не хмурься, Элдор! Наверняка, добродушная Миримэ дала тебе это письмо, так? Раз уж читаешь, то знай: можешь ненавидеть меня, сколько твоей друидской душе угодно, но короли двух королевств людей объединились душой и телом, договором и свадьбой. Скоро они придут на наш материк, но поодиночке вы их не остановите. Шанс, что ваши объединённые силы выдержат натиск железных мечей — есть, но мал. Но с нами, а ещё точнее с нашей магией и искусными воинами — он велик. Не дури, Элдор. Ты мудрый мужчина, уж намного мудрее моего покойного мужа, будь он проклят, да простят меня Мать-Земля и Отче-Небо, в которых я с лишним тридцать лет не верю. Сделайте верный выбор, и знай, что одно из ваших племён уже с нами. До скорого свидания, супруги! Уверяю, что скоро оно настанет!» — Мерзавка! — крикнул Элдор, но был успокоен тёплыми и родными поглаживаниями Миримэ. Он вздохнул.

***

— Уверенна, что сможешь управиться с настоящим? Может, стоит на деревянных продолжить, хотя я с пяти лет на них не тренировался… — Так, всё! Уверенна, — чуть подрагивающими ладонями, Айлин обхватила рукоять стального меча. — Ну, нападай. Вспоминай всё, что я объяснял, — в отличие от своей ученицы, Гвэйн держал меч уверенно, даже расслабленно, притом левой рукой. Нападать та не спешила: прежде чем взяться за мечи, он объяснял ей теорию. Запомнила она немногое, но желание победить его, или чуточку покалечить вселяли в неё азарт. — Ха! — быстро переместившись на правую сторону от него, она сделала выпад, но тот весьма вовремя отскочил. Проигрыш её раздорил — Айлин смело подходила ближе к нему, заставляя того пятиться назад. Он с лёгкой улыбкой наблюдал за девушкой, не забывая то отскакивать от её меча, то парировать удары. Двигалась та быстро, но сноровки ей недоставало. — Нападай на меня! — Конечно. Я не дурак, а ты невнимательно слушала меня! — тут Гвэйн круто развернулся, оказавшись сзади неё, крепко прижимая её к себе, а клинок упёрся ей в горло. — Ты быстра — молодец. Но ты так отчаянно пыталась ударить меня, что забыла о выносливости — её тебе очень не хватает, а ты ещё гоняешься так вокруг меня, — проговорил ей муж в ухо, а она почувствовала лёгкий шлейф вина. Айлин инстинктивно дёрнулась, заехав своими ягодицами по его паху. Он шумно выдохнул, не спеша отпускать супругу. Она попыталась выставить на него меч, но он перехватил её руку своей, крепко прижав к своему телу. — А ещё я говорил, что нельзя слишком сильно подпускать к себе противника, особенно, если это зрелый мужчина в расцвете сил, у которого такая аппетитная жена, — её ушки нервно дёрнулись, а тело ещё пыталось вырваться из его сильного захвата. — Поняла — сглупила. Отпусти меня! — голова девушки оказалась на его плече. — Что-то я слишком часто это слышу от тебя. Совсем не это жаждет услышать мужчина от своей женщины, мышонок, — вкрадчиво продолжал юноша, чуть наклоняя голову, чтобы лучше видеть её покрасневшее лицо. То ли от усталости, то ли от смущения. — Я укушу тебя-я-я-а-а! — клинок выпал из её рук, и освободившейся рукой она вцепилась в его руку с мечом. — Э-эй! Осторожней, у меня меч в этой руке! — ему пришлось кинуть клинок. — Зато теперь ты в моих руках! — Ой! — сначала лязг меча неприятно заложил уши эльфийки, а потом Гвэйн и вовсе подхватил ту на руки. Снова. — Дурак, отпусти! — На оба ответа говорю — нет, — они так и стояли посреди пустой арены, которую им уступили готовящиеся здесь к ежегодному осеннему турниру отступники. — Гвэйн! — Айлин стукнула кулачками по его крепкой груди. — О-оу, — она прижала руку к своей груди, неприятно нахмурившись. — Твой дурацкий медальон! — Ну, всё-всё, — эльф опустил девушку на землю, но тут же схватил ею руки, осматривая и растирая тёплыми и чуткими пальцами. — Давай сюда. Гвэйн поднёс её правую ушибленную ладонь к нему. Эльфийка с недоумением наблюдала за лёгкими поцелуями, оставляемые мужем на месте ушиба. Поцелуи были нежные, воздушные, что сбило с толку уязвлённую проигрышем Айлин. — Приятно? — супруга ничего не ответила, отводя смутившийся взгляд на брошенные клинки. — О, эти губы на многое способны…

