37 километров

— интересно, нам хватит четырех бутылок водки? — а кто будет? тимур и клемент стоят в бристоле и рассматривают бутылки с водкой, высчитывая соотношение между процентом скидки и уровнем палёности. во вторник курову исполнились заветные восемнадцать лет, и теперь он наконец-то может покупать пиво и сигареты в абсолютно любом магазине, а не только в ларьке рядом со школой, в котором продавщица закрывает глаза на вечно забытый паспорт и учебник по химии в руках. поэтому сегодняшним ранним субботним утром два парня закупаются всем, чем только могут, чтобы к двенадцати успеть заселиться на съемную квартиру, и начать празднование дня рождения уже где-то в три или четыре часа. — ну смотри, — тимур начинает загибать пальцы. — будем мы с тобой, макс, лёва, никита, кирилл, костя, лёша и… — только блять не говори славик, умоляю не говори славик. — зачем мне говорить, если ты уже сам его назвал, — куров резко отворачивается обратно к полкам с алкоголем и кладет к уже взятым четырем бутылкам водки ещё три. «и чипсы, нужны крабовые чипсы». — каждый раз одно и то же, — возмущается клемент. — снова нажретесь, снова засосетесь, снова полезете выяснять отношения и испортите всем вечер. дед с батей сцепились по пьяне и испортили всем праздник, каждую пятницу одно и то же. это не мем, это отношения тимура и славика. — так раз это традиция, то зачем же её нарушать? — смеется тимур, беря четыре упаковки чипсов. — ты вообще-то лучше меня должен знать, что такое, — козырев достает одну бутылку водки из их корзинки. — славик не пьет. — и кладет на освободившееся место дешевый вермут. куров широко улыбается и достает паспорт, готовясь идти на кассу.

***

в два часа дня тимур, клемент и никита уже пьют по бутылке пива для разгона и спорят какую пиццу надо заказать и надо ли её вообще заказывать. в три часа на съемную квартиру шумно заваливаются кирилл, костя и лёша, дарят имениннику один подарок от всех троих и сразу же идут смотреть, что есть в холодильнике. костя говорит всем привет и выпивает залпом пол бутылки эссы; кирилл сразу же забирает к себе в компанию клемента, с которым последний раз они виделись на вписке в честь первого сентября; а лёша, оказавшийся впервые в новой компании, пусть и чувствует себя поначалу немного зажато, зато спустя пятнадцать минут уже громко спорит о чем-то с тимуром, заставляя никиту и костю смеяться во весь голос. в половину четвертого в квартиру заваливается славик, держа в одной руке розовый подарочный пакет, а во второй — пончик, со вставленной в дырку сигаретой. «это вместо торта со свечками», — говорит дашковский, целуя тимура в щеку и вручая ему гостинцы. клемент громко вздыхает, костя бежит здороваться, а славик игнорирует всех и ищет заветную бутылку вермута. спустя буквально десять минут в квартиру последними звонят макс со львом, несущие с собой огромный пакет с едой из макдоналдса. на фразу курова, что пицца вообще-то должна приехать через полчаса, макс отвечает «поблагодаришь, когда в три ночи у тебя проснется резкий голод, а вся пицца закончится ещё в пять вечера». когда костя с никитой громко предлагают не тянуть кота за хвост и открыть первую бутылку водки, вся компания моментально собирается за кухонным столом и смотрит на именинника взглядом «твой день рождения, ты и разливай». как-то так и начинается вечер.

