Часть 4
14 сентября 2020 г., 10:09
Sepultura - Angel (Massive Attack cover)
***
- Теперь давай-ка расскажи нам, что за чёрт в тебя вселился? Зачем ты пытался убить нас с Сокджином? - Намджун сидел на корточках перед привязанным к дереву Чимином. - У нас были небольшие разногласия, я понимаю, но это явно недостаточно веская причина для убийства, тебе так не кажется, господин Пак? Менеджер смотрел исподлобья не на того, кто задавал ему вопросы перед самым носом, а на Хосока. Взглядом обвиняющим и изобличающим. Отчаянно угрожающим и предупреждающим. - Я не хотел никого убивать, - процедил он сквозь зубы, всё также не отрывая горящих глаз от своего друга, который, в свою очередь, тоже транслировал в это же самое время какое-то телепатическое сообщение в ответ. - Да ладно! Просто хотел по головке погладить? - Намджун терял самообладание. Даже самые стойкие люди в какой-то момент начинают ломаться, поддаваясь эмоциям. Чонгук мельком подумал, что сам он должен быть последним из них, кто допустит это. Чимин опустил голову. Очевидно, он не желал больше разговаривать. Только в этот момент Чонгук заметил, что на его безрукавке и кое-где на руках есть следы свежей крови, а на челюсти проявился новый синяк, который явно не Тэхён поставил. Кто-то его бил? Может быть Намджун пытался обороняться? Вряд ли. Скорее всего капитан не успел ничего сделать, прежде чем получить по лбу каким-то предметом (вероятно толстой палкой или чем-то подобным). Разве что увидеть за несколько секунд до удара того, кто это сделал. Так кто же тогда? Неужто эти двое? Это единственный возможный вариант. Но за что? И о чем Чимин умолял Хосока, когда они с Тэхёном пришли? - Что-то мне нехорошо..., - Сокджин неуклюже стёк с бревна и пополз в укрытие. Намджун бросился помогать другу. После того как он уложил парня на подстилку из листьев, капитан резко метнулся в сторону менеджера и схватил его за ворот рубашки. - Если с ним что-то случится, - процедил он сквозь зубы, - я позабочусь о том, чтоб ты не смог выбраться с этого острова. Понял? Пак всё так же не реагировал. Он продолжал молча смотреть в землю. Выражение его лица было нечитаемым: пустым, отрешенным, как тогда на берегу. Зато Хосока почему-то явно напрягла такая прыть капитана. Он переглянулся с Юнги, выглядя необычно обеспокоенно, словно что-то наконец всколыхнуло его обычное мрачное хладнокровие. - Нужно раздобыть еды, - Намджун оставил менеджера в покое и тяжело вздохнул. - Можно попробовать что-то выловить в море или собрать крабов на побережье. Кто-то должен сходить к озеру и.... Чёрт, нам не во что набрать воду, - капитан устало провёл ладонями по лицу. - Нужно поискать какие-то фрукты: кокосы или бананы... не знаю, что обычно растёт в этой местности. - Кто-то должен оставаться на побережье на случай, если нас будут искать, - вклинился Тэхён. - Нас и так там слишком долго не было. - Да, да. Ты прав, - Намджун немного пошатнулся на месте и сжал пальцами переносицу. Чонгук положил ладонь ему на плечо и слегка надавил. Вообще-то он не любил прикасаться к малознакомым людям, но что-то неожиданно сподвигло его на этот жест. Сочувствие, вероятно. Возможно, недавно пережитое потрясение что-то в нём изменило. И это было ещё не всё. - Ты в порядке? - участливо спросил он. Конечно же, Намджун не был в порядке. Ему нехило зарядили по черепу, а такое бесследно не проходит. И пусть капитан делал вид, что он в норме, Чонгук по себе знал, что это всё блеф. - Да, - прозвучало вполне убедительно. Наверное и сам поверил. - Предлагаю опять разбиться на пары. Ты с Сокджином и этим... останешься здесь, мы с Тэхёном пойдём к берегу, а вы (он обернулся в сторону Хосока с Юнги) пойдёте вглубь острова. - Я не оставлю своего брата с