И среди терновника растут розы..

Это июньское утро выдалось чистым и ясным, окутанным вуалью солнечных искр, медовым ароматом цветущих лип и арбузной свежестью скошенной травы. В столь ранний час на узких улочках было пустынно, лишь мальчишка-газетчик задорно позванивал велосипедным звонком, говоря всем, что настало утро. Густая, пышная изумрудная листва растущих по обеим сторонам дорожки старых лип и берёз мягко шелестела под прохладными порывами игривого ветерка. Неподалеку звонко журчала речка, бьющаяся прозрачными серебристыми струями о прибрежные камни. Небольшой аккуратный домик, сложенный из золотистого ракушечника, скрывался в тени пышных, сладко пахнущих кустов белоснежного жасмина. За белым заборчиком раскрывали свои сливочно-розовые бутоны очаровательные розы, на лепестках которых подрагивали капельки хрустальной утренней росы, покачивали венчиками лиловые колокольчики и перешептывались огненно-рыжие ароматные настурции. На деревянном крыльце, увитом пышным фиолетовым клематисом, дремала мурчащая пушистая кошка, греющаяся в теплых солнечных лучах. Окно в небольшую спальню было распахнуто настежь, свежий ветерок раздувал голубые ситцевые занавески. Золотистые блики скользили по стенам, обитым кремовыми обоями, по плакатам с «Queen» и стеллажу, с ровной линейкой произведений Конан Дойла, по простой мебели из светло-желтой сосны, по пушистому ковру и узкой уютной кровати, в которой, уткнувшись лицом в подушку, мирно сопела светловолосая девушка. Трещащий звонок будильника на прикроватной тумбочке беспощадно расколол эту идиллию. Рэйчел Моррисон резко вздернула голову и, сонно осыпая проклятиями гениального изобретателя этого отвратительного устройства, отключила злосчастный писк. Со стоном Рэй отбросила теплое одеялко и размяла шею, подставляя бледное заспанное лицо под ласковые лучи. Взъерошенные темно-русые волосы лезли в слипшиеся глаза, девушка раздраженно пыталась убрать это воронье гнездо за спину. Но в этой неравной борьбе, сокрушительную победу одержали лохматые пушистые локоны. После бодрящего душа, укрощения строптивых волос и небольшой разминки девочка, надев купальник, а поверх легкую майку и шорты, распахнула дверь. Скатившись по гладко отполированным перилам лестницы из красного дерева, Рэйчел в прекрасном расположении духа влетела на кухню. Это небольшое светлое помещение, оформленное в нежных сливочных и голубых тонах, с бесчисленными стеллажами и ящиками, с алыми геранями на окнах и связками золотистых головок лука под потолком таило в себе радость летних душистых дней и морозных декабрьских вечеров. Сейчас, солнце задорно расплескало свои брызги на небольшой столик, застеленный белоснежной накрахмаленной скатертью, на корешки потрепанных кулинарных книжек и на пыхтящий густым паром кипящий чайник. Женщина, стоящая у плиты, обернулась и расплылась в приветливой улыбке. Рэйчел тут же кинулась в объятия обожаемой и горячо любимой тетушки Мелани. — Рэй, дорогая, доброе утро! — женщина отложила кухонный нож на разделочную доску, наспех вытерев руки о синий передник в мелкий цветочек, крепко поцеловала племянницу в покатый лоб. — Ты что-то рано — в серых глазах тети мелькнули лукавые огоньки. Мелани, отпустив девочку, обратила свое внимание на стеклянную тарелку с аппетитной стопкой румяных сырников, щедро политых клубничным джемом. Рэйчел, схватив из плетеной корзиночки еще теплое домашнее печенье, запрыгнула на подоконник под укоризненный взгляд тети, которая уже наливала в кружку ароматный чай. — Ты же знаешь, — весело начала Рэй, хрустя печеньем и болтая босыми ногами под неодобрительный вздох тетушки, — Криминальный мир не желает отпускать меня из своих объятий. Мелани добродушно закатила глаза, переставляя тарелки и столовые приборы на стол. — Ты как всегда! — в мягком голосе женщины угадывались смешливые нотки. Рэй с удовольствием рассматривала ее черные, как смоль, волосы, забранные в тугой блестящий пучок, выразительный профиль и румянец на смуглой коже. — Как успехи? Твой детектив, которого ты любишь больше, чем родную тетю, разгадал тайну убийства невесты? Девочка звонко рассмеялась, спрыгнула с подоконника и, подбежав к Мелани, крепко поцеловала ее в бархатистую теплую щеку. Женщина улыбнулась, беззлобно отпихивая племянницу и, звеня флакончиками с пряностями, заворчала: — Ну все, все, хватит телячьих нежностей, подлиза! Ты не ответила на мой вопрос. — Нет, пока не разгадал, — Рэйчел стащила один сырник под возмущенный вопль тети и, озорно хихикая, увернулась от шлепка мокрым полотенцем. — Но он вышел на след убийцы! Так что, милая тетушка, я выпадаю из реальности как минимум на пару часиков. Пойду на речку, может, заодно искупаюсь, пока не жарко. Мелани, пытливо прищурив левый глаз, уперла руки в бока, сжимая в длинных пальцах поварешку. — Как думаешь, твоя тетушка Мелл позаботилась о своей любимой племяннице? — на ее полноватых губах мелькнула тень лукавой улыбки. Женщина кивнула на старенький стул, стоящий около выхода. Рэйчел мгновенно вывернула шею, и в ее искрящихся золотистым светом ярких голубых глазах загорелся огонек неподдельного восторга при виде аккуратно сложенного пледа и бумажного пакета, из которого доносился невероятно аппетитный запах свежих сэндвичей. — Твои любимые, с лососем, — солнечно улыбнулась Мелани. Девочка, издав радостный клич, набросилась на тетю с жаркими объятиями. — Обожаю тебя! — Рэй, клюнув женщину куда-то в подбородок, схватила покрывало с пакетом и пулей вылетела в коридор, где прогрохотала дверцей шкафа. — Ты лучшая тетушка в мире! Женщина расправила ароматный пышный букет полевых цветов, стоящий в белой фарфоровой вазочке, и вновь улыбнулась: — Подлиза.