Неделимые

POV Гарри Закинув небольшую сумку на заднее сиденье автомобиля Луи, на котором мы решили доехать до аэропорта, я со всей силы хлопаю дверью, отчего получаю строгий выговор друга, но не обращаю на его слова никакого внимания. Наверное, я слишком завёлся. Опять. — Садись уже, — недовольно рявкает, после чего я, посмотрев на вечернее звёздное небо, делаю глубокий вдох и залезаю внутрь. Практически сразу мы отправляемся в аэропорт, выдавливая скорость по максимуму. Ближайший рейс через сорок минут, а следующий только через пять часов. Пока я во время быстрой дороги кручу телефон в руках, Луи пару раз искоса на меня смотрит и возмущённо качает головой. Решив, что с десятого раза Джейн точно обязана взять трубку, я вновь набираю заветные цифры и получаю очередной сброс на автоответчик. — Блять, — рычу, стиснув зубы. — Тебе стоит успокоиться, — его голос уравновешен, но не думаю, что мне есть до его совета дело, — может хочешь поговорить? — О чём? О том, что она опять веселится с Найлом, который чуть ли не слюни на неё пускает? — злобно фырчу, ковыряясь в настройках. Не знаю, что я в них делаю, но это меня вроде как успокаивает. Точнее, не успокаивает, но хотя бы не напрягает. — Сколько драмы, а, — важно цокает, — может пойдёшь в кино? У тебя особый дар, чувак, ты знаешь? — ему не нужен ответ на мой вопрос, — так искусно делать из мухи слона тоже надо уметь, — теперь он издевательски усмехается, а я лишь закатываю глаза. Пишу Джейн новое сообщение. Я: «может возьмёшь трубку?!» Отправляю и понимаю, что не стоило ставить ещё и восклицательный знак. Ладно, плевать. Поздно. — Ты серьёзно настолько завёлся из-за обычного поцелуя в щёку? — он морщит нос, — это же тупо. — Видимо наши понятия о тупости различаются, — продолжаю тыкать пальцами в пустой экран. — Ты реально думаешь, что если она стала твоей девушкой, то это значит, что она перестанет с ним обращаться? — не совсем так, но хотелось бы, — то есть она по-твоему должна забыть про лучшего друга, с которым у них куда больше пережитого и с которым ей хорошо? — Потрясающая поддержка. Спасибо, — раздраженно закрываю глаза и облокачиваюсь на спинку, сжимая кулаки. Я и сам тысячу раз подмечал, что ей с ним куда комфортней. Иногда бывает так, что когда мы собираемся, они оба оказываются на своей неизвестной никому волне, понимая друг друга с полуслова. Завидую ли я тому, что с ним она позволяет себе быть открытой? Да, безусловно. И именно поэтому я не могу расслабленно относиться к их чёртовым «отношениям». — Ты изначально должен был понимать, что Найл всегда будет идти прицепом. Он никуда не денется из её жизни, и это нормально, — продолжает читать мораль, слушать которую нет никакого желания, — ты не можешь постоянно ломать трагедию по одному и тому же поводу. Если это не надоедает тебе, то я уверен, надоест ей, — я обессилено выдыхаю после его слов. В каком-то смысле он прав. Я давно должен смириться, что любое их столкновение может вызывать во мне все противоречивые чувства. А таких столкновений может быть больше сотни. Но во мне был и есть собственнический инстинкт, от которого я никак не могу избавиться. Порой кажется, что я готов разорвать любого, кто приблизится к ней хоть на метр, пытаясь её очаровать своим похотливым взглядом. Однажды мама сказала, что «ревнует тот, кто хочет, чтобы его любили». Может мне действительно не хватает любви Джейн, что я до чёртиков боюсь, что она отдаст свою другому, когда моя давным-давно принадлежит ей. — Мда... Столько истерики из-за обычного дружеского поцелуя, — я внимательно изучаю вечерний огненный Лондон, дома которого меняются так быстро, что голова кружится не только от эмоций, но и от скорости, с которой мы едем, — это тоже самое, что, — Луи наклоняется в мою сторону и, удерживая руль, смачно целует меня в щеку. Я недовольно поворачиваюсь к нему, вытирая левой ладонью кожу. — Понравилось? Это вообще разные вещи. Что бы он не делал, меня никто не может остановить от гнетущих мыслей, которым я даю возможность разрушать себя снова и снова. Вновь захожу в диалог. Я: «Стоун, перезвони