Stress Relief/Снятие стресса

Снова выпивать с Реджиной в ее кабинете, как это было в первый вечер их знакомства, было похоже на то, что они совершили полный круг, начиная все заново после всего, что произошло с ними по отдельности и вместе за то время, что они знали друг друга. Эмма нашла эту мысль странно успокаивающей, но заряд в воздухе был приятно иным. Потому что, откровенно говоря, даже тогда в женщине было что-то такое, что заставляло Эмму хотеть размазать её помаду, но в то время она еще не хотела делать это, трахая ее, или, по крайней мере, она еще этого не осознавала. Но вот сейчас она намеревалась сделать именно это, отправив Генри ночевать к Снежке и Дэвиду под каким-то нелепым предлогом. Глядя на Реджину в ее лучшей дизайнерской одежде градоначальника, в этой непристойной белой блузке, откровенно чрезмерно натянутой на пышной груди, так что Эмма не была уверена, как она вообще остается застегнутой, в сочетании с каблуками «трахни-меня-немедленно», юбкой и чулками, которые были положительно скромными по сравнению со всем остальным, блондинка не могла не ухмыльнуться. - Тебе что-нибудь нужно, дорогая? - спросила мэр с притворной невинностью. - Боже, ты же знаешь, что я люблю, - простонала блондинка, поставив свой бокал и пересекая маленькую комнату, приближаясь к хозяйке дома, прислонившейся к тяжелому деревянному столу. Реджина просто смотрела на неё горящими глазами, удерживая взгляд достаточно долго, чтобы Эмма начала дергаться, прежде чем улыбнуться по-настоящему злой улыбкой. - Я помню, что пока мы были в Неверленде, у нас был разговор о некоем снаряжении. Глаза Эммы широко раскрылись, когда она невольно перевела взгляд на ноги мэра. - А вот и нет. Королева взяла блондинку за руку и направила ее к подолу своей юбки, затем вверх по бедру, туда, где чулки заканчивались подвязками. - Да, конечно. Эмма подняла Реджину на край стола и опустилась на колени прежде, чем кто-либо из них успел даже моргнуть. Когда она скользнула ладонями вверх по внешней стороне бедер мэра, размышляя какого цвета увидит нижнее белье, конечно же, оно должно быть темно-красным, почти кроваво-красным, но смешок застрял у нее в горле, когда юбка достигла бедер Реджины и никаких трусиков. - Ебать, Реджина, - пробормотала она. - Вот именно, дорогая. - Как вообще возможно, чтобы кто-то был настолько горяч? - Это было все, что Эмма успела пробормотать, перекидывая бедро мэра через свое плечо, потому что если она сейчас же не прикоснется губами к Реджине, то наверняка воспламенится от чистого желания. Затем ее язык погладил то место, где уже блестела влага королевы, и хотя она чувствовала себя немного смущенной из-за своей резкости, но черт возьми, если Реджина уже так промокла, как, черт возьми, Эмма должна была сопротивляться ей? Ведь тот факт, что она, Эмма Свон, сделала эту элегантную женщину такой влажной и, ох, хриплой, сделал вкус Реджины (и пусть люди спорят о вкусовых аспектах интимных мест женщины) буквально самой восхитительной вещью, которую она когда-либо пробовала, и она никогда больше не захочет снова долго обходиться без нее. Конечно, она уже начала понимать, как доставить удовольствие этому преступно сексуальному телу. Поначалу Реджине нравились медленные, твердые поглаживания языка Эммы, которые заставляли ее тихо стонать. Вскоре, услышав, как голос мэра принял более высокую ноту, и, почувствовав надавливающие кончики пальцев у себя на затылке, Эмма переключилась на быстрые круги только кончиком языка. Когда женщина начала напряженно выгибать спину, Эмма скользнула губами по ее клитору и всосала его, добавив несколько вращательных движений языком в такт выдохам Реджины: - Да. Да. Да-да-да. - Ее рот был безжалостен, не довольствуясь оргазмом менее ярким чем сметающее все на своем пути цунами, язык оставался в ней, даже когда королева судорожно вжала ее голову в свою промежность, а