не обещай навсегда

— Лизка, пошли гулять, меня уже заебало дома сидеть и слушать как мать с кем-то по телефону базарит второй час — Сорян, у меня сегодня допы по матеше, не получается никак — Когда это тебя останавливало? — Викторовна сказала, что ещё один проеб и она звонит матери. А ты её знаешь, я ещё пожить хочу. Она то не знает, что деньги вместо допов шли мне на пиво. Позвони Юлику, не знаю, Кузьме или Дашке на крайняк — Юлика заперли на выходные на дачу, Кузьма, как обычно, вне зоны доступа, походу опять со своими дужками-птушниками в плойку рубится, а Каплан с кем-то в «Галерее» — А Кашин где? — Во-первых, мы в очередной раз посрались из-за хуйни и я мириться первым не собираюсь, а во-вторых, не знаю. Где-то со своими чуваками сидит пиво пьёт — Знаешь как говорят, Тушенцов, обиженных, а жопу ебут. Хотя, в твоём случае… — Так, все Лизок, пока — Руслан завершает звонок, услышав смех русой Осень предоставила наверное единственный за сезон солнечный день и парень первый раз в жизни предпочел бы кровати и какому нибудь фильму прогулку. Но, по закону жанра, именно сегодня все его друзья заняты. Не долго думая, Тушенцов решил провести время в гордом одиночестве. Быстро собравшись и сложив в рюкзак минимальное количество вещей, парень крикнул что-то из серии «Я гулять, скоро буду, я не надолго» захлопнул входную дверь. Став на общем балконе родной шестнадцатиэтажки, брюнет закурил и закатил глаза на входящие уведомления. кашин, 4:45 Русь кашин, 5:00 Руся блять, заканчивай свои выебоны кашин, 9:26 хорошо ладно давай, игнорь дальше кашин, 9:28 ведёшь себя как телка кашин, 13:34 если захочешь встретиться, я с пацанами на квадрате кашин, 15:01 мы пивас пьем, подгоняй с меня бутылочка чего-то, на твой вкус Тушенцов достал из кармана, на удивление не спутанные в самые заумные узлы вселенной, наушники и включив какую-то рандомную песню в плейлисте, максимально медленно курил сигарету, наслаждаясь каждой затяжкой

***

Парень бесцельно бродил по знакомым улицам с банкой энергетика в руках. Заворачивал в какие-то дворы, переходил пешеходные переходы, курил одну за одной и каждой клеточкой организма наслаждался атмосферой города. Всматривался в незнакомые лица прохожих, которых он видит явно первый и последний раз в жизни, задерживал взгляд на неприметных для остальных мелочах, пару раз даже чуть не потерялся. Периодически нужно быть наедине с собой, это очень полезно, правда. Нужно отдыхать от друзей, знакомых, от близких и от совершенно случайных знакомых Тушенцов заворачивает к набережной, где обычно чертовски много людей. Глупые туристы съезжаются посмотреть на гребанные мосты чуть ли не со всего мира. Возможно, в какой-то степени это и красиво, но Руслан никогда не понимал всей этой напыщенной романтики вокруг обычной архитектурной постройки. Может эта своеобразная фишка города и окутанна своей эстетикой, но то что она ужасно не практичная — факт. Находит укромный уголок, рядом с которым практически нет людей и вновь закуривает. Город начинает полностью утопать в закате. Таком красивом-красивом, на небе как-будто смесь всех возможных теплых оттенков — от красного до приближенного к малиновому. Сигарета тлеет слишком быстро, а людей вокруг становится слишком много. Тушенцов выбрасывает окурок в ближайшую урну и идёт в сторону дома, пока Стрыкало поёт про яхту и парус в его наушниках. Проводить время в одиночестве иногда действительно нужно

***

Чаще всего, люди видят только красивую сторону северной столицы. Презентабельные улочки, красивые постройки, ебучие мосты и никто из них не догадывается о том, каково идти по темным дорожкам окраины. Каково, когда справа от тебя чертовски сомнительный молодой человек ищет закладку, слева — потрепанные пяти этажки, а спереди, из-за гаражей, доноситься пьяный смех компании мужиков. Руслан ускоряет шаг и оборачивается из-за каждого шороха. До дома осталось минут пять, не больше. Он был далеко не трусом, не подумайте, но когда за тобой начинает идти какая-то особа, это вызывает некий дискомфорт. В особенности, когда ты обходишь собственный дом несколько раз, проходишь вокруг всего кооператива, вокруг детского садика неподалёку и каждый раз оборачиваясь — продолжаешь видеть его позади. Гордость резко куда-то пропала. — Ало, — из трубки доноситься громкая музыка и смех, из-за чего звук пришлось уменьшить до минимума — Ты где — Шо, обиженка, скучно стало? — Кашин был мягко говоря выпивший. Прямо говоря в дерьмище — А тя ебет? — Если будешь со мной так разговаривать, это будет наш последний диалог. Меня преследует кто-то, не твой очередной дружок? — последнее предложение пришлось сказать практически шопотом, фигура начала старательно приближаться — Что нахуй? Ты можешь пиздеть громче, не слышно нихуя — нервы Тушенцова слишком шаткие для такого обращения — Говорю, пошёл ты блять нахуй, Кашин — земля уходит из-под ног, когда на плече ложиться чья-то рука Руслан срывается с места, но незнакомец перехватывает его за руку, не давая сделать и шагу . Выхватывает телефон и только сейчас брюнет рассматривает знакомые черты лица — Зря ты не смотришь за своим пупсиком, Кувшин. Не помнишь, что за свои поступки нужно отвечать? — недавно купленный смартфон с треском падает на асфальт Моргенштерн выдавливает подобие ухмылки, которая больше похожа на оскал. В свете единственного на всю улицу фонаря, Тушенцов видит критически расширенные зрачки