Неделимые

Спустя тридцать минут, слышу рёв мотора. Подхожу к окну и наблюдаю, как Гарри выезжает с паркового места. Секс — это часть природы, а я живу в согласии с природой. Какая разница кто и что думает о тебе? Если тебе нравится парень, и ты хочешь, чтобы он доставил тебе нескончаемое наслаждение, так почему бы просто не взять и получить? К чему эти глупые отмазки, кому они вообще нужны. Я, конечно, больше люблю секс с постоянным половым партнёром, что нельзя сказать о Ханне, которую я никогда в жизни не осуждала, потому что это дело каждого, также как однополые отношения, цвет кожи, любовь к животным и пристрастия к еде. Замечаю внизу какой-то шум и спускаюсь из спальни. — Дженни, ты не поверишь, — смеётся Ханна, увидев меня, — у Джи оказывается аллергия на запах пихты, — Хадид появляется сзади и хмуро смотрит на свою подругу, которая продолжает смеяться над ней. — Прелестно, Гриндельберц, — мы редко называем Ханну по фамилии, поскольку она дико странная и сложная, но если назвали, значит затаили обиду. — Да ладно тебе, — она немного успокаивается, — а ты что делала? — обращается ко мне Ханна. — Ничего интрес... — не успеваю договорить. — Дженни Трейс Стоун, что за хуйня у тебя на шее? — злобно говорит ДжиДжи, вплотную подходя ко мне. Я была в такой эйфории, что ни разу не посмотрела в зеркало. Совсем вылетело из головы. — Что это? — теперь подошла и Ханна. Здорово. — Что там? — изображаю недоумение и трогаю шею. — Стоун, это что за красные пятна? — Не знаю, — немного отодвигаюсь от них, но безуспешно. — Может аллергия на пихту? — пытаюсь сдержаться от смеха. — Какую нахер пихту?! — кричит Джи и ещё ближе рассматривает меня в полуосвещённой комнате. — Где ты вообще здесь нашл... — она касается двумя пальцами виска, будто только что что-то вспомнила. — Только не говори, что это Стайлс! — Что вы разорались-то, — отхожу от подруг и прячу свой гнев, который еще чуть-чуть и настигнет их как снежный ком, а я не хочу с ними ругаться. Они сами мне подсовывали чуть ли не каждого встречного, а теперь до ужаса недовольны моим поступком. — Господи, ну почему именно он? — возмущается Ханна, залезая в холодильник. — Зачем тебе нужно было с ним спать? — добавляет Джи, — это же Гарри, мать его, Стайлс. — Потому что я так захотела, — спокойно произношу и собираюсь уходить из этого женского наезда, — вы сами хотели, чтобы я наконец-таки с кем-нибудь переспала, и в нем нет ничего особенного, чтобы вы так реагировали, — закатываю глаза и беру стакан сока. — Но не с ним же! — Ханну прям распирает. Может я чего-то не знаю? Но она последнее время странно ведёт себя, когда речь заходит о Гарри. — Да почему нет? Захотела, получила, ушла. Ничего особенного. — Но ведь есть другие прелести жизни, — Джи делает паузу и глазами ищет поддержку Ханны. — В минуту, когда наткнётесь на что-нибудь получше секса, позвоните, — не в силах больше терпеть этого бреда, я разворачиваюсь и ухожу спать. Ошибка это или нет, но секс хорош тем, что он всегда поднимает настроение. Так что я не собираюсь портить своё удовлетворённое состояние.

***

С того вечера прошло четыре дня. Мы с девочками больше не поднимали эту тему. По крайней мере я высказала четкую позицию и больше не собираюсь обсуждать своё поведение. Сейчас я сижу на рабочем месте и жду окончание смены. Время около двух, и я безумно рада в последнее время, что новый врач забрал мои дополнительные часы, хотя наши графики ещё ни разу не пересекались. Уверена, над этим поработал лично Уолтер. Ещё один человек, переживающий за мою жизнь больше меня самой. Бесят. — Ник, можно я уже пойду? — выглядываю из кабинета как меленький провинившийся ребёнок. — Джейн, Саманта ещё здесь, придётся ждать, — говорит Ник, и я захожу обратно. Саманта - директор нашей клиники. Она не любит, когда кто-то где-то шастает во время рабочего процесса и уж тем более не любит уходы раньше времени. Я решила написать Лиаму, с которым уже третий день разговариваю чуть ли не каждую минуту. Он душевный парень, поэтому с ним легко и комфортно общаться. Я: «наша бестия меня не отпускает...» Лиам: «наша бестия нас тоже не отпускает ахах» Они уже шестой час в офисе с Саймоном, их продюсером, и насколько я знаю, он полный тиран. Я: «что делаете?» Лиам: «ну мы сейчас слушали новую песню Гарри и обсуждаем ее» Интересно, это та самая песня, которую он пел в день наших, так скажем, плотских утех? Я: «и когда вы ее выпустите?» Лиам: «фиг знает» — Джейн, — я слышу крик Ника, — все чисто. Тащусь от наши с ним отношений. Вроде наигранно ненавидим друг друга, но все же безудержно обожаем. — Не прошло и года. Сейчас выйду, — кричу ему и быстро переобуваюсь. Лиам: «не хочешь сегодня к нам присоединиться? Мы же скоро уезжаем. Хочу встретиться с подружкой-хохотушкой» Я: «фу Ли, подружка-хохотушка? как вульгарно и безвкусно» Лиам: «заеду в пять» Я: «в пять тридцать» Лиам: «ахха, хорошо, значит в пять пятьдесят» Я: «именно хх»