шпилька резко уткнулась в нижнюю часть спины Эммы. Она была вознаграждена пронзительным криком и почувствовала себя чемпионом орального секса, осторожно усадив задницу Реджины обратно на стол, успокаивающе целуя хрипло дышащую женщину в бедро. - Открой ящик, - неожиданно скомандовала королева, все еще задыхаясь, но указывая пальцем с закрытыми глазами. Эмма была озадачена, но сделала то, что ей приказали. Внутри лежал страпон, который по цвету довольно близко подходил к тону кожи Эммы, уже вдетый в надлежащие ремни. Блондинка поперхнулась. Реджина усмехнулась, приподнявшись на локте и глядя на нее теперь, как всегда властно, несмотря на беспорядок в ее прическе и одежде. - Надень его. Эмма не видела причин не делать то, что ей было приказано, она сбросила с себя одежду и облачилась в аксессуар, впрочем, чувствуя себя немного нелепо с этой штукой. Повернувшись обратно к королеве, она обнаружила ее в одном кружевном (красного цвета!) нижнем белье, конечно же, с подвязками, и с ухмылкой, балансирующей на этих блестящих черных шпильках. Блондинка расплылась в улыбке и шагнула вперед, чтобы сократить расстояние между ними. - Ммм, девочка, я собираюсь ... - конец ее фразы был потерян в стоне, когда Реджина схватила ее за ремень в извивающемся, поглаживающем движении, которое толкнуло основание страпона прямо к ее клитору. - Ты не собираешься ничего делать, - мэр практически зарычала. – Ты будешь только смотреть. Встретившись взглядом с Эммой, она опустилась на колени. Глядя на нее сверху вниз, на эти идеальные груди, почти вывалившиеся из ее скудного лифчика, Эмма думала, что это была самая сексуальная вещь, которую она когда-либо видела, пока Реджина не облизала всю длину псевдочлена и не взяла кончик его в рот, звучно засасывая. Да, это была определенно самая сексуальная вещь, которую Эмма когда-либо видела, она почти забывала дышать. Мэр изогнула бровь, как только взяла в рот, и конечно, если кто-то и мог ухмыляться и делать минет одновременно, то это была Реджина. Эти идеально накрашенные губы с каждой секундой становились все менее накрашенными, но не менее совершенными, так крепко обхватывая то, что Эмма быстро начинала считать своим членом. Но когда Реджина чуть отстранилась и обвела языком кончик, прежде чем снова взять его за основание, издавая голодный тихий звук, Эмма не смогла удержаться и застонала. Мэр ускорилась, делая меньше движений ртом и больше теребя основание, ритмично надавливая на стонущую Эмму. Вторая рука сжала бедро блондинки, удерживая шерифа, которой становилось все труднее оставаться неподвижной. Реджина сделала паузу, как бы желая убедиться, что Эмма наблюдает за ней, хотя блондинка не могла представить себе, что бы смотреть на что-то еще, затем провела языком по всей длине и глубоко заглотила. - Блять, - только и смогла сказать Эмма. Мэр отпустила аксессуар с влажным хлюпающим звуком. - Ты же знаешь, я могу сделать его настоящим. - Сердце Эммы совсем остановилось. - Но ведь мне это не нужно, правда? Ты ведь все равно кончишь со мной, верно? - Пальцы женщины скользнули с бедра Эммы, и прежде чем блондинка успела понять, что происходит, они уже были внутри нее, двигаясь в едином ритме с другой рукой Реджины. Эмма потеряла рассудок, даже не понимая, матерится она или стонет, смешивая в одно вздохи, стоны и имя Реджины в течение нескольких долгих мгновений. Затем она кончила сильнее, чем могла себе представить, чем когда-либо кончала, и, должно быть, на секунду потеряла сознание, потому что внезапно Реджина встала, обхватив ее руками, чтобы не дать упасть, и прижала голову к плечу. Как только она восстановила контроль, Эмма поднесла обе руки к лицу королевы и яростно поцеловала ее. Хорошо еще, что она перестала лгать себе, что это был всего лишь секс, потому что она обнаружила, что изливает в поцелуе все: благодарность, желание, обожание, прерывая