Дорога искупления

Перед взглядом Виктории предстал красивый мужчина. Ангел. — У-уриил? Вы архангел? Вас послала моя мама? — дрожащим от страха голосом, задавала вопросы Уокер. — Нет, дитя. Серафим Ребекка Уокер не знает о моём визите к тебе. — Зачем Вы пришли? Что Вам от меня нужно? Я уже понесла наказание за свой проступок! Меня исключили из школы! — срываясь на крик, безостановочно говорила Вики. События последних дней взяли верх. Эмоции захлестнули её. На глаза навернулись непрошеные слёзы. Видя это, архангел лишь печально улыбнулся. Он понимал, как тяжело сейчас этой девушке, но ничем не мог ей помочь. Приказ есть приказ. — Дитя, давай пройдём в дом. Нам же не нужно лишнее внимание? Сама подумай, архангел и Непризнанная беседуют на окраине Города Заблудших душ в Аду. Странная картина, не так ли? Мы привлечём излишнее внимание. Впускать его в дом не хотелось. Бессознательно, на интуитивном уровне, Уокер чувствовала исходящую от него опасность. Она знала, что ничем хорошим для неё этот визит не кончится. — Как Вы нашли меня? Ведь после исключения, никто не может отслеживать моё перемещение. — Шепфа все видит и слышит, дитя, — произнёс Уриил, закрывая дверь дома и проходя в гостиную. Уокер шла за ним следом. Сопротивляться не было смысла. Что может обычная исключённая Непризнанная против архангела? Разве что, рассмешить его… — Что Вам от меня нужно? — тихим голосом спросила Вики. Её энергия была пропитана страхом и отчаянием и Уриилу не нужно было прикладывать усилия, чтобы почувствовать её – она занимала все пространство и была практически осязаема. «Это невозможно. У Непризнанной не может быть настолько сильная энергия. Даже у рождённых ангелов и демонов уходят века тренировок, чтобы достичь подобного. Шепфа был прав», – подумал Уриил, стараясь не выдавать своё изумление. Ни один мускул не дрогнул на его лице, когда в его руке появился пламенный клинок. — Зачем он вам? Что я сделала? Неужели за нарушение одного правила убивают? Чем я это заслужила? — бесцветным голосом прошептала Вики. Он был пропитан болью и непониманием. Почему она? Она же не сделала ничего плохого! Она не беременна! То, что было между ней и Люцифером, даже поцелуем назвать нельзя! Уриил лишь печально улыбался, качая головой. Ему было жаль Непризнанную, но он не мог ослушаться. Шепфа все видит. — Дитя, смирись и прими же свою судьбу с достоинством. — Хорошо. Но скажите, зачем? — Непризнанная, ты задаёшь слишком много вопросов. — Я заслуживаю знать, почему умру второй раз. Я не узнала о своей земной смерти. Помогите же моей душе успокоиться хотя бы сейчас! — громко всхлипывая, кричала Уокер. Она понимала всю несправедливость, но в то же время безысходность ситуации. «Может, так будет лучше? Чего я могла добиться без школы? Влачить жалкое существование? Быть постоянно униженной? Наверное, лучше смерть, чем то, что ждало меня в будущем», пока Вики размышляла о плюсах смерти, Уриил приближался к ней. Незаметно для девушки, коснулся её руки в попытке прочесть то, о чем она думает. Каково же было его удивление, когда за энергетикой Уокер он не почувствовал ни одной мысли. Будто бетонная стена отгораживала её сознание от внешнего мира. Никто не мог сопротивляться влиянию архангела. — Я, э-эм, не могу сказать тебе этого, Непризнанная, — пытаясь скрыть удивление, и даже больше, пытаясь скрыть страх, ответил архангел, — Все, что тебе можно знать, это было личное распоряжение Шепфы. «Кого? Шепфы? Какое Создателю до меня дело? Быть того не может. Наверняка Уриил просто не хочет говорить мне правду. Но ведь ангелы не врут? Или все же в благих целях им можно?», пока калейдоскоп мыслей проносился в голове Вики, она и не заметила молниеносное движение руки Уриила. — Прости, Виктория, так будет лучше для всех, — сказал архангел и вонзил клинок в самое сердце Непризнанной. Не успев почувствовать даже первую волну боли, мир заполнился тьмой, маняще зовущей в самую её пучину. Сопротивляться не было ни сил, ни желания, и Виктория провалилась в неё. Тьма. Непроглядная тьма, наполненная болью и страданиями.

***

Высокий, крепкого телосложения мужчина лет сорока пяти, воинственно восседает на вершине скалы. И пусть он изгнан. И пусть лишён сил. Он стал правителем даже этого места. Он смог сохранить себя в месте, которое является ночным кошмаром любого. Даже самого Сатаны. Внезапно, камень, на котором он восседает так, словно это трон, содрогается. А вместе с ним и все, что вообще существует в этом месте. Небо, если его можно так назвать, разрывает красным всполохом, вперемешку с молнией. Выглядит устрашающе. За все время, проведённое здесь, он ни разу не видел ничего подобного. Быстро поднявшись на ноги, он устремляется к тому месту, куда ударила молния. Никто не рискует подойти к нему. Даже посмотреть в его сторону. Добравшись до нужного места, он ничего не видит. Ничего, кроме огромного выжженного следа, на и без того мертвой почве. Оглядевшись, он замечает, как один из монстров кого-то тащит. — Стоять, — проносится, отражаясь громким эхом, бархатный бас мужчины. — Немедленно верни на место то, что только что взял. Стоит только ему произнести это, как перед ним сразу же кладут молодую девушку. Лет двадцати на вид. Длинные волосы, цвета карамели, разбросаны по земле. Одежда в порядке, за исключением пятна крови, расплывшегося прямо в области сердца. Разорванный и обугленный топ показывает, что убили её огненным клинком. Пылающий меч. Последний раз он видел его у Шепфы. В тот день мы все видели Создателя последний раз. «Крылья серые. Непризнанная. Кому понадобилось убивать жалкого человечишку огненным клинком? И как он вообще у кого-то оказался? Украсть что-либо у Шепфы невозможно, значит, он сам отдал его. Но, наверняка, не просто так. С этой девчонкой что-то не в порядке. Необходимо узнать, что именно», пронеслось в голове существа – человеком его давно уже нельзя было назвать. Подняв её на руки, мужчина понёс её в своё укрытие. За столько тысячелетий это место так и не стало ему домом. По прошествии недели эта девчонка все ещё не подавала никаких признаков. Чего? Жизни? Но ведь они все уже умерли. Так как же можно назвать то состояние, в котором он находится уже столько лет? Вдруг, её веки затрепетали. Ярко — голубые, чистые глаза посмотрели на него. Ни тени страха. Ни единой эмоции. — Где я? Я умерла? — Да, ты мертва. Это место — хуже любых наших кошмаров. Здесь кромешная тьма, кровь, кости, тела и души разных тварей: мерзких, голодных, жестоких. У этого места много названий, да таких, что язык сломаешь. Но, думаю, Чистилище должно быть тебе знакомо, — решив не тянуть, выпаливает мужчина. Глаза Непризнанной расширяются. Веки тяжелеют, а энергия, удивительно сильная, для такой, как она, наполняется страхом. — Кто вы? — дрожащим голосом задаёт она вопрос, единственный, что крутился в её голове. — Моё имя, Аббадон и думаю, ты знаешь, кто я.