Часть 8
13 ноября 2020 г., 13:40
Massive Attack - Teardrop
***
Тэхён брел босиком по белесому песку вдоль побережья. Его золотистые волосы беспорядочно колыхались на ветру, то и дело закрывая обзор, но парень не замечал этого: его лицо выражало глубочайшую печаль и отчаяние. Он подошёл к кромке воды и позволил неспешным волнам обнимать свои стопы. Чонгук шёл за ним молча, и остановился рядом, когда тот застыл, взирая с тоской куда-то вдаль. - Даже думать не хочу о том, что там с мамой..., - шелковистый баритон звучал как никогда мягко, словно вот-вот сорвётся, сломается, как и его носитель. - Но эти мысли.... Они всё равно постоянно атакуют меня. Чонгук смотрел на точеный профиль брата с лёгким оттенком нежности на лице. - Я не могу не думать о том, что будет с ней, с нами, - Тэхён остановился, так как ком в горле не позволял говорить непрерывно. - Я не могу быть спокоен. И тут младший резко развернулся всем корпусом к брату. Его красные от постоянных слёз глаза смотрели потрясённо, почти с ужасом. - Как ты так можешь, хён? - голос дрожал, как и ярко-алые губы. - Как ты можешь быть... таким? Казалось, Тэхён вот-вот лишится рассудка. Чонгук почувствовал жгучую вспышку боли в груди, которую он просто мысленно зафиксировал в сознании, позволяя ей уйти так же, как она появилась. Он не дал ей возможности остаться. - Как ты можешь быть таким... равнодушным? - по щеке покатилась слеза. Тэхён не отрывал наполненных болью и упрёком глаз от брата. И тот не решился отвести свой взгляд, несмотря на то, что выносить это было крайне сложно. Даже с таким уровнем самообладания. - Я не равнодушный, - наконец произнёс Чонгук. В груди вновь зажгло. - Я просто не хочу паниковать. - А я хочу! - взревел Тэхён. - Хочу, чтоб ты паниковал вместе со мной, чёрт возьми! Хочу понимать, что тебе тоже страшно, как и мне! Что тебе не всё равно! Но ты стал ещё более отчужденным, чем прежде.... Младший вновь заплакал. Без рыданий, без всхлипов. Просто слёзы текли по его гладкому безупречному лицу ровным непрерывным потоком. И выдержка Чонгука становилась всё прозрачней. - Я... я просто справляюсь, как могу, Тэ, - тон старшего был ровным, а взгляд - всё таким же холодным, но внутри он ощущал, как нечто тёмное и вязкое растекается по фибрам, заставляя волю слабеть. Тэхён тяжело дышал через нос, плотно сжав припухшие губы. Его лицо блестело в свете солнечных лучей. Он больше не смотрел на брата. Он смотрел вдаль, воплощая всем своим видом вселенскую скорбь. - Мы здесь умрём, хён, - проговорил он низким, ледяным тоном, копируя манеру Чонгука. - А тебя волнует только твоя философия. Тебя волнует только то, что ты лишний раз потеряешь своё драгоценное самообладание. Тэхён вновь резко развернулся к старшему всем корпусом. На этот раз его взгляд был полон гнева и недоумения. - Объясни мне, какое теперь это имеет значение? Потому что я ни хрена не понимаю. Чонгук задумался. Он смотрел брату в глаза: такие живые, полные чувств и эмоций. Видел то, как он красив во всём этом; знал, как он красив во всем и безупречен даже тогда, когда поступает, казалось бы, опрометчиво. Тэхён никогда не сдерживался, был самим собой: открытым, честным, искренним во всех своих проявлениях. И это притягивало к нему многих людей. И это сделало его успешным и популярным. Хотя он никогда не стремился к этому. Он просто делал то, что хотел и был тем, кто он есть. Всё так просто.... - Наверное, никакого..., - голос Чонгука неожиданно дрогнул. Он сам этого не ожидал. - Я уже не уверен ни в чём. Да и был ли.... Чонгук отвернулся. Всё тяжелее.... Что с ним? Нет, он не должен позволять эмоциям завладеть собой. Ему нужна энергия. Нужно спокойствие. Кто, если не он, найдёт решение в сложной ситуации? Кто всё разрулит? Он не должен поддаваться им.... - Чонгук..., - голос брата звучал словно где-то вдалеке. - Пожалуйста, будь со мной. Неизвестно, сколько ещё мы тут протянем, но я хочу, чтоб ты не уходил в себя. Ты мне нужен.... Прошу