мне срочно» — Я поражаюсь тебе, — никак не успокаивается, пытаясь до последнего вразумить, — ты не глупый парень, чтобы постоянно так реагировать на Хорана. Не дум... — он резко обрывает речь, — подожди-ка, — значительно снижает скорость машины, отчего я слышу хруст шин по асфальту, — и как я раньше не понял, — он двумя руками ударяет по рулю, оставляя меня в недоумении, — ты же делаешь это специально, — протягивает последнее слово, сворачивая на парковку у аэропорта. — Что ты несёшь? — отстёгиваю ремень безопасности и жду, пока он встанет ровнее и откроет замок на дверях. — Да ты же специально цепляешься к Джейн по любому удачному поводу, чтобы она чувствовала перед тобой вину, — он останавливается, вытаскивает ключи и поворачивается ко мне, — во всех отношениях ты, когда косячил, шёл по схеме «ты тоже была не права в тот раз, так что давай забудем». Но Джейн не вписывается в твою игру, и от этого ты злишься ещё больше. Она либо успокаивает тебя, и ты сдаёшься, либо уходит, и ты снова сдаёшься, потому что не можешь без неё, — я рассказал ему слишком много, однако некоторые моменты меня дико гложили, и я не мог не обсудить их с кем-нибудь, — но зачем тебе необ... Подожди-ка, — удивлённо повторяя, широко распахивает глаза, — твою мать, Стайлс, что ты такого от неё скрываешь, что хочешь поймать её чуть ли не на измене?! Его последние слова эхом отзываются в моей голове, образовывая тягучий ком в горле. У каждого человека есть свои тайны. Что-то скрываем мы, что-то скрывают от нас. Но большинство наших секретов — это правда, сказав которую, мы рискуем потерять всё. Раз и навсегда. — Я... — еле выдавливаю из себя, — ничего. Иной раз приходится употреблять «ничего», чтобы спрятать за ним важное «нечто». Но я не могу ему сказать. Достаточно того, что об этом знает Лиам. И это заставляет меня переживать ещё больше, поскольку я не могу ручаться, что он не вывернет моё «нечто» против меня. — Ну уж нет, ты сей... — его речь заглушается звонком моего телефона, и я бесконечно рад, что кому-то понадобился. Не смотря на экран, я моментально беру трубку. — Да, — непринуждённо отвечаю и отворачиваюсь от друга, смотря в лобовое стекло. Самому стало не по себе о новом упоминании того, что всем сердцем хочется забыть. — Господи, Гарри, ты решил сломать мой телефон? — смеясь, интересуется Джейн, — что случилось? До меня не сразу доходит, что она на другом конце провода, ведь я уже смирился с мыслью, что услышу ее только через часов десять. — Привет, — единственное, что выдаю. Наверное, слова Луи заставили чувство вины побороть злость. — Привет, — так сладко произносит, что мне становится ещё хуже. Чёрт, лучше бы я злился и никогда не проводил параллель, что подсознательно могу нарочно цепляться к её поступкам. — Я скоро приеду, — чуть ли не шепчу и слышу глухой щелчок дверей, после чего Томлинсон выходит из машины, направляясь к багажнику. — Я знаю, — отвечает также тихо, — Найл мне сказал... И он сейчас здесь. Мы с его друзьями отмечаем его день рождения, поэтому я не слышала, что ты звонил. Только обещай не злиться после услышанного, — её голос вполне себе устойчив, так что я не могу сделать вывод, что она пьяна. Хотя... Это же Джейн. — Я не злюсь, всё в порядке. Ахуеть. Это я сказал? Сам? — Оу, — видимо, не один я в себя не верю. — Когда домой? — У нас только шесть. Не думаю, что скоро, — делает чёткий акцент на последнем слове, — я напишу. Не совсем то, что хотелось бы услышать. Хотя я сам сейчас не особо понимаю, чего хочу, а чего — нет. — Гарри! — ворчит Луи, открывая мою дверь, — мы опоздаем. Я выпрыгиваю с пассажирского сиденья, забирая у друга свою сумку, которую он приготовил. — Джейн, мне нужно... — да что такое? Почему я не могу собраться с мыслями? — Лететь, — продолжает за меня, — тогда до встречи? — её голос слишком нежный, чтобы взбудоражить хоть каплю моей потухшей паники. — До встречи, — повторяю и сразу сбрасываю вызов. Идиот. Всего одна цепляющая фраза Луи, а я рассыпался под тяжестью своей ноши. Даже не хочу думать о том, что произойдёт, если мне нечего будет скрывать.