***

— Надо же! Явились — не запылились! — съязвила Нерейва, увидев сначала в проёме арки тёмную макушку Гвэйна, а потом светлую макушку Айлин. — Плохой ты муж. Я на обеде невестку дня два не видела. То вы куда-то выезжаете, то по отдельности едите, то в комнате. — Я учил Айлин драться на мечах. Пока её начинания я могу сравнить с пятилетним, — девушка мстительно прищурилась, зыркнув на мужа. — Что на обед? Только не похлёбка с капустой и яблоками… — Похлёбка с капустой и яблоками, — саркастично сообщила мать эльфа. Девушка улыбнулась. — Также печёная картошка с мясом и грибами. — Снова пить, — грустно вздохнул отступник, складывая руки на столе и кладя голову на скрещённые руки. — Так, сынок! Ещё раз увижу тебя с бутылкой, или мать Равенна мне сообщит, что ты снова клянчил у неё бутылочку! — накажу по самые не балуй! Айлин, запрещай мужу. Иногда ему хватает смелости, чтобы не слушать мать, но может тебя послушает, жену свою? — Окститесь, женщины! — схватился за сердце юноша.

***

— Надеюсь, ты любишь мясо? Мы, северяне, его едим на завтрак, обед и ужин, — со значением произнёс Дункан, откусывая приличный кусок мясо на голени курицы. — Свинина, конечно, лучше всего, — он с жадностью посмотрел на стол, где стояла тарелку со свиным мясом и гарниром. — Благодарю, мой король, — Ева сдержанно поблагодарила нового мужа. Третьего. — Мясо чудесно, — о том, что она вегетарианка, королева промолчала, решив не нагружать мужчину. На самом деле, всё было не так плохо. Муж из него, конечно, не ахти, единственное, что у него хорошо получается, так это выполнять супружеский долг. Для Евы это было не столь главным, как вернуть былое могущество их предков. Несмотря на его пылкий, северянский нрав, женщина нашла к нему подход. Дункан слушается жену и уважает, раньше он считал её занудной, фригидной бабой, но мнение поменялось. Королева умна и хитра, а король силён и горд. — Флоты строятся, экономика наладилась, ты просто умница, Ева! — пережевав мясо, похвалил жену муж. — О, да. Мои советники следят за ситуацией на Юге, а недавно отправили разведчиков в земли остроухих. Думали, перерезать пару глоток, но те так и не вернулись. Уродцы. — Ну, ничего. К началу месяца Высокого солнца флот и армии будут готовы. Тогда эти остроухие и змееподобные узнают кто тут хозяин. Одни поклоняются лужам, другие деревьям. Тьфу! — раздорился король. — Да, вот только нас больше, что они, наверное, забывают. Глупые гордецы! Мой дед с ними сражался, но погиб от руки какого-то юнца, у которого и борода ещё не росла, — разоткровенничалась Ева, неохотно ковыряясь в тарелке вилкой. — У меня тоже дед, да и отец застал, — поддержал её мужчина. — Подожди, Ева. Мы их ещё покорим! — Да, мой король, — она улыбнулась.

