Моменты жизни

Молодо-зелено, хочется всего и сразу, особенно красивого, страстного, а вернее, красивую и страстную. Лиззи МакРайт, белокурые локоны которой свели с ума не одного парня. Вот и Баки глядел на нее и восхищался этими локонами, этим почти кукольным личиком с пухлыми губками. Сколько он ходил за ней? Почти месяц. Долгий месяц, в который был почти забыт Стив, но тот не обижался, просто сидел дома и рисовал. И вот Баки набрался храбрости и пригласил эту красотку, которая отказывала всем, на танцы. И что бы вы думали? Она согласилась. Баки был счастлив. Он побежал к Стиву, чтобы рассказать об этом событии. — Я очень рад за тебя, — улыбнулся Стив, откладывая карандашный рисунок так, чтобы Баки было не видно. — Уверен, что она не передумает? — Уверен, — кивнул Баки. — Как можно мне отказать? — Я бы точно не смог, — вновь улыбнулся Стив. — Стиви, — Баки схватил Стива и закружил по маленькой комнатушке. — Ты бы знал, как я счастлив. — Я очень за тебя рад, правда, — ответил Стив, когда Баки таки поставил его на место. — Спасибо, Стиви, — Баки снова обнял его, прижимая к себе. — Ты такой хороший друг, мне с тобой очень повезло. Проводив Баки до двери, Стив вздохнул. Баки был увлекающимся человеком, весёлым и жизнерадостным, он каждый день горел, но его интересы часто сменялись, кроме него, Стива. Именно поэтому Стив не ревновал. А Баки… А Баки нёсся домой радостный, что самая красивая девочка Бруклина досталась ему. Лиззи и правда ему нравилась, очень, он даже думал, что любит её, и скажет ей об этом на танцах, но изменил своё решение. Баки опасался напугать Лиззи своим напором. Но вот танцы, потом другие, и они с Баки уже гуляют по вечерам, держась за руки, украдкой целуются, чтобы не увидели родители да и прочие охочие до зрелища. Лиззи было не страшно ходить по темноте с Баки, ведь он был, хоть и не профессиональный, но боксёр. С таким парнем было как за каменной стеной. А Баки был просто на седьмом небе от счастья. Он почти боготворил Лиззи, даже признался Стиву, что хочет сделать ей предложение, но немного позже, может быть через полгода, нужно было заработать на кольцо, потому что просить у отца Баки категорически не хотел. А Лиззи была девушкой избалованной, поэтому и денег нужно было заработать и перед помолвкой, и на свадьбу. И Баки впахивал, периодически отдыхая от всех и вся у Стива, рассказывал ему, о том, какая Лиззи, а Стив молчал, просто поддерживая друга. — Я на ней женюсь, — сказал однажды Стиву Баки. — Да и пора уже, отец с матерью интересуются, что за девочку я гуляю. Лиззи хорошая. Из хорошей семьи. — Баки, а ты её любишь? — спросил Стив, сидя напротив Баки и что-то рисуя, снова не показывая Баки. — Люблю, наверное, да нет, очень люблю, Стиви, — Баки задумался. Он всегда был скор на комплименты и скуп на слова о любви, и это Стив в нём ценил, Баки не разбрасывался “люблю”. — Я уже кольцо купил. Показать? — Конечно, покажи, — Стив отложил рисунок, а Баки достал коробочку. — Вот, на камень у меня не хватило, но, думаю, ей понравится. В коробочке был золотой ободок с изящной гравировкой листьями, что сильно уменьшало вес кольца и его стоимость. Но Баки купил его не поэтому. Вернее, не только поэтому. Оно напоминало ему Лиззи своей легкостью и изяществом. Он даже представлял, как будет звучать Джеймс и Лиззи Барнс. — Очень красивое кольцо, — ответил Стив. — Я рад, что ты нашёл подходящего тебе человека. — И ты найдёшь! — горячо сказал Баки и обнял друга. — Я сделаю ей предложение завтра. Как думаешь, озеро в парке подходит? — Конечно, подходит, — кивнул Стив. — Бак, — он подошёл к сидящему на стуле Баки и обхватил ладонями его лицо, заглядывая в глаза, — ты всё делаешь правильно, если чувствуешь, что так и должно быть. Ты красивый, галантный и очень романтичный парень. А ещё отличный друг. У тебя всё получится. И помни, даже если меня нет рядом, я всё равно с тобой. Я поддержу любое твоё решение, каким бы оно ни было для меня. А теперь не жди завтра, а иди к своей Лиззи и предложи ей стать миссис Барнс. Ей очень пойдёт. — Спасибо, — Баки обнял Стива, прижался щекой к его худенькой груди, — что бы я без тебя делал, дружище. — Иди уже, — хлопнул его по плечу Стива. И Баки сделал этим вечером Лиззи предложение, но так и не сказал, что любит. Не смог, испугался. Но даже так кольцо Лиззи приняла, а после знакомства родителей, которые остались друг другом довольны, превратилась в фурию, да такую, какой Баки в ней и не подозревал. Теперь она следила, чтобы тот не пил со своими друзьями чаще раза в неделю, да и друзей решила просветить словно рентгеном. Баки это не нравилось, он пробовал говорить об этом с Лиззи, но та напирала, что у них будут дети, и Баки будет некогда думать о всяких гулянках и друзьям с подругами, ведь он будет глава семьи. И Баки сдался, так мечтал он быть с Лиззи. Но однажды она посягнула на святое. Лиззи решила, что доходяга-художник тоже плохая компания для её будущего мужа, и Баки не выдержал. Нет, он не ударил Лиззи, не накричал на неё, он просто пришёл к её родителями и сказал, что расторгает помолвку, добавив, что если Лиззи и тронута кем, то только не им. Отец Лиззи почти час проговорил с Баки у себя в маленьком кабинете. Баки не сказал про Лиззи и плохого слова, сказал, что кольцо можно не возвращать, но он не желает брать её в жёны, потому что Лиззи с ним будет несчастна. Отец Лиззи пожевал губами и сказал, что понимает Баки. Есть вещи, в которые женщина не имеет права лезть. И, приняв извинения Баки, отпустил того. Что стало с Лиззи дальше, Баки уже не интересовало. — Стиви, — пришёл он к своему другу, теперь совершенно иначе глядя на него. И светлые волосы, и миниатюрен, и Баки не раз грел его озябшие пальцы своим дыханием. — Прости меня, Стиви. — За что, Бак? — непонимающе спросил Стив. — Я чуть не променял тебя на бабу. Я разорвал помолвку, — Баки подошёл и обнял Стива. — Никто, слышишь, никто не разлучит нас.