***

— кир, скажи честно, ты тупой? шурик, конечно же, часто бывает раздражающим, но вот сейчас киру особенно сильно хочется вмазать своему другу. — я не тупой, у меня просто проблемы с социализацией. — отвечает парень, щелкая мышкой на иконку сайта. в семь вечера субботы кир и шурик сидят у туктамышева дома и смотрят аниме. это звучит немного грустно по сравнению с днём рождения тимура, согласитесь? ах да, кстати о тимуре. — то есть парень, который тебе нравится, позвал тебя к себе на день рождения, а ты отказался из-за того, что боишься его друзей? — спрашивает химушкин, заставляя руку кира невольно замереть в воздухе. — ты чего? — замечает такую реакцию шура. — в смысле «парень, который тебе нравится»? — у туктамышева в глазах читается вопрос. — а что не так? — я не гей. шурик несколько мгновений смотрит на своего друга пустым взглядом, а потом резко начинает смеяться. — да, конечно, а у меня тогда не тройка по литературе за прошлую четверть стоит. не то чтобы кир был гомофобом или сомневался в себе. нет, он разобрался со своей ориентацией ещё в четырнадцать лет, и особо-то проблем с принятием себя у него не возникало. просто он никому об этом не рассказывал, и поэтому было странно слышать, что его лучший друг так открыто говорит о его ориентации. причем говорит без негативного или оскорбительного подтекста. — и тебе ок? — аккуратно спрашивает туктамышев. — и всё-таки ты тупой. — вздыхает химушкин и пододвигается ближе к другу. — конечно мне ок, мы дружим с тобой с пяти лет, я тебя знаю лучше, чем себя самого. мне очень даже ок, если ты счастлив, а ты бы мог быть счастлив прямо сейчас, если бы поехал тусить к своему казаху. — и все-таки он русский. — отвечает кир, пытаясь спрятать непроизвольно выступившую на лице улыбку. — включать экзорциста? — а может наруто? весь вечер они смотрят мою геройскую академию.

***

— а почему кир-то не приехал? — взгляд у кости смотрит куда-то в пустоту. — не знаю, у него дела какие-то. — пожимает плечами тимур и опрокидывает в себя очередную стопку водки. на часах девять вечера. к этому времени на шее у кирилла успевают появиться несколько засосов, но ребята игнорируют этот факт — все-таки кирилл и костя известны как «ну те друзья тимура, которые встречаются». встречаются они, кстати, уже второй год, и ни у одной гетеро пары в их школе не было и нет настолько крепких и теплых отношений, как у этих парней. когда кирилл меняет общество клемента на пятнадцать минут с костей в запертой ванной, то козырев на удивление быстро находит общий язык с лешей. они сидят вместе уже второй час на диване, разговаривая абсолютно на все темы, начиная с энимал кроссинга и заканчивая творчеством дэна брауна. макс и лев теряются где-то часов в семь вечера. хотя леша и кирилл быстро находят их на балконе, никто не решается зайти и прервать их диалог по душам, длящийся вот уже который час, поэтому всем приходится курить в окно на кухне. единственным, кто пару раз выходит к ним на балкон, оказывается никита, который потом кратко пересказывает разговоры сокомандников. ну, а славик… — а кто такой кир? а славик бесцеремонно влезает в диалог, наливая себе за компанию водки. его отвратительно сладкий вермут закончился полчаса назад, а вечер ещё впереди, поэтому дашковский не теряет ни минуты. слава обвивает руку вокруг талии тимура, прижимается ближе и смотрит своим помутневшим взглядом, выжидая ответа. ебаная змея. — друг мой новый. — тимур также пристально смотрит в ответ. — а старые уже не удовлетворяют? — облизывается слава. никто не замечает, как бесшумно удаляется с кухни костя. — у тебя вроде девушка есть? — спрашивает куров, полностью разворачиваясь корпусом к парню. — разве тебя это раньше останавливало? — дашковский прижимается ещё сильнее, хотя, казалось бы, куда ещё ближе. поцелуй выходит пьяным, смазанным и с привкусом крови из прокусанной дашковским губы тимура. а у них по-другому и не бывает. их отношения на вкус как алкоголь, кровь и неопределенность. последнее, кстати, ебет курова больше всего (хотя раньше сам куров предпочитал ебать эту ходячую неопределенность). и вот уже чужие руки трогают грудь, талию, спускаются ниже и наконец доходят до члена. через спортивки невозможно не почувствовать дружеский стояк и тем более невозможно сказать что-то в стиле «он не из-за тебя встал, я просто именно сейчас подумал о джессике альбе». хотя почему невозможно? тимур именно так делает. правда, с одним маленьким отличием. думает он не о джессике альбе из голливуда, а о кире туктамышевом из подмосковья. — прости, мне нужно отойти. — куров разрывает поцелуй, выпутывается из чужих объятий и позорно сбегает. вместо чужой крови на губах дашковского остаются лишь разочарование и сожаление. сбегает тимур, кстати, на балкон, на котором, внезапно, целуются макс и лев. — эй, голубки, — куров смотрит на их испуганные лица и не может сдержать смешок. — там спальня свободна, идите займите её и не мешайте людям дымить в положенных для этого местах. — мы не… — пытается что-то сказать макс. — тебе не надо передо мной оправдываться или что-то объяснять, — спокойно говорит тимур, доставая свою пачку винстона. — если ты захочешь мне что-то рассказать или обсудить — мы поговорим, не захочешь — это твоё дело, я не лезу. макс молча кивает, берет льва за руку и уходит с балкона. тимур наконец-то остается один.