***

Прилетев в Нью-Йорк, который встретил нас тёплой погодой, мы отправляемся в InterContinental Hotel, расположенный в центре Манхэттена. На часах три ночи, и мне не дали возможность поехать к Джейн. Сейчас нам необходимо обсудить пару деталей и хорошенько выспаться, поэтому мы подъезжаем к одному из роскошных зданий города. Отели давно не вызывают у меня восторга, несмотря на их разнообразие вкуса в построении и интерьере. Они настолько изжили мой интерес, что я лучше бы прогулялся по Мидтауну, чем вновь зашёл в пустой номер, где с порога почувствую нахлынувшую тоску от одиночества. Наверное, если бы Джейн не жила в Бруклине, а где-нибудь поблизости, я бы так и сделал. Но меня останавливает не только расстояние, которое перестало быть непостижимым. Не могу сказать точно, что именно не даёт мне покоя, но я не в силах перестать думать о плохом. Включая давно заезженный вопрос с момента взлёта: где будет ночевать Хоран. Она такая непредсказуемая и своенравная, что несмотря на то, что головой я понимаю, что она не оставит его у себя, мои внутренние демоны продолжают строить заговор против своего хозяина. Впервые за всё время прибытия я включаю телефон, где красуются четыре непрочитанных сообщения среди тонны спама. Сладкая: «я дома» Сладкая: «заеду к вам после обеда, раньше не смогу» Сладкая: «и нет, Найл не со мной. Моя кровать готова принять только одного парня» Сладкая: «спокойной ночи х» Долго перебирая кольца, меняя их положение на пальцах, я всё же решаюсь отпустить ситуацию и плыть по течению. Я: «тогда буду ждать тебя после обеда» Я: «надеюсь, ты составишь мне компанию на ужине» Я: «спокойной ночи» Даже стараясь печатать непринуждённо, я продолжаю ощущать некий разлад с самим собой.

***

POV Дженни — Дилан, твою мать, свали с дороги! — истерически смеюсь, убирая препятствие в виде руки парня, который никак не даёт мне выйти из кабинета. — Джейн! Мне нужна машина! — тянется к моему боку, чтобы ущипнуть его, но я опережаю ход его действий, отчего он получает смачный удар в бок. — Мне тоже! — наклоняюсь вниз, чтобы перелезть, но бесполезно. — Стоун, у меня свидание! Отдай ключи! — Нет! — властно заявляю, поскольку я не собираюсь тратить лишние часы на такси. — Да! С самого начало пары всё, что я делала — считала минуты до конца занятий. Не успела я войти в аудиторию, как мысли были направлены исключено в адрес одного человека, который последний день странно со мной общается. Но я не акцентирую на этом внимание, ведь все мы переживаем рабочий стресс по-разному. Я лишь могу помочь ему его снять. — Всё, уйди. Иначе я буду драться, — встаю в позу боксера, хотя понятия не имею, как это правильно делать. Вероятно, выглядит убого, раз друг начинает хохотать, удерживаясь за живот. — Бейкер, я не отступлю, ты же меня знаешь, — пытаюсь сделать серьезное выражение лица, изображая борьбу. — Но это моя машина! — возмущённо вскрикивает, поднимая руки в воздух. — И твои проблемы, если не можешь за ней уследить, — пользуюсь моментом и проскальзываю сквозь открытую позу парня, выбегая из помещения. — Стоун! — смеясь, лечу по лестнице, дразня его ключами, и значительно увеличиваю дистанцию, — прости, Дилан, но я слишком хочу к Гарри, — говорю в пустоту, открывая стеклянную дверь учебного здания. И только дойдя до машины, я поняла, что именно произнесла вслух минутой ранее.

