Strawberry Candy

спустя несколько месяцев       Последние красно-жёлтые листья раскачиваются на ветру, готовые вот-вот упасть на холодную землю. Птички уже не поют так радостно, как в июне. Хэллоуинская ночь тоже закончилась, оставив приятный осадок на душе. Чонгук вместе с Юнги провёл последние выходные в Сеуле. Омеге очень нравилось гулять по центральному парку и пить самое вкусное кофе в одной из пекарен, а Чону нравилось просто наблюдать за ним. Мин плотнее кутается в шарф, пока он с альфой плетётся к его машине. Чонгук обещал отвезти старшего домой сегодня, а завтрашним утром поехать из деревеньки на работу, надеясь на то, что в понедельник пробок не будет. Младший нажимает на кнопку разблокировки и автомобиль мигает фарами. — Чонгук-и, ты уверен, что не встанешь в пробку завтра? — спрашивает омега, присаживаясь на переднее сиденье машины. — Может, было бы лучше, если бы я поехал в автобусе? — Ты думаешь, что моей любимой клубничке нужно трястись в автобусе с кучей потных людей? И вообще, я хочу знать, что с тобой все хорошо, так что, закрой свой прелестный ротик, хён, и дай мне тебя пристегнуть, — Чонгук тянется через приборную панель и защёлкивает ремень безопасности, после садится обратно на водительское кресло. Машина трогается. В салоне приглушённо играет какая-то музыка, Юнги елозит на сидении, а Чон делится с ним произошедшим на работе в пятницу.       Всю субботу пара сидела в чонгуковой квартире из-за непогоды. Был ливень, который продолжался практически до полудня сегодняшнего дня, поэтому альфа весь прошлый день играл с омегой в приставку и дурачился, лёжа на кровати. Старший был менее энергичен, чем обычно, и какой-то слегка грустный — это немного насторожило Чона, но сегодня всё вроде как было в порядке. — Хён, что-то случилось? Ты был каким-то странным вчера. Мы можем поговорить об этом, если ты хочешь, — все же решает поинтересоваться Чонгук. — Нет, малыш, всё хорошо, — бубнит Мин, расстегивая пальто. — Хочешь, мы заедем за кофе? — альфа нащупывает руку Юнги и переплетает его пальцы со своими. Яркий клубничный аромат наполняет машину. Омега слегка краснеет и открывает окошко, потому что в салоне вдруг стало слишком жарко и душно. — Какой кофе ты будешь? Американо? Латте? Может горячий шоколад? — Юнги не заметил, как машина припарковалась возле кофейни на окраине города. — Возьми мне латте, пожалуйста, — тихо попросил омега и Чон скрылся за дверью помещения, оставляя его в машине.       Последние пару дней Мин чувствовал себя странно. Особенно в пятницу. Пижама Чонгука в тот день лишь притупляла его острую боль и становилось лишь чуточку легче. А когда младший находился рядом, было очень спокойно и его ничего не тревожило. Юнги беспокоился. Его течка ещё не синхронизовалась с гоном Чонгука, но его организм явно даёт понять, что Мин готов к спариванию. Это пугало. Или этот дурацкий эффект метки просто вызывает псевдотечку. Юнги глубоко вздохнул, прикладываясь лбом к холодному стеклу, по которому стекали дождевые капли. Где-то вдалеке просигналил автомобиль и только спустя десять минут, находясь в полной тишине, Чонгук наконец-то вернулся. Теперь, в салоне пахло ароматным кофе и выпечкой. — Я взял пончики, — проговорил Чонгук, протягивая омеге контейнер с едой, который тот вскоре открыл. — Спасибо, Чонгук-и, — пролепетал старший отправляя маслянистое тесто в рот. Чону на секунду показалось, что Мин даже замурчал, как огромный довольный кот.       Машина тронулась. За окном один за другим сменялись пейзажи. То высотки, мигающие всеми цветами радуги, то пустые поля, покрытые молочной дымкой. Юнги пытался заснуть. Чонгук постукивал по кожаному рулю в такт мелодии, доносившейся из колонок, иногда напевая себе под нос. — Хён, ты так ярко пахнешь. Твоя течка скоро начнётся? — омега не ответил. Ему стало неловко и он притворился спящим. Лишь кончики ушей слегка порозовели и выдали его. — Ну хё-ён, — протянул Чонгук, останавливаясь возле заправочной станции, потому что топлива точно не хватит, чтобы доехать до деревеньки. — Я знаю, что ты не спишь, и вообще, хватит придуриваться! — альфа вышел из машины, чтобы оплатить бензин, специально громко хлопая автомобильной дверью. Юнги всё же открыл глаза. — Я действительно устал, малыш, — сладко зевая, пробубнил омега.