***

Айлин шла прямо по коридору, прижимая свой альбом к груди. Направлялась девушка в библиотеку, чтобы спокойно отдохнуть от общества Гвэйна и порисовать, а точнее дорисовать… его. — Ваше Величество! — немолодая женщина прижалась к очередной мозаике на стене, чтобы не столкнуться со своей королевой. — Осторожней. — О, нет, извините меня! — девушка снова засмотрелась на замысловатые и не очень мозаики, отметив, что не раз замечает, что окна расположены очень высоко, а где-то их и вовсе нет. — Вы… вы, кажется, мать Равенна? — Правильно, моя госпожа, — перед ней стояла немолодая, но по виду мудрая и серьёзная женщина, с гладкой причёской и мрачным платьем, абсолютно закрытым. — Гвэйн и госпожа Нерейва про вас не раз упоминали, но лично я вас не встречала, — прислужница по замку была очень высокой и худой. — Да. Нерейва моя старая подруга, а с Гвэйном я сидела в детстве, сейчас я работаю в основном на кухне, но присматриваю за всем замком. Я видела тебя в первый день приезда, такая скромная, однако с разгильдяем Нерейвы прям зубки показывала. — Ну-у, спасибо, наверно, — Айлин неуверенно улыбнулась, смотря на стопку книг в её иссохших руках. — Может, вам помочь? Вы в библиотеку — я тоже. — Негоже королеву просить помочь не высокородной, тем более это её работа, — не услышав ответа, она быстрым шагом направилась вдоль коридора, до нужной двери. — Нет, я помогу! — девушка догнала отступницу, отобрав стопку книг. Равенна фыркнула, но не противилась. Вскоре они дошли до нужной двери и вошли в просторную библиотеку, где витал запах истории и знаний. Прекрасный запах. Женщина повела её к дальней полке, к разделу «История». Действительно, когда они начали раскладывать книги, Айлин заметила такие книги, как «История рас Айн-Двена», «Появление жизни», «Уроборос — великий бог, или выдумка предков?», и тому подобное. Сама девушка прочла такие книги ещё давно, точнее читала ей и Нимре мама. История ей нравилась. — Я могу поинтересоваться, зачем вам книги с подобным содержанием? — не выдержала эльфийка, помогая ставить последние книги. — Это Аглаи и другим сиротам. Аглаи повезло с вами, насколько я знаю. — Вы учите детей-сироток? — искренне удивилась девушка, а улыбка медленно поползла вверх. — Ну, да, пытаюсь, — пожала плечами отступница. — Спасибо, моя королева! Зазря на вас наговаривает Катрина — девушка она неплохая, талантливая, но именно это и портит её. Скажу честно: вы тут многим пригляделись, так что не переживайте, если вас это волнует, — коротко опустив голову, она удалилась. Айлин не знала, что и думать. Её тут признали! Пусть, как и невестой Гвэйна, но признали! Почему-то ей казалось, что её не примут — она же совершенно чужая, никто не знает её, только то, что она пригляделась их молодому королю. По правде говоря, девушка побаивалась такой ответственности, как правительницы подземного королевства, но если надо будет нести её, Айлин не отступится. — Где тут место понеприглядней? — эльфийка расхаживала вдоль длинных книжных полок, надеясь устроиться там, где её не будет не слышно, не видно. Наконец молодая королева устроилась в узком проёме между полкой и стеной, облокотившись на стену и доставая из широкого кармана серого, тёплого платья, которое она переодела после тренировок с мужем, старенький альбом. Закрыв глаза, она попыталась представить его всегда чуть прищуренные, чёрные глаза со звёздами в глубине; его прямые черты лица, неширокие скулы, но выразительные; его рот, вечно дрогнувший в ухмылке, лёгкая щетина, которую он начал отращивать; чёрные, смоляные волосы, какие сравнивала с лёгким гнездом, стоило ему распустить небольшой хвостик, иногда в них так хотелось зарыться, чем-то напоминали ей и Айзека с его рыжей и вечно лохматой шевелюрой. Айлин раскрыла глаза, и начала дорисовывать недостающие детали, и исправляя старые. Её кисть с маленьким кусочком карандаша выводила тщательно такие иногда ненавистные черты лица, а иногда такие красивые… «Да что ж такое! Я ничего не понимаю».