***

Пейн забрал меня меня в обговорённое время, и мы поехали в неизвестный мне закрытый клуб. На улице прекрасная погода. Я надела золотой топ, чёрную завышенные шорты и туфли без каблуков с множеством верёвочек вокруг лодыжки. Зайдя в клуб мы поднимаемся по узкой лестнице в VIP-комнату, всю усыпанную розовым цветом, что аж в глазах рябит. — Оо, мисс Стоун! Рад встрече, — навстречу подходит Луи с какой-то девушкой. — И я, Томмо, — смотрю на него и мигаю глазами, мол «давай, знакомь» — Ах, да, это Эль, — делает смешок, — как напиток, — девушка качает головой и переключается на меня. — Элеонор, — она подходит ко мне и обнимает. — Джейн, — мило улыбаюсь и стараюсь немного отодвинуться. Это странно, но я не люблю обниматься. Особенно с незнакомыми людьми. — Хей, красотка, — подбегает Найл, с которым я последний раз виделась у своего порога. И хотя мы пару раз списывались, но тот день немного нас отдалил; или мне показалось, на что я очень надеюсь, — очень рад тебя видеть, — обнимает меня за талию и его ладонь слегка опускается ко мне на пятую точку. Я резко поднимаю её выше. — Прости...Я случайно, — убирает с меня руки. — Может уже не будем стоять в тихой комнате, а пойдём танцевать? — Поддерживаю, — Лиам подхватывает меня за руку и ведёт на танцпол. Мы спускаемся и подходим ближе к диджейскому пульту. Мне не нужен алкоголь, чтобы наслаждаться танцем, поэтому я с удовольствием отдаюсь этому процессу. — Кстати, — кричит мне в ухо Лиам, — через несколько минут будет час испанской музыки! — Серьезно?! — с невероятным восторгом спрашиваю, отчего он начинает смеяться. — Да. — Как же обожаю всё испанское! — радуюсь как ребёнок. В местах, где я бываю, практически никогда не довольствовалась испанскими танцами. А ведь в них страсти больше, чем в любом сексе. Диджей предупреждает, что сейчас начинается то, ради чего здесь все собрались. — Не спрашивай, откуда я узнал про твою страсть, — говорит обычным голосом, пока идёт минутная пауза, — но я вообще не умею танцевать ничего подобного, поэтому я просто буду смотреть, хорошо? — Хорошо, — безудержно улыбаюсь, — надеюсь, не только на меня. А то я не знаю, что потом сказать Шейли, — подмигиваю, и мы отходит к барной стойке, где чуть тише. — Виски со льдом и мохито, — говорит Лиам и нам сразу же подают напитки. Вот это сервис. Слышу, как из колонок доносится до боли любимое звучание, и от наслаждения я закрываю глаза и слегка запрокидываю голову. — Стоун, только не кончи, — смеётся и отпивает напиток. — Я пошла, — отдаю мгновенно вывитый стакан обратно и убегаю на танцпол к незнакомым ребятам, которые подгружаются в испанские традиции. POV Гарри — Привет, Пейно, — я замечаю друга у бара и жму ему руку. — Привет, — он, не отвлекаясь от танцпола, здоровается. — Где Шейли? — спрашиваю я, одновременно делая заказ бармену. — Она не в городе, — он продолжает куда-то смотреть и улыбаться. — Сегодня опять испанский день? — Ага. К нам подходит Найл и садится рядом со мной. — Думал, ты уже не придёшь, — хлопает меня по плечу. — Я освободился раньше, чем планировал, — быстро допиваю и делаю второй заказ. — На что ты так уставился, Пейн? — Ахуеть, это Джейн? — неожиданно выкрикивает Хоран сразу же после моего вопроса и этим заставляет меня всмотреться в толпу людей и увидеть ее. — Да, — смеётся Лиам, — я знал, что сегодня испанский час и специально ее пригласил. Он с таким трепетом смотрит на неё. Будто всем своим взглядом хочет от чего-то отгородить или защитить. Мы с Найлом разворачиваем стулья лицом к танцполу и принимаем позу Лиама. — Вам не кажется это... — начинает Найл. — Горячим, — не даёт закончить Лиам. — Соблазнительным, — сразу же говорю я и слегка поправляю штаны, резко вспомнив наш секс. — Сексуальным, — заканчивает Хоран, — но ваше тоже подходит. Лиам ещё больше смеётся от нашей одинаковой реакции. К Джейн подходит какой-то парень, который что-то шепчет ей на ушко, что по странной причине мне не нравится. — Я так и знал, что когда-нибудь мне пригодятся умения в танце, — говорит Найл, — но это вообще не моё. Поэтому мне придётся сидеть и смотреть, как какой-то олень её охмуряет. — Отвернись, — а сам не в состоянии этого сделать. На самом деле меня дико влечёт к ней. Особенно после нашего секса. Но мне не нужны отношения и прочая ерунда, вроде как и ей, поэтому я бы с удовольствием трахнул бы её ещё раз. — Я не могу, — говорит Хоран, — блять, где его руки? Не успел я на секунду отвлечься, а этот парень уже чуть ли не залезает к ней в трусики. Возможно я утрирую, ведь испанские танцы — дикая страсть, но как по мне — перебор. Они немного отстранились от компании, где изначально танцевали. Кажется, эти двое физически стали ощущать музыку — кожей и душой. Их движения моментально синхронизируются, входят в резонанс друг с другом. Как будто до сих пор каждый из них жил своими эмоциями, своей жизнью, а сейчас они сливаются воедино. Их чувственная энергия, переливаясь и усиливаясь, становится общей. Они настолько увлеклись процессом, что в данную секунду он так высоко ее подбрасывается, и она в воздухе чуть ли не делает шпагат. — Вашу мать, ребят, — Лиам переводит взгляд на меня и на Найла. «— Пиздец». Подумал я про себя и не сказал ни слова. — Блять. Надеюсь я не один это только что увидел? — кричит нам Луи, которого мы даже не заметили. — Это нормально, что я хочу набить ему морду, — даже не спрашивает Найл. — Что ты так завёлся? — смеюсь и наблюдаю за ним. Он не разжимает кулаки минут десять. — Потому что она мне нравится, — он отпивает виски до дна, — а это мне совершенно не нравится. — Вы думаете о том же, о чем и я? — Томлинсон пошло играет бровями. — Я не могу это обсуждать, потому что у меня есть девушка, — усмехается Лиам. — У меня тоже, но вы только посмотрите, — он указывает в её сторону, — если она здесь такое вытворяет, то что она делает в постели... Такие умения я, конечно, не проверял, но то, что я хочу её ещё сильнее, говорит о многом. — Заткнись, Томлинсон, — фыркает Найл и бьёт его в грудь. — Я так хочу пить, — Джейн неожиданно подбегает к нам и просит у бармена воды. Она за считанные секунды выпивает второй стакан, на что Лиам начинает хохотать. — Нравится? — он мило ей улыбается. — Безумно, — отвечает и просит ещё воды. Теперь уже смешно всем. — И насколько это потрясающе для тебя? Почти как секс? — Луи опять лезет к ней с этими гребанными вопросами про ее личную жизнь. Неугомонный. — Лучше, Томмо, — она ставит стакан и убирает волосы, — намного лучше, — говорит еле дыша. — У тебя просто не было горячего мужика, который бы тебя удовлетворил не хуже этого танца, — комментирует Луи, на что Стоун уверенно смотрит на меня и игриво ему отвечает: — Да, возможно, ты прав, — вот сучка. Она снова уберегает к тому парню, и мы незаметно провели ещё около двадцати минут, пялясь на танцующую фигуру.

