Покорюсь лишь одному

Часть I - будни: О Герарде, о ведьме, о ростках ликориса и розы. Удачи. ***

Время близилось к семи вечера, если не позже. Держа за руку Алину, я шёл вместе с ней после занудной театральной пьесы, где моя «любимая» отыгрывала какую-то второстепенную роль. Вроде была кухаркой... или деревом? Нет, не помню, уснул быстро, но обе эти роли ей и в жизни очень даже подходили, особенно вторая. – Зай, о чём думаешь? - теребит меня за куртку моя девушка. Вот терпеть не могу, когда она меня так называет. Алинка очень низкая, метр пятьдесят девять, вроде. Ниже меня на целую голову. Раньше я думал, что это даже мило, забавно, но нет. Как только моя спина начала больно ныть из-за ежедневных наклонений за очередным поцелуем - я быстро изменил своё мнение. – Да так, ни о чём, - не мог же я сказать своей девушке, чтобы она начала пить растишку? Шатенка сердито хмыкнула и ещё сильней прижалась к моей руке, прям сдавила её. Я же без единой эмоции продолжил топтать пушистый снег. Вот сейчас мы придём ко мне на хату, займёмся сексом, потом будем смотреть какую-нибудь совершенно неинтересную и нудную телепрограмму, типа «Дома 2» или «Клуба бывших жён» по старому телеку. Затем Алинка, как всегда, закатит истерику насчёт моего материального недостатка, обозлится и уйдёт. Я же поживу несколько дней, как самый нормальный человек, а потом она опять со слезами будет просить у меня прощение. Я прощу. Ведь кроме этой бабёнки, которая ведётся лишь на моё личико и тело - у меня никого нет. Все остались в Москве. Любящая мать, живущий у любовницы придурок-отец, лже-друзья… все. Да и то после моего переезда, последние забыли обо мне. Ни разу не позвонили, ни разу не написали, а некоторые так вообще удалили из друзей в ВК. Печальная история, но не в новинку. Уезжая, я знал, что так всё и будет. Переехав в небольшой, но уютный городок, в надежде не досаждать матери, я поселился в какой-то маленькой однокомнатной квартирке на окраине города. Хотя, «это» даже квартирой назвать нельзя. Трущобы какие-то - вот и всё описание, но зато квартплата добрая, бедному студенту как раз по карману. Компаньона у меня нет, да и вообще я соседей недолюбливаю, ибо у меня всегда с ними было море проблем. Да, поэтому я не хочу перебираться в общежитие. Уж лучше бомжевать, чем там жить. Да, у меня мерзкий характер. Из-за него же у меня нет никого. – Зай, за нами кто-то идёт, - вдруг испуганно вылупляется на меня шатенка. – Тебе кажется, - отмахиваюсь я. Вечно Алинке кто-то мерещится. – Нет, не кажется! С досадой я оборачиваюсь, вижу позади нас каких-то пьяных парней. Они тут же ловят мой взгляд и ухмыляются. Это нехорошо. Я ускоряю шаг, расталкиваю людей и с силой тащу за собой нервную Алинку. Прохожу несколько метров, опять оглядываюсь. Местные гопники ускоряются вместе с нами. Чёрт, а вот это уже проблема! Я, конечно, драться умею, но с тремя выродками ни за что не справлюсь. Я же не Джеки чан или там Джемс Бонд… – Алин, слушай меня, - на ходу, я наклоняюсь к уху перепуганной девушки. – Сейчас дойдём до двух поворотов - ты идёшь в сторону вон той толпы, я же направляюсь к дворам. И отдай мне свою сумочку, они наверняка хотят денег… – Но там же айфон! - плаксиво выдаёт эта эгоистка. – Давай пойдём в сторону ментовки! Они испугаются и убегут! – Не будь такой дурой. Дурочкой. К ментовке только один путь, если пойдём по нему, эти алкаши всё поймут и поймают нас раньше, чем мы дойдём. Всё, времени на разговоры нет. Давай сумку. – Но… телефон… Зай, сохрани его… он дорогой… – Постараюсь. – Я тебя люблю! – фальшиво кидает Алинка, отдаёт мне свою сумку и бежит в сторону движущегося потока людей. Вот же, даже не оглядывается. Я же стою пару секунд с сумкой, затем оборачиваюсь. Один из парней мне подмигивает, а потом переводит взгляд на Алинкину вещицу. Я ухмыляюсь, показываю фак гопнарю и бегу со всех ног в противоположную сторону. Охеревший от такой наглости гопник реагирует быстро, даже очень. В эту же минуту я слышу позади себя громкие маты, хруст несчастных снежинок и чувствую настоящий адреналин. Вот ради таких моментов и стоит жить! Стоит быть человеком! И плевать, что ждёт тебя впереди, но это куда лучше, чем добровольно сдаваться! Но никто не согласен с моим мнением. Никто. – Добегался, щенок?! – после целого часа погони, гопники таки нагоняют меня в каком-то тихом дворе. Один из парней с силой прижал меня к твёрдому дереву, да ещё так сильно, что мне казалось, что он вот-вот раздавит мне башку. Сверкнув своими белыми зубами, гопник в тёмном капюшоне потянулся к сумке Алины. Скорее всего понадеялся на мой страх и