***

Гвэйн нервно крутил перо, слушая наставления наставников, и еле удерживаясь от зевоты. Совет состоял из пяти человек, не включая Гвэйна, Нерейвы и Айлин, как членов королевской семьи. В Совет входил: Ветка, можно сказать главный ассасин в городе; везде сующая свой чуть курносый носик Катрина, протеже его матери; Синитар, главный из минотавров, назначение которого ждал никто, но Нерейва настояла — кроме загонов, они присматривали и за охраной замка; Лейла, верховная чернокнижница в Ложе, чьё могущество действительно могущественно; Ирмис, был казначеем и управлял заведениями города, скользкий тип, но не предаст. Каждый занимался своими делами, пока Ирмис докладывал о делах рынка — Ветка спал с открытыми глазами, Синитар, кажется, тоже, Лейла осматривала придирчивым взглядом узкий носок высоких сапог, а Катрина то и дело бросала взгляды на Гвэйна обиженного характера. Всё обижалась за тот случай, но татуировку сделала, что надо. «Непонятливая. Так трудно понять, что все наши чисто постельные отношения в прошлом. Конечно, мы можем обсудить то, какая школа магии мощнее — абсолютная тьма, где одни проклятия, или реалистичные иллюзии, а также каким ядом смазать клинок и когда — но на этом всё. Я пытался найти с ней что-то похожее, но кроме любви к постели и вину, ничего. С Айлин не так. Ей что предложишь, так она точно раза с пятого согласится, хотя вот на ящеров она активно согласилась, и вот на фехтование!» — Мой господин, — слегка высокий и меланхоличный голос казначея вывел того из раздумий. — Я могу присаживаться? Отчёт вы получили. — А-ага, — что там было в отчёте этом, он не помнил, но, надеется, что всё в порядке. — Все всё доложили, или ещё кто остался? — Всё, ваше Величество, — саркастично ответил Ветка, зная, как бывший воспитанник не любит собрания, особенно, если матушки нет рядом — она медитирует. — Слава будущему Ирдэну! Тогда всё, все расходимся. Всем удачного вечера! — все тоже вежливо попрощались с ним, ассасин по обыкновению похлопал парня по плечу, но вот Катрина осталась. «Ну, только не ты!» — Чего желаешь, Катрина? — натянуто улыбнулся Гвэйн, вставая из-за стола. Чернокнижница плавно встала с места, потом начала медленно подходить, виляя бёдрами. Подойдя к нему вплотную, она провела рукой по его плечу, а после произнесла тихим голосом: — Ты устал, напряжён. Давай, я сделаю массаж, ты его так любишь. — Ну, валяй, — юноша снова покорно опустился на стул, кладя скрещённые руки на длинный стол и чуть выгибая спину, чтобы девушке легче было. — А я уж думала, что откажешься, — проговорила красноволосая волшебница, разминая напряжённые плечи парня. — Ты такой верный стал, хотя мне изменял направо и налево. — Что? Нелепость какая! Не изменял я тебя, только когда ссорились, но это не считается. Ты тоже не без греха. — Мой прекрасный король, у всех есть грехи, за которые мы когда-нибудь расплатимся. — Любишь ты стрелки переводить! — усмехнулся юноша. — Какие у тебя пальцы тёплые. Колдовала недавно? — женские пальчики пробежали по его шее, а после забрались под ворот чёрной, шёлковой рубашки. — Да, обучала малявок стихии огня. Показывала им элементарное — как вызвать огонь, чтобы поджечь что-нибудь маленькое. — Бедные дети, — Гвэйн знал, как отступница не любит детей, не признавая тех за равных, однако обучала она их усердно, проявляя к каждому внимание. — А что же ты такой напряжённый? Мышцы дубовые. Наверняка сказался твой продолжительный целибат, — невинно произнесла та, дойдя ладонями до его груди. — Любопытная. Просто мне осточертели эти собрания! Ничего толком полезного не говорят, а про людей не слышно. Что они там? Приехала эта Ева и… и что? — пожаловался эльф, мягко отстраняя руки девушки, которые начали плавно спускаться к животу, успев уже расстегнуть пуговицы. «Вот, зараза. Надо было хоть жилетку накинуть, а лучше сразу кожаный доспех!» — Я могла бы… утешить тебя, — проворные пальцы заскользили к ремню, но руки юноши вовремя перехватили её. — Благодарю, конечно, но не стоит. Уверен, у тебя полно ещё любителей массажа с эротическим уклоном, но у меня есть супруга, которая небезразлична мне. — Ты совсем испортился! — Катрина гневно вырвала свои ладони из его рук, и ушла, судя по стуку каблуков по каменному полу.

