Чосон в котором нет места двоим братьям

      (3 года спустя, рассвет, солнечные лучи протискиваются в мои покои и ночные безумные мысли отступают).       Тук, тук, тук… Всё нарастает ритм сердца, и, в конечном счете, один удар в несколько раз заглушает предыдущий по громкости звук в моих ушах. Я как будто не слышу ничего кроме этого звука, всё смешивается в картину хаоса, и я кричу, чтобы услышать хоть свой голос.       Безумный король, не хочу осознавать, что посмертно я обрету именно такое прозвище. Я не виновен в этом вы сделали меня таким, каждый, кто подговаривал меня на свержение матери, каждый, кто утверждал, что стоит опасаться брата. Вместе эти слова сделали меня самым одиноким и самым кровожадным королем Чосона.       Не буду утверждать, какой бы я был, будучи не императором, а братом императора. Скорее всего, занимался охотой и боевыми искусствами, быть мудрым политиком и надежным правителем не совсем мне подстать. Уроки ведения политических дискуссий я пропускал, стреляя из рогатки всерых артаманов. Что уж говорить военное дело манило меня сильнее, а брат погружался в чтение анналов и уроки мудрого правителя. Может если бы не чиновники и люди дворца, что все шептали мне заговоры на ухо, желая за счет моего правления добиться большей знатности, если бы они не смогли переманить меня на сторону зла. То Империя Чосон сейчас бы была крепче всех наших соседей, мой брат в качестве мудрого правителя и я военный советник, предводитель армейских войск.       Но что уж сейчас говорить, брата я собственноручно покалечил острым ядовитым кинжалом и теперь ужас и страх, коей прятался в моем детском сердце, выплескивается на народ, что чахнет и трусится при каждом упоминании моего имени. Так держится моя власть, на страхе лишения головы и безумных мыслях, которые не дают мне покоя.       Редкие праздники, что проходят во дворце успокоение души, что до конца еще не исчерствела и воспринимает искусство, заполняет ту боль, что пронзает меня как иглы. Скоро будет праздник Тано, эта моя возможность стать немного ближе к овцам-народу и хоть немного расположить к себе свой народ.