***

      Пару минут назад автомобиль стал издавать странные звуки. Это вынудило Чонгука встать на обочину дороги. — Посиди, я сейчас приду, — бросил Чон, выходя на улицу. Погода потихоньку портилась, и совсем скоро должен был начаться дождь. Юнги переживал за Чонгука, поэтому через пару минут стоял рядом с ним, светя фонариком под капот машины. — Мы не сможем поехать, хён, — сказал Чонгук, смотря на лопнувший шланг. — Сейчас слишком темно и я не смогу починить сегодня, нам придётся дождаться утра. — Тогда, нам лучше вернуться обратно. Идём, — Мин шмыгнул на заднее сиденье в машину, пока младший доставал из багажника покрывала, которые лежали там с их совместного пикника. Как только Чонгук сел в машину рядом с ним, то омега пытался как можно ближе прижаться к нему. Ему было холодно, хоть в машине было достаточно тепло, из-за работающего обогревателя, и Юнги не смущал тот факт, что он все ещё был в пальто. Чонгук положил свою руку на поясницу, медленно ведя вниз. Юнги лишь судорожно выдохнул, когда чужая ладонь сжала его ягодицу сквозь ткань одежды. — Так что, у тебя течка? Или мы можем просто потрахаться, потому что ты чертовски возбуждён? — будто бы змей-искуситель прошептал на ухо Чонгук, теперь уже сжимая рукой член омеги через ткань. Тот лишь нетерпеливо простонал. — Ты такой нетерпеливый, клубничка.— Чонгук провёл языком по уху старшего, стягивая с него пальто и пробираясь руками под жёлтый джемпер, который сам же альфа и подарил ему на Хэллоуин. Длинные пальцы прокручивают темные напряжённые бусины сосков, заставляя старшего сильнее прогнуться и простонать в губы напротив, которые так жадно их сминают, втягивая в мир, полный наслаждения. Юнги отрывками помнит то, что происходило прошлой ночью. Только смазанные поцелуи, смешанные запахи и член его альфы, на котором он провел большую часть прошедших часов. И узел. Он определенно помнит то, как Чонгук протолкнулся в него своим узлом.

***

— Рюджин-а, — зовёт Юнги девочку, которая очень сильно похожа на него самого, та лишь улыбается, сидя на диване с кучей игрушек. Ей всего два с небольшим года. Такие же крупные оленьи глазки, как у Чонгука, но всеми остальными чертами лица она похожа на другого папу, особенно улыбкой. Чонгуку все же удалось уговорить на тот момент беременного омегу, собраться и переехать к нему в город, аргументируя это тем, что беременным нужен специальный уход, а его омежья натура просто не выдержит такой долгой разлуки с альфой, который его пометил, а тем более, оплодотворил. И о чудо, Юнги согласился. Сейчас Мин заочно учится на адвоката, потому что Рюджин требует очень-очень много внимания, а тем более — заботы. — Я дома, — доносится из коридора и девчушка срывается с места, крича радостное: «Папа Чонгук-и пришёл!» Младший ловит бегущего к нему ребенка, зажимая в объятиях-тисках, и ласково треплет по волосам. Мин встречает своего жениха, аккуратно целуя того в щёку. И каждый бы из них соврал, если бы ответил, что та встреча в глухой деревеньке оказалась случайностью.