***

— Как же я устал, — Гвэйн плюхнулся на кровать. «Может, я старею? П-ф, как же ещё объяснить моё измотанное состояние? Сейчас бы получить разрядку… а Айлин нет, впрочем, как и её согласия…» Парень разочарованно выдохнул, но чуть подумав, сел в постели и начал раздеваться. — Всё, спать! Не хочу ужинать, — буркнул он, стягивая с тела рубашку и ленту с волос. Гвэйн обратно плюхнулся на постель, зарывшись в шкуру и носом в подушку. Сон не шёл, но он упрямо продолжал лежать. В последние дня три он и впрямь чувствовал себя нервным, но не показывал этого ни матушке, ни Айлин в особенности. Возможно, Катрина права и ему и вправду просто нужно отдохнуть… как следует. Но Айлин… «Ох, доведёт меня она! Моё вынужденное сдерживание плохо скажется и на ней, и на мне! Скоро бросаться на девушек начну, а если Айлин ещё раз случайно коснётся меня своими ягодицами или грудью, то я за себя не отвечаю!» Послышался звук отворения двери. В покоях показалась девушка. Отблеск от огня в камине наполовину освещал силуэт эльфийки. Скинув балетки, она прошла в спальню, и, увидев «спящего» Гвэйна, стала раздеваться. Эльф нервно сглотнул, наблюдая за ней, не смея отвести глаз. Чуть тусклый свет от кристаллов на потолке очаровывал всю атмосферу, да и редкое потрескивание в камине будоражило всё сознание Гвэйна. Айлин стояла к нему спиной, складывая новое платье чёрного цвета, которое так невероятно подходило к ней, в шкаф. Оттуда через несколько секунд она достала свою неизменную сорочку. Отступник пытался прикрыть глаза, но они всё время раскрывались, а вскоре он и вовсе почувствовал волну жгучего желания внизу живота. «Только этого не хватало!» — незаметно и бесшумно парень мигом перевернулся на другой бок, скрипя сердцем. Через минуту юноша почувствовал давление на постель — девушка осторожно приземлилась, стараясь не разбудить мужа. Её очень удивило, что он так рано лёг, и толика беспокойства забралось в неё. «Спрошу об этом завтра. Всё он хотел попробовать поучить меня магии. Хм, неужели ему и вправду интересно со мной так возится? Дурачок такой!» — эльфийка улыбнулась, туже закутываясь в шкуру, и вскоре засыпая.