***

Потратив на дорогу чуть больше сорока минут, я ищу место около ближайшего магазина, так как парковка возле отеля усыпана автомобилями настолько, что между ними даже не пройдёшь. Как бы парни не хотели быть незамеченными, у них это не особо получается. Даже пятилетняя практика не даёт плоды. Оставив машину вдоль дороги, я обхожу золотистый небоскрёб, двигаясь к главному входу. Не успеваю я подойти, как швейцар любезно открывает мне дверь. — Добрый день, мисс, — натянуто улыбается, пропуская меня внутрь. — Добрый, спасибо, — дарю более искреннюю улыбку, потому что приподнятое настроение никуда не денешь. Пройдя вперёд взгляд мгновенно изучающе обводит не только персонал, но и присутствующих гостей. Почему я ни капли не удивлена, что они выбрали настолько пафосное место? Здесь даже воздух душит пресным запахом зелёных купюр. Стараясь игнорировать подобные вещи, я прохожу к лифту, на поиски которого ушло значительное время. Терпеть не могу, когда люди выпячивают свои кошельки. А судя по разговорному тону проходящих людей, показывают они не только их размер, но и весь гнилой арсенал своего характера. Если бы не диалог двух мадам в лифте, я быть может не делала столь поспешные резкие выводы, но раз мне попались именно они, то уже никуда не деться. Поездка на тридцатый этаж была мучительная, поскольку долгое ожидание — не сильная из моих сторон. Выйдя в холл, меня сразу же встречает Луи, который с футбольным мячом пробегал мимо. — Не уж-то вы нас почтили своим визитом, — ехидно протягивает руки, после чего окунает в свои объятия. — Я не смогла раньше, — актёрски дую губки, оглядывая окружение съёмочной площадки. — Тебе кого именно? Найл? Лиам? Так. Вроде есть ещё один парень... Как же его... — закатывая глаза, я толкаю его в сторону, освобождая и без того загражденный путь коридора, — если что, то он в са-а-а-мом конце, — певчески протягивает, когда я ухожу. — Кто он? — поворачиваюсь и улыбаюсь, — Найл? Лиам? — не жду реакции и ускоряю шаг. Если бы не каблуки, быть может я была бы менее заметна окружающим. Обхожу множественные экраны, яркие лампы освещения, перешагиваю через рельсы для камер, которые разбросаны повсюду. Выбросив пару приветственных фраз незнакомым людям, я медленно открываю дверь, где меня встречает звук режиссёра в громкоговорителе. — Гарри, лицо попроще, — приглушенно смеюсь с услышанной фразы и прохожу в номер. Здесь около девяти человек, включая парня, сидящего у окна. Сложив руки в замок, я наблюдаю за непривычной картиной. Он спиной облокачивается на стенку, напевая одну и ту же строчку. Его вид пропитан неприятной грустью, что я отзеркаливаю его настрой. Когда он пел её мне, он чуть ли не светился от переизбытка эмоций, а сейчас я даже не могу подобрать слов, потому что не понимаю, сделано это специально, или же это его импровизация, которая мне не совсем по душе. Едкий запах духов женщины, регулирующей дальний свет и стоящей передо мной, внедряется в мои ноздри, отчего я пискляво чихаю, прикрываясь рукой. — Почему посторонние на площадке? — улавливаю недовольный женский голос. — Ох, прошу прощение, — до красноты вытираю чешущийся нос, — я уже ух... — Стой! — выкрикивает Гарри, переключая моё внимание с режиссёра на его, — пять минут, хорошо? — говорит женщине, получая неодобрительный хмык. — Перерыв пять минут, — разносится через рупор, после чего все начинают беспорядочное движение по тесному помещению. Я стою буквально в двух метрах от Гарри, который ждёт, пока ему освободят проход. Как только камера съезжает с перегораживающих рельс, он делает быстрые шаги, берёт меня за руку и силком выводит в соседнюю комнату, закрывая дверь. — Прив... — не успеваю договорить, как алые губы накрывают мои. Переплетая наши языки, я выдыхаю воздух, который так долго держала в себе. Я слишком скучала по его чутким прикосновениям, чтобы не позволить эмоциям взять над собой контроль. Его руки скользят вниз к узкой юбке и с силой сжимают ягодицы, на что я издаю протяжный стон. Не знаю, сколько я готова так стоять, но мне за последнее время давно не было так хорошо. Оторвавшись, оставляя несколько безумно приятных причмокиваний, он внимательно смотрит на меня. — Что такое? — хмуро спрашиваю, не выдержав долгой паузы. — Я думал, ты уже не придёшь, — расстроенный взгляд заставляет сходить с ума от беспокойства. — Я всего лишь опоздала. — На три часа, — он нервно покусывает нижнюю губу. — Не кусай губы, — тянусь ближе и зубами выхватываю её, позволяя новому разряду разнестись по всему телу. Каждое его движение настолько трепетное и нежное, что ещё чуть-чуть и я готова провалиться сквозь землю. — Стайлс! — фамилия звучит разъяренно, но парня это не останавливает. Он сильнее прижимает меня к себе, не дав возможности пошевелиться. — Тебе надо идти, — я лениво прерываю его, повернувшись щекой. Но его губы лишь скользят к моей шее, которую я рефлекторно выгибаю под накалом жадных поцелуев, — Гарри, подожди... — как бы мне не хотелось останавливаться, ещё больше я не хочу, чтобы у него были проблемы. — Хорошо, — он последний раз впивается в нижнюю часть шеи, оставляя болезненный засос. — Стайлс! — отстраняю его руками от себя, — и зачем ты это сделал? — Захотел, — и я наконец-то вижу улыбку, демонтирующее коварство, — идём, — сжимает мою ладонь в своей и, отперев дверь, выводит в обратном направлении.