***

— Лиам, я говорила, что ты самый лучший? А я ведь даже с тобой не спала, — она дарит ему искреннюю улыбку. — Нет, — он целует девушку в лоб. — Тогда считай, что сказала, — и они снова ловят новую волну смеха. POV Дженни Испанский час закончился и всё вернулось в обычное клубное русло. Я слишком хорошо себя чувствую. Безумна благодарна Лиаму за эти эмоции. Пусть он и сидел в сторонке, Калеб, мой танцевальный партнёр, был великолепен. Хочу немного отдышаться, но ещё больше хочу продолжить танцевать. — Найл, потанцуешь со мной? — спрашиваю я у Хорана. — Конечно, — он опустошает бокал, ставить на стойку и берет меня за руку. — Понравилось? — улыбаюсь и завожу руки за его шею. — О чем ты? — он слегка покусывает губу. — Ты думаешь, я не заметила четыре пары глаз, высверливающих во мне дырку? — блондин заметно краснеет. — Ох, ну прости, — выдавливает он из себя и наконец смотрит мне в глаза, — он тебя чуть не изнасиловал на этом месте. — Ну... можешь расслабиться, я ему отказала, — мягко говорю и правой рукой рисую узоры на его шее. — То есть предложение было? — он щурится и заметно напрягается. — Предложения есть всегда, — говорю я приближаясь немного ближе, — но только без ответной реакции, — я ему подмигиваю, и он натягивает улыбку, — давай танцевать, у меня нет сил на громкие разговоры. Найл мне кивает и с лёгкостью начинает танцевать рядом со мной.