контакт только ради порции воздуха. Мысли блондинки немного прояснились, когда она увидела раскрасневшееся лицо Реджины, распухшие губы и твердость дилдо, зажатого между ними, все это заставило ее просто прорычать: - Моя. - Тогда трахни уже меня к ядреной матери, - прорычала в ответ мэр. Эмма схватила Реджину за бедра и развернула ее к себе спиной, страпон уперся в бедро женщины, а Эмма укусила мэра за плечо. Королева выгнула спину в ответ, и блондинка воспользовалась возможностью ущипнуть ее за соски, сначала поверх кружева, потом стянуть его вниз, вероятно, разрывая лифчик в процессе. Продолжая шарить по телу мэра руками, не отрывая губ от того места, где шея Реджины плавно переходила в плечо, блондинка толкнула женщину вперед бедрами, не отпуская ее, пока та не склонилась над столом. Стоя позади Реджины, она на миг отстранилась, чтобы полюбоваться идеальной попкой, впившись пальцами в твердые мышцы, и слегка раздвигая их. - Даже не думай об этом, - предупредила королева. - Ты еще даже отдаленно не заслужила того, чтобы трахнуть меня в задницу. - Позже, - почти прошептала Эмма, не совсем уверенная, что правильно расслышала. - Позже, - подтвердила Реджина, и теперь Эмма была совершенно уверена, что невозможно умереть от чистого желания, потому что если бы это было так, то она бы скончалась прямо сейчас. Ей с трудом удавалось держать себя в руках, но она сумела приподнять бедра и скользнуть страпоном по теплу между ног Реджины. Обхватив бедра королевы, она сделала несколько мучительно медленных пассов по всей длине ее промежности, задевая вход и клитор, и скользя с невероятной легкостью сквозь обильную влагу. - Эмма, - нетерпеливо простонала Реджина. - Трахни меня. Что Эмма и не замедлила сделать, одним плавным движением наполнив Реджину, введя до самого основания силиконовую игрушку. - Да! – воскликнула женщина со свистящим шипением. Эмма продолжила возвратно-поступательные движения, пока Реджина не задохнулась. - Еще. Сильнее! Блондинка послушно ускорилась, заставляя мэра выгнуться дугой. Она прижалась к спине Реджины, крепко схватив ее за плечи, безжалостно трахая королеву, упиваясь волнами удовольствия. Она выгибала Реджину все выше и выше, чувствуя, как ее тело напрягается все больше и больше, пока женщина снова не обрела голос и не закричала, внезапно резко напрягаясь. Осторожно потянувшись, Эмма оторвала свои руки от Реджины, нежно лаская ее по бокам, затем поцеловала линию позвоночника королевы от основания черепа вниз, слегка прикусив ее задницу в конце движения. К этому моменту Реджина уже начала приходить в себя, и Эмма помогла ей перевернуться и сесть. Королева тут же обхватила лицо блондинки ладонями и прижала их рты друг к другу, ее дыхание выровнялось, и она углубила поцелуй, напевая себе под нос. Блондинка ахнула от удивления, когда язык королевы коснулся ее нижней губы, и Реджина прикусила ее с возвращающейся страстью. Именно Эмма прервала поцелуй, внезапно желая по-настоящему взглянуть на Реджину. Ее глаза скользнули по лицу королевы, желая сфокусироваться сразу на всем. Она была настолько красива, что Эмма почувствовала головокружение от того, что ей так повезло быть здесь с ней. Она провела языком по крошечному шраму на верхней губе Реджины, прежде чем наклонилась, чтобы поцеловать ее еще раз, крепко обнимая женщину. Только когда она почувствовала, что страпон коснулся бедра королевы, она вспомнила, что носит его, и слегка отстранилась, нащупывая застежку. - Оставь его, - тихо сказала Реджина, хватая ее за руки. - Мы еще не закончили. - Что же мне делать с настолько пылкой женщиной? Боже, как же мне нравится, сколько раз ты можешь кончить, - выдохнула Эмма. Реджина рассмеялась медленным, сексуальным смешком. - И мне нравится твоя преданность тому, чтобы заставить меня кончить. Эмма знала, что это было, вероятно, самое близкое, что они когда-либо смогут