В тебе я вижу свет

      Волейбол – это любимая игра Ориана. Ему нравится быть частью команды, где все следуют определённой тактике, выкладываются на все сто, чтобы одержать победу. Стоя на подаче, он чувствует необычайный азарт, дрожь нарастающую в теле.       Огонь в глазах, уверенные движения и воля к победе составляют его образ во время игры.       Дарен наблюдает, издалека чувствуя, как медленно чуть ли не сходит с ума. Орущие вокруг болельщики не могут отвлечь его от игры. Напряжение рук Ориана при каждом ударе о мяч передаётся в ладони Дарена. Он буквально впервые ощущает азарт, наблюдая не только за Орианом, но и за действом в целом.       Их школа пока ведёт, разница в три очка не так уж весома, но это уже успех. Игра до двадцати пяти, ещё пять точных ударов и их команда выиграет. Однако противники из соседней школы не собираются сдаваться.       Чувства бурлят у многих, кто наблюдает за игрой.       Уилл то и дело поглядывает на трибуны. Фиона сидит рядом с Дареном. За пару минут до игры рыжеволосый познакомил их. Это было сумбурно, но Фиона очень дружелюбна, и спокойно отнеслась к стеснительности Дарена. Сегодня она пришла познакомиться с ним и поддержать Уильяма и Ориана. Для её парня это действительно важно, он готов сделать многое ради неё. Её лёгкий макияж прекрасно сочетается с бордовыми волосами постриженными под каре и персиковым платьем с черными вставками, а сверху надета куртка Уилла. Девушка очень мила и улыбчива. Смотря на неё у Дарена самого невольно появляется улыбка на губах, и он понимает, что она и жизнерадостный и весёлый Уильям – прекрасная пара.       Шум, громкие разговоры, прикосновения – это чувства людей, бурлящие на беспокойных трибунах. Любовь, боль, счастье или страх встречаются у каждого в жизни, и у каждого они свои. И люди разные. Кто-то любит мороженое, разводит бабочек и печёт печенье по выходным, у кого-то аллергия на кошек, тяга к сериалам и высокий рост, кто-то из них парень, кто-то девушка, а кто-то сам не знает, кем он является. Заставляя себя притворяться кем-то, человек может упустить своё "я", прослушать тот тихий зов к свету, что сопровождает его в счастливые и несчастные моменты.       Почти всю ночь Дарен провёл в раздумьях. Для него влюблённость стала слишком сильным чувством. Он не может его преодолеть, усмирить или избавиться от него. Будто раньше он видел мир только с одного ракурса и крайне размытым, но сейчас всё стало ярким и чётким, и хочется смотреть во все стороны и дышать так, как никогда не дышал. При мысли об этом внутри будто что-то сильно сжимается, бьётся в панике и разрывается, а осколки превращаются в беспокойных мотыльков.       Всё стало таким лёгким, но, в то же время, безумно сложным. Разве ему станет спокойнее после признания? Он не знает, но это единственный выход, если не учитывать желание сменить школу, город, страну, а лучше планету, чтобы рядом не было никаких Орианов.       Дарен хочет просто заплакать и кричать долго-долго, пока не иссякнет голос и страх не покинет его душу.       Последний и самый долгий взрыв трибун. Команда Уилла и Ориана одерживает победу, а вместе с ней и их школа. Фиона от радости обнимает Дарена, из-за чего он чувствует некоторую неловкость, но улыбается вместе с ней, разделяя её чувства. Она хватает его за руку и заставляет встать.       – Идём к ним! – Произносит она и тянет его за собой.       Дыхание Дарена быстро сбивается из-за спешки, и вот они уже на нижних ступенях лестницы. Уилл, завидев девушку, срывается с места и идёт обнимать её.       Дарен остаётся стоять. Ярко улыбаясь и пытаясь отдышаться, он смотрит на счастливого Ориана, не отрывая взгляда, и его пробирает дрожь.       Ориан не замечает этот пристальный взгляд, вокруг него то и дело мелькают счастливые друзья по команде, то обнимающие его, то хлопающие по спине. Мельком он видит два знакомых силуэта, это Уилл и Фиона вот-вот начнут целоваться. А где же Дарен? Ориан так и не смог встретиться с ним до игры, было слишком много дел.       