этим психопатом! - запротестовал младший. - Я справлюсь, Тэ, - Чонгук почти не отрывал глаз от Чимина, который всё ещё пялился куда-то в землю. - Он связан и не причинит никому вреда. К тому же нужно приглядывать за Сокджином. Второй удар по голове мог сильно усугубить ситуацию. Намджун поджал губы, и его проступившие на щеках ямочки почему-то выглядели как никогда печально. - Да. Сокджин..., - капитан кинул быстрый взгляд на место, где лежал его друг. - Пожалуйста, пригляди за ним. С планом Намджуна все безропотно согласились. Хосок и Юнги не молвили ни слова, обменявшись друг с другом телепатическими взглядами неясной этиологии, от которых у Чонгука по телу пробежали мурашки. "Это конец. Мы не выберемся. Мы никогда не вернёмся домой. Нас не найдут", - защебетали голоса нестройным хором. Но Чонгук уже привык к ним и научился их контролировать. Или, скорее, игнорировать. Не всегда получалось, но в основном.... Дисциплина и контроль над эмоциями. Чонгук давно понял, как работает этот механизм. Ему пришлось понять.... Когда все разбрелись, кто куда, как и было решено, Чонгук первым делом решил проверить состояние Сокджина. Убедившись в том, что парень просто спит, он присел у костра, облокотившись спиной о ствол, и вытянул больную ногу. Чимин медленно поднял на него напряжённый взгляд. Этим взглядом он словно проникал Чонгуку под кожу, впивался в самую душу, сжимая её струнки своими маленькими пухлыми пальчиками. Какой-то чересчур многозначительный, чрезмерно пристрастный. Они знают друг друга так мало, но этот парень смотрел так, словно их связывали несколько воплощений. Чонгуку стало не по себе до тошноты. Ему всё это не нравилось. Он не смог выдержать дольше нескольких секунд и опустил глаза. - Чонгук, - голос менеджера прозвучал незнакомо: с теплотой и мягкостью, без тени негатива. - Выслушай меня, пожалуйста. Это очень важно. Старший собрал волю в кулак и поднял на Чимина нарочито безучастный взгляд. Чёрт, что же происходит? Он всё ещё не понимал, почему из-за этого не самого достойного человека ему приходится прилагать ещё больше усилий, чем обычно, чтоб держать себя в узде. В его присутствии в голове словно загоралась красная лампочка и начинала противно пищать, повышая частоту сердечных сокращений. Чонгук должен был справиться с этим. Это был просто очередной вызов судьбы, как он для себя решил. А он всегда безупречно справлялся со всеми вызовами. - Я знаю, я вёл себя отвратительно с тобой и со всеми этими людьми, - продолжил Чимин, как только встретился глазами с Чонгуком. - У меня скверный характер, и это ни для кого не секрет. Но сейчас важно не это.... - Чимин заметно заволновался и огляделся по сторонам, словно желая удостовериться, что их никто больше не слышит. - Хосок и Юнги.... Ты должен быть с ними начеку. Вам всем нужно держаться вместе. Не стоило Намджуну и твоему брату идти вдвоём.... Вы все должны быть вместе, пока нас не найдут. ЕСЛИ нас найдут.... Они... он пойдёт на всё, чтоб нас не нашли. Чонгук слушал с против воли раскрывшимся ртом. - Что ты несёшь? - кажется, где-то глубоко внутри он знал ответ на этот вопрос. Чимин заметно сглотнул. На его лице отразились паника и мольба. Ничего общего с тем спесивым типом, каким он был ещё совсем недавно. - Пожалуйста, услышь меня! Они убьют нас всех! Меня в любом случае. Я должен был убить вас, но не смог, и теперь мне точно конец. Я больше ему не нужен. Но я слишком много знаю. Ты должен как-то помешать им. Но они не должны ничего заподозрить! Ты должен вести себя так, словно я ничего тебе не говорил. Чонгук застыл с широко раскрытыми глазами. Потребовалось немало усилий, чтоб прийти в себя и начать говорить, потому что шквал голосов обрушился на мозг с такой