Тосковать по орхидеям.

Молодой господин не оставлял надежд: спаситель — девушка. Не мог же его первый поцелуй украсть парень? Нет, не может быть! Жулань презирает подобных Вэй Ину. Но разве могла хрупкая девица, поднять своими ручонками шестнадцатилетнего парня, как пушинку? «Бред-бред-бред! Это точно была девушка! Просто очень сильная… Надеюсь… И вообще, не стоит так заморачиваться по мелочам, это было просто лёгкое, но такое приятн… Стоп! Не приятное это чувство! Вообще никак.» Еще немного помучив себя раздумьями, парень наконец-то вернулся в тёплые объятия Морфея, но сон его длился не долго. В Облачных глубинах принято вставать в 5 утра. Цзинь Лина разбудил назойливый стук в дверь. Он вовсе не хотел вставать, поэтому полусонным голосом начал прогонять незваного гостя. — Я сплю! Уходи…сплю. — бормотал он. — Молодой господин Цзинь, прошу Вас, вставайте. Нам нужно идти на занятия, — раздался знакомый голос. «Сычжуй? Блииииин, я же еще не одет и вообще, пускаю слюни в подушку. Надо задержать его.» — Лань Сычжуй, ты не мог бы немного подождать, я почти одет, поэтому… - не дав ему договорить, в комнату зашёл парень, которого явно не ждали, — Э-э, отвернись! — закрывая свое тело закричал Жулань. В ту секунду перед глазами Юаня предстало изящное тело молодого парня. Оно идеально чистое и ровное, без каких-либо царапин или синяков. Казалось бы, можно вечно разглядывать его изгибы, по которым так и хотелось провести рукой и одарить каждый сантиметр поцелуем. — Цзинь Лин… — прошептал с тоской и нежностью Сычжуй. «Боже нет-нет-нет, он не должен был увидеть меня в таком виде. Хотя в каком «таком» виде? Мы же оба парни. Цзинь Лин, хватит думать о всякой неразберихе и быстрее одевайся!» — Молодой господин, почему вы еще не собраны? Вас что-то тревожило пока Вы спали, поэтому не могли сомкнуть глаз? Если это так, я могу Вас выслушать, — сказал он уверенно, будто ничего и не видел. — Это не твоего ума дело — что со мной и, что меня мучает. Что ты вообще здесь делаешь? Хочешь сказать — Хуангуан-Цзюн поставил тебя в пару ко мне? — со всем недовольством огрызнулся юноша, одевая на себя первые слои одежд. — Цзинь Жулань, это так — я Ваш помощник до конца обучения, — сдержанно отвечал Сычжуй. Парень решил промолчать. Через 5 минут он был уже почти готов, осталось только повязать пояс и можно идти на уроки. Цзинь Лин потянулся за золотой материей, которая лежала на кровати, но кто-то опередил юношу и уже был готов завязать вещицу на его талии, будто немного приобнимая. В этот момент молодой господин залился краской. Напарник был сзади — смущение осталось незамеченным. «Да как он смеет лезть ко мне!?» — Т-ты что делаешь!? — рассерженным и заикающимся голосом произнес парень. — Я? Просто помогаю Вам побыстрее одеться — мы уже опаздываем, — заканчивая завязывать пояс произнес Лань Сычжуй. После чего, они вышли из покоев и направились на первый урок — каллиграфию. Красиво и без ошибок писать иероглифы тоже надо уметь. Занятие идет около часа, а затем ученики могут полчаса отдохнуть. По окончанию, Цзинь Лин очень устал и хотел спать, хотя бы пять минут, но ему бы хватило, чтобы отдохнуть, и поэтому А-Юань повел напарника в тайное место, где обычно сам отдыхает. Это была уединенная поляна в трех минутах от Гусу, где свежая трава, будто мягко покалывающий ковер; очень древнее дерево, отбрасывает раскидистую тень. Свежий воздух просачивался в тела парней — они могли дышать полной грудью в горах Облачных Глубин. «Какое красивое и интересное место.» Лань Сычжуй миновал молодого господина и опустился близ дерева, после чего одарил Цзинь Лина нежным взглядом и поманил его к себе. Тот же, сначала встал как вкопанный, немного покраснел, но спустя несколько секунд все же подошел к адепту. Недолго думая, Юань сам взял юношу за руку и опрокинул на себя. — Ты ч-что вытворяешь?! — от неожиданности завизжал парень. Он пытался отстраниться от напарника, но все попытки оканчивались неудачей, поэтому вариантов, кроме как сдаться, не оставалось. Но принял поражение Жулань не сразу, а лишь после того, как повалил сероглазого на траву. Парни смотрели друг на друга с полминуты и румянец расцвёл на их щеках. Сычжуй не мог вынести смущения, поэтому потянулся рукой к лицу молодого господина и