Только заметив взгляд янтарных глаз, направленных на него, Ориан успокаивается и ярко улыбается в ответ.       – А теперь отмечать! – Кричит кто-то из команды.       Дарен теряется в толпе, когда всё больший поток людей спускается к игровому полю. Ему становится неуютно из-за толкающихся людей, шума и суеты. Он еле вырывается и уходит в ещё пустующий спортзал. Его шаги отдаются эхом в огромном помещении. Шум остаётся где-то там, вдалеке.       – Дарен, ты в порядке? – после хлопка двери слышится сзади. С какого момента Ориан шёл за ним?       – Да, просто там очень шумно, – скромно улыбается Дарен, обернувшись, чтобы посмотреть на свой страх. – Вы ведь идёте праздновать?       – Не очень хочу, но, думаю, что они не отстанут... – Пожимает плечами Ориан. Он действительно не горит желанием слушать пьяные выкрики, в основном, как и он, несовершеннолетних друзей по команде.       – Хорошо. Увидимся после выходных, – совсем тихо произносит Дарен. Сейчас не лучший момент для признания, с минуты на минуту в зал ввалится вся волейбольная команда и болельщики.       – На самом деле, я бы хотел узнать, что с тобой происходит. Ты что-то хотел мне сказать?       Дарен открывает рот, но затем вновь смыкает губы, не в силах что-либо произнести. Он кивает, сжимая влажные ладони. Он сделал этот шаг, и сейчас ему хочется исчезнуть.       Ориан осматривается и идёт к женской раздевалке. Сейчас здесь никого нет и не будет в ближайшее время.       – Идём, – зовёт Ориан, чувствуя, будто делает что-то совершенно незаконное.       Через несколько секунд Дарен, покраснев и опустив голову, чуть ли не вбегает в комнату.       Ориан слышит, как кто-то входит в зал. Благо, это Уилл и Фиона.       – Посторожите здесь, – просит Ориан, показывая на скамейку рядом с раздевалкой.       Уилл без раздумий кивает, увидев силуэт Дарена в комнате.       Ориан закрывает дверь, изнутри.       Это небольшая комната со скамейками по периметру, вешалками и парой окон вверху стен, также есть отдельная комната с душевой. Ближе к её входу пластами друг на друге лежат мягкие маты, чуть больше метра не доставая до потолка.       Ориан не включает свет, чтобы не привлекать излишнего внимания снаружи. Комната лишь чуть освещена светом пасмурного неба из окна.       Дарен стоит оперевшись спиной о маты, так и не решаясь поднять взгляд.       – Как ты себя чувствуешь? – Начинает Ориан.       – Не знаю... – тихо произносит Дарен, садясь на корточки и впуская пальцы в волосы. Желание раствориться в воздухе никуда не ушло.       Ориана пробирает дрожь. Он уж тем более не понимает что происходит с Дареном, и это сводит его с ума. Разве он может чем-то помочь, если не знает в чём дело?       – Я клянусь, что то, что ты мне скажешь, останется только между нами. – садясь на корточки перед русоволосым, доходчиво объясняет Ориан. Он видит, как сильно того трясёт.       Дарен поднимает взгляд. От страха в глазах собираются слёзы. Что же будет дальше?       – Я пытался понять, что я чувствую. Мне так нравится общаться с тобой, с Уильямом, вы добрые и с вами интересно. Но сейчас всё по-другому... – Дрожащим голосом и всеми силами сдерживая слёзы, произносит Дарен.       Ориан всё так же не может ничего понять, но ему тоже трудно себя сдерживать, чтобы просто не начать успокаивать Дарена.       – Я знаю, что это неправильно, возможно, это сильно тебя разозлит и ты не захочешь меня больше видеть. Но я не знаю, как успокоить это всё... – Продолжает Дарен, закрыв лицо прядями русых волос. Они не помогут, если Ориан действительно сильно разозлится. Дарен сглатывает, вздрагивая от подступающих слов. – Почему ты мне нравишься? Ты мне действительно нравишься, и я не знаю что делать, ведь это неправильно...       Ориан теряет дар речи, понимая, что он ясно всё услышал. Его дрожь принимает примерно ту же силу, что и у Дарена. Он садится на пол, подогнув ноги под себя. Что он должен сказать сейчас?       По щекам Дарена уже текут слёзы, и он боится посмотреть Ориану в глаза. Его начинает тошнить от самого себя и от того, насколько неправильно его признание.       – Я больше не побеспокою тебя. Прости, – в спешке говорит Дарен, пытаясь встать и поскорее уйти отсюда.       Ориан хватает его за руку:       – Сядь. Дай мне минуту, – сдавленно просит он, от чего Дарен сглатывает.       Ориан видит, что от признания, Дарену совсем не стало лучше. Ясно, что он считает свои чувства неправильными, это больно осознавать. Но с другой стороны, какими бы ни были его чувства, они есть.       – Я хочу, чтобы ты сейчас взглянул на эти чувства именно так, как ты их видишь сам. Не так, как на них могут посмотреть другие, а именно, то что они значат для тебя.       Дарен слышит, с какой добротой с ним говорит Ориан. Это так успокаивает.       – Я не могу управлять ими или успокоить их, я не знаю что делать. Но я впервые чувствую что-то подобное, – произносит он, уже сидя на полу и обнимая свои колени.       Ориан опускает голову, пытаясь скрыть сводящую щёки улыбку. Но он должен сделать так, как будет правильнее всего.       – А теперь представь, что твои чувства взаимны, и я чувствую абсолютно то же самое, – поднимая взгляд на Дарена, говорит Ориан. На его лице сияет добрая улыбка, пальцы дрожат, а голос настолько тихий, что он лишь прерывисто слышит себя сквозь биение сердца.       – Но...       – Нет никаких "но", Дарен. Это правда. Я боялся, что ты не захочешь больше говорить со мной и возненавидишь меня. Я был слишком труслив, чтобы быть в состоянии открыться тебе.       Дарен с широко открытыми глазами смотрит на растерянного, но искреннего, Ориана. Будто это не тот, уверенный парень, что только что был на игровом поле.       Ориан пытается успокоить свои чувства, чтобы не давить на Дарена жалостью. Всё должно быть честно:       – Я не ждал чего-то большего и не вправе делать это сейчас. Я понимаю, что для тебя это сложно, но прошу подумать обо всём ещё раз.       – А разве тебе не сложно?       – Да, но, в отличие от тебя, я давно знаю, что мне нравятся парни. Ты сам сказал, что это "неправильно", но я так не считаю, – пожимая плечами объясняет Ориан.       – Прости, – произносит Дарен. Ему становится стыдно за свои слова, но он не думал, что всё обернётся таким образом.       – Всё в порядке.       – Что теперь будет? – Возникает вопрос у Дарена. Теперь они знают о чувствах друг друга, стало как-то... Легче? Но лишь с одной стороны. В действительности же всё очень усложнилось...       Они очень близко друг к другу. Эта близость будоражит Ориана, но он не знает что ответить. Будет слишком эгоистично говорить, что это зависит от Дарена, но, в каком-то смысле, это действительно так.       – Я приму любое твоё решение.       Ориану страшно потерять то, что у него сейчас есть. Дарен часто рядом, они общаются как друзья, но могут лишиться всего этого.       Русоволосый неожиданно для себя кивает, принимая эту участь. Если бы кто-то из них был девушкой, то не было бы абсолютно никаких проблем. Это взаимная любовь, чистая и всепоглощающая. Но всё же они оба парни. Эти чувства обречены, ведь так?       – Тебе дать ответ сейчас или после выходных? – спрашивает он.       Ориан вздрагивает, боясь услышать, что же скажет Дарен.       – После выходных, – отвечает черноволосый. Он хочет, чтобы Дарен лучше всё обдумал, и тот кивает.       Они чуть успокаиваются так же сидя друг напротив друга.       Ориан понимает, что вероятность получить от Дарена положительный ответ, очень мала. Мысли начинают роем заполнять его голову. Под рёбрами что-то начинает болезненно ныть с каждым новым ударом сердца. Ему заранее становится больно от осознания своей безысходности.       – Мне... мне, правда, очень жаль, что всё так... Я пойду переодеваться. Увидимся в понедельник, – пряча взгляд, произносит он.       Дарен наблюдает за тем как Ориан поднимается на ноги:       – Ты не виноват, Ориан.       Черноволосый кусает губу отвернувшись, чтобы сдержать желание кричать. Это так несправедливо, даже если никто не виноват...       – Пока.       – Пока, Ориан.