силой, что закружилась голова. Даже боль в ноге отступила на задний план. - Что всё это значит? - наконец произнёс он. - Почему они хотят это сделать? И почему ты согласился на это? Чимин тяжело дышал, ерзая руками, которые, видимо затекли из-за того, что были заломлены за ствол. - Я не могу рассказать тебе этого. Нет времени что-либо обсуждать, ведь они могут вернуться в любой момент. Ты должен довериться мне. Иначе все погибнут. И твой ненаглядный братец, которого ты так обожаешь. Последняя фраза прозвучала с явным презрением, но Чонгуку было всё равно. Теперь он понимал, что тревога, которая преследовала его всё это время, неспроста имела место. - Почему ты говоришь это именно мне? Лицо Чимина исказила лёгкая нервная ухмылка. - Неужели непонятно? Потому что ты единственный, кто прислушается к моим словам. Ты же долбанный буддист, который, наверное, даже нож в спину с благодарностью примет. Чёрт.... Да у тебя поди даже в постели полный дзен, и ни один мускул на лице не шевелится. - Чимин понемногу возвращался в свой привычный ублюдочный образ. "С этим не поспоришь. Но знал бы ты, чего мне это стоило" - эта мысль принадлежала самому Чонгуку. - И что же ты предлагаешь мне делать? - задал он кульминационный вопрос. У него на самом деле их было очень много, но так как ответов, судя по всему, ждать не стоило, хотелось поскорее перейти к сути. - Тебе нужно убедить других в необходимости связать этих двоих так же, как вы связали меня, - Чимин вновь огляделся по сторонам. По его напряжённому бледному лицу стекали ручейки пота. - Но нужно застать их врасплох. То есть так, чтоб они не успели ничего заподозрить. Несколько долгих секунд Чонгук смотрел менеджеру прямо в глаза. В эти мучительные мгновения он страстно пожелал никогда его не знать. Не из-за того, как себя этот тип вёл, и что он делал, а из-за того, ЧТО он вызывал своим присутствием. Словно веками сносившая набеги тысяч врагов крепость вдруг начала рассыпаться оттого, что по ней прошёлся один единственный человек. - Почему я должен тебе верить? - наконец спросил Чонгук. Ведь действительно. С этого и надо было начинать. Чимин поджал пухлые губы, очевидно, испытывая раздражение. - Потому что у тебя нет выбора! Иначе вам всем пиздец! - процедил он сквозь зубы, сдерживаясь, чтоб не перейти на крик. Повисла тишина. Чимин вновь устремил пустой взгляд на землю. Возможно он говорил правду, и, что бы ни было тому причиной, эти двое действительно в тот самый момент строили где-то недалеко свои грязные планы. Чонгук вновь ощутил приступ тошноты. Образ брата невольно вторгся в поток тяжких мыслей. Что если Тэхёну грозит опасность? Что если эти двое прямо сейчас решили напасть на него и Намджуна? Сокджин неожиданно что-то пробубнил и Чонгук подполз к нему в "палатку". - А, это ты, - через силу прошептал он с приоткрытыми глазами. Его взгляд едва фокусировался, что заставило старшего беспокоиться. - Не мог бы ты принести мне воды? Пожалуйста. Чонгук растерялся. Он не знал, как отказать человеку в таком состоянии, но и покинуть "пост" было бы решением неправильным и опасным. - Нужно немного подождать, - ответил он. - Я не знаю, во что можно ее набрать, но когда ребята вернутся, мы сможем вместе отнести тебя к озеру. Сокджин долго смотрел куда-то сквозь Чонгука. Тот даже на мгновения усомнился, понял ли он хоть слово из сказанного. - Хорошо..., - наконец проговорил он, едва шевеля губами, и закрыл глаза. Чонгук вновь присел к костру, стараясь всячески избегать взглядом Чимина. - Отвяжи меня. Я узнаю, где они и принесу воды, - даже слышать этот излишне приторный для мужчины, но наглый и самоуверенный голос не хотелось. - Нет, - Чонгук с трудом поднялся на ноги и огляделся. Беспокойство за брата