В его глазах играло золото костра

      Прошло несколько дней, но Джайро все еще переживал из-за тех слов, что сказал Джонни. Чувство вины за случившееся понемногу уходило, однако легче от этого не становилось. Сам Джостар старался не говорить о произошедшем и делал вид, будто ничего не случилось.       Головой Джайро понимал, что он не виноват, но его сердце твердило о том, что вина за произошедшее лежит и на его плечах тоже.       Даже если Джонни думал, что не нужен Цеппели, сам Джайро считал совсем наоборот. Старшему всегда было спокойнее, когда парнишка был где-то рядом, а еще лучше, если он был с ним в одной тесной палатке, рассчитанной на одного.       Снова наступил вечер, сумерки затягивали небо. Решено было разбивать лагерь. Пока Джонни собирал скудные кустики сухих растений, что поросли в округе, и какие-то немногочисленные веточки, бог знает как, попавшие туда, чтобы развести костер, Джайро ставил палатки, собирая свои разгульные мысли.       Когда палатки были поставлены, а костер разведен, гонщики уселись около костра. Джостар что-то воодушевленно рассказывал о природе, погоде, и о том, как давно ему не удавалось никуда выбраться из-за инвалидности. Пусть даже эта вылазка на природу – гонка, в которой они с Джайро рискуют своими жизнями, он все равно рад, что находится здесь. Не было и тени тех эмоций, что только недавней ночью били из Джонни ключом. Он не выглядел таким уставшим и подавленным как тогда, все было совсем иначе.       Мысли неаполитанца в подобные моменты всегда были заняты чем-то своим, и он не вслушивался в слова своего спутника, но сейчас он не мог оторвать взгляд от Джостара. Движение губ во время разговора, то, как он жестикулировал, блеск в его глазах и отражающиеся языки золотисто-рыжего пламени, он никогда раньше не замечал всего этого. После рассказов о ночном небе вне города и о том, как легко дышать, когда ты на природе, Джонни взял небольшую паузу, чем Джайро и решил воспользоваться. – Джонни-бой, мне нужно с тобой кое о чем поговорить – сказал неаполитанец чуть более сухо, чем хотелось бы. Вопросительный взгляд Джонни упал на Джайро. – Что такое?       Глаза Джайро были скрыты широкими полями его шляпы, которые он, казалось, стянул еще сильнее вниз. Атмосфера была какой-то немного напряженной. Джонни совсем не понимал, что же от него хочет его спутник и о чем сейчас пойдет речь. Но он надеялся, что это не будет связано с недавним инцидентом. – Джонни, я думаю, ты мне нравишься.       Лицо Джайро все еще было скрыто за шляпой. Он не осмеливался посмотреть на своего собеседника и ожидал хотя-бы какого-то ответа. Неловко посмеявшись, парень дал свой ответ – Да, ты мне тоже нравишься, Джайро, ты отличный напарник.       Поднявшись со своего места, Джайро подошел к Джонни и сел рядом с ним, вздохнув. – Я не о том, Джонни.       Изучающий взгляд Джостара медленно проходился по Джайро. Ход мыслей друга был совсем ему не ясен.       Может Джайро и был хорош в беседах при обычных обстоятельствах, но сейчас он не мог ничего сказать. Слова будто застревали в горле, а мысли спутались в один большой клубок и никак не хотели распутываться и собираться во что-то целое.       «Действия всегда говорят лучше слов» – к этому пришел Цеппели спустя несколько секунд скомканных попыток здраво подумать над ситуацией. Он не мог позволить себе сейчас раздумывать над этим дольше.       Немного промедлив, Джайро повернулся к Джонни и кротко поцеловал его. Отпрянув от губ Джостара и зажмурился, готовясь, пропустит удар другой за свои действия. Но удара за поцелуем не последовало.       Спустя несколько секунд неаполитанец все же открыл глаза. И снова этот изучающий взгляд. На этот раз с примесью непонимания и неизвестной эмоции, которую Цеппели еще не удавалось застать на лице своего напарника. Гонщик покорно ждал действий младшего, он сделал свой ход, задал свой вопрос и теперь ждал ответа на него.       Переведя свой взгляд с неаполитанца, Джонни начал вглядываться в красно-рыжие языки пламени, будто ища в них что-то. Быть может, он искал там ответ на свой вопрос? Так или иначе, спустя какое-то время он все же снова заговорил. – Вот как значит, мне кажется, я понял.       На этот раз уже Цеппели разглядывал своего собеседника с непониманием. Спустя пару минут Джонни решительно повернулся к неаполитанцу и прильнул к его щеке своими губами, оставив на ней след от, немного перемешавшейся с зеленой, голубой помады. Джайро расплылся в своей фирменной улыбке, что открывала вид на его золотые грилзы. В свете костра они казались ещё более золотыми, хотя куда уж больше.       Снова немного опешив, Джайро прильнул к столь желанным для него губам и навалился на предмет своей любви всем своим весом, заставляя его оказаться на земле. Разорвав поцелуй, Цеппели расположился рядом с Джонни и смотря куда-то наверх тяжело вздохнул. Джостар с небольшой опаской перебрался ближе к своему спутнику и расположился у него на груди.       Они уже ни о чем не хотели говорить. Наблюдая за звездным небом, парни наслаждались компанией друг друга. Больше им ничего было не нужно. Тишину, стоявшую вокруг, прерывали лишь треск костра и стрекотание насекомых. Больше Джонни не будет думать о том, что останется один. У него теперь есть Джайро. А у Джайро теперь есть Джонни. И больше им ничего не нужно.