***

Простояв рядом с кроватью, на которой валяется Гарри, постоянно орущий во всё горло не только строчки песни, я понимаю, что мои ноги давно затекли. Они снимают одно и то же миллион раз, что я не удивлена, почему парни не рады съёмкам новых клипов. Однако Гарри заметно повеселел, поэтому в следующей сцене, где его, насколько я поняла, должны переодеть, он точно не сможет продолжить играть удручённое состояние. На протяжении всего времени его взгляд направлен в мою сторону, и из-за этого Софи, главный режиссёр, с которым меня познакомил Гарри, постоянно злится, переставляя меня в ту локацию, куда парень должен смотреть по сюжету. Вначале было смешно, но со временем я сама автоматически двигалась к указанной точке. — Закончили, переодевайся в костюм, — командует Софи, — перерыв полчаса, — прикрываю уши рукой, поскольку громкоговоритель находится почти рядом. Пока я смотрю, как все убирают ненужную технику, парень незаметно подходит ко мне, приобнимая за талию. — Гарри, руки, — строго произношу, опуская шаловливую ладонь вниз. — Думаешь, они ещё не поняли, что ты тут не для красоты? — Это некрасиво, — смотрю на пожилого мужчину, который вешает мужскую одежду на напольную вешалку, изменяя декор помещения. — Тогда ждём, пока они уйдут? — невинно спрашивает, когда к нему подходит девушка и задаёт рабочий вопрос, — принесёшь мне кофе, пожалуйста? — Хорошо, — целую воздух, получая милую улыбку в ответ, и разворачиваюсь к выходу. Покинув комнату, я прохожу вдоль коридора, где при первом визите видела длинный столик с перекусом для команды. Свернув за угол, я натыкаюсь на Лиама. — Надеюсь, ты шла ко мне, — он смеётся, крепко обнимая меня, — как дела? Где тусовалась? Тебя тут не замучали? — вопросы льются без перебоя. — Конечно, к тебе, — нагло вру, — дела прекрасно, никто не мучал. — А где была? — замечаю, как карий взгляд опускается чуть ниже, и моментально вспоминаю про засос. Непринуждённо почесав ухо, закрывая кистью обзор, слегка поворачиваясь в другую сторону. Мне кажется, было слишком поздно. — Везде по чуть-чуть, — после моих действий его веселый настрой пронизывается холодком. — Давай встретимся позже, мне кое-что надо сделать, — всё также улыбается, отходя назад спиной. — Хорошо, — я обхожу его и, достав телефон, иду к лифту, у которого и был расположен столик. Игнорируя угрожающие сообщения Диалана, я открываю диалог с Беллой. Беллз: «ты прикинь, Джи сейчас на спор пила с Эйбелом...» Беллз: «никак не могу свыкнуться, что они общаются» Беллз: «спасибо тебе. Одна я так и не решилась бы» После увиденного на душе становится теплее. Я очень рада, что семейный конфликт улажен. Когда Белла в панике позвонила мне в час ночи несколько недель назад, я уже нафантазировала самое худшее. Но оказалось лишь, что Джи застукала её после ночной гулянки с Эйбелом. Удивительно, что ДжиДжи смогла так быстро переступить через свои заморочки. Может когда-нибудь она поймёт, что не всё строится на общественном мнении и иногда следует давать переоценку сложившимся впечатлениям. Взяв именной горячий стаканчик кофе, я направляюсь обратно, печатая сообщения. Я: «а ведь ты раз десять чуть не послала меня хахв» Я: «но я счастлива, что у вас всё наладилось» Я: «если хочешь отблагодарить, то билеты на концерт твоего парня будут очень даже кстати» Знаю я одну фанатку его творчества, которая будет визжать от восторга. Подойдя к двери съёмочного номера Гарри, я медленно вхожу внутрь, убирая телефон. — Надеюсь, зд... — не успев поднять глаза, замечаю, как кулак Лиама летит в челюсть Гарри, который от удара отшатывается к пустой стенке, — какого чёрта! — пронзительно кричу, заставая парней врасплох.