позабыл о бдительности. Это пошло мне на руку. Я тут же больно пнул его. Тяжёлая рука отпустила моё горло. Громкий взвизг, а потом и жестокие маты тут же посыпались из уст парня. Я хотел было бежать дальше, но один из приятелей этого урода схватил меня за шиворот, потянул на себя. Крестом прижимая к себе сумку, я обернулся, укусил второго за руку, попытался и его пнуть, но не успел. К нему поспешила подмога. Третий шкаф тут же впечатался острым коленом в мою спину. Я громко зашипел и даже чуть не выронил сумку. Второй ударил кулаком в охраняемый мной предмет, который я держал на уровне живота. Я тут же согнулся пополам, медленно опустился на снег. Тело будто разрывало на куски, сердце билось в бешеном ритме. Адреналин задурманил мою пустую голову. Я ни о чём не думал кроме того, что ни за что не отдам сумку. Глупая причина, я идиот, но не отдам. Всё равно не отдам. Получив больной удар по голове от первого гопника, которого я пнул, моё лицо соприкоснулось со снегом. Но через несколько секунд, под матные реплики, я попытался подняться. Придерживая одной рукой сумку, а второй упираясь в землю, я бросил ненавистный взгляд на своих врагов, отчего они тут же заржали. Пытаюсь подняться, но нет, неприятной волной боль проходит по всему моему телу. Я тут же падаю, опять слышу смех над головой. Чувствую, как кто-то из этих трёх уродов приподнимает меня за волосы. Ещё минута - и я встречаюсь своими очами с чужими глазами. Так близко, так страшно… у этого человека разные глаза. Один карий, другой зелёный… гетерохромия? – А я тебя помню, ублюдок! – узнаю по голосу самого первого нападавшего. – Эй, пацаны, это же тот чудик со второго курса, ну! Студенты? Отлично. Я супер-неудачник. – О, точно, это же он тогда наше пиво в коридоре разлил! – зло прошипел один из друзей разноглазого и зарядил мне больную оплеуху. Глухо вскрикнув, я опять повалился на снег. Всё, тело перестало меня слушаться. Осталась лишь невыносимая боль, адреналин в ушах и гордость, ради которой я всё продолжал и продолжал сжимать сумку. Странно, а ведь раньше я не видел этих придурков в универе. Только немного слышал об этом разноглазом, но считал, что это обычные сплетни. Да и пиво тогда случайно разлил, сонный был. Ну а какого его посередине коридора оставлять? – Ладно, у нас нет времени. Если не хочешь, чтобы мы переломали тебе все кости, то гони сумку! Разноглазый тип в капюшоне садится на корточки и протягивает мне свою руку. Ехидно улыбается. Я тоже слегка улыбаюсь, а потом плюю на эту самую руку, чем привожу парня в ярость. Он резко встает и пинает меня в плечо. Капюшон тут же спадает с его головы, показывает тёмные, слегка волнистые локоны. Структура прямо как у меня, правда, цвет волос у меня тёмно-карий. Да уж, нахожусь на грани и сравниваю наши шевелюры. Как обычно. – Легче сдохнуть, чем поддаться типам вроде вас, – я ухмыляюсь, но пелена боли тут же срывает мою улыбку с лица. – Арт, надо быстрей валить. Я издали вижу каких-то людей, – хмыкает третий человек. – Да плевать, – шипит этот самый Арт, а потом опять наклоняется ко мне. - Хочешь открою свой маленький секрет? Я - садист. Просто обожаю кишки, кровь и чужое нытьё. Если не отдашь сумку, я поддамся своему искушению. – Психопат, – опять огрызаюсь я, перед тем как получить обжигающую пощёчину. Именно последняя заставляет меня таки выронить сумку. Арт ловко вытаскивает её из под меня, а потом, свистнув, убегает в противоположную сторону со своей бандой. Я же продолжаю валяться и медленно ухмыляюсь своей победе. Многие спросят, что ещё за победа, если меня избили, опозорили и забрали то, что я защищал? Но она есть. Я не отдал сумку, они забрали её сами. Для меня этот факт является самым главным. Какая-то молодая пара останавливается рядом со мной. Скорее всего их-то и видел гопник. Женщина растерянно прижимает маленькие ладошки к своему рту, мужик же помогает мне встать. Опираясь на его плечо и стараясь не грохнуться, я благодарю пару. Они предлагают мне скорую, но я отказываюсь. Студенты таки били меня грамотно, только синяки оставили. Мужик доводит меня до лавки, садит. Вместе со своей женой ведёт какие-то пустые разговоры о насилии в нашей стране, а потом эти люди уходят. Наконец-то. Я сижу около часа на холодной скамье. Наблюдаю за падающем снегом, за идущими по своим домам людьми, на голубей, которые играют в сугробах. Смотрю на всё это и вспоминаю один карий и один зелёный глаз. Думаю об универе, об Алине, о себе. Потом, когда боль более менее проходит, не спеша встаю с места и со скоростью черепахи плетусь домой. Такси не вызываю, денег нет. Надеюсь дойду.