Маленькие истории департамента в Детройте

Внезапная болезнь Ричарда подкосила не только самого Декарта, но и его андроида. Ну, как, внезапная. Конечно, за неделю до этого, Ричарда столкнули в ледяную ноябрьскую воду при задержании особо опасного преступника. Девятисотый, зная детектива, сам проследил за тем, чтобы Декарт нормально добрался до дома, выпил чего-то тёплого и отогрелся. На следующий день Ричард был как огурчик, разве что был не зеленоватым, а румяным. После того как детектив клятвенно заверил GV900 в своем здравии, он наконец добрался до своего рабочего стола, где до него уже доебался Коннор, в этот день не пахнущий перегаром. Предсказуемо, в этот день детектив Декарт ушёл с работы злой и раздраженный. И с каждым днём ситуация становилась всё хуже: температура ползла вверх, несмотря на недешевые сиропы от жара, голова болела все дольше и больше, а от анальгетиков блевать хотелось, давление, которое уже давно было ни к черту, скакало как бешеное, слабость поглощала Рича как липкое и плотное желе, отдаваясь болью в мышцах, думать было все труднее, но также необходимо, в общем, своё состояние детектив проклинал, игнорируя просьбы Коннора и Гэвина взять больничный на неделю. Нет, просьбы были со стороны Декарта-старшего, который оставался любящим братом, несмотря на тягу к спиртному. Со стороны андроида эта элементарная фраза звучала как угроза, тем более приправленная львиной долей мата, но такая забота была приятна. И вот наконец, во вторник вечером, когда Фаулер оставил Декарта-младшего на ночное дежурство, Рич пошёл на кухню за чашкой бодрящего пойла и в его глазах помутнело. Предметы сливались в одно неяркое, но бьющее по глазам пятно, ноги подкосились и на грани сознания детектив ощутил, как его ловят и поднимают жестковатые руки, и перед глазами мелькает бело-голубой рукав форменной кофты GV900. – Гэвин?.. – Доебался, Декарт? Сознание уже теряешь, домой тебе, блять, надо, а не на дежурство. Фаулеру я отчитался, на твоём месте побудет другой офицер. Успокоился? – Угу, - промычал детектив в водолазку андроида. Она была очень приятной на ощупь и не пахла вообще ничем. Декарт смутно ощутил разочарование от этого. Он был уверен, тот кто жив и чувствует порой больше, чем человек, просто обязан был пахнуть чем-то. В случае Гэвина это "что-то" могло быть очень горьким, но слабым... Мир фантазий Ричард покинул, когда андроид вызвав такси, усадил в него детектива, который если бы сначала не потерял сознание на две минуты, а потом не ушёл в свои грёзы, отпирался бы руками и ногами, пытаясь шантажировать девятисотого. Но доехали до дома они достаточно тихо, лишь Декарт немного расслабившись и поддавшись уговорам своего болеющего сознания, уронил голову на плечо андроида. Тот не возражая, закинул руку на плечо Ричарда и притянул того к себе. Человек погрузился в тяжёлую душную дрёму. Очнулся Ричард уже в своей комнате, темной как квадрат Малевича. На кухне чем-то шуршали, а через некоторое время в комнату заявился девятисотый с таблетками, двумя бутылочками и стаканом воды. – Это что? – Жаропонижающее, от головы (лучше б топор), от давления, антибиотики в общем, от кашля и... – Всё-всё, понял, давай. Сколько времени? – Одиннадцать ночи, - немедленно отозвался Гэвин, морщась. – Уточнить? – Нет. Сейчас отосплюсь и завтра на работу. – Нет. Декарт медленно моргнул. Да, GV900 поступил в департамент уже девиантом, матерился, самоуправствовал, приказы выполнял через не хочу (но выполнял достойно, да и сопротивлялся так, для вида). Но сейчас... Ричард моргнул ещё раз. Он приблизительно понимал андроида: его основная цель – защищать человека, да и соваться с такой температурой под пули или пытаться решить дело с той жуткой мигренью, которая обострилась из-за болезни, – так себе затея. Но поспорить для вида... Не сегодня, он слишком слаб. Моргнув для порядка третий раз, Рич протянул руку за лекарствами. Выпив положенную дозу и залив это водой, он улёгся на подушку, после спросив: – И на сколько ты мне отгул взял? – На пять дней. – Нормально. Гэвин хмыкнул, что могло означать "Конечно, нормально! Я ж андроид, а не человек, у нас ничего через жопу не может получиться, просто потому что у нас её нет". Порой сам детектив Декарт был в шоке от того, какой глубины мысль мог уместить в этом простом жесте девятисотый. – А ты где будешь? - задал вопрос Ричард, поворачиваясь на другой бок. – А где можно? – А где хочешь, - отозвался Декарт-младший, натягивая одеяло до носа. – Ну, зарядки мне ещё на три дня хватит, поэтому пеняй на себя. Двигайся. Рич в полудрёме отодвинулся подальше от края, а на освободившееся место присел андроид. Стянув обувь, тот улёгся лицом к спине человека и подтянув колени к груди, приготовился к погрузке в режим сна. Детектив уже минуты две сопел, погрузившись в сон, поэтому Гэвин не особо боясь реакции, приобнял его одной рукой за пояс, отключая ненужные системы одну за другой.