Месть

Девушка дрожит всем телом. Этот день настал. Казнь императора Руфелиса Камалудина Шана Кастина состоится именно сегодня. Сегодня она отомстит за две своих испорченные жизни. Сегодня они опять окажутся там, где ее казнили в прошлой жизни. Сегодня они поменяются ролями. И, что самое главное, сегодня у нее за спиной будут не палачи, а два верных человека. В этой жизни ты проиграл, Руф. Она не так слаба, как тогда. Занимает место, на котором тогда сидел он. Аристия чувствует, что Карсейн немного сжимает ее ладошку. Легкая улыбка скользит на бледном лице. Сейн, милый Сейн, спасибо тебе. Аллендис поджимает губы, видя это все. Отворачивается, улавливая кивок Тии. Первый раз в истории королева предпочитает звание маркизы. Первый раз в истории герцог использует свой меч против правящей семьи. Первый раз в истории канцлер зачитывает смертный приговор императору. Аристия видит в толпе отца. После этого переворота он ослаб, но все равно пришел на публичную казнь Руфелиса. Это того стоит. Маркиз ла Моник сжимает руки в кулаки. Самонадеянный мальчишка, ты заплатишь за все. В голове всплывает рассказ дочери о сне, где Руфелис и Джион стали причиной ее смерти. Холодно хмыкает, чувствуя, что рядом останавливается Аркинт с женой. Приветствуют друг друга лишь сдержанными кивками. Они все понимают. — За все эти грехи Руфелис Камалудин Шана Кастина приговаривается к смерти. — Аллендис заканчивает, с трудом сдерживая холодную усмешку. Волосы бывшего императора растрепанны, глаза панически бегают. Карсейн, его двоюродный брат, поднимает руку. Неужели это конец? Замирает, встречая взгляд Аристии. Страх пронзает тело больше прежнего, не может отвести глаза. «Прощай» — даже не слышит, почти читает по ее губам. Рука Карсейна падает. Кровь и одобрительный шум народа. Ради этой мести они готовы стать и злом.

***

— Ты отказываешься быть императрицей? — Аллендис выгибает бровь, складывая руки на груди. Снова они трое собрались в комнате королевы… Нет, теперь уже будущей маркизы Аристии Пионии ла Моник. Герцог переводит взгляд на Карсейна, — Значит… — Ты. Императором станешь ты, — мужчина перебивает его, вертя в руках меч. Замечая непонимающий взгляд Аллендиса, широко улыбается, закидывая руки за голову, как когда-то, в то время, когда они еще были детьми, — Ты сам чудесно понимаешь, что император из меня будет никакой. Я — первый меч империи, а не правитель. — А я предпочту стать вторым мечем. В моей прошлой жизни отец Руфа говорил, что ты похож на него. Тем более, мы с Сейном готовы оказать тебе поддержку во всех делах. — Аристия переплетает пальцы в замок, улыбаясь нежно и сладко. Ей хочется свободы, а не власти. Чувствуя, что руки Карсейна обвивают ее талию, немного краснеет. Верно, она хочет свободы с ним. Герцог де Веритас поворачивается спиной к ним, дабы не терзать душу. Он отпускает ее. Опять. — Вы уверены? — в первый раз Аллендис не знает, что делать. Слыша стук каблуков, оборачивается. Тия сжимает его руки крепко, дарит тепло, но отбирает надежду на саму себя. — Мы верим в тебя. — смотрит искренне. Чувствует безысходную боль внутри, но понимает, что там будет лучше. Переводит взгляд на возлюбленного Аристии, не чувствуя никакой ненависти. Эта месть связала их троих прочной нитью. Ухмыляет, качая головой. — Если что, мы и тебя скинем, — Карсейн рушит все, грубо хлопая его по спине. Смеется с собственной шутки, пока герцог Веритас пытается вырваться из его рук, — Да ладно тебе, когда я еще смогу похлопать по спине будущего императора. Аристия выглядывает в окно, подставляя лицо прохладному ветру. Где-то внизу отец следит за тем, как рассасывается толпа журналистов, желающая увидеть их троих своими глазами, дабы уже завтра напечатать на первой странице своей газеты. Слабо улыбается, чувствуя, что они смогли. Она смогла. Облегчение и счастье накатывает волной, заставляя сердце стучать в осознании. Она изменила свою судьбу.

***

Все скорее пребывают дворяне, простой люд восхищенно наблюдает снизу. Новость о коронации нового правителя разлетелась по империи. Впервые со свадьбы с Руфелисом она вместо пышного платья Аристия надевает форму второго отряда. Сладко целует Карсейна, возбужденно подбегая к нему. Конечно же, если это кто-то увидит, то слухи об их романе поползут сильнее, чем в детстве, но здесь ведь никого? Они знают, нужно лишь еще немного подождать, чтобы объявить о помолвке, дабы не подорвать доверие аристократов. Кланяется Аллену, улыбаясь. Они стоят в первом ряду, когда корона официально опускается на голову друга. Выходят на балкон вместе с ним, останавливаясь с правой стороны. Только сегодня ей еще позволено во время таких мероприятий быть не снизу, а здесь, рядом с императором, дабы гарантировать безопасность. Но они трое знают, настоящая причина состоит в том, что маркиза просто слишком хочет поддержать друга. Настало совершенно другое время. Время императора Верита. Время, когда титул может перейти к женщине, а герцог следит за честностью короны, прекращая слепо служить ей. Золотое время империи Кастина, построенное на крови и слезах.