***

«Что же за напасть такая?» — думал Гвэйн, чувствую, как тёплое сопение и острые грудки прижимаются к нему сзади в попытке согреться. Айлин была очень мерзлявой. Она сама в этом не раз признавалась. Камин практически догорел, а шкура была тёплой, даже очень, но ей было мало. Сама того не ведая, девушка всё время прижималась во сне к Гвэйну, притом всем своим хрупким тельцем. Конечно, его это и раньше волновало, но вот сегодня что-то слишком. Слишком остро он чувствовал её горячее дыхание, опаляющее его голую спину; слишком остро чувствовались небольшие грудки с острыми сосками, сквозь её сорочку; маленькие ступни, обнимающие его ноги. Гвэйн целый час уже мучился, боясь повернуться и сорваться. Но желание было велико. Очень и очень. Неожиданно Айлин зашевелилась сзади него, и он почувствовал, что сопения больше нет, как и грудей. Любопытство взяло вверх, и парень повернулся на другой бок. Верно — эльфийка спала на другом боку, видно согрелась. «Ничего же не будет, если я обниму её?» — раньше эльф никогда не обнимал её при сне, чтобы лишний раз не смущать её, но сегодня всё шло не так, как обычно. Крепкие руки Гвэйна обхватили жену, чуть прижимаясь к той. Эльфийка никак не отреагировала. Не понимая, что делает, его руки стали поглаживать сначала плечики, а после опустились на талию. «Такая тоненькая!» — отметил отступник, чувствуя, как задышал чаще. Тут Айлин пошевелилась, и получилось так, что неосознанно её тело придвинулось ближе, почти вплотную. Юноша стал водить носом по её шее, а тёплые ладони медленно и осторожно поднялись к груди. Гвэйн еле сдержался от желания, чтобы не сжать их и не прикусить от удовольствия нежную кожу на шее жены. — Как хорошо-то… — прошептал чернокнижник, аккуратно лаская упругие соски сквозь ткань мешающейся ночнушки. Вскоре одна рука Гвэйна осталась покоиться на левой груди, а правая рука стремительно продолжала спускаться вниз. Неожиданно, он почувствовал, как тело девушки значительно напряглось. «Проснулась», — пронеслось в его голове средь тумана страсти, от которого он уже не мог остановиться. Ладонь отступника остановилась на животике — тот ожидал от той каких-то действий, но та притихла. Гвэйна это насторожило, однако останавливаться не стал — если не кричит, не бьёт, значит не против. «Я только приласкаю… покажу, от чего она отказывается». Добравшись до паха эльфийки, парень стал подтягивать сорочку, чтобы проникнуть внутрь. Сердце девушки заколотилось быстрее под ладонью Гвэйна, когда его правая рука поползла по бедру, нежными касаниями касаясь и лаская. — Я знаю, что ты не спишь… Сердце Айлин затрепыхалось, словно у воробья. Она задышала чаще, не в силах что-то крикнуть или предпринять — наверно, это и называют страстью, наваждением, подумала она. — Тебе приятно? — прошептал отступник ей на ушко, касаясь одновременно и языком, и пальцами гладкой кожи. — Ах-х-ах… — смогла только и вымолвить девушка, проклиная себя за слабость и моля о том, чтобы он не останавливался. Новые ощущения захлестнули её. Молодая королева сжала его руки, одна, которая, активно ласкала грудь, другая её естество. Сначала Гвэйн подумал, что она очнулась и решила остановить его, но её тоненькая ручка ничего не предпринимала, только сжимала. Его пальцы стали ещё откровенней. — Ты такая податливая, мягкая, узкая… — всё шептал эльф ей на ухо, не оставляя без ласки и его. Айлин зубами вцепилась в подушку, чтобы не застонать, когда его умелые пальцы ускорились, гладя нежные складки и особую точку. Эльф что-то хрипло шептал ей, сам не понимая что. Так хорошо ей не было, плевать, что до этого она высказывала парню. «Как стыдно-то!» — эта мысль всё носилась в её голове, но быстро исчезала под натиском страсти. — Гвэйн! Гвэйн!.. — девушка мелко затряслась, выкрикивая его имя на пике. — Мышонок мой, — юноша и сам получил разрядку, тихо простонав. Айлин обмякла в его руках, которые вскоре оставили её. Эльфийка вообще не ожидала от себя такой реакции, как и таких необыкновенных ощущений. «Что это было?» — всё ещё не окрепшая после волны удовольствия, подумала она. — Можешь ничего не говорить, — отступник ещё тяжело дышал. — Просто мне… у меня тоже есть потребности, так что извиняюсь за несдержанность. Тебе ведь было хорошо? — Да, — смущённо ответила супруга, поворачиваясь к мужу. — Гвэйн… — Тихо-тихо, — его губы остановили несказанные слова. — Ты получила удовольствие — это главное, — ладонь юноши снова вернулась на грудь, а другая приобняла жену, прижимая ближе. — Гвэйн, — она была вся красной и растерянной. — Я… я не знаю, что хочу, и что чувствую. — Я не трону тебя и пальцем больше. Обещаю. Это был первый и последний раз, — тот чмокнул её и нехотя убрал руку. — Но если увижу, что ты хочешь того же, что я всегда хочу… Не остановлюсь…