закрыл его глаза. — Спи, — это было произнесено так тихо, но до мурашек сладко, поэтому Цзинь Лин зажмурил глаза от удовольствия и не хотел вообще их открывать. «Ааа, что это такое было? Забота? Симпатия? Я не понимаю, дядя Чэн, спаси меня! Может он такой же как его отцы? Или я все напридумывал? А может, я уже сам стал «обрезанным рукавом»? Не-не, быть такого не может. Цзинь Лин, не думай об этом. Это просто дружеская забота о напарнике — все хорошо.» Молодой господин заснул, погруженный в мысли о всех странностях, произошедших с ним за время пребывания в Гусу. Неизвестно как, возможно белая материя даже во сне влекла к себе, Цзинь Лин ухватился за лобную ленту Сычжуя, из-за чего последний проснулся, но решил не будить парня, и уж тем более, забирать у него повязку. Лань Юань решил немного пошутить над Жуланем. Он приблизился к его лицу, нежно провел рукой по щеке и остановился на губах, потом притянул за подбородок к себе. Адепт долго смотрел на его длинные ресницы и алые губы, и будто извиняясь стал целовать такие желанные розовые лепестки. Сначала он поиграл с верхней губой, потом провел языком по нижней и впился в неё. Ему хотелось, чтобы его напарник отвечал, но не мог себе такого позволить, поэтому держал свои давние чувства под запретом. Молодой господин пошевелился, Сычжуй тут же отстранился от его лица. Его сердце билось, как бешенное, он уже думал, что тот проснулся, но юноша просто перевернулся на другой бок, содрав лобную ленту с головы адепта и прижал ее к своим губам. — Цзинь Лин, надеюсь потом ты об этом не вспомнишь, — шептал удовлетворённый заклинатель. Неизвестно сколько прошло времени, какой сейчас час и сколько уроков они пропустили. Сейчас, Юань просто хотел наблюдать за спящим молодым господином и не думать ни о чём. Вскоре Жулань проснулся. Лань Сычжуй уже успел забрать у него белую материю и повязать ее вновь, он сидел так непринужденно, любуясь природой, что даже не хотелось его трогать. — Эй, ты разве не должен был разбудить меня через пять минут? — неуважительно окликнул своего напарника Цзинь Лин, — сколько сейчас времени? — Только проснулся, а уже рычит, — произнёс адепт себе под нос, — сейчас примерно девять или десять часов утра, я так же, как и ты не знаю, я тоже спал и только недавно проснулся, так что давай пойдем обратно. Нам еще надо понести наказания за отсутствие на уроках. — Хорошо, — кивнул Цзинь Жулань и пошел вслед за Сычжуем. Через 5 минут они уже находились в преддверии к Лань Цижэню, но не торопились туда заходить. Но стоило им решиться, как кто-то схватил их и затащил за угол. Пред ними предстал Вэй Усянь. — Господин Вэй, что-то случилось? — поинтересовался его сын, закрывая ладонью рот Цзинь Лина, потому что, зная его, он мог закричать на все Облачные Глубины. — Да-да, правильно, держи эту истеричку, — Кивал Вэй Ин, — Так вот, где вы были? Вас не было на уроках. Мне вот очень интересно, где это пропадали два молодых парня целых пять часов, — играя бровями, говорил он. — Мы просто отдыхали в одном уединённом месте недалеко от сюда. По неосторожности мы оба заснули, и никто не мог нас разбудить, поэтому стоило нам проснуться, мы сразу направились на занятия, — Отвечал ему Сычжуй. — А, хорошо, я вас понял, — отозвался улыбкой Вэй Ин, — мы вместе с Лань Чжанем сейчас пойдём отмазывать вас от наказания, так что можете сказать мне спасибо. А еще я скажу, что моему дорогому племяннику плохо, так что можете дня два отдохнуть, —продолжал это мужчина, — но потом не пропускайте, ладно? — Да, папа, — с сияющими глазами согласился парень. Лань Сычжуй отвел Цзинь Лина в его комнату и хотел его сразу покинуть, но… — Лань Юань! — Остановил его парень. — К-как ты меня назвал? – произнёс шокированный Сычжуй. — Я…Эм...Ну…Я могу тебя так называть? Мы же напарники, поэтому не вижу смысла обращаться друг к другу формально, — Скрестив руки на груди, будто дуясь, но на самом деле до жути смущаясь, сказал молодой господин. — Конечно, но это немного неожиданно — согласился адепт – Тогда, я могу называть тебя «А-Лин»? В тот момент лицо Цзинь Лина было похоже на созревшую и готовую к употреблению помидорку. Он только хотел сказать — «Да», но в покои ввалился запыхавшийся Вэй Ин, и без всякого обращения завизжал. — Лань Хуань умер!