***

— Джейн, откуда в тебе столько сил, — захныкал Найл. — Ладно, пошли наверх, — цокаю я и веду по лестнице. — Спасибо, — он улыбается, — пою я прекрасно, но вот танцор из меня... — Мне понравилось, — я дарю ему одобряющий поцелуй в щеку. Мы заходим в розовую комнату, где за столом сидят Луи и Гарри. — Где Лиам? — спрашиваю я. — Тебе нашей компании мало? — это первое, что он говорил мне за сегодня. Вот мудак. Больно надо. — У него как обычно проблемы с... — Луи делает паузу и смотрит на Гарри, — у него вообще со всем проблемы, поэтому не обращай внимания, — улыбается Томмо, — Лиам ушёл поговорить с Шейли вроде. Мы с Найлером садимся за стол, и через пять минут к нам присоединяется Элеонор с Лиамом. — Может в «я никогда не»? — Томмо, ты заебал своими играми, — говорит Лиам, — но я не против, — после чего все начинают смеяться. — Сейчас закажу стопки, — говорит Лу и уходит. — Когда вы уезжаете? — повернувшись к Лиаму, я задаю свой вопрос. — Завтра вечером... часов в пять, — вздыхает и убирает телефон в карман, — будешь скучать? — подмигивает мне. — Конечно. Кто ещё будет меня водить по таким местам, — говорю я и вижу Луи с огромным подносом стопок текилы. — Почему текила? Меня с неё уносит, — бурчит Найл. — Всех с неё уносит, — говорит Томмо и зачем-то выпивает стопку раньше времени, — начну я, — он ставит поднос на середину стола, — я никогда не воровал. — Вот это начало, — Гарри закатывает глаза и выпивает текилу вместе Лиамом. — По кругу, Пейн, твоя очередь, — продолжает Луи. — Я никогда не курил травку, — я фыркаю и выпиваю вместе с Луи и... Найлом? — Чисто для медицинского опыта, — говорю ребятам, которые странно на меня смотрят, а я резко переключаюсь на Хорана, — а ты? — Чисто для расширяющего кругозор опыта, — я смеюсь. — Эй, голубки, дальше, — ворчит Стайлс. — Я никогда не следил за людьми, — говорит Найл и смотрит на Томмо. — Я так и знал, — Луи выпивает стопку, и Эль косо на него глядит, — это было недавно, Найл меня спалил, потом расскажу, — он так мило оправдывается перед ней. — Так. Моя очередь, — изучаю все выпитые ими стопки. Лиам вообще ещё не пил, Эль тоже. — Я никогда не занималась сексом с девушкой, — говорю, и все, кроме девушек, пьют. — Остроумно, Стоун, — поясничает Гарри, — я никогда не изменял. Скорее всего он специально это сказал, потому что смотрит прямо на меня. Если это правда, то я рада. В наше время трудно встретить верность, к великому сожалению. — Что ты подразумеваешь? Секс или душевную? — спрашивает Эль. — Все, — спокойной произносит он, и Лиам с Томмо выпивают. — Не будем об этом, — чуть ли не синхронно выкрикивают они. — Так. Я никогда не садился на шпагат, — говорит Лиам и все смотрят на меня. — Играть против одного - нечестно, — я залпом выпиваю и хмурюсь. — Джейн, можно интимный вопрос? — спрашивает Луи. — Томлинсон, ты реально задолбал со своими вопросами, — я корчу ему недовольную гримасу, — начинай платить за них. По двадцать долларов за каждый, и я отвечу, — шучу я, и он достаёт бумажник и кладёт купюры на стол. — Вот двадцатка, — говорит Томмо, а я смеюсь, — попробуй только не взять и попробуй только не ответить. Тебя никто за язык не тянул, — похотливо улыбается, и все внимательно на нас смотрят. — Знаешь, а почему бы и нет, — говорю я, — валяй. — Ты применяла свои акробатические способности в сексе? — Да. Он достаёт ещё двадцатку. — Насколько это отличается от обычного твоего секса? Ловлю на себе взгляд Найла и Гарри. У них абсолютно противоположные