возрастало с каждой секундой всё больше. - Чонгук..., - такой мягкий, медовый, будто перманентно соблазняющий.... - Заткнись! Чонгук неожиданно для себя вспыхнул. Его будто прожгло, прошибло электрическим током. Вспышка давно забытого чувства раздражения, агрессии, непреодолимой неприязни. Чувства, с которыми он, казалось, давно научился справляться. Внутренние враги, над которыми, как он думал, давно одержал победу. Он пылал несколько секунд, обжигаясь изнутри и обжигая взглядом виновника своих чувств. Пак же ликовал. Его глаза светились таким бесовским энтузиазмом и эйфорией, словно он вот-вот достигнет экстаза. Как чёртов психопат. Маньяк-извращенец. - Оу..., - на его сумасшедшем лице возникла довольная ухмылочка. - Я пробудил твои чакры, бодхисаттва? Чонгук остыл также быстро, как возбудился. Всего лишь секундная слабость.... Она не должна повториться. Неизвестно, какие ещё испытания ждут впереди. Нужны максимальная собранность и железное самообладание. - Ты так отчаянно заботишься о моем просветлении? - Чонгук смотрел на менеджера сверху вниз стойко и холодно. - Всего несколько минут назад ты умолял меня спасти тебя от твоих друзей, а теперь вновь ведёшь себя как сволочь. Ты так отчаянно желаешь пробудить в людях хоть какие-то эмоции, чтоб почувствовать себя значимым. Чтоб хоть кто-то любил тебя. Но это работает с точностью наоборот, не так ли? Слова Чонгука были жёсткими и дерзкими, но тон при этом оставался ровным, спокойным и беспристрастным. Словно ему не было дела до того, что он говорит, и как это повлияет на слушателя. Лицо Чимина вмиг изменилось. Сначала в потемневших глазах загорелись дьявольские огоньки, а губы сжались от гнева. Но это длилось мгновения, после чего Пак вдруг резко присмирел, а его лицо приняло обречённое выражение. - Ты ничего обо мне не знаешь, - менеджер вновь уставился в землю невидящим взглядом. - Сделай то, что я сказал, если хочешь спасти себя и своего удалого братца. "Псих", - заключил Чонгук про себя. - "Мы оба".***
- Мы поймали пару крабов, - воскликнул Тэхён, завидев брата, задумчиво хмурившегося куда-то в сторону. - Правда, мне было жалко их убивать, поэтому Намджун впихнул бедолаг в мою футболку. Прежде чем откликнуться на голос младшего, Чонгук уловил быстрый взгляд Чимина. В нём читалась мольба. Старший кое-как поднялся на ноги и поплелся обнимать Тэхёна. Возможно, в данной ситуации в этом не было очевидной необходимости, но Чонгуку было все равно. Ему казалось, что каждый их совместный момент может оказаться последним. Никто и ничто на свете не гарантирует им хотя бы ещё один час жизни. И Чонгук хотел выразить одним безмолвным объятьем все свои чувства. Да, возможно, оно слегка затянулось. Младший посмотрел на брата с беспокойством и подозрением. - Что-то случилось, пока нас не было? - этот мелкий засранец считывал Чонгука получше какого-нибудь гуру. И дело было не только в их особой связи, но и природной чувствительности Тэхёна. Он был подобен радио: сам постоянно вещал и при этом хорошо улавливал сигнал. Намджун впихнул шевелящийся чёрный свёрток с несчастными крабами Чонгуку в руки, а сам пошёл проведать Сокджина. - Всё в порядке, - старший вяло улыбнулся брату и в нерешимости уставился на свёрток. Чонгук был вегетарианцем, и улов не вызывал в нём ни капли энтузиазма, несмотря на голод. Тэхён всё понял без слов. - Что поделать..., - пожал он плечами. - Я тоже не в восторге от данной перспективы. Будем надеяться, что эти упыри добудут каких-нибудь местных фруктов. - Что-то долго они собирают урожай, - с оттенком недовольства вклинился Намджун. Сокджин, судя по всему, был в отключке, и это всерьёз опечалило капитана. Чимин фыркнул, заслужив всеобщее внимание к своей всеобъемлющей