escapril 2020

Когда Хината завернул за угол ко входу в спортзал, он увидел Кагеяму, который пялился на землю. Он почувствовал, как уголок его губ дёрнулся в ухмылке. Он подошел поближе, готовясь засмеяться над этим глупым придурком, что пялится не пойми на- Он замер, насмешка застряла где-то в горле. Понимая, что Кагеяма смотрел не на простой кусок земли, а на труп мертвой птицы. Хината завопил, отворачивая голову:  — О боже мой!  — Полагаю, что она пробыла здесь все выходные, — высказал Кагеяма. Хината забыл об этом ужасе не надолго и скептически глянул на него.  — Ты ненормальный? Как можно долго пялиться на мертвую птицу? — он зачем-то посмотрел вниз на бедняжку вновь и прикрыл глаза — ну, прикрыл глаз. Он завизжал вновь.  — Иисусе, из-за чего можно так орать с утра пораньше? — Суга зевнул, как только завернул за угол. Хината ни проронил и слова, тряхнув головой. Он перевел взгляд на автомат со снеками в десяти шагах от них. Нишиноя с округлившимися глазами выглянул из-за плеча Хинаты:  — Какой отстой!  — Я знаю!  — О боже мой, шшш! — Суга положил палец на губы, — Сейчас слишком рано, чтобы кричать из-за… — он сгорбился. — Голубя?  — Это ворон, придурок.  — Вороны не серые, Кагеяма.  — Это ворона, — высказался Дайчи. Все четверо воскликнули.  — Как долго ты стоишь здесь?!  — Только пришёл, черт вас подери, — Дайчи потер виски, — Мы можем уже зайти внутрь?  — Мы должны похоронить его! — выкрикнул Нишиноя, — Асахи схватит приступ, если увидит это.  — Похоронить его, каким образом?  — Я без понятия, просто… — Нишиноя, со все ещё отвернутой в сторону головой, в слепую кинул горсть земли в птицу. По-большей части он промахнулся, но все остальные с ужасом смотрели на то, как он продолжает закидывать тело кусками почвы. Хината готов поклясться, что видел сигаретный окурок, что упал рядом с грудью птицы.  — Что ты делаешь? — шикнул Суга.  — Я хороню его!  — Нишиноя-сан, можете прекратить, — сказал Кагеяма. Безмолвно он вытащил полотенце для лица, из своей сумки и завернул туда грязную массу птицы. Он прошагал к ближайшему дереву и мягко опустил его вниз. Когда он вернулся к группке, что безмолвно смотрела на него, его расширенные глаза были понятными, — Время для тренировки, не так ли?  — Эм, — Дайчи прокашлялся, — Да, — он открыл зал, бросая ключ Суге. — Можешь открыть клубную комнату? — Суга моргнул:  — Конечно. — забрав Хинату и Кагеяму, он пошагал к ступенькам.  — Кагеяма, — Суга мягко начал, — Из-за чего ты так долго смотрел на нее? — Кагеяма начал разворачивать онигири. Он глядел на Сугу, пока отвечал:  — Я не мог понять, жива она или нет. Хината усмехнулся:  — Что, ты бы вернул ее к жизни? — на это Кагеяма нахмурился:  — А разве я не должен был? — Хината и Суга посмотрели друг на друга. Глаза Хинаты округлились:  — Нет, не должен. Кагеяма пропустил это мимо ушей. Пока они поднимались по ступеням в клубную комнату, Хината продолжал пялиться на него. Он смотрел на его искаженное лицо, когда кусочек нори начал разворачиваться. Хината наклонил голову так, чтобы поймать кусочек сёмги, что так и норовил упасть. Какой придурок. Он почувствовал, как его грудь сжимается. Больше они не проверяли птицу.