тебя. Ком в горле. Кажется, голоса смеются. Им смешно? Они триумфуют? Видимо, да. - Тэ..., - говорить было трудно, да и Чонгук толком не знал, что именно хочет сказать. - Я.... - Не подбирай слова! - младший неожиданно вцепился в плечи брата и до боли сжал их. - Просто позволь себе, пожалуйста. Позволь себе быть слабым. Ради меня! Чонгук почувствовал, как по телу пробежалась мелкая дрожь. Боль. Боль в груди разгоралась всё стремительней, норовя прорваться наружу. - Я боюсь, Тэ, - услышал он свой голос. - Боюсь потерять контроль и позволить им завладеть собой. На лице Тэхёна промелькнула тень непонимания. - Кому "им"? - Ты знаешь, - Чонгук пытался звучать как можно более индифферентно. Младший несколько секунд изучающе всматривался в лицо брата, а затем отпустил его. - Чёрт..., ты опять об этих..., - Тэхён вновь уставился на линию горизонта с усталым видом. - Я совсем забыл. Чонгук не знал, что сказать. Меньше всего ему хотелось вновь заводить речь о том, что он говорил Чимину накануне. К тому же уверенность в собственных словах таяла с каждым часом, проведённым на острове, всё больше. Всё это безумие, казалось, было призвано сломить его, разрушить годами возводимые стены. - Почему ты так нянчишься с этим менеджером? - неожиданно спросил Тэхён. Чонгук ощутил болезненную вспышку в солнечном сплетении. Ему совершенно не хотелось говорить о Чимине. И ещё меньше ему хотелось говорить о нём с братом. - Ты как-то слишком о нём печешься, - Тэ, тем не менее, не собирался оставлять эту тему. - Это на тебя непохоже. Чонгук мог начать отрицать, мог придумать что-то в качестве аргумента, найти какое-то оправдание своему поведению по отношению к Чимину. Но он не стал. Он решил, что скажет всё, как есть, что перестанет таить правду прежде всего от самого себя. - Он мне нравится, - оказывается, не так уж и сложно. Тэхён уставился на брата с открытым ртом. Когда он был чем-то сильно удивлён или ошарашен, его лицо выглядело так забавно.... Но в тот момент явно было не время для забав. - В смысле? - младший растерянно хлопал ресницами. Чонгук не смотрел брату в глаза. Он чувствовал, что так, возможно, он будет не столь очевидным. - Ты... ты серьёзно? - конечно же Тэхён не был готов услышать такое. - Как тебе может нравиться этот ублюдок? Младший цыкнул и покачал головой, а потом вдруг резко вновь уставился на брата и выпучил на него всё ещё красные от недавних слёз глаза. - Погоди-ка..., - на лице отпечаталось неприятное прозрение. - Тебе он нравится в смысле... Ты.... Тебе.... - Именно в том смысле, - облегчил мучения Чонгук. Тэхён умолк. Видимо, он был так шокирован, что на время ушёл в себя. - Я думал, тебе нравятся девушки..., - наконец тихо произнёс он, глядя в песок напряжённым взглядом. - Мне нравятся девушки, - тут же отозвался старший. - И, предвосхищая твой вопрос; я не гей. Тэхён перевёл на брата недоумевающий взгляд. - Но как тогда? Чонгук сглотнул и слегка нахмурился. Образ Чимина, смотрящего на океан невинными грустными глазами, возник неожиданно и тут же вызвал приступ тахикардии. - Я не знаю.***
- Тэхён, твоя очередь идти на побережье, - сходу указал Намджун, как только парни вернулись в лагерь. Капитан сидел на бревне и разделывал рыбу, рядом с ним пристроился Сокджин, который с затейливым видом рассматривал необычной формы ракушку. Юнги был заметно угрюм и недружелюбен: когда Чонгук с Тэ появились из зарослей, он бросил на них недобрый взгляд своих маленьких глаз. Обвиняющий взгляд. Хосок лежал рядом и тяжело дышал. Вероятно, ему нездоровилось, но Чонгук не успел развить эту мысль, так как до него дошло, что Чимина среди присутствующих нет. Сердце заколотилось раньше, чем парень успел что-либо подумать. - Господин Пак пошёл за водой, - не успел Чонгук открыть рот, как получил от капитана приправленный сарказмом ответ на животрепещущий вопрос. - Чонгук, будь добр, сходи за ним, а то что-то долго он. Вдруг опять что-то задумал. Чонгука не надо было