эмоции. — Для меня или для него? — Давай для него, — Эль вздыхает и опрокидывается на спинку дивана. — Что ж, к моему сожалению, или к вашему мужскому счастью, — я всех осматриваю, — заканчивается все гораздо быстрее. Но определено приятней. — Назови три самых эпичных сексуальных опытов, — он кладёт еще двадцатку. — Луи, заебал, заканчивай, — говорит Лиам. — Ну, мне интересно же, — он по-детски улыбается, — я обо всех вас знаю столько подробностей, а о ней - нет. — Не обращай внимания, все проходили через секс-испытания Томмо, — смеётся Найл. — Извращенец, — тянет Элеонор. — Так что, Джейн? — Хм... — это не такой сложный вопрос и стесняться мне нечего, — это последнее, на что я отвечаю, — я выпиваю стопку. — На сегодня, дорогая, — да он весь сияет. Ему реально доставляет это кайф, что очень забавляет. — Так, — я начинаю загибать пальцы, — у начальника в кабинете, — раз, — в спортзале, — два, и смотрю на Стайлса, который внимательно слушает, и по нему видно, чего он ждёт, но даже если я могу сюда приписать наш секс, я никогда не сделаю ему одолжение, — иии... да, точно, в частном самолете. — А ты весело живешь, Дженни, — говорит Лу, а я смотрю на Гарри, который только что закинул в себя стопку. Если мы все ещё играем, то победа снова за мной, — сколько у тебя было парней? — Лу, я же сказала, последний, — я недовольно на него смотрю. — А если я задам вопрос не из секса, ты на него ответишь? — он настырно твердит своё, — обещаю сделать паузу на месяц. — На два, но тогда и с моим условием. — Хорошо, с каким? — Я отвечу после того, как на него ответят все, — Томмо быстро обошёл ребят головой, на что те раздраженно кивнули головой. Судя по всему от Луи никто не может избавиться. — Я рад, что вы все меня поддерживаете, — он саркастично ответил, — сколько раз ты любила? Вначале я хотел спросить, сколько раз из всех твоих дикий половых актов ты любила, но потом подумал, вдруг ты не занималась сексом с тем, кого любила, — он чешет лоб, понимая, что текила подействовала на его несвязную речь, — в общем, сколько раз влюблялась? Тупой вопрос. Я сейчас буду выглядеть чёрствой и бесчувственной. Лучше бы про секс ответила. — Сначала вы, — рассчитываю, что они не захотят откровенничать, но нет. — Раз уж я начал, то скажу первый. Два. — Четыре, — говорит Эль следом. — Тоже два, — говорит Хоран. — Я три, — Лиам выпивает шот и глядит в никуда. Они все смотрят в пустоту, когда это произносят. Будто на них нахлынула нескончаемая боль. Порой мы обожествляем боль, даём ей имя человека, думаем о ней непрестанно. Но она того не стоит. Боль нужна для того, чтобы ее прожить и суметь полюбить жизнь, даже со шрамами. Я не любила, но я испытывала боль. И тоже давала ей имя человека. Она не отличается от любовной боли, потому что боль — одна. Если ты умираешь, то уже неважно из-за чего, потому что в конечном счёте это закачивается одним и тем же — могилой. Спустя пару минут тишины, Гарри делает глоток текилы и холодно произносит: — Один, — и также устремляется во всеобщую пустоту. — Джейн? — протягивает Лиам. — Эм... Нисколько. — Вообще? — я смотрю, как изменилось лицо Луи. — Нет, — уверенно говорю я. — Как? — Вот так. — Совсем никого? — продолжает он, как будто ждёт, «а нет стой, точно, три, всегда забываю, кого люблю» — Что такого? — Сосем-совсем? — Томлинсон, отвали от неё, — рычит Стайлс. — Давайте сменим тему, — говорит Лиам, — так значит травка, Найл? И Хоран наигранно смеётся, чтобы окончательно перетянуть одеяло на себя.