***

на моменте битвы изуку и шинсо у кира начинает вибрировать телефон. — тимур звонит. — напряженно говорит туктамышев, смотря на входящий вызов. — я, пожалуй, схожу нам ещё чаю сделаю, — с ухмылкой говорит шура, вставая с кровати. — а ты выходи на кухню, как наболтаешься. за химушкиным захлопывается дверь и кир остается наедине с вибрирующим телефоном и своими мыслями. — да? — ты так долго не брал трубку, — говорит тимур. — неужели действительно чем-то важным занят, а не просто не хотел ко мне приезжать? — я хотел, просто… — да неважно, это твоя жизнь, я не лезу. в разговоре повисает резкая тишина. кир лишь иногда слышит, как куров делает затяжки и выпускает дым. киру не нравится привычка курова курить, но ему бы сейчас самому не помешало достать из рюкзака красные мальборо, надежно спрятанные от матери. — ты в порядке? — аккуратно спрашивает туктамышев, закутывая свои ноги глубже в одеяло. — не знаю, а ты? — не знаю. и снова тишина. «что-то не так, да понять бы что». — насколько ты пьян? — а насколько откровенные признания ты готов сейчас выслушать? — киров смеется не так, как обычно, а будто тише и грустнее. — ты что-то хочешь мне сказать? — а ты что-то хочешь услышать? киру хочется услышать многое. киру хочется услышать привычный радостный смех тимура и его тупые подкаты. хочется, чтобы тимур рассказал, как у него прошел день и тренировка, сколько ему задали домашки по биологии и какое новое оскорбление придумал ему сегодня макс. хочется услышать пересказ сегодняшнего сна, или нового фильма, или хоть учебника по химии. хочется услышать всё, что угодно, кроме этой звенящей тишины, с которой они сталкиваются впервые за несколько недель. — и все-таки я спросил первый. — нарушает молчание кир. — прямо как в детском саду. — смеется куров. — ладно, ты спросил насколько я пьян. отвечаю: два пива и где-то полторы бутылки водки. — то есть? — то есть прилично. отлично, с этим разобрались. — так, что там было дальше? хочу ли я что-то тебе сказать? — тимур ненадолго замолкает. — да, — тихо говорит он. — думаю хочу. — так говори. окружающий мир перестает существовать на несколько минут, реальность сводится лишь к голосу в трубке. — приезжай ко мне на новый год. вот это он хотел сказать? серьезно? — хорошо, я приеду. — обещаешь? — обещаю. в какой-то степени, это обещание оказывается даже ценнее, чем так и не сказанные вслух признания. обещание кира — это надежда на будущее, надежда на что-то новое и совместное, чего у них раньше не было. и чем двусмысленнее звучат все эти рассуждения, тем лучше. — кир, я… туктамышев задерживает дыхание. связь прерывается.

***

костя неожиданно заходит на балкон и набрасывается с пьяными объятьями на друга. куров роняет телефон. экрану пизда. связь оборвалась. блять. и пока пьяный бокарёв виснет на тимуре и говорит ему, как там гости сидят и скучают без именинника, у тимура в голове не проносятся сожаление о недоговоренной фразе, нет. у него впереди ещё огромное количество месяцев, дней, часов, минут, чтобы успеть высказать туктамышеву всё, что он о нём думает. главное — дожить до нового года, ведь кир обещал приехать.