Король-Скорпион

Серые тучи сгустились над замком неподалеку от заброшенной магглами деревни Гленко, лил проливной дождь, а над Запретным лесом сверкали молнии, освещая голые ветви, похожие на скрюченные пальцы мертвецов. Повсюду слышались вопли и крики грязнокровок, которых пытали в глубоких подземельях Школы Чародейства и Волшебства. Там, в сырых коридорах магглорождённых волшебников и волшебниц приковывали к стенам цепями, вбитыми прямо в плоть, а непростительные заклинания звучали почти буднично. Один из узников с седеющими висками и сломанными пальцами не кричал, ибо его горло уже было полностью изодрано от воплей. Парень-семикурсник с горящими глазами, лениво водил палочкой по его груди, вырезая слово «грязь» волшебной палочкой.  Рядом вниз головой висела женщина с длинными спутанными волосами. Её ноги были сломаны, а кости торчали наружу белыми осколками. Её уже не пытали, а просто оставили мучительно умирать. Сероглазый блондин стоял у окна, опершись спиной на статую Первого директора Хогвартса. Держа в одной руке книгу по зельеварению, а в другой — огрызок зелёного яблока, Скорпиус снова и снова прокручивал в голове текст, который он подготовил за завтраком для того, чтобы наконец признаться в своих чувствах одной из гриффиндорок — Розе Уизли. Скорпиус наблюдал за ней с самого начала учебного года. Он изучал каждый её взгляд, каждое движение; наблюдал каждый раз, когда она откидывала рыжую прядь за ухо или хмурилась над книгой. Он знал, как она дышит, когда нервничает; как подпрыгивает через каждый шаг, торопясь на тренировку по квиддичу; как её пальцы дрожат, когда она берёт перо в руки. Знал, что она ненавидит его, и это жгло сильнее, чем любое заклинание.  Малфой всегда получал желаемое, но Роза была другой. Она не боялась его так, как другие, что иногда приводило его в ярость и одновременно притягивало. Каждый случайный взгляд, каждое прикосновение, когда он «случайно» задевал её плечо в коридоре, становились для Малфоя маленькой победой. Хотя он был удивительно обходителен с Уизли, умело скрывая угрозу за вежливой улыбкой и галантными жестами, это не делало его менее пугающим. И каждый раз, когда она отводила глаза или шипела «отвали», внутри него что-то сжималось. — Эй, Король-Скорпион, увидимся в подземелье завтра ночью! — Карл Дженкинс обращает на себя внимание Малфоя и, вскидывая руку, дает ему «пять», — За Волан-де-Морта и Власть! — сказал парень, прежде чем раствориться в толпе студентов, идущих в сторону Большого зала. Скорпиус ответил коротким кивком и решил последовать за ним, как вдруг он услышал свое имя. Обернувшись, слизеринец заметил Полли Чапман, чьи туфельки были перепачканы кровью и оставляли багровые следы на мраморном полу. — Эй, Малфой! До меня дошли слухи, что ты собираешься пригласить меня на Кровавый Карнавал, — резко бросила Полли, — Я более чем уверена, что это правда, так что советую не тянуть и сделать это прямо сейчас, потому что я, чтобы ты понимал, отказала уже троим, — гриффиндорка выглядела слегка раздражённой, но Скорпиус лишь медленно закатил глаза. — Ты мне не интересна, Чапман, — холодно бросил слизеринец и скрылся за большими дубовыми дверьми, разозлив брюнетку ещё больше. Большой зал гудел голосами студентов, занятых болтовнёй и трапезой. Скорпиус прошёл между столами, не глядя по сторонам, он прекрасно знал, где сидит причина его бессонных ночей. — Проваливай, это мое место, — Малфой обратился к студенту, занявшему место около Розы Уизли. Многие ученики боялись Скорпиуса, ведь страх был убедительнее всяких аргументов. Парень не стал спорить и пересел на место в конце стола. — Добрый день, моя леди, — блондин вальяжно поклонился и плюхнулся на освободившееся место. — Отвали, Малфой, стол твоего факультета в противоположной стороне, — гриффиндорка резко сгребла посуду со стола и обернулась, выискивая свободное место, куда она могла бы пересесть, но Скорпиус резко схватил её за локоть — не больно, но достаточно твёрдо, давая понять, что у неё ничего не выйдет.  — Мне нужно с тобой поговорить. Пожалуйста, выслушай, — Скорпиус мило улыбнулся, будто это не он охотится на маглов каждые выходные, словно на диких кроликов, — Встретимся в туалете Плаксы Миртл через час, — прошептал Малфой, вставая из-за стола. «Вот сволочь», — Уизли раздражённо вздохнула, но сердце предательски ёкнуло. Наблюдавшая за этой сценой Полли окончательно потеряла самообладание. Подсев к своим подружкам, она почти зашипела: — Чёрт возьми! Мало того, что «дочери предательницы-грязнокровки» вообще позволили учиться в Хогвартсе, так она ещё уводит у меня Скорпиуса! Зачем чистокровному волшебнику, вроде Малфоя, вообще сдалось это отребье? — Дочь предательницы-грязнокровки? — переспросил кто-то из младших. — Ой, — наигранно всплеснула руками Полли. — Я, конечно, не хотела об этом говорить, но сама слышала, как это обсуждали призраки. Будто её родители состояли в Ордене Феникса и пытались свергнуть Тёмного Лорда. Мать Уизли — маглорождённая, а отец — чистокровный волшебник, посмевший взять в жёны грязнокровку. — Но разве это законно? — дети за столом начали перешёптываться и бросать на Розу косые взгляды, но девушка была слишком увлечена новой книгой из библиотеки, чтобы что-то заметить. Точнее делала вид, ведь на самом деле она считала секунды до их с Малфоем встречи.