просить дважды. Он молча кивнул и устремился в сторону озера. Даже затылком он чувствовал сверлящий взгляд брата. Когда Чонгук вышел из зарослей на землянистый берег странного водоёма, его взору в первую очередь предстала лежащая неподалёку кучка одежды. Парень тут же ощутил, как холодная дрожь пробежалась по телу. Не успел он упрекнуть своё существо за неуместные реакции, как увидел Чимина... Он стоял в сверкающей как горсти бриллиантов воде так, что она едва прикрывала его крепкие, как и всё остальное тело, ягодицы. Сотни маленьких капелек на его гладкой коже переливались на свету. Чонгук замер. Он словно врос в землю, чувствуя, как вмиг увлажнились ладони, как что-то будто перекрыло кислород, как голова слегка закружилась, а в животе стало горячо. Немыслимо. Он не мог понять, что происходит. Да, он уже признался себе и брату, что испытывает к этому парню симпатию, но всё это было слишком.... С ним никогда прежде не случалось подобного. - Эй, бодхи, пошли купаться! - Чимин ощутил чужое присутствие и обернулся. Заметив ошеломленного Чонгука на берегу, он лукаво заулыбался. - Вода очень освежающая. Чонгук пялился. На трапециевидные плечи, на фигурный торс и выпирающие тазовые косточки. Он сглотнул и слегка мотнул головой. Нужно было срочно взять себя в руки. - Мы вообще-то пьём эту воду, - прозвучало почти грубо. Чонгук надеялся, что ледяной тон сможет охладить его пыл. Чимин всё ещё хитро улыбался. Теперь будто бы даже триумфующе, словно упиваясь тем, что Чонгук так взволнован от вида его наготы. - Я хочу попасть в тот грот и посмотреть, что там, - Чимин указал в сторону серых скал на другой стороне, со склонов которых размеренно стекали скудные ручейки, отдалённо напоминая водопад. Под ними виднелся вход в пещеру. Чонгук проследил за тем, куда указывает Пак и нахмурился. - Это небезопасно, - сухо констатировал он, всё ещё ощущая волнение. Холодный тон был бессилен. Чимин залился звонким, медовым смехом, таким лучистым и безумно приятным на слух, что Чонгук почти возненавидел его. - Ты, главное, не ссы, бодхи, - и снова заливистый смех. Не дождавшись ответа от всё ещё растерянного Чонгука, Чимин нырнул в воду и поплыл в сторону грота. Чонгук с минуту колебался, не в силах побороть тремор и непонятно откуда взявшееся смущение. Подумаешь, он разденется перед парнем.... Ему необязательно ведь снимать всё. Можно оставить трусы. Решившись таки плыть следом, Чонгук снял с себя немногочисленную одежду и положил её рядом с одеждой Чимина. Вода была не просто освежающей, как выразился Пак; она была холодной. Едва погрузив ноги, Чонгук ощутил, как мурашки побежали по телу, заставив поежиться и сжать челюсти. "Да она ледяная!" - то было возмущение самого Чонгука. Голоса всё чаще молчали всякий раз, как Чимин оказывался где-то рядом. Это было очень странно и немного пугало. Непривычно, но, в то же самое время, это ещё больше притягивало Чонгука к этому человеку. Стекающие со скал ручьи перекрывали обзор на то, что находилось внутри, и Чонгук решил нырнуть под воду и вынырнуть по другую сторону. Так он и сделал. Когда он появился из воды, тут же ощутил на своей груди чьё-то прикосновение. Чонгук убрал обеими руками прилипшие к лицу волосы и открыл глаза. Чимин был прямо перед ним, в каких-то нескольких сантиметрах: так близко, что он практически ощущал его тёплое дыхание на своей гусиной коже. Ладонь парня покоилась на самом сердце Чонгука: видимо, так он хотел сдержать напор, ведь тот не видел, куда плыл. Благо, Чимин вскоре одёрнул руку, и Чонгуку не пришлось беспокоиться по поводу того, что тот может почувствовать, как его грудную клетку это самое сердце вот-вот пробьёт своим бешеным ритмом. Каких-то несколько секунд. Эти глаза... слегка растерянные, слегка смущенные и... что-то ещё. Губы, столь тонко обрамленные, словно творение великого скульптора, разомкнулись. Грудь вздымалась почти в унисон с чонгуковой. - Тут ничего нет, - Чимин резко отстранился и криво