сказать о чувствах, но это же были они, и это было честно, и у них было что-то реальное, в какой бы форме это ни было. Когда она снова встретилась взглядом с Реджиной, то не смогла сдержать улыбки. Королева, казалось, приняла какое-то решение, слезла со стола и протянула ей руку. – В спальню. Невероятный секс это одно, но Эмма, честно говоря, не ожидала, что ее когда-нибудь пустят в спальню Реджины. - А ты уверена? Глаза королевы сузились. - Не заставляй меня передумать, - прорычала она. - Да, мэм! Или ... да, конечно, мэм. - Пролепетала Эмма, а Реджина только рассмеялась и поцеловала ее. Это было что-то новенькое, думала блондинка, пока они целовались, смеялись и дразняще ласкали друг друга, поднимаясь по лестнице и идя по коридору в главную спальню: игриво, легко, беззаботно. Даже в этом была своя магия. Закрыв за собой дверь, Реджина повернулась, чтобы оглядеть Эмму и, черт меня дери, королева вернулась во всей своей красе. - Ложись на кровать, - приказала она. Эмма сделала так, как ей было велено, страпон слегка покачивался, колеблясь между смешным и непристойным, пока она сама не оказалась примерно в центре королевского ( пардон за каламбур) размера матраса, выжидающе глядя на Реджину. Пригвоздив Эмму к месту взглядом, Реджина сняла с себя остатки нижнего белья, и наконец, сбросила шпильки, а затем, великолепно обнаженная, поднялась в изножье кровати. Королева оседлала бедра Эммы, в течение долгого, долгого мгновения, ее глаза сверлили блондинку, а затем она схватила основание торчащего страпона, чтобы выровнять его, и скользнула на него одним плавным движением, закрыв глаза от избытка ощущений. Эмма схватилась руками за бедра Реджины, нуждаясь в контакте, и эти яркие карие глаза снова уставились на нее. Королева начала медленно, почти лениво двигаться, затем наклонилась, чтобы крепко поцеловать Эмму. Блондинка поймала себя на том, что проводит кончиками пальцев одной руки по спине мэра, чтобы обхватить ее затылок, а другую прижала к пояснице Реджины. Это было почти болезненно прекрасно, и сейчас ничто в мире не имело значения, кроме этих точек соприкосновения, рта Реджины и ее кожи, запаха ее волос, падающих на лицо Эммы, и ее мышц бедер, двигающихся на бедрах Эммы. Королева отстранилась и начала наращивать темп, ее глаза внимательно изучали ее лицо. - Хорошо? - Очень хорошо, - простонала Эмма. Она скользнула рукой вверх по животу Реджины вверх, и слегка потянула за сосок. Бедра королевы напряглись сильнее в ответ, и боже, Эмма собиралась кончить только от Реджины, сидящей на ней верхом, если она будет продолжать так двигаться. И Реджина продолжала двигаться точно так же, низкие стоны удовольствия становились хриплыми вскриками, и когда она резко наклонила бедра в последний раз с криком, она захватила блондинку с собой в оргазм. Реджина рухнула на Эмму, обессиленная и истощенная. Блондинка и сама была почти в бреду, но у нее хватило сил устроить их немного поудобнее. Она расстегнула ремни, чтобы позволить себе осторожно вытащить страпон из женщины. Это заставило Реджину выразительно вздрогнуть, но она ничего не сказала, вероятно, просто еще не могла говорить. Эмма перекатила их и легла, положив голову на плечо мэра. Она не должна здесь оставаться. Реджина, вероятно, будет зла, если она останется. Но она так устала. А потом Реджина пробормотала: - Холодно, - Эмма поймала себя на том, что хватается за одеяло, и прежде чем успела подумать об этом, она закутала их им вместе. Но все равно ведь пора уходить. Так ведь надо, верно? Да, хорошо, вот она пошла… Реджина схватила ее за руку и обернула ее вокруг себя, по сути, заставляя блондинку ложиться на нее. Эмма с трудом сглотнула, не имея ни малейшего понятия, что теперь делать. Когда Реджина заговорила, ее голос был тихим, но ясным, хоть и чуть хриплым после оргазма. - Не уходи от меня, Эмма Свон. Не смей уходить, мать твою.