Венок из осоки и маргариток

Приближался Йоль. И незадолго до праздника состоялся один важный разговор. За окнами кружили снежинки – но сейчас все было иначе. Потому что кроме снега были украшения, праздничные венки, огоньки на окнах и в гирляндах, смех и предчувствие праздника. Повернувшись от окна, он улыбнулся. Самая чудесная картина: Энид, с заметно округлившейся фигурой в кресле у очага и что-то вяжет. И напевает при этом, касаясь живота. Да… Пару дней назад он сам впервые ощутил, как внутри его королевы шевельнулся их ребенок. Как дрогнула рука, чувствуя движение растущей жизни. Было волнительно – смогут ли они быть хорошими родителями? Ему так и не довелось узнать раньше – как это, быть отцом, Энид тоже смутно представляла – что такое воспитывать ребенка, когда не надо никуда бежать… Хотя… Есть Томас, есть те, кто жил на одном месте и так же воспитывал детей. Так что спросить совета будет у кого. -О чем думаешь? -О нас с тобой… и о нашем маленьком счастье… -Да… Энид светло заулыбалась, нежно поглаживая животик. А потом посерьезнела и тихо спросила -Вет… я никогда не спрашивала.. но… сколько тебе лет? Эльф подошел к любимой и сел у ее ног на ковер. -Почти триста… А если точней – то двести шестьдесят.. с чем-то… Aen Seidhe живут не более трехсот… Хотя по сравнению с людьми – это тоже не мало. И на возможность рождения хотя бы одного ребенка я даже н рассчитывал. -Я знаю… Но Богиня благословила всех – и теперь будут все чаще звучать детские голоса. -Не только поэтому. Когда мы были в Брокилоне, кое-что случилось… Эльф рассказал о появлении Безликой, о том, что она отметила его и показал печать на груди. Энид коснулась темной метки рукой. -Значит, уйдешь, когда сам этого захочешь? -Да. Эльф осторожно накрыл узкую ладонь своей, встречаясь взглядом с женщиной. Энид чуть улыбнулась. -Тогда вот моя королевская воля – когда настанет мой час, не спеши вослед. Моей преемнице – а затем и ее, потребуется тот, кто поддержит в трудную минуту. -Yea, mo Ard Rhena. Он прижался лбом к колену любимой, чувствуя, как ласковая рука перебирает и ерошит его волосы. //Жизнь моя… Я обещаю, что будет по слову твоему – только дождись…// За окном была зима, и тихо падал снег, а в доме было тепло и уютно. *** После Йоля все как-то сорвалось и понеслось немного кувырком – по крайней мере, ему так показалось. Но даже в этой круговерти дел ему удавалось выкраивать время чтобы просто побыть рядом с Энид. Посидеть рядышком, подержать за руку, обнять и вдохнуть травяной запах от волос, прикоснуться к животику и ощутить движение растущей жизни. Просто погулять под руку по дорожкам королевского парка, просто разговаривать. И наслаждаться тем, как понемногу зима сменяется весной, пробуждаясь к новой жизни. А на Остару на свет наконец решил появиться их малыш, их маленькое чудо. Во время завтрака Энид вдруг замерла и не донеся до губ стакан с соком, резко отставила его и охнула. Где-то закапала вода. Энид резко выдохнула снова, стискивая зубы. До него дошло. -Уже? -Да. Малыш стремится увидеть этот мир.. Ох.. очень резвый мальчик будет.. весь в отца! Женщине помогли встать из-за стола – весь низ платья был мокрым насквозь, и поддерживая, повели в специальную комнату, куда уже спешили медики. И в ту же сторону направился Томас, прихрамывая и опираясь на трость сильней обычного. Эльф присоединился к нему – но мужчины быстро уткнулись носом в запертые двери, дальше которых их не пустили, сообщив, что пока они могут по-сидеть и подумать о жизни. Думать получалось плохо – потому как из-за двери вскоре донесся болезненный крик. Эльф вскочил на ноги и почти рухнул обратно, понимая, что помочь ничем не может – но слышать это… -Мы платим за свою разумность вот так… Эх, пусть все обойдется, все же узковаты бедра у девчонки… -Тебе.. уже приходилось? -Четырежды. Вот – в пятый раз.. а сердце болит как и в первый. Один раз вообще пришлось самому принимать – потому что кругом лес, а окрест никого. Глухие крики и стоны били по нервам, заставляя стискивать пальцы в переживании. Судя по бледному лицу Томаса – он волновался не меньше. Время тянулось и тянулось, день перешел на полдень и покатился дальше… А потом прозвучал самый чудесный звук. Крик малыша. Вскоре их пустили к молодой маме и малышу. Энид, уставшая, но счастливая, прижимала к себе сверток к новорожденным. Ее уже успели привести в порядок – а младенца запеленать, и сейчас он ворочался и попискивал в руках матери. Эльф осторожно наклонился к любимой, обнимая ее и своего сына. Отчего-то в глазу стало горячо и все поплыло, а потом по щеке прокатилась капля. Посмотрев на супругу, чуть криво улыбнулся – видя как подозрительно блестят темные глаза. //Наш… Мой… Богиня, благодарю тебя за это чудо… // Малыш затих, словно ощущая что-то необычное – и Энид бережно протянула малыша мужу. -Хочешь… подержать? -А… можно? -Нужно! Томас оказался рядом и помог правильно взять новорожденного. Ребенок был таким… таким маленьким и…таким хрупким… Было безумно страшно сделать что-то не так. Он почти не дыша держал живое воплощение всех мечтаний и чаяний на руках, а потом осторожно протянул палец, за который цепко ухватилась крошечная ручка. -Привет, малыш… Добро пожаловать в этот мир… В груди распускалось еще незнакомое чувство – отцовская гордость и любовь к этому крошечному существу. Он был один – а потом их стало двое. И вот теперь… Теперь их трое. И это прекрасно. Йорвет вернулся к Энид, осторожно отдавая ей сына и благодарно целуя самую драгоценную женщину в мире. Когда-то он мечтал о таком – и вот его мечта сбылась. Жизнь продолжается.