улыбнулся. - Только скользкие глыбы и вода. Чонгук не мог произнести ни слова. Просто стоял по пояс в воде и тупо пялился. Снова этот паралич. Это немыслимо, абсолютно невообразимо. Он не понимал, куда утекает весь его самоконтроль. Похоже Чимин чувствовал себя более раскрепощенно. Он подплыл ближе к живому полотну непрерывно циркулирующих капель и поднёс к нему свою маленькую, но при этом изящную ладонь. Проведя пальцами по серебристым струям словно по струнам арфы, он завороженно улыбнулся. - Это великолепно, - Чимин смотрел на поток влюблённым взглядом и не переставал улыбаться. "Чёрт возьми, да..." - Чонгук стоял за спиной парня и тоже восхищался. Вот только вовсе не водопадом.... Он не мог оторвать глаз от этого прекрасного профиля, этих глаз, губ, длинной шеи, этих мышц на спине и.... Он старался не опускать взгляд слишком низко, ведь вода была достаточно прозрачной. - Разве это не прекрасно, бодхи? - воскликнул мягкий, ласкающий слух голос. Ближе. Чонгук не заметил, как оказался совсем близко, не в силах сопротивляться чарам стоящего к нему спиной парня. Сердце колотилось так быстро, что било в висках. Чимин ощутил, что их тела почти соприкасаются и слегка повернул корпус к Чонгуку. Его улыбка вмиг исчезла. - Ты... тебе холодно? - Чимин не отстранялся, но вид у него был растерянный. Чонгук, вероятно, выглядел как маньяк, потому что продолжал глазеть на парня, почти не моргая. Нестерпимо.... Это выше его сил. Как же так? Как он мог так просто сдаться? - Ты весь дрожишь..., - этот нежный голос..., этот невинный, почти напуганный взгляд. Чонгук дрожал. Но не от холода. Их вновь разделяло критично маленькое расстояние. Ещё ближе. Ещё чуть-чуть и их губы соприкоснутся. - Надо набрать воды, - вдруг торопливо проговорил Чимин и исчез за потоком так быстро, что Чонгук не успел опомниться. Это конец. Определённо. Его битва проиграна.***
- Где вас черти носили? - Намджун явно встал не с той ноги. Если в этих условиях вообще можно было встать иначе. Картина была практически прежней: Намджун жарил рыбу, Сокджин её тут же употреблял, Хосок лежал под навесом, а Юнги злобно косился куда-то в сторону. Тэхёна на месте не было. - Мы купались, - вот так просто ответил Чимин. Будто в этом не было ничего предосудительного. "Хорошо, что Тэхён этого не слышал", - подумал Чонгук. - "Нужно найти его". Намджун посмотрел на обоих как на идиотов. Сокджин перестал жевать. - И как теперь после этого мы должны пить? - возмутился капитан. - Вам, что, моря мало? Чимин не ответил: он встретился взглядом с Юнги, который направил на него всю свою негативную энергию. Чонгук хотел поскорее увидеть брата. Состояние младшего на самом деле очень заботило его, несмотря на всю внешнюю холодность и отчужденность. Его нельзя было оставлять одного. Ко всему прочему, Чонгук хотел поскорей покинуть эту компанию. Особенно Чимина, который перевёл взгляд с Юнги на него и теперь откровенно пялился. Становится всё труднее....***
- Я думал над тем, что ты сказал, - заговорил Тэхён раньше, чем Чонгук появился в поле зрения. Младший сидел на песке и уныло смотрел вдаль. - И я этого, буду честен, не понимаю. И мне это не нравится. Чонгук присел рядом с братом и принял такую же позу, подтянув коленки к груди. Тэхён перевёл на него задумчивый взгляд. - Но я в любом случае поддержу тебя, хён. Что б там ни пришло в твою непостижимую голову, я всегда буду на твоей стороне. Хочу, чтоб ты знал это. Такой искренний и честный. Такой простой, порой даже наивный. Чистый в своих взглядах и намерениях. Чонгук уважал и любил в брате всё и хотел быть его достойным. - Спасибо, - старший обнял Тэхёна за плечи и притянул к себе. Они сидели в обнимку молча какое-то время. Тишину нарушали только крики чаек и шум волн. Этот мир так отличался от того, к которому они привыкли: его ритмы были размеренны, неспешны. Природа никуда не торопилась, не стремилась к экспансии. Она и так была всюду и в изобилии. Она дышала вечностью. У