персоне. - Ты находишь это смешным? - резко наехал Намджун, заведясь с пол-оборота. - Из-за тебя он может не выжить! Какого чёрта всё это значит?! Капитан был на пределе. Он постоянно тёр виски (очевидно, голова болела после удара), истекал потными ручьями и нервно бегал глазами из стороны в сторону. Чимин напрягся. Тень сожаления легла на его усеянное синяками лицо. Красивое лицо.... Чонгук вновь почувствовал крошечные разряды гнева глубоко внутри. Вот только злился он теперь на себя и свои неуместные чувства и мысли. - Как твоя голова? - спросил Чонгук у Намджуна, чтобы отвлечься от тёмной бездны, в которую утягивал его образ парня, привязанного к дереву. Намджун не успел ответить. Из кустов тихо, как вьетнамские партизаны вынырнули Хосок с Юнги. В руках у них было несколько связок зелёных бананов. Лица, как и прежде, выражали тотальную враждебность. - Это всё, что нам удалось найти, - угрюмо произнёс Хосок. - За водой каждому придётся идти самостоятельно. По телу Чонгука пробежался холодок. Он вспомнил всё, о чем они говорили с Чимином накануне. Последний, кстати, даже не поднял головы, когда эти двое объявились. Намджун устало провел рукой по влажным волосам. - Уже что-то, - тихо произнёс он. - От голода не умрём, по крайней мере. "Зато умрём от чего-нибудь другого..."***
Когда парни коллективно перекусили, Сокджин всё ещё оставался в отключке. - Нужно отнести его к озеру, - предложил Чонгук. - Он просил воды, когда был в сознании. - Да, согласен, - мигом отозвался Намджун. - Тэхён, поможешь мне? - Мы поможем, - вдруг вызвался Хосок, и Чимин тут же поднял голову, не сумев скрыть ужас на лице. Он смотрел в глаза "друга" с мольбой и чуть ли не плакал. Хосок одарил его едва заметной ухмылкой. - Не стоит, - все по какой-то уже привычной схеме решал капитан. - Мы справимся. Вы бы сходили лучше на берег. Нам нужно придумать что-то типа дежурства. Иначе мы так и останемся в этом зелёном аду.... Чонгук испытал облегчение. Его совсем не радовала мысль, что брат будет где-то шататься с этими демонами в человеческом обличье. Пусть даже рядом будет Намджун. Неизвестно, на что способны эти двое. Глядя на них, сомнений в том, что Чимин прав, становилось всё меньше. - Хорошо, мы пойдём к побережью, - вкрадчиво произнёс Хосок. Юнги с опаской глянул на него и тут же получил укоризненный взгляд в ответ. Они, тем не менее, выждали, когда Намджун с Тэхёном водрузят немного пришедшего в себя Сокджина на свои плечи и скроются в кустах. Когда это произошло, грудь Чимина пошла ходуном. Он на несколько мгновений устремил на Чонгука напуганный взгляд, но потом опомнился и резко опустил глаза. Хосок и Юнги, вопреки опасениям, молча направились в сторону побережья, что заставило Чонгука вновь сомневаться. Что если Чимин пудрит ему мозги? - Развяжи меня! - потребовал Пак сразу же, как только понял, что те двое ушли. - Быстро! - С чего мн... - Они пошли обговорить план, как с тобой покончить, идиот! - прошипел менеджер. Его лицо покрылось пятнами от нервного напряжения, а вены на шее вздулись. - Они вернутся с минуты на минуту, и тогда тебе конец! А потом и твоему брату и всем остальным. Они найдут способ, уверяю тебя. ОН найдёт.... Чёрт! Ты не знаешь, что это за человек.... В ситуациях, когда нужно было сделать выбор, Чонгук приучил себя воображать в голове все варианты и прислушиваться к ощущениям в теле. Если есть малейший намёк на дискомфорт - значит выбор неверный. Вот и на этот раз Чонгук просто доверился чутью. Он решил развязать Чимина. Когда дело было сделано, парень отошёл от менеджера на несколько шагов, крепко сжимая в руках шёлковый шарфик нежно-лилового цвета. Этот тип непредсказуем, поэтому нужно было быть начеку на случай, если он вздумает