еще одно слово, чтобы назвать тебя

если бы я мог назвать звезды на небе их именами, то не стал бы раздумывать ни минуты, я и так живу так, словно гляжу в глаза мертвецам. и, может быть, сам я не виноват в их смерти, и даже почти не сделал им ничего плохого, только ошибка выжившего такая штука, и никуда не деться, хоть в этой жизни, хоть в прошлой и сотне новых. они почти не приходят во сне, не глядят с укором, но я бы предпочел, чтобы глядели и приходили, чтобы никто не считал меня истинно сумасшедшим, мне нужно хотя бы одно доказательство вины. если бы я мог открыть планету в их честь или основать настоящий город и посвятить их памяти. но большинство людей просто проходит мимо, ведь для них моя скорбь совсем ничего не значит, да, потому что нет на земле такой семьи и человека, который не терял бы своих ни на какой войне, но только лишь ведь от века они не поймут, а зачем те, чужие, мне, почему их смерть отзывается огненным всполохом под ребром, так, что нет сил назвать имена, хотя, иногда я с трудом вспоминаю своё, но их среди ночи назвать легко, прочитать как стих, заученный еще в младшей школе стих. почему не стал я одним их них? кажется, вопрос пронесу сквозь еще десяток перерождений, ведь вспомнив и войны, и иное мирное время, важным было только одно, я так никого и не встретил. не пересекся, не смог ничего объяснить, не смог посмотреть в глаза, разделить свое чувство вины. если бы я мог назвать звезды на небе их именами, то звезд на небе, кажется, не хватило бы, ведь объединение иногда принимало решение: приравнять к нулю отдельной планеты жителей, а мне как ответственному исполнителю приходилось мириться, или подписать самому себе приговор, но как говорил один мудрый и довольно известный человек в здешнем смутном прошедшем веке: "вас поставят к хорошей стене... расстреляют хорошими пулями...положат в хорошую землю", а меня не учили быть хорошим человеком, не учили быть человеком, не учили быть, только подчиняться и не глядеть в глаза вышестоящим, и звезд на небе не хватит, чтобы я мог рассказать, чтобы мне позволили оправдаться, но я уже давно признал полную меру своей вины, и теперь лишь остается ждать своей хорошей стены, хороших людей своих.