людей же не было вечности.... - Что ты чувствуешь? - вдруг нарушил младший ход чонгуковых мыслей. Чонгук отстранился. - О чём ты? - Вообще. В отношении всего, что с нами происходит, в отношении того, что ты влюбился наконец впервые в жизни, - как Тэхён ни старался, но в голосе прозвучали нотки ехидства. Он наверняка был рад, что брат чувствовал к кому-то симпатию, но сам объект не вызывал у парня никакой радости. Чонгук нахмурился. - Я не влюбился. Зачем он лгал? Возможно, голоса могли бы пролить на это свет, но они молчали. - Ну ок, запал, - Тэхён сгреб одной рукой песок и позволил ему неспешно сыпаться меж пальцев. - Расскажи мне о своих чувствах. Чонгук напрягся. Он привык говорить о том, что думает, описывать свои убеждения, выражать мнение, озвучивать концепции. Рассуждать, дискутировать и делать выводы. Но говорить о том, что он чувствует.... - Я не знаю. - Да брось! - Тэхён оставил песок в покое и посмотрел на брата с лёгким раздражением. - Ты всё знаешь. Ты просто не хочешь позволить себе испытывать все эти эмоции. Но то, что ты отрицаешь их, не делает их менее реальными. Они есть и нихрена тут не попишешь. Чонгук не смотрел на младшего. Он устремил сосредоточенный взгляд на горизонт. Прошло некоторое время, прежде чем он заговорил. - Я.... Мне страшно, Тэ, - по телу пробежала неприятная дрожь. - Я исповедовал свою собственную религию слишком долго и упорно и теперь всё, что я считал правильным превратилось в пыль. И я больше не уверен ни в чём. Моя крепость пошатнулась. Самый главный вопрос, которым я задаюсь каждый день на этом острове, - "зачем?" Вся эта борьба не дала мне ничего. И теперь, когда мы, возможно, вскоре погибнем, я понял, что так ничего и не испытал в своей жизни. Потому что все эти годы был занят тем, что воевал с силами и самим собой. Чонгук на время умолк, погрузившись в себя. Тэхён терпеливо ждал, когда он продолжит, с задумчивым видом скользя взглядом по профилю брата. - Когда он рядом, я не могу больше сопротивляться всем этим эмоциям. Со мной происходит что-то странное. Я теряю способность трезво мыслить. Всё, что я так упорно отстаивал, становится вдруг неважным. Я пытаюсь убедить себя в том, что это всё бред, что это очередная ловушка сознания, но это выше моих сил.... Вновь молчание. Сердце Чонгука при упоминании Чимина начало колотиться в диком ритме, и ему, по-видимому, были абсолютно равнодушны все эти здравые смыслы. - Это влюблённость, хён, - поставил диагноз младший. - Не отрицай. Ты просто раньше никогда с этим не сталкивался. Тэхён вдруг ухмыльнулся и возвел голову к клубящимся в небе пышным облакам. - Я всегда втайне желал, чтоб это произошло и выбило всю философию из твоей гениальной головушки, - он опустил взгляд и выражение его лица вмиг помрачнело. - Не думал, что это произойдёт при таких обстоятельствах.... Они какое-то время молчали, вслушиваясь в шум прибоя и думая каждый о своём. Потом Тэхён вдруг неожиданно потянулся к брату и обнял его. Крепко, пылко, сердечно; так, будто это их последний день на земле. - Я люблю тебя, хён, - произнёс он с чувством. Его глубокий баритон зазвенел на коже шеи Чонгука и тот ощутил, как этот звон словно пробрался сквозь плоть и ударил в самое сердце. - И хочу, чтоб ты был счастлив. Но что теперь будет со всеми нами? Почему эти твои боги так жестоки? Почему должно быть обязательно столько насилия в этом мире? Объясни мне, хён. Ты же так много знаешь и понимаешь. Объясни мне это. Чонгук сжимал пальцами футболку на спине брата и, как обычно, когда тот проявлял излишнюю эмоциональность, чувствовал себя беспомощным. Раньше он хотя бы знал, что ответить, знал как утешить младшего. А теперь.... Теперь ему казалось, что почти все его щиты растаяли и недалёк тот момент, когда все его годами сдерживаемые демоны прорвутся на свободу и разрушат всё подчистую. - Я не знаю, родной, - прошептал он еле слышно и ещё сильнее скомкал пальцами чёрную ткань. - Я больше ничего не знаю.