что-то выкинуть. Минуты шли, а никто так и не возвращался. Чонгук уже начал подумывать, что совершил ошибку, и те двое на самом деле просто недружелюбного склада люди с какими-то своими личными заморочками, а менеджер не дружит с головой и неизвестно на что ещё способен, раз наплел всю эту чушь, чтоб спасти свою шкуру. Но, вопреки ожиданиям, Пак не предпринимал каких-либо попыток сбежать или накинуться на Чонгука. Он сначала размял затекшие руки, шею, а затем и ноги, а потом присел поудобнее и начал оглядываться по сторонам, очевидно, ожидая появления противников. При этом он даже ни разу не взглянул на Чонгука, будто его нет, максимально концентрируясь на наблюдении. Прошло ещё несколько минут, и вся эта ситуация начала основательно действовать Чонгуку на нервы. Голоса бесперебойно нашептывали какую-то симфонию бреда, а нога вновь начала усиленно ныть. - Что-то они долго, - аккуратно заметил Чонгук, внимательно изучая изящный профиль парня. Тот вдруг резко обратил на него встревоженный взгляд. - Кажется, я понимаю, что они задумали. Дай мне шарф. Чонгук опешил. Рискованный шаг. - Живо! Он протянул шарф Чимину и тот шустро намотал его на одно запястье, заломил руки за спину, делая вид, будто до сих пор привязан. - Что ты...? - Доверься мне. Довериться было, мягко говоря, нелегко. Пак выглядел как человек, у которого чердак если ещё не поехал, то явно имел такие планы в будущем. Но Чонгук против здравого смысла хотел ему верить. Со стороны побережья послышался шелест кустарника. Несмотря на свою обычную выдержку и эмоциональную стойкость, Чонгук начал слегка паниковать. Он понимал, что должен срочно вернуть себя в строй, иначе в нужный момент допустит ошибку. Эмоции всегда сбивают чистоту восприятия и чёткость оценки ситуации, не дают трезво мыслить и принимать правильные решения, особенно это касается моментов, когда необходимо сделать это быстро. Наконец, Хосок и Юнги появились в поле зрения. По одним взглядам обоих Чонгук вмиг понял, что ему намереваются причинить вред. Хосок выглядел особенно жутко: его лицо казалось не человеческим, глаза были похожи на глаза хищника, смотрящего на свою жертву. Юнги казался менее решительным: весь его вид выказывал волнение и настороженность, но и он, судя по всему, готов был при необходимости действовать. Они тоже очень скоро догадались, что Чонгук что-то пронюхал и теперь прекрасно осведомлён в том, что его ждёт. Ситуация накалилась в считанные мгновения. И тут.... Откуда он взял нож? Всё это время у этих сволочей был нож, а они прятали его, когда он был так нужен! Хосок, сверкая лезвием в руке, медленно двинулся вперёд. Чонгук словно врос ногами в землю. Его тупо парализовало: никакой реакции со стороны инстинкта самосохранения, ни малейшего импульса к самозащите. Он просто стоял как истукан эти долгие секунды и пялился с открытым ртом на надвигающуюся с двух сторон опасность. Но у кого-то была совершенно другая реакция: Хосок не успел обернуться, как на его шее оказался тот самый шарфик. Чимин молниеносно накинулся на него сзади и начал душить. Нож полетел на землю, так как обе руки мужчины сцепились в кусок материи, пережавшей горло. Стюард тут же забыл о Чонгуке: он набросился на Чимина в попытке помешать ему. И тут Чонгук наконец ожил. Он, в свою очередь, бросился к Юнги, вцепился ему в плечи и с силой оттолкнул в сторону. Тот распластался на мгновения на земле, затем резко вскочил на ноги и налетел на Чонгука. Но у мелкого худощавого стюарда не было ни малейшего шанса против старшего, так как тот был парнем высоким, жилистым, с каменными мышцами и тяжёлой рукой. Помимо железной выдержки природа одарила Чонгука железным ударом, который удавалось применить в жизни крайне редко, но если всё-таки приходилось, то противнику можно было только посочувствовать. Вскоре Юнги вновь оказался на земле, а его лицо принимало удар за ударом. Он даже толком не сопротивлялся, но Чонгук продолжал методично бить, как машина для убийства: размеренно и с плановой периодичностью, что стороннего наблюдателя (если б такие имелись) натолкнуло бы на мысль, что у парня не всё в порядке с головой. Его лицо не выражало никаких эмоций, словно он не бил человека а, скажем, шинковал салат на кухне. Лицо Юнги всё больше напоминало кровавое месиво: он начал что-то мычать о пощаде, и Чонгук наконец остановился. В следующий момент он обернулся и подловил Чимина, который упал на него спиной. Чонгук не сразу понял, что произошло. Оказывается, Хосок каким-то образом вырвался из хватки и, воспользовавшись моментом, полоснул менеджера ножом. Следом удар должен был получить Чонгук, но Пак закрыл его своим телом, намереваясь принять очередной удар на себя. - Всё должно было быть не так, Чимин-и, - процедил Хосок, приближаясь. - Прочь с дороги. - Пожалуйста, Хоби, не трогай его, - взмолился Пак, с трудом произнося слова. - Что такое, милый? - язвительно спросил Хосок. - Ты наконец-то в кого-то влюбился? Чимин ничего не ответил. Он всё больше обмякал в объятьях Чонгука. А тот, в свою очередь, за каких-то несколько мгновений ощутил целую гамму разнообразных чувств. Он осознал, что не простит себе, если с этим человеком что-то случится. От соприкосновения их тел он ощущал какой-то сумасшедший отклик в душе. Что если всё, что он до этого испытывал по отношению к этому парню на самом деле не было неприязнью? Время застыло: что бы ни происходило, для Чонгука оно перестало существовать. Держа в объятьях Чимина, казалось, что существует только один момент. И он хотел, чтоб этот момент длился вечно. Хотел никогда не отпускать этого человека из своих рук. Хотел уберечь их обоих от всего остального мира. Но время, между тем, шло своим чередом, и опасность продолжала приближаться мелкой поступью. Неизвестно, что бы произошло дальше, если б из кустов вдруг не вынырнули три фигуры: Намджун, Тэхён и Сокджин. Последний был в сознании, но едва держался на ногах. На момент все застыли. - Опусти нож, - жёстко произнёс Намджун. Хосок на секунды замешкал, что-то судорожно калькулируя в уме, а затем, видимо, осознав, что его шансы на успех критически малы, бросил нож на землю и вознес руки над головой. Намджун тут же подобрал оружие и направил его в сторону мужчины. - Парни, привяжите его к дереву, - скомандовал он. Тэхён и Сокджин принялись выполнять указание. Хотя, от последнего толку было мало, так как у него были явные проблемы с координацией. Но Хосок не оказал ни малейшего сопротивления, лишь только продолжал весь процесс прожигать капитана полным ненависти и презрения взглядом. Юнги всё ещё лежал на земле неподалёку, пребывая в полубессознательном состоянии от чонгуковых побоев. Как только Хосок оказался прикован всё тем же лиловым шарфом к стволу, Тэхён бросился к брату, который всё это время сидел неподвижно, не отпуская из рук окровавленного Чимина. - Ты в порядке? - лицо младшего выражало беспокойство и страх. Чонгука будто заклинило. Он прижимал голову парня к сердцу и смотрел прямо перед собой, никак не реагируя. Он не выглядел при этом шокированным или скованным ужасом. Его взгляд был пустым, чуть ли не умиротворенным. - Чонгук? Что с ним? Он ранен? - голос Тэхёна звучал где-то далеко, словно через толщу воды. Старший хотел ответить, но тело словно потеряло с мозгом всякую связь. Он погружался в какую-то бездну стремительно и бесповоротно. "Я не против, если сейчас умру. Пусть твоё тепло будет моим последним якорем, а наше безумие - последней надеждой". Мрак.
